Глава 12
Врата походили на рану на теле мира. Пылающую воронку, по краю которой бурлила и текла магия. Тонкая пленка эфирного поля, натянутая поверх разрыва в ткани бытия, тревожно пульсировала. Словно вынутое из груди еще живое сердце…
Воздух вокруг даже низко басовито гудел от переполнявшей пространство мощи и в такт этому гудению вибрировали и дрожали струны вселенской арфы, натянутые на края Врат, как на колки.
Кари замерла огорошенная, оглушенная этим зрелищем. Она даже представить не могла, что подобное существует где-то в мире.
- Что ты видишь? - напряженно спросил Чарльз. Он стоял сзади, и Кари спиной чувствовала исходящую от мужа настороженность и недовольство.
Час назад они сильно поссорились.
Чарльз категорически не хотел пускать ее к Вратам. Кари так же категорически хотела отправиться к ним в составе экспедиции.
- Ты пойми, - повторяла она, с трудом удерживаясь, чтобы не начать рычать, - Я нужна там! Без меня ничего не получится. Мои глаза - это тоже прибор. Может, самый ценный из всех, что мы взяли!
- Твои глаза - самые прекрасные в мире, - заявил в ответ этот невыносимый тип. Усадил ее к себе на колени и поцеловал - сначала в лоб, потом в прикрытые веки. - И я не хочу, чтобы с ними что-нибудь случилось. Чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я этого не переживу.
Запрещенный прием, между прочим. От его прикосновений и поцелуев Кари просто растекалась лужицей теплого воска, и Чарльз, кажется, это чувствовал.
- Да что может случиться?! Сам говорил, что там постоянно патруль, стационарные оборонные точки, защитные поля.
- Ты не знаешь, что происходит во время прорыва! Насколько опасны эти твари.
Хуже всего, что это поведение не было замашками слишком много возомнившего о себе тирана. В голосе мужа действительно звучали любовь и тревога - тревога о ней.
Но это ничего не меняет. Ей нужно побывать у Врат. Это не только ее работа, но и долг, как ученого. Увидеть источник всех творящихся на севере аномалий, провести необходимые замеры.
Быть может, тогда они вместе с Аланом смогут понять природу порталов.
Тетка Ванда рассказывала, что через Врата мир дышит. Вдыхает свежую магию, выдыхает отработанную, ставшую негодной, токсичной для мира. И чем быстрее развивается научно-магический прогресс, чем чаще люди и нелюди меняют мир с помощью заклятий, тем быстрее и заполошнее ритм этого дыхания.
Суеверие неграмотной женщины? Что пожилая волчица, которая никогда не училась классической магии, может знать об устройстве мироздания.
И все же то, что Кари сейчас наблюдала, ничем не противоречило словам шаманки.
Увидеть бы, как происходит Прорыв. Интересно, почему проникновение монстров в нашу реальность назвали именно так? Не потому ли, что они разрывают вот эту тонкую пульсирующую кожицу между мирами?
- Дыру в пространстве, - тихо ответила она мужу. - Это не описать обычными словами. А ты?
- Две скалы, высотой с многоэтажку. Чем-то похоже на черные клыки, растущие из земли. Один наполовину обломан. Когда происходит прорыв, пространство между ними светится, но сейчас это просто скалы. Можно пройти между ними и ничего не будет, - он притянул ее к себе, поцеловал в висок. - Пожалуйста, никуда не уходи с этого места. Я проверю работу щитов. Бриджит!
- Да, майор Маккензи, - откликнулась ассистентка Кари с интонациями лихого новобранца.
- Проследи, чтобы миссис Маккензи с места не сошла. Головой отвечаешь.
“Вот ведь сатрап! Тиран и деспот”, - мысленно возмущалась Кари, но возмущалась не всерьез. На губы то и дело наползала глуповатая влюбленная улыбка. Тревога Чарльза, его желание позаботиться о ней, пусть даже иногда навязчивое, было невероятно приятным.
В ту ночь, когда она стала его женой перед ликом Луны, они так и не уснули. Целовались, обнимались, прижавшись друг к другу на тесной офицерской койке. Вспоминали все, через что пришлось пройти за эти три года порознь, строили планы.
А утром Чарльз потащил ее в маленький храм при базе. Как и обещал. И уже за завтраком в офицерской столовой невозмутимо объявил, что Кари - его жена. Мол, три года уже помолвлены, а теперь решили, что готовы к следующему этапу. Да-да, госпожа Маккензи останется на базе, когда остальная группа ее покинет. Да, господин командующий, я прошу по этому поводу выделить нам семейные апартаменты.
Словно так и надо. Словно нет в этом ничего странного или ненормального.
Впрочем, странной ситуация показалась только Бриджит, которая была свидетелем их прохладной встречи на вокзале.
- Как вы могли?! - восклицала она, наскакивая на Кари. - Вот так взять и пожениться, даже никого не позвать! А как же платье?! Фата?! Праздничный банкет?!
- Бриджит, прекрати, - Кари поморщилась и уже не в первый раз подумала, что слишком много позволяет своей секретарше. Бриджит во многих аспектах была для нее не столько ассистентом, сколько подругой. Но из-за этого ее иногда заносило. - Это наше дело
- Почему ты даже ни слова не сказала, что майор Маккензи твой жених?! - голос девушки упал до трагического шепота. - Вы вели себя как совсем чужие…
Кари пожала плечами.
- Поссорились.
- Из-за чего?
- Из-за писем. Все, хватит, Бриджит. Собирайся. У нас всего две недели и куча работы.
На счастье Кари остальная исследовательская группа состояла из чудаковатых мужчин, влюбленных в новую теорию эфира. Кто на ком женился им было глубоко безразлично. Обитатели базы тем более не считали себя вправе лезть с расспросами к жене майора Маккензи.
То ли еще будет, когда новость докатится до столицы. Кари с неприятным холодком представляла, что скажет Раум, Дженнифер, родня. Как возбудятся журналисты - такой инфоповод, гениальная Кари Маккуин выходит замуж за национального героя. При мысли об этом хотелось трусливо поджать хвост и отправить вместо себя к Алану Бриджит с отчетом. А она и тут, на севере, прекрасно время проведет. Есть чем заняться…
Кстати, о заняться.
- Госпожа Маккуин, - ученые из ее команды упорно называли ее по имени родного клана, но Кари не возражала. Она как-то сама еще не свыклась с мыслью, что она теперь Маккензи, - Накопитель полностью заряжен и подключен. Уловители настроены. Но мы не можем установить сканирующие амулеты. Эти… - мужчина замялся, словно подыскивая подходящее слово, - солдафоны не пускают нас.
- Спасибо, Майкл. Я разберусь.
- Нет! - пискнула Бриджит и грудью встала у нее на пути. - Вы обещали майору Маккензи, что не двинетесь с места.
- Бриджит, - Кари напустила в голос столько льда, что кажется даже температура вокруг упала. - Ты забываешься. Твой работодатель - я, а не майор Маккензи.
Да что это вообще такое, в конце концов?! Нет, она не против заботы Чарльза, та кажется разумной и даже приятной. Но у всего должен быть предел.
- Что происходит? - голос ее мужа потушил надвигающийся было скандал. Кари обернулась.
- Твои люди не дают поставить моим людям датчики. Мы не сможем работать.
- Вот именно! - вклинился Майкл. - Я так им и сказал, а они: “Приказ командования, никто не должен выходить за периметр”.
- Вы хотели поставить датчики за защитным периметром, - хмуро уточнил Чарльз. - Вы в своем уме?
- Да, это необходимо. Экран искажает данные.
- Ничем не могу помочь. По уставу это категорически запрещено.
Кари поняла, что без нее Майкл просто не справится.
- Чарльз, пожалуйста. Это всего на пять минут.
- Сожалею, - сожаления в его голосе не было ни на грош. - Ни на пять минут. Ни на пять секунд. Не могу.
- Ты же сам видишь, что Врата сейчас не активны.
- Это может измениться в любой момент.
- И ты говорил, что прорыв может произойти где угодно в окрестностях.
- Да, но примерно половина прорывов происходит именно здесь, через Врата. Нет, Кари, - он попытался обнять ее, но Кари сердито вывернулась и зашипела. - Пойми, это не моя блажь. Каждая буква в уставе написана кровью тех, кто им подтерся.
Она набрала воздуха в легкие, готовая спорить, доказывать, требовать, но в этот миг что-то изменилось. Натянутая на разрыве пленка запульсировала, в воздухе резко потяжелело, как от перепада давления и виски пронзило короткой вспышкой боли. Гудение в воздухе перешло на рев, словно невидимый гонщик пытался выжать из двигателя все возможное. Эфирные поля заискрились, пришли в движение, и Кари почувствовала, как по ее волосам сбегают крохотные искорки.
Четкий мужской голос прокричал в мегафон над головой:
- Код красный! Повторяю, код красный!
- Начинается, - потрясенно выдохнула Бриджит.
Прорыв.