Глава 11. Крапивы тебе за шиворот!

Внутри загорелся огонь паники. Мы с Торадином быстро переглянулись.

— Громово проклятье! — выругалась я, но тут же поняла, что нужно говорить тише. — Как он узнал?

— Я не удивлен. Ты ведь больше всех уверяла его, что вольфпалма нельзя держать в цепях. Руби, они уже в доме?

— Зузи держит их на улице, — даже сейчас лисица оставалась спокойна. — Сказала, что не пустит в дом, пока не увидит орден на обыск или какой-то другой документ…

— Умная зайчишка…

— Мне нужно бежать, — вмешался вольфпалм, который успел вскочить на лапы.

— Нужно, — я вовсю перебирала варианты в голове. — Кажется, у меня даже есть план. Руби, незаметно выведи Хамона через чёрный ход, и скройтесь в чаще.

— Нам просто прятаться? — лисица склонила голову на бок. — Что если у них есть какой-то поисковой артефакт?

— Верно. Бегите к болотной ведьме. Её дом защищен магией. Скажите, чтобы укрыла вас у себя. Я заплачу любые деньги, как только всё закончится.

— Рискованная затея, — нахмурился Тор.

— Другого выхода нет. Пытаться обращаться за помощью к Хозяину Леса слишком долго, он своенравен и может не прийти. Бабушка Бо поможет. К тому же, мы бы всё равно пошли к ней, чтобы понять больше о приступах Хамона, — я повернулась к вольфпалму. — Главное ни в коем случае не прикасайся к русалкам, которых вы встретите. Следуй за Руби. Она покажет дорогу.

Фамильяр кивнул.

— Я могу пойти с ними. Если нас обнаружат — обращусь в дракона и унесу всех подальше.

— Нет, если обнаружат, всё уже будет кончено. Поэтому ты нужен мне здесь. Юрий боится твоего авторитета.

— Ладно. Справедливо.

— Идёмте скорее…

Мы быстро поднялись из подвала, захватив с собой пустую миску. Послышался недовольный голос Зузи, которая о чём-то кричала на улице.

— Всё чисто, вперед, — произнесла я, когда выглянула через окно у чёрного хода. Благо дом не одумались оцепить. Ещё бы, вряд ли у Юрия есть хоть какие-то доказательства.

Лисица вместе с вольфпалмом выскользнули через дверь с противоположной стороны от незваных гостей и быстро нырнули вглубь чащи. Вековые деревья скроют их, но, возможно, ненадолго. Надо потянуть время.

— Готова? — спросил Тор, когда мы подошли к входной двери, за которой стоял шум и гам.

Я выдохнула и поправила платье.

— Да. Вперед.

Дракон любезно открыл передо мной дверь. Представшая картина сменила огонь паники на гнев. Юрий стоял с двумя городскими стражниками и держал Зузи за уши. Она активно ему кричала, что не позволит войти в дом без документов, а он смотрел на неё с открытым пренебрежением.

— Что вы себе позволяете?! — я зарычала похуже самого злобного дракона.

— Леди Феллер, — Юрий перевел на меня взгляд и отпустил фальяршу, той пришлось отрастить крылья, чтобы удачно пикировать. — Наконец-то. Сегодня вы выглядите… менее вызывающе.

Вот мерзавец! Ну да, не удивительно, что после слов Тора в тот день он понял, кто есть кто. Додумался сложить все факты…

Я не стала отвечать этому гаду. Лишь злобно посмотрела сначала на одного стражника, а затем на второго. Они чувствовали себя менее уверенно. Ну да. Путь по Андарской чаще с кого угодно собьет спесь…

— Господа, прошу, объяснитесь…

— Да, добрый день. Вы Амели Феллер? — заговорил полненький низкий мужичок в форме.

— Да. Это я.

— Господин Беллимор утверждает, что вы похитили фамильяра, который сейчас находится у него в собственности.

— А у господина Беллимора есть какие-либо доказательства? — Тор вышел следом за мной. Едва его громоздкая фигура появилась в проходе, Юрий стер с лица маску наглой уверенности. Я оглянулась на секунду. Гром меня побери, в этом своём грозном амплуа дракон словно и правда становился более широкоплечим и высоким…

— Здравствуйте, господин Дорхан, — чуть ослабляя плотный ворот рубашки, робко произнес Юрий. — Видите ли, леди Феллер была единственной, кто яро пытался убедить меня отдать вольфпалма ей. Кроме того… вы вместе были на закрытом мероприятии в моем доме в тот вечер, когда фамильяр пропал. Не подумайте, я не выдвигаю обвинений против вас, но…

— Ясно, — грубо прервал Торадин. — Офицеры, могу заверить вас, что леди Феллер была со мной весь вечер.

— … однако вы так рано ушли, — косо смотря в нашу сторону, добавил Юрий. — Позвольте спросить, почему?

— Вы знаете ответ. После того, как вы посмели попробовать шантажом заставить меня отдать вам мою спутницу для грязных утех, мы с леди Феллер ненадолго уединились в саду, но быстро поняли, что нам будет куда комфортнее в домашней обстановке. Ваш вечер нас попросту разочаровал. А его хозяин особенно. И если вы считаете, что можете заявиться к женщине с ложными обвинениями, чтобы отомстить ей за нежелание с вами спать — это просто мерзко и низко.

Я даже не знала, как реагировать на эту пламенную речь. Вроде наглый врун выставляет меня в дурном свете, а вроде и нет. Неважно. С ним потом разберусь. Главное — стражники покосились на Юрия с оттенком осуждения во взгляде. Слова о грязном шантаже сработали. А как самого виновника торжества перекосило…

— Да я… да вы не так поняли! Я бы никогда!

Юрий замялся, и стражник перенял инициативу:

— Господин Дорхан, то есть вы подтверждаете, что были с леди Феллер в ту ночь и не выпускали её из виду?

— Именно так, офицер.

Дракон положил мне руку на предплечье и приобнял. Это ещё что такое?! Ух, главное держать лицо и не выдать недовольства. Всё ради Хамона!

— Может, тогда поведаете нам прямо, чем же вы занимались? — не унимался Юрий. Видимо, он пытался вывести меня на эмоции или хоть как-то оскорбить.

— А может… — я почти рыкнула, но Тор меня спокойно прервал.

— Подожди, дорогая, — сразу после он выстрелил в мерзавца гневным взглядом. — Господин Беллимор, если вы ещё хоть как-то попытаетесь оскорбить или задеть мою женщину, я выкопаю для наших офицеров самые грязные секреты, которые вы скрываете, и о любых надуманных подозрениях тут же забудут, ведь у стражи будут дела поважнее.

В глазах Тора загорелся синий огонь. Это звучало столь угрожающе, что даже я смолкла и решила не вмешиваться. Ну а уж Юрий, как бы он не хорохорился, старшего сына драконьего рода боялся не на шутку. Он нервно сглотнул, но выдавил из себя:

— Если вашей женщине, как вы её называете, нечего скрывать, я бы всё равно хотел осмотреть дом.

— Да пожалуйста, — хмыкнула я и отошла от прохода. — Но как только вы ничего не найдете, вам придется извиниться и навсегда убраться отсюда.

Рискованно, конечно, но у нас уже не было никаких следов вольфпалма в доме. Так что лучше лишний раз продемонстрировать свою уверенность, чтобы этот увалень точно отстал. Ну или чтобы стража его гнала в шею, когда он опять придет на меня наговаривать.

— Входите, господа, — более сдержанно пригласил их Торадин.

Юрий вздернул нос и вошёл первым. Офицеры же переглянулись и сошлись на том, что один из них останется на улице. В дом за наглым аристократом пошёл лишь низенький мужичок в форме, что говорил ранее.

— Зачем ты их пригласила? — шепнул мне на ухо Тор. — У них ведь не было ордена.

— Так и у нас в доме ничего особенного не найти.

— А как же подвал?

— А что, у нас теперь запрещено иметь подвалы?

Я переглянулась со стоящей рядом Зузи. Фамильярша очень быстро поняла мою немую просьбу и быстренько залетела в дом. Мы же с Тором отправились проводить экскурсию… лишь бы ничего руками не трогали.

— Кто тут у вас? — фыркнул Юрий, указывая на гнездо в гостиной и обходя стороной зачарованный шар.

— Издеваетесь? В этом гнезде вольфпалм поместится, разве что если едва втиснет зад!

— Всё равно, покажите… вдруг оно бездонное.

Голова твоя бездонная и при этом абсолютно пустая! Я сдержалась, хотя очень хотела именно так и ответить. Ладно. Сама же их позвала. Вздохнула и подошла к гнезду.

— Рикки, Тикки, Тави, — позвала птенцов, и те тут же показали пернатые головки из гнезда. Сонный фиолетовый феникс указал крылом на Юрия и тихо пропищал:

— Ещё… мама?

— Упаси Прародительница, одной такой мамы за глаза и за уши хватает, — выпалила я, и снова уложила птенцов на спинки, закапывая в веточках и листочках. Они без труда уснули.

— Ладно… идёмте дальше, — не унимался Юрий.

Мы осмотрели столовую, ванную, затем гостевую спальню и вот вошли в мою…

— А здесь кто спит?

— Я, это хозяйская спальня…

— Но при этом только что вы сказали, что господин Дорхан спит в другой комнате? — глаза аристократа кольнули меня внимательным взглядом. — Как-то странно…

— Юрий, я ведь уже сказал, что будет, если вы продолжите смущать Амели грубыми вопросами. Мне перейти от слов к действиям? — Тор всё время был рядом. — Как мы спим — вас уж точно не касается.

— … нет, ответов больше не нужно, я лишь… — Юрий неожиданно дернулся, резко подбежал к шкафу и распахнул его с криком: — ага!

Мы все замерли со скучающим непониманием в глазах. Наверное, он хотел увидеть там кучу шерсти, которую мы начесали с вольфпалма, но тот сказал: «это моё» и не разрешил выбрасывать. Но, увы, нет. Там была лишь моя одежда. Платья, пижамки, халаты. Довольно скромный, но милый гардероб.

— Господин Беллимор, вынужден напомнить, — со вздохом заговорил офицер, — что у нас нет ордена, и вы не имеете права трогать что-либо без разрешения хозяев. А уж тем более заглядывать в чужие шкафы… простите, леди Феллер.

— Да ничего. Видимо, чтобы сегодня поверить женщине на слово, столичным аристократам нужно покопаться в её нижнем белье.

Ничего не было найдено, и мы уже спустились на первый этаж. Я надеялась, что на этом мы и закончим, но зоркий глаз Юрия зацепился за заветную дверь в самый последний момент.

— А там что?

— Там? — я не выдала особых эмоций. — Обычная кладовка.

— И спуск в подвал, — добавил Тор.

Я взглянула на него с осуждением, но промолчала. Благо этого момента никто не заметил, ведь Юрий уже скакал к указанной двери подобно ужаленному в попу козлу.

— Мы можем войти? — с мерзкой улыбкой спросил он, кладя ладонь на ручку.

— Конечно…

— Ох, офицер, тут люк!

— Ну да, я же сказал, там проход в подвал.

Мы все пошли следом за Юрием, который уже во всю норовился спуститься вниз.

— Зачем ты сказал? — шепнула я Тору, когда офицер прошел вперед.

— Потому что если бы они вошли и обнаружили его без этого, всё показалось бы куда более подозрительным. А они бы вошли… этот — точно.

Я вздохнула. В общем-то, он прав. Мы все начали спускаться по ступенькам, а тем временем Юрий уже читал браваду самому себе:

— Вот видите, офицер, я же говорил. Зачем прятать вход в подвал, если нечего скрывать?

— Да никто его не прятал, — протянула я. Как он мне надоел! Благо, стражник уже давно относился ко всем выходкам аристократа со скепсисом. Но подвал его немного насторожил. Впрочем, я-то знала, что ничего они тут не найдут.

— И вот мы обнаруживаем здесь… — протянул Юрий, минуя последнюю ступень и замирая, — … что… что вы сделали с моим вольфпалмом?!

На горе подушек, которую мы так и не убрали, лежал малыш Глотти, который активно пожевывал одну из книжек. Молодец, Зузи. Я думала, она тут хлама накидает, но это даже лучше.

— Господин Беллимор, даже я вижу, что это совсем иное существо, — вздохнул офицер.

— Именно так. Это мантикора. Его зовут Глотти. Он, как и фениксы, является моим подопечным, которому я скоро найду хозяина… — едва я договорила это, как заметила призрак своего родственничка, что стоял на ступенях выше и манил меня к себе рукой. Проклятье! Только не сейчас…

— Ой, простите, я вспомнила, что у меня в столовой молоко… надо проверить, не убежало ли оно.

Я нервно кивнула растерянному Тору и побежала наверх.

— Молоко? — послышался голос офицера позади. — Не помню, чтобы там что-то горело…

— Это просто особенное молоко… феникса, чтобы выкармливать птенчиков, — подсобил Тор. — Давайте лучше познакомимся поближе с малышом Глотти…

Это было последним, что я услышала. Дальше уже вбежала наверх и тихонько закрыла люк. Турберт ждал меня. Он скрестил руки на груди и странно ухмылялся.

— Что тебе нужно? — нервным шепотом спросила и стерла пот со лба.

— Я вижу у тебя не очень желанные гости, — его улыбка не предвещала ничего хорошего.

— Так, да. И что? Переходи скорее к делу.

— Ну как тебе сказать. Ладно, лучше прямо: почему мне не стоит пойти к тем милым людям, чтобы поведать историю об украденном вольфпалме, который сбежал через заднюю дверь?

— Тихо! — я рыкнула и прислушалась, вроде Тор всё ещё смеется и ведет беседу. — Старый ты подлец! Это низко!

— Я всего лишь хочу вернуть себе свою спокойную жизнь. Тебе прожить в нежеланном браке всего лишь лет шестьдесят, а мне с его родственничками вечность мучиться!

— Хорошо. Говори, что тебе надо и поскорее. Но свадьбу требовать за такое не смей! Иначе я отдам болотной ведьме все свои деньги… да даже душу продам, чтобы найти способ тебя отправить в очень неблагополучную загробную жизнь. Понял?

Мои угрозы не очень-то смущали родственничка.

— Понял, понял. Так наглеть и не собирался. Вы в итоге сами всё сделаете, я только помогу решить… как это называли в одном из миров? Квартирный вопрос!

На лестнице послышались шаги, а вместе с этим громкий голос Тора. Он завуалировано предупреждал, что они уже рядом.

— Турберт, говори уже скорее и по существу!

— Я хочу, чтобы ты пустила сына семьи Дорхан спать с тобой в одной кровати, а не гоняла его по гостевым комнатам и диванам.

— Что?! Нет, не бывать этому!

— Ну ладно, тогда отойди, я встречу наших гостей прямо тут…

А-а-а, так бы и прибила! И даже тот факт, что он уже мертв, не помешал бы! Шаги были всё громче. Пора что-то решать. Но его просьба… это просто ужас! Однако что ещё делать? Времени мало…

— Хорошо, хорошо! — согласилась, чуть ли не плюясь. — А теперь поди прочь!

— Приятно иметь с вами дело!

Старик исчез и ровно в этот момент открылся люк.

— О, Амели, молоко в порядке? — спросил Тор, выходя первым.

— А? Д…да, всё хорошо. Я его и не оставляла. Голова моя дырявая, придумаю себе проблем.

— Ясно, а у нас Юрий познакомился с Глотти…

Аристократ поднялся в дом с опухшим носом и очень недовольной рожей лица. Хоть что-то хорошее!

— Ну что, господа, убедились? — я не сдержала улыбку. — Или познакомить ещё с какими-нибудь обитателями нашей чащи?

— К Грому ваших фамильяров! — недовольно проворчал Юрий и направился к выходу. — Я ухожу…

Мы дошли до двери. Виновник торжества с красным носом сразу вышел прочь, а офицер задержался, чтобы отдать честь и произнести:

— Просим прощения за доставленные неудобства и спасибо за помощь в расследовании. Всего доброго, леди Феллер, господин Дорхан.

Мы попрощались и закрыли дверь. Только в этот момент я смогла выдохнуть. Тор и вовсе оперся спиной о стену и скатился вниз, чтобы сесть на пол. Нервная ситуёвина!

— Что там произошло? Ты чего убежала?

— Да-а-а, Турберт, что б ему небесные белки в кашу шерсть с хвоста насыпали…

— Что он хотел?

Я замялась, но в итоге всё же злобно процедила:

— Решить наш квартирный вопрос… крапиву ему за шиворот…

— Решить… что? — Торадин нахмурился, поедаемый непониманием. Ох, благое неведение! Хотя его новость только порадует. Но сейчас вообще не время для разбирательств в личной жизни!

— Ой, давай потом, — я махнула рукой. — У нас есть дела поважнее. Надо бежать к болотной ведьме и забирать Хамона с Руби.

Из шкафа вдруг выпрыгнула Зузи.

— Главное, чтобы у них все лапы после таких визитов на месте остались, — проговорила зайчишка и почесала за ухом. — Святой мухомор, нам нужен шкаф побольше…

— Чего ты там пряталась?

— Не хотела больше видеть наглую рожу Юрия. И зачем мы ввязались в разборки с этим вольфпалмом? Мало того, что украденный, так ещё и бешенный…

— Потому что мы не можем оставить его в беде. И вообще, всё, нет времени сидеть и размусоливать. Зузи, смотри за малышами. Торадин, идём со мной. Полетом будет быстрее. Когда уже жизнь вернется на круги своя. Ужас какой-то…

Очень скоро мы с Тором пересекали чащу. Я сидела на драконе и указывала путь. Вот на горизонте появилась заветная река. Однако возле неё ждала лишь лисица. Где был Хамон — не понятно.

— Ну каков красавец! — проворковала сидящая на камушке Белла, накручивая золотую прядь на палец. При этом её меткий взгляд преследовал Торадина.

— Руби! Белла! — что-то я начинала паниковать. — Где Хамон?

Мост был поднят. Это хороший знак.

— Да не переживай, Амели, — русалка прыгнула в воду и скоро вынырнула у берега. — Гретта проводила его к матери.

— А почему Руби здесь?

— Ох, ну душа моя! — Белла закатила глаза, я мешала ей наслаждаться видом мужчины. — Тебя мы любим и знаем, но перед каждой твоей зверушкой мост поднимать не обязаны! Скажи спасибо, что хоть вольфпалма пропустили! И то Гретта просто решила, что маме будет интересно посмотреть на столь редкое существо. Ну и мы узнали, что помощь нужна. В общем, постарались, как могли, но не всё же сразу!

Ладно. Звучало логично. Я начала спокойно дышать и постаралась отпустить ситуацию. Всё хорошо. Юрий ушёл, Хамон в безопасности, подозрения мы с себя сняли…

— Я тогда пойду, заберу его…

— Да, пожалуйста, — Белла пожала плечиками. — Но лисичку и мужчинку мне оставь. А то скучно одной.

Я оглянулась на Торадина. Он кивнул.

— Руками чужое трогать не буду, — усмехнулся дракон.

— Мой ты хороший, — протянула русалка, выставляя вперед грудь. — Всё моё — твоё. Ну, или можно трогать не руками на худой конец…

Я решила понадеяться на благосостояние ума Тора и поспешила вперед по мосту. Впрочем, если он всё же поддастся на уговоры Беллы, хоть не придется с ним в одной постели спать. Хотя обидно будет. Дракон только начал мне нравится… ой. Ну не в прямом смысле, конечно. Как сосед. Да. Исключительно как сосед.

К моему большому удивлению, когда я прибежала к хижине болотной ведьмы, дверь как раз открылась, и оттуда вышел Хамон. Они о чем-то говорили с бабушкой Бо, но едва она заметила меня, как тут же звонко прострекотала:

— О, Амели, а вот и ты! А я твоего друга снежного оберегала, пока у вас там разборки странные были.

— Да, спасибо, бабуля Бо, — я постаралась отдышаться после пробежки. — Ты очень нас выручила. Сколько я тебе должна за такую услугу?

Хамон был сейчас крайне серьёзен и молчалив. Впрочем, он всегда такой.

— Ой, да перестань, ты же мне как дочь! — ведьма похлопала вольфпалма по загривку. — Да и твой друг оказался отличным собеседником. Столько всего рассказал мне о внешнем мире. Одно удовольствие!

Фамильяр недовольно зыркнул на бабулю, но резких движений делать не стал. Что-то темнит моя дорогая старушка. Любовь любовью, но от лишнего золотого она никогда не отказывалась. А тут на тебе… как дочь! Вот уж спасибо, сомнительное удовольствие.

— Хамон, всё хорошо?

— Да, — коротко кивнул зверь. — Мы уже можем возвращаться? Они ушли?

— Да, думаю, нас больше не побеспокоят. Бабушка Бо, раз уж мы уже здесь, нам ещё нужна помощь с приступами ярости Хамона. Он сказал, что на него воздействовала некая ведьма…

— Мы это уже обсудили, цветочек мой, — бабуля подошла и всучила мне склянку с тёмной жидкостью, которую достала из передника. — Пусть пьёт дважды в день. Обязательно. Проследи. Как только бутылёк закончится, хворь должна уйти.

— А что это? — я не сдержала скепсиса…

— Видишь ли, твой новый друг не столько проклят, сколько отравлен. Червь поганый в голове у него сидит и усиливает негативные эмоции по случаю и без. А это противоядие. Оно у меня от многих видов подобной хтони помогает. Зато и хочу на рынок большой выходить. Столько полезных вещей, а торгую с тобой да кикиморами!

Я нервно усмехнулась. Звучало искренне. Но надо будет всё равно проверить, прежде чем поить этим Хамона.

— Ну хорошо. Спасибо за помощь, бабуль. Не знаю, что бы мы без тебя делали.

— Ой, да я только рада. Такое редкое существо. Я бы ради разговора с ним и не только противоядие отдала!

Скоро ведьма скрылась в своей хижине, а мы с Хамоном зашагали по мосту обратно.

— С тобой точно всё в порядке? Она не предлагала каких-нибудь странных вещей? Видишь ли, бабушка Бо вроде хорошая женщина, но в прошлом она чуть не погубила всю Андарскую чащу. Так что верить ей стоит аккуратно.

— Не волнуйся, Амели, — вольфпалм был абсолютно спокоен. — Она и правда испытывала восхищение перед редким фамильяром, только и всего. Мы говорили о войне и Летарде. О моих силах и о том, знаю ли я других сородичей. В общем, ничего страшного не произошло.

— Ну ладно, очень надеюсь…

— А что у вас?

— Ну… если коротко, Глотти укусил Юрия за нос, а мой родственник заставил меня лечь в одну постель с Торадином.

— Что?! — тут даже Хамон не сдержал удивления.

— Да он у меня с приветом. Повернут на желании наградить меня фамилией Дорхан. Но это только звучит ужасно, на деле надену три пижамы, расчерчу полосу… а лучше небольшую стенку возведу. И буду спать спокойно.

— Прости, что я принес тебе столько неприятностей. И за всё, что ещё придется пережить. Я очень ценю твою помощь. Правда.

Слышать такое от вечно хмурого вольфпалма было непривычно. Тем более он говорил очень эмоционально и искренне. Я даже растерялась.

— Да… не за что. Я рада, что могу помочь тебе. А Торадин… с ним что-нибудь придумаю. Это уже превратилось в мой девиз последних недель…