Глава 18

Привет, новый учебный год. Мы с Мари въезжаем в съемную квартиру и нас ждут все прелести самостоятельной жизни. Квартира, кстати, очень классная. Две спальни, большая кухня и уютная гостиная с огромным диваном, но… Есть один огромный недостаток — цвет кухни. Она розовая. Розовая! И не какая-то там нежно-розовая, а именно такого ядерного «вырви глаз» цвета. Это просто ужас. И хозяйка не хочет, чтобы её перекрашивали. Ни под каким предлогом. Класс. Ну а в остальном, всё действительно круто. Практически центр города. В шаговой доступности университет, магазины и спорт-клуб, который уже давно облюбовала Мари. Что ещё нужно?

— Всё, — говорит Мари, тяжело выдыхая, и заваливается на диван.

Мы наконец-то закончили уборку и распаковку вещей, а время уже перевалило за полночь. Это просто адский труд. Хорошо хоть, родители помогли затащить всё сюда, а то мы бы носили свои коробки до конца года.

— У меня руки сейчас отвалятся, — падаю рядом с подругой и вытягиваю дрожащие от усталости ладони вперёд, демонстрируя, что не шучу.

Но зато во всех уголках нашего жилища теперь идеальная чистота и порядок. Это не может не радовать.

— Отметим наше новоселье? — говорит Мари слабым голосом, медленно поворачивая голову в мою сторону и сверкая озорством в глазах.

— Завтра первый день в университете. Как мы проснёмся на учёбу? — усмехаюсь, глядя на подругу. — Так и думала, что мы с тобой сопьёмся. Нам нельзя вместе жить, — бурчу я, а Мари смеётся в ответ.

— Как насчёт пары бокалов вина, а потом сразу спать? — говорит она и отправляется на кухню.

— Черт… Ты слишком хорошо уговариваешь.

Присоединяюсь к подруге и достаю только что отмытые блестящие бокалы. Мари открывает бутылку красного вина, подаренную миссис Коллинз на новоселье. Забираемся на подоконник и чокаемся, наполняя комнату торжественным звоном и улыбаясь друг другу.

Какая девочка не мечтает жить в отдельной квартире со своей подругой? Теперь я могу вычеркнуть этот пункт из своего списка желаний. Осталось всего ничего. Выйти замуж за миллионера и завести огромного рыжего кота. Вот и всё, что мне нужно для счастья.

Ха! Конечно, шучу. Счастье — это эмоциональное состояние, его нельзя чувствовать постоянно или требовать от кого-то сделать тебя счастливым. Нужно просто уметь радоваться тому, что есть у тебя в данный момент.

Смотрю на Мари, и я счастлива, что эта девушка моя подруга. Вспоминаю родителей, и я счастлива, что мы наконец-то решили свои семейные проблемы. Оглядываю комнату, в которой мы сидим, чёрт, лучше бы не смотрела.

— Этот кукольный цвет меня убивает — говорю я, рассматривая богатство розовой империи Барби.

— А знаешь, что убивает меня? — Мари звучит серьёзно и возмущённо.

Она же не могла захмелеть от одного глотка вина, верно? Тогда почему я предчувствую монолог о том, какая хреновая наша жизнь? Для этого нужно минимум пару бутылок.

— Что? — удивляюсь я.

— Что такие прекрасные, умные, добрые, милые и очаровательные девушки влюбились в идиотов, которые не знают, как показать свои чувства.

Просто сижу с открытым ртом, не зная, что сказать. Мы две недели не обсуждали тему парней и всё было хорошо. С чего она сейчас решила вспомнить об этом? Неужели и правда вино подействовало?

— Прости, Ди. Знаю, ты не хочешь об этом говорить. Всё, — Мари запрокидывает голову и опускает её с широкой улыбкой на лице.

Она ведет себя странно. Что случилось? Что её так грызёт? Волнение охватывает сердце. Выглядит Мари сейчас очень несчастно, хоть и старается улыбаться.

— Что-то случилось? У тебя с Дереком?

— Нет, ничего, — усмехается она, — точнее, ничего нового. Пойдём спать, ладно? Я, наверное, просто устала. Хорошо, что мы теперь здесь. Подальше от… От всего.

Ставим бокалы в раковину и направляемся к нашим спальням. Хочу поговорить, но вижу, что Мари уже закрылась в себе и усиленно думает о чём-то. Как всегда. Ей не нужна ни помощь, ни советы.

— Спокойной ночи, — произносит Мари, возвращаясь в реальность на секунду.

— Спокойной, — говорю я, крепко обнимая её, чтобы хоть как-то выразить свою поддержку.

Если завтра она не станет снова обычной весёлой и задорной Мари, то я устрою ей фирменный сеанс психотерапии «от Даяны». За эти две недели я так натренировалась на себе, что, кажется, могу открывать частный кабинет психолога.

Спальня встречает меня бликами от пламени ароматической свечи на бежевых стенах. Запах малины и мяты успокаивает и главное никак не напоминает мне о кое-чём другом. Провожу ладонью по комоду из светлого дерева и улыбка появляется на губах. Мне нравится эта комната. Очень уютная, ничего лишнего. Письменный стол у окна и кровать у дальней стены. Цвет стен ненавязчивый и этим только радует. Спальня Мари, кстати, нежно-лавандовая. Хозяйка явно нанимала для ремонта всех помещений, кроме кухни, кого-то с хорошим вкусом. В общем, мы все довольны. Почти...

Забираюсь в кровать и закрываю глаза, но беспокойные мысли не дают сразу погрузиться в сон. И причина этого снова носит фамилию Коллинз, но на этот раз это не «он», а «она». Мари точно что-то не договаривает. И не только по поводу Дерека. Её родители, когда помогали нам переносить вещи сегодня, вели себя очень скованно. Думаю, они в какой-то степени в курсе того, что произошло. Их взгляды были наполнены сожалением или даже чувством вины. Было неловко. Очень. Но мы ведь все понимаем, кто виноват на самом деле. И это точно не они.

Интересно, что сказал всем остальным Крис по поводу нас? Как он все это обыграл?

Хотя нет. Не интересно.

Меня не должно волновать, что он говорит. Думаю, наше расставание никого особо не удивило. Мне почти на каждом шагу кричали, что он скоро бросит меня. Что, собственно, и произошло.

Но есть ещё один вопрос, который не дает мне покоя уже несколько дней. Наши отношения, если их вообще можно так назвать, оставили след не только в памяти, но еще и в интернете. Когда только всё началось, с той самой злополучной стопки текилы, появилась куча статей о Крисе и его новой девушке, то есть обо мне. А что же пишут теперь? Нашёл ли он уже себе кого-нибудь ещё на эту роль или вернулся к развязному образу жизни?

Любопытство берёт верх над всеми моими выводами и правилами. Хватаю телефон и пролистываю несколько новых статей о группе Healing. Встречаю даже крупное интервью одному печатному изданию, но оно посвящено только их новому альбому. То есть, они говорят о музыке, песнях, вдохновении и всём прочем, но не о личной жизни.

Если честно, я думала, сейчас начнут всплывать кучи фоток с последних вечеринок, где Крис в окружении фанаток пьёт текилу и веселится, но… Всё мимо. На форумах пишут о том, что Крис Коллинз пропал. Что его не видно уже около двух недель. Предположения разные: уехал, заболел, а некоторые думают, что он скрывается от властей. Мне больше всего нравится вариант, что его продали в рабство за долги. Но что из этого правда? Куда он подевался?

Сердце заходится в бешеном ритме, как будто радуется, что я снова позволяю себе так долго думать о нём.

Черт, Даяна, ну куда ты лезешь? Это не твоё дело.

Закрываю все вкладки и пытаюсь выбросить всякие глупые мысли из головы.

Утренние сборы проходят как в тумане. Чувствую себя сонной и уставшей, как, кстати, и Мари. Мы обе больше похожи на зомби, чем на милых студенток. Конечно, всё не так плохо, как после нашей пиратской вечеринки, но тоже зрелище так себе.

Это была ужасная ночь. Проворочавшись на новом месте до четырёх утра, удалось поспать всего пару часов. Но зарядившись кофе, который мне готовит теперь новая кофемашина, подаренная родителями на новоселье, начинаю чувствовать себя хоть чуть-чуть человеком. Уже что-то.

День в университете тянется жутко долго. Преподаватели пытаются с весёлыми улыбками поздравить нас с началом учебного года, при этом уже сразу начиная загружать заданиями. Добряки, ничего не скажешь. Наши сокурсники, кажется, тоже не очень рады подобному развитию событий. Никто еще не готов начинать учиться. Бесчисленное множество студентов с кислыми лицами никак не способствует повышению настроения. Но есть одна хорошая новость, которая придаёт всем сил и сдерживает от массового самоубийства. Сейчас середина недели, а значит выходные уже через два дня. И, конечно же, будет вечеринка.

Мари, как только слышит эту новость, сразу берет меня в оборот. Только вот желания куда-то идти у меня нет. Совершенно. Почему-то мысли о тусовке в клубе немного пугают.

Сегодня замечаю, что несколько ребят узнают меня, как девушку Кристиана Коллинза. Они не подбегают за автографом и не тыкают в меня пальцем, нет. Но и их перешёптывания и удивлённые взгляды нервируют. Крис, конечно, не мировая звезда, но довольно популярен у молодёжи. Соответственно, все, кто слушает его песни и следит за его жизнью, знают и обо мне тоже.

Не думала, что придётся столкнуться с этим. Надеюсь, Крис в ближайшее время снова начнёт появляться на публике и даст людям новые сведения для обсуждений, а про меня все благополучно забудут.

Выходим с Мари из главного корпуса и спускаемся по широким мраморным ступеням. Наконец-то этот день закончен. Движемся в сторону парковки, и я чувствую, как подруга начинает подпрыгивать от нетерпения.

— Ди, мы же хотели начать всё сначала. Эта вечеринка может стать нашей отправной точкой, —  скулит Мари, начиная эту беседу уже в четвертый раз.

Моя голова сейчас занята новым проектом, который нужно сдать в конце месяца. А ведь я даже не знаю, с чего начать. Поэтому глупая вечеринка меня совсем не привлекает, а вот выходные за учебным материалом — да. Нужно сделать хоть что-то, пока запал не прошёл.

— Учеба может стать моей отправной точкой, Мари, а ты можешь пойти с девочками из группы, — пытаюсь найти хоть какой-то выход из этого замкнутого круга. Уже в ушах звенит: «Вечеринка! Вечеринка!»

— Но я хочу с тобой. Пожалуйста, — Мари не унимается и начинает подскакивать напротив меня, шагая спиной вперёд.

Смотрю на эту дурашку и невольно улыбаюсь. Ну вот что с ней делать? И снова эта мордочка кота из Шрека. Чёрт. Для начала нужно, чтобы она остыла. Может, получится позже придумать причину, чтобы не идти.

— Хорошо, ты победила. Тебе бы людей пытать. Можешь достать любого, и он сделает что угодно лишь бы ты… — призрачный удар выбивает весь воздух из легких, заставляя замолчать, — отстала, — договариваю тихо и останавливаюсь.

Мари оборачивается посмотреть, что ввело меня в такой ступор, и тут же быстрыми шагами движется вперед. Красная спортивная машина ярким пятном выделяется среди сереньких автомобилей. Не может быть. Облокотившись на неё и разговаривая по телефону, стоит человек, которого я не думала увидеть в ближайшее время. Да и вообще никогда.

Дрожь прокатывается по телу и останавливается в пальцах. Закрываю и открываю глаза, чтобы удостовериться, что все это не плод моего воображения. Но увы… Это происходит на самом деле.

Мари уже почти добралась до парковки, а я всё ещё приклеена к месту. Тело не слушается, одна надежда на мысли.

Давай, Даяна. Ты же всё отпустила и стала сильнее. Так покажи это. Он брат Мари, а она твоя подруга. Вам придётся иногда пересекаться, и нужно научиться справляться с этим.

Делаю пару неуверенных шагов вперёд и наблюдаю, как Мари начинает что-то кричать, размахивая руками. Кажется, она не рада видеть брата? В чём дело?

Кристиан поднимает взгляд, и меня как будто бьёт током. Даже на таком расстоянии кажется, что я вижу бурю в его ледяных глазах. Внутри всё рвётся на части. Мысли. Запреты. Убеждения. Ничего не остается, кроме невыносимого желания броситься к нему, залепить звонкую пощечину и поцеловать так, чтобы он понял, как сильно я скучала. Чёрт. Смотрю под ноги, разрывая контакт, и пячусь назад, качая головой.

Нет, я ещё явно не готова к встрече с ним. Слишком рано. Пора сделать то, что у меня всегда отлично получается — сбежать. Разворачиваюсь и быстрым шагом возвращаюсь обратно в здание университета. С северной стороны есть запасной выход, доберусь домой пешком. Главное, чтобы Мари не пригласила его к нам в гости. А я думаю, она всё же любит меня и не сделает ничего подобного.

Пересекаю холл и боязливо оборачиваюсь, проверяя, не идёт ли кто-то за мной. Конечно, маловероятно, что Крис приехал для встречи со мной, но всё же… Главные двери резко распахиваются и Коллинз быстрым шагом входит внутрь. Что? Какого черта? Может, конечно, ему что-то нужно в университете. Хотя… что за чушь? Что ему, черт возьми нужно?

Перехожу на бег, сама не понимая, зачем, чисто инстинктивно. Он же за мной не побежит, верно? Как только эта мысль проносится в голове, слышу звук приближающихся шагов позади. Да ладно? Оборачиваюсь, и вижу Криса, несущегося следом. Не хочу его видеть. Пожалуйста. Я держусь две недели. И у меня, кажется, начало всё налаживаться. Что ему нужно сейчас? Приехал всё испортить?

— Ты ненормальный? Зачем ты бежишь за мной? — бросаю через плечо, пытаясь продумать маршрут, который позволит мне избавиться от преследователя.

— А ты нормальная? Зачем убегаешь от меня? — слышу его очень отчетливо.

Неужели он так быстро меня догоняет? Пытаюсь ускориться, но сильные руки хватают меня за плечи и останавливают, прижимая к груди. Мы с Крисом оба молчим, восстанавливая дыхание. Знаю, что это затишье ненадолго и, пользуясь моментом, вдыхаю такой знакомый и родной аромат, прикрывая глаза. Как же я скучаю по нему. Безумно. Расслабляюсь в руках Криса, но быстро понимаю, что это неправильно. После осознания приходит злость. Начинаю неистово вырываться из его хватки, вцепившись ногтями в его запястья.

— Тише-тише, принцесса, — Крис сжимает меня всё крепче, ласково успокаивая.

Сильный, придурок. Это не честно. Понимаю, что нужно отойти от него подальше, но никак не могу освободиться. Чем сильнее дёргаюсь, тем сильнее он прижимает меня к себе. В голове не остается ни одной разумной мысли, только паника и желание убежать на край света.

— Чего ты хочешь, Кристиан? — надеюсь, холод в моём голосе не уступает тому, с которым он выпроваживал меня из своей спальни.

Стараюсь успокоиться и взять эмоции под контроль. Истерика не даст ничего хорошего. Знаю, что этим побегом сдала себя с потрохами. И ежу понятно, что он мне всё ещё не безразличен, но… Можно вывернуть всё так, будто я ненавижу его. Я должна его ненавидеть.

— Поздороваться, — отвечает Крис с улыбкой в голосе, упираясь подбородком мне в макушку.

Толпа таких знакомых мурашек разбегается по телу, и я замираю, не в силах даже вздохнуть. Какой же он всё-таки мудак. Снова играет моими чувствами. Неужели ему было мало? Пришел добить до конца? Крис расслабляется, видимо, принимая мое оцепенение за повиновение.

— Привет, Крис, — резко разворачиваюсь и выбрасываю кулак вперёд.

Ох, как мне полегчает, если я сломаю нос этому придурку. Но он, как всегда, быстро реагирует и перехватывает мою руку прямо в сантиметре от цели. Коллинз ухмыляется и дёргает меня ближе к себе.

— Я тоже скучал, — говорит он прямо напротив моих губ, лаская их дыханием.

Хочу убить всех бабочек, которые просыпаются во мне снова от близости этого парня. Мы ненавидим его, забыли? Похоже, они об этом и не знали. Почему даже мои чувства против меня? Не могу оторваться от его глаз, которые затягиваю в ледяную бездну и…

— Крис, какого черта ты делаешь?! — голос Мари звучит очень грозно.

Слава богу. Хоть один нормальный человек здесь. Отшатываюсь от Криса, дергая рукой, чтобы освободиться.

— Сестрёнка, я просто хочу поговорить с ней, — отвечает Крис, всё ещё удерживая меня.

Пытаюсь заставить адекватно работать мозг, но в этой ситуации, похоже, мне нужна помощь. Коллинз плохо влияет на мои умственные способности.

— Ди, ты хочешь говорить с ним? — спрашивает Мари, глядя на меня.

Мотаю головой и вырываю руку из хватки. Кожа горит, но теперь я хотя бы могу соображать. Разгоняю рой мыслей в голове, пытаясь найти нужную. Что я должна сказать сейчас? Крис застал меня врасплох, не дав надеть маску, которую я готовила с тех пор, как уехала из дома Коллинзов. Маску безразличия и надменности. Специально для этого парня. Но теперь я могу это сделать.

— Нам не о чём говорить, Кристиан. Я повела себя глупо, сбежав, но думаю, это был самый толстый намек на то, что вообще никак не хочу пересекаться с тобой, — говорю спокойно и чётко, проговаривая медленно каждое слово.

Крис пристально смотрит мне в глаза. Что, неужели пытается разглядеть в них что-то знакомое? Но там пусто. Для него там больше ничего нет.

— Это говоришь мне не ты, принцесса, — Крис качает головой и хитро улыбается. — Ты хочешь скрыть это, но я знаю, что ты чувствуешь на самом деле. И это взаимно.

Моё сердце отзывается на его слова, но не я. Напоминаю себе, что Крис сам всё испортил. Он прогнал меня, а теперь что? Думает, может заявиться через две недели и вести себя так, будто ничего такого не произошло? Совсем идиот?

Щеки начинают пылать, но не от смущения, а от злости. Как же он бесит меня своей вечной самоуверенностью. Тоже мне, золотой мальчик. Привык получать все, что только пожелает? Ну уж нет. Меня он не получит.

— Заткнись, Крис! — вмешивается Мари, предотвращая мою гневную тираду. —  По-хорошему тебя прошу, оставь её в покое. Ты уже достаточно натворил, — она хватает меня за руку и уводит в сторону выхода.

Не сдержавшись, бросаю последний взгляд на Кристиана и, кажется, замечаю искорку грусти в его глазах. Хотя, наверное, просто свет мелькнул. Ведь я знаю, что Крис бесчувственный чурбан, и к тому же очень хороший актер. Нельзя верить ему.

Да как он вообще может появляться так просто и снова лезть мне в душу? Его последние слова ещё больше выводят меня из равновесия. Зачем он здесь? Ведь галочка в списке побед уже поставлена, он получил то, что хотел.

— Спасибо, — говорю я Мари, сидя в её машине. — Зачем он приехал? — этот вопрос задаю скорее себе, чем ей.

Зачем? Извиниться? Подразнить? Не знаю. Обхватываю руками голову, зарываясь пальцами в волосы, и кусаю губы, чтобы сдержать слезы.

— Ди, я больше не дам ему обидеть тебя, — произносит Мари виновато и кладет руку мне на плечо. — Не нужно было мне вмешиваться тогда, но сейчас я буду только на твоей стороне.

 Сбрасываю все свои эмоции и концентрируюсь на подруге.

— Чёрт! Так и думала, что ты будешь винить себя. Мари, ты здесь не при чем. Он твой брат…

— И это не мешает ему быть мудаком, — отрезает она, недовольно хмыкая. — Послушай, Ди, я не рассказывала ничего, потому что ты не хотела слышать о нём. Но раз уж он сам здесь появился, то наверное всё-таки стоит.

Хочу остановить её или закрыть уши, но не могу. Коротко киваю и перевожу взгляд на лобовое стекло, на всякий случай сосредотачиваясь в одной точке, чтобы предотвратить появление слёз.

— После того, как ты уехала, я пыталась поговорить с Крисом, но, естественно, он не подпустил меня. Не знаю, что между вами точно произошло, но я не слепая. То, что ты сказала мне в день отъезда — неправда. Это было не просто обоюдное расставание из-за ошибочности ваших чувств.

Сглатываю горький комок в горле. Мои чувства были самые настоящие, а вот его… Воспоминания тех дней возвращаются, просверливая дыру в моей груди. Чёрт, а ведь мне казалось, что я так хорошо их спрятала.

— Крис уехал на следующий день после тебя и не появлялся до прошлых выходных. Всё это время он работал. Записывал песни и музыку. В общем, не вылезал из студии. Нам это сообщил один из участников группы, чтобы мы не волновались. А когда Крис наконец вернулся домой, то ходил чернее тучи и ни с кем из нас не разговаривал. Закрылся в своей комнате и постоянно играл на гитаре. Днём и ночью. Без перерывов. Я снова пыталась поговорить с ним. Хотела помочь и выяснить, что произошло. Ведь я видела, что вы оба страдаете, мучая друг друга. И на десятой попытке я поняла, он сам не хочет, чтобы ему помогали. Поэтому ты и уехала. Верно?

Горько усмехаюсь, кивая. В точку. Она абсолютно права.

— Нельзя помочь человеку, который всеми силами сопротивляется. Это просто бессмысленно. Но перед своим отъездом сюда я ему кое-что сказала, — Мари переводит дыхание, а я, заинтересовавшись, поворачиваюсь к ней лицом. — Я сказала, что он идиот, упустивший свое счастье.

— Что идиот — полностью согласна, — говорю я, вздыхая и устало прикрывая на секунду глаза. Кажется, поддержание самообладания высасывает последние силы, — а вот про счастье — не правда.

— Правда, — произносит Мари, разглядывая меня. Хочет увидеть реакцию на её рассказ?

Пожимаю плечами, скривив губы. Мне нечего ей сказать. Всё, что я услышала, абсолютно ничего не меняет. Мальчик расстроился, что игрушка ушла от него так просто и не просится обратно. Ведь за этим он вернулся. Крис ждёт, что я буду хвостиком за ним ходить. А вот хрен ему. У сломанных игрушек тоже есть гордость.

— Сейчас возле машины он сказал мне, что приехал всё исправить. Что сам пришёл за своим счастьем, — Мари глядит на меня виновато и отводит глаза. — Ди, на этот раз я не буду подталкивать тебя ни в какую сторону. Это только твой выбор. И я поддержу тебя при любом раскладе. Всё-таки он мой брат и я действительно могу быть слишком мягкой к нему.

— Это всегда был только мой выбор, Мари. Но спасибо за поддержку. И помогая мне сбежать от своего несносного братца, не сказала бы я, что ты была такой уж мягкой, — стараюсь говорить непринуждённо, но от напряжения начинает болеть голова, заставляя морщиться после каждого слова. — И я уже давно сделала свой выбор. В тот момент, когда вышла из его спальни. Мне это всё не нужно. Так же, как и ему.

Мари ничего не произносит и я благодарна, что не нужно продолжать этот разговор. Она держит своё слово — никакого давления. Но Мари-то оставила меня в покое, а вот собственные мысли никак не хотят отпускать эту тему. Думаю, что все действия Криса неискренние. Очередная прихоть или просто заканчивается материал для песен. Нельзя допустить, чтобы этот парень снова влез в мою жизнь. Только вот, зная Криса, боюсь, что сегодняшний инцидент был только началом.

Весь вечер смотрю, как разрывается мой телефон от звонков и сообщений. Давненько уже такого не было. Часам к десяти мне это порядком надоедает, да и соблазн взять трубку или почитать сообщения становится всё больше и больше. Отправляю Криса в чёрный список, а для верности выключаю звук на телефоне и убираю его в нижний ящик комода.

Надеюсь, Коллинзу тоже скоро надоест это всё, и он просто отстанет. Крис ведь не из тех парней, которые привыкли добиваться девушек. Ведь он не был обременён подобными неудобствами со времен его отношений с Джиной. Хотя и её в конечном итоге не стал возвращать, хоть и любил. Так что обо мне он и подавно скоро забудет.

Утро наступает на удивление быстро. Наверное, из-за того, что заснуть удается только после трех часов ночи. Когда я уже смогу выспаться в этой проклятой квартире? Снова сонные сборы и подзарядка при помощи кофе. Рутина такая рутина. И ведь так будет почти целый год.

Но несмотря на недостаток сна и плохое настроение, день проходит легко и спокойно. Телефон молчит и на горизонте не видно никаких придурков. Да это просто прекрасный день. Получаю удачные материалы для начала проекта по современной архитектуре, что тоже очень радует. В целом у меня всё хорошо.

А вот Мари ходит какая-то настороженная. Сколько ни спрашиваю, в чём дело, каждый раз отвечает, что всё в порядке и не о чем волноваться. Но я так не думаю. Она определённо что-то скрывает.

— Да что с тобой? Ты выглядишь как какой-то детектив или секретный агент. Всё время оборачиваешься и кого-то выглядываешь, — спрашиваю я, заходя в нашу квартиру.

Мари запирает дверь на все замки и быстро обходит все комнаты, внимательно осматривая их. Присаживаюсь на диван, размышляя, что делать с подругой, медленно сходящей с ума. Кому звонить-то?

— Ну и как? Нет признаков врага? — спрашиваю я, не сумев сдержать усмешки.

— Смешно тебе? — Мари упирает руки в бока и, прищуриваясь, бросает злобный взгляд на меня. — Крис и мне телефон обрывал, а сейчас замолчал. Значит, придумал что-то ещё. Нам нужно быть начеку.

— Он замолчал, потому что ему надоело страдать херней, и он просто уехал домой, — объясняю я, но Мари категорично качает головой. — Мари, с чего ты решила стать моим телохранителем? Поверь, я смогу за себя постоять.

Она выгибает бровь и кривит губы. Вот засранка.

— В тот раз он просто застал меня врасплох. Но теперь я готова ко всему, — произношу уверенно и поднимаюсь на ноги. — Всё, закрыли тему. Идём ужинать, — хватаю подругу за руку и тяну в сторону кухни.

— Ладно. Но я тебя предупредила, — бубнит она.

Следующий день проходит без происшествий. Мари, слава богу, ведёт себя как обычно. Никаких шпионских наклонностей. Похоже, можно выдохнуть и просто жить дальше.

Наверное, Крис просто мимо проезжал и захотел снова потешить своё самолюбие за мой счёт. Да пошёл он к чёрту! Не хочу больше думать об этом. Да, ему всё-таки удалось задеть меня своим внезапным появлением, да ещё и заявлением, высказанным Мари, о том, что он хочет всё исправить. Но я знаю, что это всё ложь и провокация. Знаю и больше не куплюсь на его улови. Нужно выбросить это из головы. И как можно скорее.

Именно поэтому сейчас я стою в обтягивающих чёрных джинсах, белой шифоновой рубашке и крашу губы малиновой помадой, собираясь на эту грёбаную вечеринку в честь начала учебного года.

— Вау, Ди! Ты хочешь, чтобы я весь вечер отгоняла от тебя парней? — говорит Мари, заходя в мою комнату, натягивая короткий белый топ, открывающий полоску живота и отлично смотрящийся с голубой юбкой-миди.

Кто ещё от кого парней будет отгонять? Волосы распущены, а глаза подчеркнуты коричневой подводкой. Выглядит Мари невинно, словно ангелочек, но при этом очень маняще.

— Кажется, сегодня мне снова придётся сломать кому-нибудь нос, — говорю я, окидывая взглядом её наряд. — Не хочешь сменить верх? — спрашиваю, указывая помадой на её открытый топ.

— А ты не хочешь? — парирует она, копируя мой жест и интонацию, указывая пальцем на прозрачную блузку.

— Нет, — произносим мы одновременно с довольными улыбками на губах.

Ничто не поднимает тебе настроение и чувство собственной неотразимости так, как внимание противоположного пола. И что поделать, если зачастую его можно добиться только при помощи внешности. Да, это правда. Главное, держать это внимание в определённых рамках. Думаю, уроки Дерека нам в этом помогут.

Подкалываю пряди у висков шпильками, чтобы они не лезли в лицо, и я уже готова идти. Сегодня будем веселиться. Давно пора вылезти из своей раковины.

Крис не единственный парень во вселенной. Он не особенный. Я не влюблена в него.

Последние два дня повторяю эту мантру каждый час. Рано или поздно мозг должен запомнить, что это правда.