2

Ариана тряхнула головой, и все старания Мирты пошли прахом — причёска развалилась, а шпильки с тихим звоном разлетелись по полу.

— Мама, ты не заболела?

— Нет. - Леди Люсинда сильнее вцепилась пальцами в платье. — Если бы я могла, непременно отменила бы эту треклятую свадьбу.

— Точно заболела. Позвать лекаря?

— Да не нужно никакого лекаря! — воскликнула графиня и тут же понизила голос, вспомнив о воспитании: — Я не больна, Ариана. Но запомни, девочка моя, герцог Айронкрафт не должен стать твоим мужем. Он ведь тёмный маг!

Ариана закатила глаза. Даже её, не интересующейся светскими новостями, ушей достигали истории о герцоге Айронкрафте. Но она никак не могла понять, как до сих пор можно было верить в подобную чушь. Ничем не доказанные бабушкины сказки!

Да какое колдовство в их время! Какие маги! Тёмные, светлые, в крапинку... Какие такие маги! Однако всё ещё находились те - и их было большинство, - кто всё ещё в них искренне верил. Герцог Айронкрафт всегда считался нелюдимым, его владения обходили стороной, сам он почти никогда не появлялся в обществе.

Ариана вообще его никогда раньше не встречала, хотя её исправно вынуждали посещать все светские мероприятия в надежде, что она хоть как-нибудь добудет себе мужа. Начиная с шестнадцати и вплоть до восемнадцатилетия ей дали относительную свободу в выборе спутника жизни, и Ариана с особым усердием отклоняла все предложения руки и сердца. А затем за дело взялся Его Величество.

«Чтоб ему пусто было!» — думала про себя его очень и очень дальняя кузина, не желавшая той же участи, что и у других аристократок, включая её сестёр и мать.

Однако отказать королю — нанести тому смертельную обиду, вот и приходилось изо всех сил изворачиваться. Пока что удавалось. Увы, в современном мире до сих пор женщины имели слишком мало прав, так что только лорды могли высказать своё недовольство новоиспечённой супругой и отправить её к родителям, если брак не был, кхм, консумирован. О том, что происходило в супружеской постели, Ариана была хорошо осведомлена и без материнских пояснений. В конце концов, юная леди с младых ногтей водила дружбу с крестьянскими детьми, а там родители не были столь щепетильны в воспитании своих чад. Собственно, крепкие ругательства и знания о плотской любви она почерпнула именно от них, а не от вечно краснеющих от стыда старших сестёр и матери. Честно говоря, слова последней «лежи смирно и пусть супруг всё сделает сам» не то что не проясняли ситуацию, а, наоборот, ещё больше её запутывали.

— Мама, тёмных магов не бывает.

— Ариана, не говори чепуху! — Лоб леди Люсинды нахмурился, и она тут же дотронулась до него ладонью, чтобы ни в коем случае на нём не образовались морщины. - Все знают, что герцог Айронкрафт - тёмный маг!

— А что ещё о нём знают?

Графиня замялась, пытаясь собрать все сведения воедино и при этом не морщиться.

— Всё это только слухи, но ты же знаешь, что дыма без огня не бывает.

— Ага, конечно...

— Ты что-то сказала?

— Нет-нет, ничего. Продолжай, пожалуйста.

— В общем, ты, я думаю, слышала, что он принадлежит к прежней династии? Нет?

Ариана, как так можно отстать от жизни! А всё твои... Ладно, не о том сейчас.

Герцог Айронкрафт — последний из династии Норхеймов. На наше счастье, на трон он не претендует.

— А остальные? В смысле, где его семья?

Леди Люсинда вздохнула и украдкой поправила и без того идеальную причёску.

— В том-то и дело, Ариана. Говорят, что он сам проклял свою семью, никого не осталось. А ещё говорят, что любой, кто явится на его землю, вскоре умрёт.

— Кто-нибудь проверял?

У графини настолько вытянулось лицо, что шкодница едва не рассмеялась, но уголок губ предательски дрогнул.

— Нет, конечно же! Люди же не дураки!

У Арианы на то было своё мнение, но оно, как обычно, никого не интересовало.

— А ты, мама, ты с ним знакома?

— Видела однажды. Кажется, это было вскоре после свадьбы Альфреда. Его Величество устраивал бал по случаю, кажется, по случаю... Не помню, Ариана, по какому случаю. У меня тогда все мысли были об Альфреде. Ты ещё малышкой была, не помнишь, наверное. Альфред тогда сильно болел, и мы переживали, что свадьба может сорваться. Твой отец тогда целое состояние потратил, чтобы...

— Мама, мы говорили не об Альфреде, а о герцоге Айронкрафте.

— Да, да, конечно. — Графиня скосила глаза вбок, чтобы взглянуть на своё отражение в зеркале, убедилась, что с королевской осанкой всё в порядке и продолжила: — Помню... Помню чёрную высокую фигуру. Лица я его не видела —боялась смотреть. Герцог пробыл на балу недолго. К нему было страшно даже подойти, так что вокруг него никого не было. Все вздохнули с облегчением, когда он ушёл.

Ариана поймала себя на мысли, что ей жаль нынешнего жениха. Но даже если и так, замуж за него она выходить не собиралась ни под каким предлогом.

Счастливые браки, да и то нечасто, она наблюдала лишь среди крестьян. Высшее общество союзами по любви не увлекалось, предпочитая смотреть на супружество, как на выгодную сделку. Увы, исключением не стали даже её собственные родители. Впрочем, они никогда не жаловались и не пытались ничего изменить.

Судя по всему, всех всё устраивало. Почти всех.

— Хорошо, мама, последний вопрос: почему, если герцог такой ужасный, как о нём говорят, меня собираются выдать за него замуж?

— У нас не было выбора, Ариана. Так повелел Его Величество. Мы не могли отказать.

— Мама, но ведь Его Величество наверняка знает о слухах. Тогда почему он выбрал мне такого жениха?

— Не знаю, девочка моя. Не нашего это с тобой ума дело. Ты лучше постарайся там со своими штучками.

И Ариане пришлось хорошенько прикусить губу, чтобы наружу не вырвались все ругательства, которые она знала. А знала их она немало.

После визита матери сегодняшняя невеста почувствовала, что ужасно проголодалась. И если её сейчас же не покормят, то кто-нибудь или что-нибудь пострадает. Чуткая Мирта, прекрасно знавшая свою госпожу, бесшумным мотыльком впорхнула в комнату, и это притом, что в руках горничная держала огромный серебряный поднос с завтраком скорее уж для огромного воина, нежели для крошечной леди.

— Я же говорила, что у меня нехорошее предчувствие. — Мирта налила в чашку чай, не пролив при этом ни капельки, хотя хозяйка держала её навесу, причём не то чтобы ровно. - И как Его Величество мог Вам такого жениха выбрать!

— Подслушивала?

— Нет, у меня просто слух хороший.

— Ладно. — Ариана позавтракала, как птичка — а чем индюк не птица? — и стряхнула с груди крошки. — Одеваться, что ли? Во сколько свадьба?

— В полдень.

— Значит, на Грэе покататься точно не успею. Пойду хоть поздороваюсь.

— Не думаю, что это разумная идея.

— И что с того? — хмыкнула без пяти минут герцогиня.

— Ваша правда, - улыбнулась ей в ответ Мирта.

Свой дом Ариана обожала, считая его самым лучшим местом не только в королевстве, но и во всём мире, хотя путешествовать ей пока не доводилось. Но ничего, вот исполнится ей тридцать, перейдёт она официально в ранг пере-пере-перестарых дев, и можно будет спокойно покидать пределы родной страны. А пока неплохо и остаться в семейном гнезде Мунстоунов.

Чтобы лишний раз не нервировать леди Люсинду, Ариана спустилась по лестнице для слуг и выскочила из дома через чёрный ход. По пути поприветствовала кухарку Белинду и лично передала ей просьбу об ореховом пироге, переговорила со служанкой Ирмой, посоветовала той обратиться к лекарю со своей опухшей рукой и сказать тому, что так велела леди Ариана — тогда этот спесивый чурбан точно не откажет.

День обещал стать тёплым, на небе не притаилось ни облачка, и солнечные лучи беспрепятственно проникали на землю, чтобы обогреть её после почти целой недели дождей. Сочная трава за это время успела изрядно подрасти и теперь достигала колен рыжей бунтарки. Со смехом она внеслась на конюшню, расположенную достаточно далеко от дома — считалось, что чувствительным леди ржание лошадей и сильные ароматы доставляют неудобство.

— Леди Ариана! — ахнул молодой конюх, никак не ожидавший увидеть её здесь в день свадьбы.

— Доброе утро, Ник! — бросила ему госпожа, всё своё внимание сосредоточив на том, кто давно покорил её сердце. - Грэй! Мальчик мой, как ты тут?

Чёрный, лоснящийся жеребец, пугающий всех своим гигантским размером, заржал и затанцевал, узнав обожаемую хозяйку. Та подбежала к нему, он мгновенно успокоился, опустил голову и позволил Ариане прижаться лбом к его лбу.

— Леди Ариана, я как раз собирался дать ему побегать, — оправдывался конюх, стоя за её спиной.

— Я сама его выгуляю, — сообщила госпожа, гладя коня по шелковистой шкуре. Не обманывать же саму себя: какое там просто поздороваться!

— Но...

— Я быстро!

Отойдя на шаг от любимца, Ариана одним движением сняла с себя верхнее платье — не зря переоделась перед выходом, — и под ним оказалась свободная белая рубаха и - о ужас ужасный! — мужские тёмно-коричневые бриджи и грубые сапоги.

— Леди Ариана... — едва не хныкал Ник. — Меня накажут!

— Не накажут, если не узнают. — Она вывела из стойла Грэя, от нетерпения бьющего копытом. — Я до речки и обратно.

— Но, леди Ариана!

Однако та уже не слушала, она вела за собой коня, тот фыркал от удовольствия, и оба словно очутились в собственном, известном только им двоим мирке. Леди самостоятельно оседлала своего любимца, что для неё и только для неё не составило никакого труда, потому что гроза всего поместья Мунстоун ради своей рыжеволосой госпожи становился на колени. Остальные же вообще могли подобраться к строптивому жеребцу только, если тот был в хорошем настроении, что случалось в основном лишь после общения с леди Арианой. В общем, заколдованный круг.

С территории конюшни Грэй со своей наездницей выбирались почти крадучись, но как только они вырвались в чистое поле, сразу же пустились в галоп, дав волю общей страсти к скорости. По крайней мере, час Ариана спокойно могла себе позволить не возвращаться домой — останется достаточно времени, чтобы подготовиться к церемонии, и особенно с навыками Мирты.

Пользуясь пусть и давним, но всё же родством с нынешним королём, Мунстоуны устраивали свадьбы своих детей в своём же поместье. Выходило недёшево, зато на дорогу не нужно было тратить много времени. А если учесть и то, что младшенькую всё никак не удавалось «сбыть», то и вовсе все затраты окупались.

Тем более что традиционно большую часть расходов на себя брал жених.

— Грэй! Смотри, смотри, как сияет!

Вдали, сверкая искристыми переливами, показалась река. Рядом с поместьем она ужалась и мельчала, поэтому крестьянская ребятня обожала в ней купаться, и очень часто к ним присоединялась и рыжая ворона из рода Мунстоунов. Сегодня же никто из детишек не прельстился чудесной летней погодой — все были заняты встречей гостей. Выстроившись вдоль подъездной дороги с букетами полевых цветов в руках, они приветствовали вновь прибывших громкими криками. Чем не развлечение для детворы?

Однако, чем ближе Ариана подбиралась к реке, тем чётче видела, что на берегу около высокого, тенистого дерева кто-то расположился. Поворачивать назад она не собиралась, потому что опасаться ей было нечего и некого — Грэй любому отобьёт охоту вредить его госпоже. В прямом смысле.

Чтобы не пугать незнакомца, Ариана снизила скорость, перейдя сначала на рысцу, а потом и вовсе на шаг. Жеребец явно остался недоволен, ему хотелось бежать и бежать, но с хозяйкой он никогда не спорил. Человек на берегу явно слышал их приближение, но оборачиваться не стал, пока его не окликнули.

— Доброе утро! — Ариана сперва хотела спешиться, но передумала — время уже начинало поджимать.

Черноволосый мужчина, одетый, как и она, в свободную белую рубаху, повернул голову на голос.

— Доброе. — Он поднялся на ноги, отряхнул чёрные же штаны, и подошёл.

Вот уж кому-кому, а ему точно не понадобилась бы помощь, чтобы забраться на Грэя — так он был высок. К тому же при ближайшем рассмотрении оказался довольно молодым, хотя из-за строгости его взгляда Ариана вначале подумала, что он намного старше.

Этого мужчину она никогда раньше не встречала — такое красивое лицо уж наверняка бы запомнила. Не то чтобы у неё была хорошая память на лица, но это её отчего-то привлекало. Немного вытянутое, сильное, с чёткими чертами — в округе не было никого с подобной внешностью. А ещё эти серые, будто грозовое облако, глаза... На мгновение девушке показалось, что её заворожили. Тряхнув головой, отчего последняя шпилька навсегда скрылась в густой траве, младшая дочь графа Мунстоуна представилась:

— Я Ариана.

Не сводя с неё внимательного взгляда, незнакомец ответил:

— Эрик.

— Вы тоже на свадьбу?

— Вроде того.

— Вы, наверное, со стороны жениха?

Эрик сделал шаг вперёд и замер, потому что Грэй заметно напрягся.

— Да.

Жеребец отступил, и Ариана восприняла это по-своему.

— Вы извините, Эрик, но мне пора. Увидимся на свадьбе!

Но не успела она пришпорить коня, как её остановил спокойный, но при этом настойчивый голос:

— А Вас не интересует, какой он, Ваш жених? О нём много судачат.

— Ну и что? — пожала плечами Ариана. — Обо мне тоже много говорят.

— И всё неправда? — Новый знакомец выгнул бровь.

— Наоборот! — расхохоталась леди. — В основном чистейшая правда! Ладно, Эрик, мне правда пора. Ещё увидимся!

И огромный жеребец встал на дыбы, заржал, развернулся и унёс всадницу прочь от реки и странного человека. Длинные рыжие волосы знаменем развевались за спиной Арианы, и Эрик ещё долго задумчиво смотрел ей вслед.

У самой же опаздывающей невесты новый знакомый совершенно вылетел из головы — успеть бы переодеться. Около конюшни госпожу встретил вцепившийся себе в волосы конюх.

— Леди Ариана! Как же так! Меня точно накажут!

— Не волнуйся ты так, Ник! — Рыжая проказница, не особо торопясь, расседлала Грэя и лично отвела того в стойло. Другие лошади с почтением смотрели на самого грозного из их племени и на ту, что сумела завоевать его безусловную преданность.

— Там на стрёме Мирта, так что всё в порядке.

— Но, леди Ариана...

— Ты лучше дай Грэю свежей воды. А ещё, мне кажется, он проголодался.

Жеребец согласно заржал и вперился взглядом в конюха, слишком уж бледного даже для раннего лета.

Пробраться в дом незамеченной оказалось проще простого. Занятые последними приготовлениями, никто и не вспомнил о самой вынужденной виновнице торжества.

Если ещё первые шесть свадеб гости с её стороны старались поговорить с невестой, выразить ей своё почтение, дать непрошенный совет, да и просто убить таким образом время, то позже о ней вспоминали только в зале для церемоний, которые мудрые предки построили отдельным зданием. В сезон там проводили балы, а, когда нужно, переделывали и для более редких случаев. Хотя в последние годы стараниями одной рыжеволосой леди в поместье графов Мунстоун свадьбы проходили чуть ли не чаще балов и приёмов.

Около спальни невесты никто не дежурил, поэтому беглянка беспрепятственно попала к себе в комнату.

— Леди Ариана! — Мирта сразу же взяла её в оборот и стянула с госпожи верхнее платье, а затем усадила на стул, чтобы стащить с той сапоги. — У нас всего полчаса!

— Но ты же успеешь! — хмыкнула шкодница.

— Можете не сомневаться.

Спустя пятнадцать минут рыжий сорванец превратился в ослепительной красоты, высокородную леди. Во многом благодаря не маме с папой, а умелым ручкам горничной. Та сотворила поистине чудо за весьма ограниченное время.

— Вот как ты это делаешь?! — Ариана смотрела в зеркало на улучшенную версию себя.

— Отвечать обязательно?

— Нет — всё равно ведь не скажешь.

Золотисто-медное богатство Мирта приручила и скрепила жемчужными заколками, выпустив несколько прядей свободно спускаться на лицо. Обычно они завитками торчали в стороны, однако сейчас послушно легли туда, куда их положили. Наряд ничуть не уступал причёске. На тринадцатую свадьбу Ариане досталось синее платье, своим глубоким оттенком напоминавшее ночное небо. С каждым разом цвета становились мрачнее и мрачнее — так леди Люсинда выражала своё недовольство строптивостью дочери.

— И зачем опять было новое шить? — ворчала невеста, когда её горничная застёгивала мелкие пуговки на спине госпожи. — Я же те всего на несколько часов надевала.

— Не скажите. В прошлый раз почти целый день носили.

Ариана поправила корсаж и едва не вырвала несколько пуговиц. Явно мама подговорила портниху сшить наряд настолько тесный, чтобы дочь не опозорила семью своим обжорством. Нельзя, запрещено, неприемлемо есть на собственной свадьбе!

— Это потому что жених упрямый попался. Тяжко с ним пришлось. Мирта? — Госпожа состроила «щенячьи» глазки, и горничная со вздохом кивнула. И через несколько минут все пуговки исчезли, а их место заняла нетугая шнуровка. Чтобы не смущать графиню, на плечи Арианы набросили полупрозрачную, переливающуюся жемчужными отблесками шаль. — Спасибо, Мирта.

Горничная кивнула, а затем после недолгой заминки озвучила изрядно измучившую её мысль:

— Леди Ариана, возьмите меня с собой. Не могу я Вас оставить наедине с герцогом.

— Зачем? — хмыкнула та и поправила нитку жемчуга на шее — единственная вещь, перекочёвывающая от свадьбы к свадьбе. — Да он меня с полдороги вернёт.

— Ох, леди Ариана...

— Ладно, пойдём уже, а то маму удар хватит. Да не волнуйся ты так, всё будет хорошо!

По лестнице для слуг спуститься было бы быстрее, но в пышном платье невеста определённо застряла бы, поэтому пришлось выходить через парадный вход. Тем более что там её уже дожидался отец, чтобы проводить до церемониального зала и передать в руки будущему мужу. Коротко говоря, чтобы не сбежала. Ариана считала, что папа зря беспокоится, потому что зачем сбегать и навлечь на себя гнев и осуждение всего высшего общества, включая Его Величество, если можно просто, довести супруга до такого состояния, чтобы тот лично захотел от неё избавиться.

— Прекрасно выглядишь, — поприветствовал Ариану граф, протягивая ей руку.

— Спасибо, папа.

В отличие от графини его давно не интересовала собственная внешность, и за последние лет пятнадцать он заметно раздобрел. От когда-то каштановых волос не осталось даже седины — череп сверкал, как наполированный. Из-за высокого роста восьмой граф Мунстоун казался таким внушительным, что идущая рядом с ним дочь больше походила на наряженную куклу, нежели на настоящего человека.

— Если вернёшься сегодня-завтра домой, злиться не буду, — понизив голос, сообщил отец.

— Я постараюсь, папа! — хихикнула Ариана. Её всё больше и больше начинала забавлять вся эта ситуация. По крайней мере, что-то новенькое.

Из кухни доносились умопомрачительные запахи, и уже на самом деле без пяти минут герцогиня, подумала, что не отказалась бы пообедать, но до праздничного пира оставалось ещё где-то около часа: впереди ждала сама церемония и многочисленные поздравления от многочисленных же гостей. А их ведь с двух сторон!

— Есть хочу, — призналась Ариана, когда они с отцом прошли половину пути.

— Ариана! — воскликнул граф, а потом тихонько добавил: — Я тоже.

— Папа, давай на кухню завернём, а? На минуточку! Никто и не заметит.

— Не искушай.

Чтобы отвлечь себя от аппетитных запахов, Ариана стала вспоминать всех женихов по порядку. Если посчитать, то она уже двенадцать раз побывала замужем, хоть на следующий день все браки аннулировались. Как она только ни называлась: виконтесса, баронесса, графиня... Герцогиней только пока не случилось стать. Что ж, вот случай и представился. Будет что потом таким же старым девам, как она, рассказывать.

Шажок, ещё шажок, и вот показался церемониальный зал. Одноэтажное здание явно строили на века, серый камень определённо собирался простоять на этой земле до её исчезновения, если такое вообще возможно. С крышей, правда, не везло: сколько её ни чинили, сколько ни меняли, а всё равно каждый год приходилось что-то ремонтировать. Зато двери добротные! Их сейчас распахнули настежь, чтобы впустить тёплый летний воздух.

— Рассчитываю на тебя, дочь.

— Завтра вернусь, папа.

И под негромкую музыку — зря, что ли, музыкантов приглашали? — невеста с отцом вошли в зал. Справа, как и положено, расположились гости со стороны невесты, а слева... деревянные скамьи чернели пустотой. Ариана на секунду запнулась и едва не оступилась, но продолжила идти к жениху. Подумаешь, один приехал! Так и слухи о нём ходили не абы какие.

На фоне пёстро выряженных гостей и нежных светло-розовых цветов, украшавших зал, чёрная фигура герцога выглядела особенно зловеще. К невесте он не обернулся и терпеливо ждал её у алтаря, где они и должны были произнести свадебные клятвы. Ариана кивками здоровалась с родными и знакомыми, кому-то махала. В общем, вела себя совершенно не так, как положено приличной невесте.

До самого алтаря граф дочь не повёл, отпустив её руку за несколько шагов.

Оставшееся расстояние она должна была преодолеть одна. Обычно эта часть занимала довольно много времени, потому что у девушек тряслись ноги, некоторые бедняжки падали в обморок. Но как опытная невеста Ариана в два прыжка очутилась подле жениха, и только тогда тот соизволил повернуться к ней.

— Эрик!