Глава 20
Москва, февраль 2016 года
Сергей зашел в палату к сестре и, придвинув стул к койке, взял Лизу за руку. Оставаться в Москве дольше он не мог, нужно было возвращаться во Францию, готовиться к предстоящему чемпионату мира. От мысли о том, что придется оставить Лизу в России совсем одну, становилось неприятно, но выбора не было. Родители улетели еще накануне днем, хотя, наверное, могли задержаться дольше. Сережа знал, что они собирались забрать Лизу с собой в Швейцарию. А она отказалась. Категорически. Заявила, что останется в Москве и в чужую страну больше не вернется. После разговора мать вышла из палаты раздраженная, видно было, что отказ Лизы ее зацепил, Николай злился. Сергею показалось, что сдерживается отец только потому, что они находятся в больнице.
- Как ты, Лиз? – Сережа сжал кисть Лизы обеими руками.
- Так же, как и вчера.
Она едва заметно повернула голову, чтобы видеть его. Вставать ей разрешали лишь под присмотром медперсонала, да и то лишь в самых необходимых случаях, поэтому в основном Лиза лежала или сидела, откинувшись на подушку. Из-за отсутствия движения ныло тело, дни тянулись однообразно и бесконечно медленно.
- Да… - Глупый вопрос. Ну что она могла ответить? – Родители вчера улетели. Хотя ты, наверное, знаешь.
- Слава Богу. - Лиза облизнула губы и прикрыла глаза. – Они хотели, чтобы я вернулась в Швейцарию.
- Я знаю, - тихо проговорил мужчина, не переставая гладить ее ладошку.
- Мама сказала, что одна я тут буду непонятно чем заниматься, - вымученно ухмыльнулась Меркулова. - А отец…
- Тихо, Лиз, они уже улетели, всё.
- Почему они так ко мне относятся, Сереж? – Она потихоньку вздохнула.
Сергей поднес ее кисть к губам и дотронулся до костяшек пальцев. Сейчас он жалел, что так редко был рядом с ней. Спорт всегда являлся в его жизни главным, а Лизка… она только мешалась, болталась под ногами.
Ответа на ее вопрос Сергей не знал, он никогда над этим особо не задумывался, хотя нередко замечал, что то, что легко могло сойти с рук ему, Лизе никогда не прощалось. Что отец, что мать всегда были излишне строги к ней, слишком требовательны. Если в детстве самым жестоким наказанием для него был угол, то Лизе и ремнем могло достаться, это уже не говоря о довольно нелестных высказываниях родителей в ее сторону. В Швейцарии с семьей Сергей прожил совсем недолго, очень скоро после переезда он вернулся в Москву, где стал тренироваться в группе Миронова. С Лизой они общались мало, в основном, когда он приезжал навестить родителей. И дела до Лизки ему тогда не было…
Швейцария, январь 2010 года
Когда Сергей появился в кухне, Светлана Меркулова накрывала на стол. Помещение было наполнено восхитительными ароматами тушеного мяса и пряностей, в кастрюльке, стоящей на плите, булькал соус. Улыбнувшись, Сережа спросил:
- Долго еще?
- Все почти готово, - отозвалась женщина. – Можешь идти мыть руки и звать отца.
Сережа потянулся и отправился в ванную. Он успел немного отдохнуть после перелета и сейчас чувствовал себя просто отлично. Самостоятельность - это, безусловно, замечательно, но по дому он все же скучал. Было бы совсем хорошо, если бы на прошедшем недавно турнире они с партнершей оказались впереди Макса и Лильки, ну да ладно. Его ожидало несколько дней отдыха, можно было расслабиться и ни о чем не думать.
Вернувшись в кухню, Меркулов увидел сестру. Она сидела на табуретке, обхватив руками цветастую чашку, и была погружена в свои мысли.
- А почему стол накрыт на троих? – удивился Сережа. В самом деле, на столе стояло только три тарелки, количество столовых приборов тоже было рассчитано на троих.
- Потому что Лиза сейчас попьет компот и пойдет делать уроки, - отрезала Света, бросив раздраженный взгляд на дочь. Сергей вопросительно приподнял брови, и Света пояснила: - Вчера ее тренер сказал мне, что у нее проблемы с весом. Если сама не умеет себя контролировать, значит, это буду делать я.
- Я себя контролирую! - Девушка вскинула голову. – Или мне вообще не есть?!
- Если нужно, то вообще. - Светлана со стуком опустила на стол графин с домашним морсом. – Мало того, она еще и в школе отстает, - обратилась женщина уже к сыну.
Сергей молча уселся за стол и взглянул на сестру. Та упрямо цедила компот. Недавно ей исполнилось четырнадцать, из девочки она превращалась в девушку.
В кухне появился Николай и, приветственно потеребив сына за плечо, опустился на соседний стул. Светлана тут же принялась наполнять тарелки мужчин, Николай же обратил внимание на Лизу.
- Ты уроки сделала?
- Нет еще. - Девушка допила и отставила кружку.
- А что сидишь тогда?
- Я недолго. - Она спрятала руки под столом и подняла глаза на отца. – С вами хочу посидеть.
- Будешь сидеть, когда сделаешь дела, - отрезал глава семейства. – А ну иди к себе.
Лиза посмотрела на мать, потом еще раз на отца и, наконец, перевела взгляд на брата. Выглядела она утомленной, в глазах читалась просьба сказать хоть что-нибудь в ее защиту. Но Сергей так и не вмешался. Взял вилку и принялся за еду. С шумом поднявшись с табурета, Лиза выскочила из кухни.
- Чашку за собой вымой, - полетели ей вслед слова Светланы, но девушка и не подумала вернуться. – Ну я ей устрою! - выговорила женщина, усаживаясь за стол. Потом взяла кувшин и принялась разливать по стаканам морс.
Москва, февраль 2016 года
- Как ты тут одна будешь? – всматриваясь в бледное личико сестры, спросил Меркулов. Рука у Лизки снова была холодная, на запястье прорисовывались венки.
- Нормально. - Голос Лизы стал тише, свидетельствуя о том, что она устала. – Ксюша сказала, что поможет, если потребуется. И Евгений Александрович…
- Миронов слов на ветер не бросает. - Нужно было дать Лизе отдохнуть, но Сергей все продолжал сидеть рядом. – Да и Ксюха тоже. Лиз… если тебе что-то будет нужно, ты всегда можешь сказать мне.
- Я тебя не узнаю, - прошептала девушка и посмотрела на брата. – Тебе до меня дела никогда не было… а сейчас…
- Знаешь… когда Миронов позвонил… когда я понял, что могу тебя потерять… - Сережа покачал головой.
- Спасибо, что прилетел.
Лиза слегка сдавила его руку и закрыла глаза. Она не хотела, чтобы брат понял, насколько ей на самом деле тяжело от мысли, что уже завтра она останется одна. Стефан улетел утром, как и Сергею, ему нужно было готовиться к чемпионату мира. Она сама сказала другу об этом, сама попросила не переживать за нее, так же, как и брату, сказала, что справится. Да, справится, должна. Но так хотелось чувствовать себя кому-то нужной. И сейчас, ощущая тепло, исходящее от руки Сережи, Лиза понимала, что к глазам подступают слезы.
- Ты спи, Лиз. - Он опустил ее кисть на кушетку и поправил одеяло. – Я с тобой еще немного посижу. И… у меня самолет ночью.
- Ты вчера говорил. - Лиза сглотнула, прогоняя вставший в горле комок. - Все будет хорошо. Не волнуйся за меня.
Сергей ушел только когда появился доктор, к этому времени Лиза уже уснула. Попросил врача при необходимости звонить ему, еще раз дотронулся до скрытой одеялом руки девушки и вышел в коридор. Возле дверей отделения увидел сидящего на банкетке Макса. Вначале хотел пройти мимо, но что-то заставило передумать и подойти к бывшему другу.
- Как она? – без приветствий спросил Самойлов, когда Сергей остановился в метре от него.
- Уснула, - коротко отозвался Меркулов и замолчал. Постоял так несколько секунд и добавил: - Грустная и слабая.
Макс вздохнул. Сегодня он отправился в больницу вместо занятий в зале, на хореографию тоже забил. Приехал, хотя знал, что его к Лизе не пустят. Вчера врач сказал, что разрешит ему навестить Лизу через три дня, но только в том случае, если ее состояние будет удовлетворительным. А он все равно приехал.
- Когда ты возвращаешься во Францию?
- Ночью самолет.
Сергей не знал, зачем говорит об этом Самойлову. Злость на него никуда не делась, хотя эмоции заметно поулеглись. Утром Сергей вспоминал Лилю. Не специально, как-то просто подумалось. Она осталась отрывком его прошлого, которому нет места в настоящем и, тем более, в будущем. Самого подобные мысли царапнули, но кого обманывать? Пусть где-то в глубине души все случившееся оставило след, только жизнь идет вперед.
- А родители?
- Они улетели вчера. Стефан сегодня утром.
- Ясно. - Лоб пересекла морщинка.
- Я тебя предупредил. - Сергей прищурился. Мужчины смотрели друг на друга, никто не хотел отводить взгляд. – Если еще раз обидишь ее… Лиза не отвечает за мои поступки.
- А ты отвечаешь? – В голосе Макса послышалась пренебрежительная усмешка.
- Она ни при чем, Макс, - повторил Сергей, глядя ему в глаза.
Еще несколько долгих секунд они смотрели друг на друга, а потом из дверей отделения вышла медсестра. Макс только на миг повернул голову в ее сторону, а когда опять посмотрел туда, где стоял Сергей, того уже не было. Быстрыми шагами он направлялся к лифту. Закрыв глаза, Самойлов откинулся на стену и постарался отогнать от себя бессмысленные мысли.
Московская область, сентябрь 2010 года
Был конец сентября. В воздухе уже пахло осенью и, хотя деревья еще не успели окраситься золотисто-багряными красками и сбросить листву, в полной мере ощущалось неизбежное приближение холодов. Пользуясь последними погожими денечками, компания молодых людей решила выбраться на природу. Сергей с Лилей, Самойлов и еще несколько человек. Макс все еще злился. На сестру, на друга, общение с которым в последнее время стало натянутым, да и вообще на весь белый свет. Сезон начался, прошли контрольные прокаты, а он… А он остался не у дел. Партнершу к началу сезона найти так и не удалось. От безвыходности, заведомо осознавая бессмысленность, он начал тренироваться как одиночник. Что-то получалось, но для того, чтобы выйти на конкурентоспособный уровень, этого было недостаточно. Совсем. В любом случае, сезон Макс пропускал, и настроение это отнюдь не улучшало.
Вечер уже подходил к концу, девушки отправились спать, молодые люди тоже потихоньку разбредались. Вскоре возле тлеющих углей остались только Макс и Сергей. Глядя на то, как друг заливает дотлевающие угли водой, Самойлов потягивал пиво. К черту спортивный режим! Хмель слегка ударил в голову, ленивым потоком ползли мысли. Из дома вышла Лиля и, подбежав к Сереже, что-то зашептала ему на ухо. Улыбнулась и, получив легкий шлепок по заднице, упорхнула обратно. Макс залпом допил пиво и кинул бутылку на землю.
- Может, ты спать пойдешь? – Меркулов пнул пустую бутылку мыском. Та звякнула, наткнувшись на камень, и затихла.
- Тебе-то что?
- С Лилькой… - Он сунул руки в карманы толстовки. – Так получилось. Я понимаю, что ты бесишься, но…
- Так получилось… - Ухмыльнувшись, Макс качнул головой. Эти два слова зацепили что-то внутри, вспороли черноту, выпуская наружу мерзкую злобу. Захотелось ударить так же низко и подло. – А ты знаешь… твоя сестра ко мне приходила после контрольных прокатов.
- Зачем? – не понял Серега.
- Затем, чтобы прыгнуть ко мне в постель.
- Хватит гнать.
- С чего ты решил, что я гоню?
Сергей вперился взглядом в друга. Тот молчал. Потом поднялся с бревна и собрался уйти в дом.
- Ей всего четырнадцать, Макс. - Слова прозвучали глуховато.
Приподняв уголок губ в усмешке, Макс взглянул в сторону, а затем, снова повернувшись к Сергею, сказал:
- Так получилось.
- Ты ее не тронул! - Меркулов отлично понял, что имел в виду Макс. Он все еще искал опровержение во взгляде друга, но не видел и намека на него. – Ты же ее не тронул?! – Вопрос он задал чуть громче.
- А что, не должен был? – Еще одна усмешка скользнула по губам Макса. – Ты тоже не должен был, однако это тебя не остановило.
- Она еще ребенок! - Внутри все клокотало, в голосе появилась хрипотца. Он все еще до конца не верил, что лучший друг мог переспать с его сестрой. Не хотел верить, пусть уже знал, что это так. – Как ты… падла! Она…
- Она сама ко мне пришла, - процедил Самойлов.
- А ты…
- А я не отказался, - договорил он за Меркулова. – Ты спишь с моей сестрой, я трахнул твою – все честно.
Сергей кинулся на Макса с кулаками. Отразив первый удар, Макс оттолкнул его от себя. Сережа споткнулся о пустую бутылку и едва не упал. Мгновенно собравшись, опять кинулся на соперника. На этот раз они сцепились не на шутку. Шум потасовки разбавлялся смачной нецензурной руганью. Они рычали, норовя причинить друг другу как можно больше вреда, каждый хотел выместить ярость, направленную на противника. От дома послышался крик Лили, но никто из них и не подумал прекратить драку, злость застилала глаза, бурлила в крови.
Двое парней, выбежавших из дома на крики девушки, растащили дерущихся в разные стороны и удерживали до тех пор, пока те не пришли в себя. Макс, все еще тяжело дыша, отбросил руку того, что стоял рядом с ним и, наградив Сергея тяжелым взглядом, не оборачиваясь, отправился в дом. Прошел мимо сестры, лишь мельком взглянув на нее.
- Что случилось? – подлетела Лилия к Сереже. Из уголка его рта сочилась кровь. Он вытер губу тыльной стороной ладони и посмотрел на Лильку. – Сереж…
- Пошли в дом. - Грубо схватив девушку за руку, Сергей потащил ее за собой. Уже на пороге он произнес: - Твой брат трахнул Лизу.
Москва, февраль 2016 года
Через три дня его все-таки пустили к Лизе. Возле двери палаты Макс вдруг засомневался в том, что ему нужно заходить внутрь. Тут же обругал себя за малодушие. Посмотреть ей в глаза, поговорить, если она разрешит, взять за руку… Все это казалось элементарным, естественным, обыкновенным, но сейчас в голову закрались сомнения. Ей все это может быть просто-напросто не нужно. Зачем? Сказано уже так много, а еще больше сделано. К сожалению, глупостей. Все-таки прав был отец, когда говорил, что на горячую голову человек очень часто совершает то, о чем впоследствии жалеет. Вот Макс и жалел. Присел на банкетку возле двери и, накрыв лицо руками, сделал глубокий вдох. Опустил веки и потер переносицу пальцами. Лизу перевели в обычную палату. Она, как и прежде, находилась под постоянным наблюдением врачей, все показатели жизнедеятельности тщательно контролировались, дежурила медсестра. Самойлов взял в руки букет из маленьких белых розочек и рассеянным взглядом уперся в бутоны. Как-то по-идиотски… Сам себе со стороны казался с этими розочками неуклюжим, все было не к месту. Или это он себе придумал? Аккуратные белые головки выглядели хрупкими и невинными, боязливо подрагивали лепестки и даже шипы на стеблях не казались опасными. Так легко было обломать эти колючки – раз, два, вот и нет их. Его большая ладонь лежала поверх стеблей, розовая ленточка, которой они были перевязаны, скручивалась колечками. Макс вздохнул. Поднялся с банкетки и, тихо постучав, зашел в палату. У порога опять замялся, но потом все же прикрыл за собой дверь и прошел внутрь.
Она не удивилась. Стоило им встретиться взглядами, слова, которые он намеревался сказать, забылись. Ангельские голубые глаза. Такие печальные и такие чистые. Над правым глазом отчетливо виднелся желтовато-сиреневый синяк, скулы теперь выделялись четче. Макс положил цветы на прикроватную тумбочку и, подвинув стул, присел рядом с постелью Лизы. Она внимательно наблюдала за его перемещениями, и, когда он угомонился, посмотрела в глаза.
- Меня только сегодня к тебе пустили. - На удивление он почувствовал себя увереннее. Вернулась убежденность в собственных действиях, в их правильности и нужности. – Не выгонишь?
- А должна? – Ее голос звучал глухо. А глаза все равно блестели, пусть сейчас в них плескалась грусть, но этот блеск… В сердце шевельнулось что-то теплое и мягкое.
- Я надеюсь, что ты этого не сделаешь.
Они замолчали, и несколько минут в палате стояла полная тишина. Потом Лиза обратила внимание на цветы и негромко проговорила:
- Надо в воду поставить. Завянут.
- У медсестер наверняка ваза есть, - подорвался Макс. – Подожди, спрошу пойду.
Проводив его взглядом, Лиза вздохнула. Как-будто она может отсюда уйти. Опять посмотрела на цветы. Хоть какое-то живое пятно в этой бесконечной больничной тоске.
Самойлов вернулся через две минуты, неся в руках небольшую стеклянную вазу. Выглядела она вполне презентабельно, не китайский фарфор, но куда лучше, чем пластиковая полторашка с отрезанным горлышком. Макс распустил ленточку, высвобождая стебли и, немного хмуря брови, водрузил цветы в воду.
- Ну вот и все.
Скрипнув ножкой стула по полу, уселся. Лизина рука лежала поверх одеяла, хотелось накрыть ее своей ладонью. Пытаясь унять это желание, Макс сцепил пальцы и уперся локтями в колени. И опять воцарилось молчание. Банальности говорить не хотелось, а больше ничего в голову не шло.
- Как ты, Лиз? – наконец тихо спросил он. Ресницы Лизы дрогнули, грустный взгляд глубоких голубых глаз снова заставил что-то шевельнуться в груди.
- Вряд ли тебе будет интересно.
- Лиз…
- Знаешь… тут времени столько… - Она села удобнее, оперлась спиной о подушку. Посмотрела на его руки, потом вовсе уставилась куда-то мимо. – И оно так тянется… тянется и тянется…
- Врач говорит, что ты довольно быстро идешь на поправку…
Диалог у них получался какой-то странный. Обрывки фраз недосказанностью висели в воздухе.
- Да… - выдохнула Меркулова. Затихла. Макс разглядывал синеватые ниточки вен на ее запястье, так и чувствовал, как бьется под кожей пульс. Длинные тонкие пальцы беспомощно приютились на больничной простыни, лунки ногтей были бледными. - Только торопиться мне некуда. - Сдавшись, Самойлов осторожно дотронулся до девичьей кисти. Лиза вздрогнула, пристально посмотрела на него, но руку не убрала. – Ты ведь уже знаешь?
- О чем?
- Да ладно, не прикидывайся. - Лиза не то усмехнулась, не то поморщилась. Ее рука все так же безжизненно лежала на постели, укрытая теплом мужской ладони. И Лиза, понимая, что, наверное, должна противиться этому, не делала попыток высвободиться.
Макс шумно, тяжело выдохнул, поджал губы. Конечно, он знал. Знал о вердикте врачей: никакого спорта. Никогда.