Глава 39
Москва, июль 2016 года
- Ксения. - Миронов вошел в класс хореографии, - знакомься, это Элина.
Ксения перевела взгляд с мужа на женщину, стоящую рядом с ним. Возраст ее определить было сложно. Ксюша дала бы ей лет тридцать пять, хотя выглядела она безусловно моложе. Черные волосы, уложенные в идеальную стрижку каре, кукольное личико, неизменно притягивающие внимание большие голубые глаза… Ксения узнала ее сразу. Прежде они никогда не встречались, но Элина Кимер в мире фигурного катания была личностью весьма и весьма известной. Даже более чем известной.
- Ксюша. - Она протянула руку Элине.
Женщина ответила мягким, но уверенным пожатием и чуть снисходительной улыбкой. Понимая, что, вероятнее всего, за этим знакомством последует нечто большее, Ксения насторожилась. И, словно в подтверждение ее догадок, Женя объявил:
- Я пригласил Лину, чтобы она поставила программы Лизе и Максу. Вообще она нарасхват, но по старой дружбе согласилась помочь нам.
- М-м-м… - протянула Ксюша. В ее карих глазах мелькнул недобрый огонек. Сейчас ей очень хотелось остаться с Женей наедине и обсудить, нет, выяснить все, но вытолкать Элину за дверь… Впрочем, она была не так уж и далека от этого. – Вообще-то у меня уже есть кое-какие идеи по поводу короткой программы.
- Вы с Линой сможете это обсудить. - Миронов покровительственным жестом положил руку жене на плечи. – Сейчас мы пойдем на каток, я познакомлю ее с Максом и Лизой. Ты с нами?
- Нет, - резковато ответила она. – Мне нужно доделать тут кое-что.
После того, как Женя и Элина вышли за дверь, Ксюша нервно выдохнула. Негодование так и рвалось наружу. Мало того, что муж счел ее недостаточно хорошим специалистом, для того чтобы доверить постановку программ, так он еще и не посоветовался с ней, прежде чем пригласить эту… Уже несколько дней она размышляла над короткой программой для Лизы и Макса. Почти неделю. С тех самых пор, как было решено, что для одного из своих выступлений в новом сезоне они возьмут песню из кинофильма «Цвет ночи». Она раз за разом слушала музыкальную композицию, обдумывала движения, штрихи, образы, детали. Ища вдохновение, пересмотрела кучу выступлений других пар. Гран-при, мелкие турниры, чемпионаты Европы и мира, Олимпийские игры… Но, как выяснилось, это оказалось не нужно. Сжав губы, Ксюша кинула взгляд на зеркальную поверхность стены. Волосы ее были зачесаны в высокий хвост, тело плотно облегала черная майка. Стиснув перекладину, идущую по периметру зала, она выдохнула. Она обязательно поговорит с Женей. И… и выскажет ему все, что думает. Но только не сейчас, а дома. Уж что-что, а истеричкой она себя ни за что не выставит.
Лизе Элина понравилась. Было в ней что-то такое… притягательное и немного волшебное. Маленькая и хрупкая, она походила на фиалку, тем не менее, в каждом ее жесте, в каждом слове сквозила решительность. Сразу становилось ясно, что она понимает, что делает и полностью отдается этому. Макс появлению Лины не удивился, а вот для Лизы это оказалось полной неожиданностью. В прошлом сезоне Миронов тоже приглашал хореографа, который ставил ей программы совместно с Ксюшей, но работа со специалистом такого уровня, как Элина Кимер…
- Лина ставила произвольную нам с Алисой в позапрошлом сезоне, - сказал Макс, когда они с Лизой ненадолго остались на катке одни.
В ближайшие несколько дней лед находился в их полном распоряжении: Полина и Антон отпросились у тренера по личным обстоятельствам, а Костя с Соней, хоть и позже обычного, все же отправились в заслуженный отпуск. А вот у Макса и Лизы на счету был каждый день, отдых в этом году им не грозил, как, впрочем, и Жене.
- Я не знала. И как вам с ней работалось?
- Нормально. - Самойлов не спеша пересекал каток, Лиза ехала рядом. – Элина ценит свое время и от других требует того же.
- Справедливо, - заметила Меркулова.
- Работать с ней интересно. У нее всегда куча идей, да и объяснять, что хочет видеть в результате, она умеет.
- А давно они с Мироновым знакомы?
- Честно говоря, точно не знаю. - Макс остановился возле бортика. – По-моему, довольно давно. Я помню, она приходила в школу еще несколько лет назад, еще до того, как мы с Алисой встали в пару.
- Понятно.
Лиза развернулась, чтобы поехать дальше, но Макс ухватил ее за запястье и потянул на себя. Положил руку на талию и прижал спиной к себе, потом забрался пальцами под край футболки и провел по голой коже.
- Макс, прекрати! - Лиза вцепилась ему в руку. Она боялась, что их может кто-нибудь увидеть, да и вообще не была готова ни к чему подобному.
- Ладно тебе. - Он усмехнулся.
Одернул ее футболку, но руку с талии так и не убрал. Наклонился, коснулся губами шеи и только после этого выпустил Лизу. Она тотчас же обернулась к нему и с упреком в голосе проговорила:
- Не делай так.
- Почему?
- Потому!
Самодовольная улыбка на его лице ее бесила. Лиза прекрасно понимала, что он просто издевается над ней и, решив не продолжать этот бесполезный разговор, уехала в центр катка.
Самойлов наблюдал за ней, оперевшись локтем о бортик. Он не прикасался к ней почти неделю. Ну как не прикасался? Почти. Вчера, например, подошел сзади, когда она ставила чашку в сушилку. Даже через ткань домашней майки он прекрасно почувствовал, какая восхитительная у нее грудь… Этого было мало. Максу хотелось большего, но он почему-то не настаивал. Он чувствовал, что Лиза не готова, и не хотел давить на нее. Но всему есть предел. Сейчас, глядя на нее, он понимал, что плевать ему, готова она или нет, он хочет ее. С этим нужно было что-то делать. Пару дней назад, в выходной, он заехал к Вике. Милая Вика… Он подумал о девушке с дымчато-серыми глазами и красивыми рыжевато-каштановыми волосами. Улыбнулся. Он знал, что помимо него у Вики сейчас никого нет, но особого значения это не имело. Секс с ней ему всегда нравился, она была страстной, мягкой и нежной. Именно такой, какой, по мнению Макса, должна быть женщина. Она умело доставляла ему удовольствие и притом не выглядела пошлой. Что уж там, в этом плане Лизе до нее было далеко, она вообще уступала Вике по всем статьям. И все-таки хотел он именно Лизу.
Макс еще немного постоял у борта и двинулся к девушке, плавно выписывающей круги в центре катка. Вот-вот должны были вернуться Миронов и Лина, а дальше… дальше им предстояло несколько часов упорной работы.
***
- Может, все-таки поговорим? – Женя привалился плечом к стене.
Ксюша молча, с каменным выражением лица, готовила ужин и на мужа не обращала абсолютно никакого внимания. Желание выяснить отношения, которое она испытывала днем, сменилось равнодушием. Сейчас ей даже разговаривать с Женей не хотелось. Вернее, она боялась, что стоит им только заговорить, как разразится такой скандал, что мало не покажется никому. Поэтому Ксения предпочитала отмалчиваться, делая вид, что Жени вообще нет, что она не видит его и не слышит.
- Ксеня… - Миронов вздохнул и подошел к ней ближе. – Может, уже хватит?
Закончив нарезать куриное филе, Ксюша грохнула ножом о столешницу. Так и хотелось сказать ему что-нибудь грубое, но она все еще сдерживалась. Однако когда муж опустил руки на ее талию, Ксюша не выдержала.
- И о чем ты собираешься разговаривать, мне интересно?! – Резко развернувшись, она гневно посмотрела на него. – По-моему, разговаривать нам не о чем.
- Разве?
- Разве, - процедила она и, задев Женю плечом, отошла к столу.
В ее порывистых, импульсивных движениях сквозило недовольство, глаза блестели. Женя понимал, что она злится, но своей вины не чувствовал. Единственное, в чем заключалась его неправота, так это в том, что он не поговорил с ней раньше, но все решилось настолько внезапно, что времени на это просто не было.
- Давай сядем и спокойно обсудим.
Отступать он не собирался. Терпения у него было куда больше, чем у Ксюши, да и выдержки тоже. Жизненный опыт давал о себе знать. Из них двоих кому-то следовало быть мудрее и сдержаннее, трезво смотреть на вещи и не поддаваться эмоциям.
- Я не собираюсь ничего с тобой обсуждать! – воскликнула Ксюша. – Тем более спокойно! О чем тут разговаривать?! О том, что ты считаешь, что я ни на что не способна?! Или о том, что ты, даже не посоветовавшись со мной, притащил эту… Элину. Тут нечего обсуждать!
- Я не считаю, что ты ни на что не способна, - возразил Женя и постарался взять супругу за руку, но та так резко отдернула кисть, что ему пришлось признать тщетность попытки. – Но у тебя слишком мало опыта. Ты должна это понимать. Если ты думаешь, что достаточно получить диплом для того, чтобы стать первоклассным хореографом, тем более, хореографом-постановщиком, то ты ошибаешься. Мало иметь образование и талант. Многие на твоем месте были бы рады поработать со специалистом такого уровня, как Элина.
- А я не многие! - Ксюша с такой силой ударила ладонью о стол, что в чашке, стоящей на нем, звякнула ложечка. Руку пронзила боль, но Ксюша даже не поморщилась. – Я не собираюсь заглядывать этой Элине в рот, каким бы там высококлассным специалистом она ни была!
- Об этом тебя никто и не просит.
- Ты мне даже не дал возможности сделать что-то самой! Ты даже не спросил меня…
- А толку тебя спрашивать?! – психанул Женя. – Ты же слушать ничего не хочешь! Ты думаешь о том, что до олимпийского сезона остался всего один год?! В этом сезоне Лиза и Макс должны выжать максимум. У них есть только этот год, чтобы показать себя как пару. И я сделаю все для того, чтобы им это удалось.
- То есть я, по-твоему, сделала бы не все?!
- Того, что ты можешь сделать, недостаточно! - отрезал Миронов.
Он знал, что это окончательно выведет Ксюшу из себя, но не сомневался в правильности своих слов. Сама она этого ни за что бы не признала, однако Женя отдавал себе отчет в ее возможностях. На данный момент амбиций у его жены было куда больше, чем опыта и сил для их реализации.
- Отлично! – сверкнув глазами, выкрикнула Ксения. – Просто отлично!
- У тебя есть прекрасный шанс поработать в команде с человеком, который готов поделиться с тобой опытом и знаниями. Я знаком с Элиной уже много лет. Она прекрасный, открытый человек. Если у тебя есть какие-то идеи, ты вполне можешь обсудить их с ней, никто не говорит, что ты должна наблюдать за всем со стороны.
- Я не хочу работать с этой женщиной, - глядя в стенку, четко выговорила Ксюша, а потом перевела взгляд на мужа и добавила: – И слышать о том, какой она распрекрасный человек, тоже не хочу.
- Либо ты работаешь с Элиной, - тон Жени стал металлическим, – либо не работаешь вообще. Выбирай.
Ксюша слишком хорошо знала этот тон. Она могла истерить, орать, рыдать, но это бы ничего не изменило. Ее буквально трясло от злости, обиды и, чего уж там, ревности, но дальнейший разговор не имел смысла. Оставалось только развернуться и уйти. У нее даже промелькнула мысль швырнуть что-нибудь об пол, разбить пару тарелок так, чтобы осколки разлетелись по всей кухне, или выкинуть еще что-нибудь в этом роде, но подобные бабские выходки всегда казались ей глупыми. Однако гневу требовался выход. Она смотрела на мужа в упор, надеясь, что тот отведет взгляд первым. Ей нужна была хотя бы эта небольшая победа. Но Женя и не думал сдаваться. Не выдержав, Ксения отвернулась и вылетела из кухни. Миронов проводил ее взглядом и опустился на табурет. Устало потер лицо руками. Один – ноль, вот только непонятно, в чью пользу…
***
- М-м-м… - Лиза потянулась, подняв над головой руки, а потом опустила их на колени.
Была уже почти полночь, а они с Максом только возвращались домой. Лизе очень хотелось выпить горячего чая, принять теплый душ и расслабленно растянуться на постели. Есть тоже хотелось, но никакого желания возиться с ужином она не испытывала. Она подумала о клубнике, лежащей в холодильнике со вчерашнего дня, и едва не облизнулась. Пожалуй, мисочку ягод она все-таки осилит…
День выдался сумасшедшим. После утреннего знакомства с Элиной и нескольких часов беспрерывной работы на льду и в зале, они с Максом отправились в фотостудию, где отсняли серию пробных кадров для «Олимпик Спорт». Несмотря на то, что атмосфера царила дружеская, освоиться Лизе было нелегко. Поначалу ей казалось, что у нее вообще ничего не получается, но позже все образовалось как-то само собой. Она перестала зажиматься и даже начала получать удовольствие от процесса. Фотографа просто пленила ее улыбка, и он прилагал все усилия, чтобы она не сходила с Лизиного лица.
- Устала? – Самойлов отвлекся от дороги и посмотрел на свою спутницу.
Перед началом фотосессии с ней поработали парикмахеры и стилисты, и теперь Лиза выглядела… Да что уж там, Макс был не в силах отрицать, что за сегодняшний вечер не раз засматривался на нее.
После того, как отсняли несколько совместных кадров, фотограф решил поснимать ее одну. Лиза с мячом для фитнеса, Лиза, поправляющая на лбу спортивную повязку, Лиза, застегивающая олимпийку…
В ее облике было что-то небрежно-влекущее, чуть вызывающее. Волосы отросли уже сантиметров на шесть, мастера придали им форму и уложили в соответствии с образом. Теперь Лизка казалась совсем юной, но при этом дерзкой и удивительно сексуальной. Увидев ее с новой стрижкой, Самойлов коротко выдохнул. Ее глаза, умело подчеркнутые неброским макияжем, блестели коварством, манили, создавалось впечатление, что она знает какую-то тайну, но не спешит ею делиться. Максу нравился легкий румянец на ее щеках, он, не прикасаясь, чувствовал бархат ее кожи. Ему так и хотелось уткнуться носом ей в макушку, а пальцами провести вдоль позвоночника, забраться рукой под ее майку и погладить живот.
- Немного. - Лиза повернулась к Максу. Она так и не смыла макияж и сейчас смотрела на него из-под подкрашенных ресниц. – Просто сегодня было так много всего… Кажется, что этот день длится вечно.
- Этот день, - он взглянул на приборную панель, - закончится через двадцать минут. Вполне возможно, к этому времени мы уже будем дома.
- Давай, Самойлов, - хлопнула она партнера по бедру. – Я в тебя верю.
Макс усмехнулся. Ее пальцы задержались на его ноге на несколько секунд и скользнули прочь. Но этого времени ему хватило, чтобы увериться в мысли, что вряд ли вечер закончится так быстро.
Дома Лиза тут же ушла в ванную. Макс слышал, как за закрытой дверью шумит вода. С трудом он заставил себя не думать о том, что Лиза в этот самый момент, должно быть, стоит под душем, а капельки воды скользят по ее телу, по груди, спине, ногам… Он присел на край кухонного стола и несколько минут не двигался. На секунду в его голову закрались сомнения, но он решительно прогнал их прочь. Поднялся и достал из дальнего кухонного шкафчика бутылку красного сухого вина. Как раз самое то. Посмотрев на этикетку, он поставил бутылку на стол и вытащил два бокала.
К тому моменту, когда Лиза, свежая и душистая, появилась в кухне, он уже успел откупорить бутылку и наполнить бокалы вином. Тут же вручил один из них Лизе.
- Ты с ума сошел? – Она удивленно распахнула глаза. Инстинктивно взяла вино, но к губам так и не поднесла.
- У меня на тебя большие планы. - Самойлов легонько прикоснулся к ее бокалу своим и сделал глоток.
Лиза, ошеломленная его прямолинейностью, тоже отпила вино. Ее кожа была влажной после душа, волосы торчали в беспорядке. Пройдя в кухню, она поставила бокал на край стола и развернулась к Максу.
- И какие, прости, у тебя на меня планы?
- А ты сама не догадываешься?
Приблизившись к ней почти вплотную, он провел двумя пальцами сзади по ее шее. Не убирая руку, стал легко ласкать кожу, то едва касаясь, то надавливая сильнее. От удовольствия Лиза прикрыла глаза, по телу пробежали мурашки. Она не понимала, как он это делает, но хватало всего одного прикосновения, чтобы ее тело начинало реагировать самым определенным образом.
- И ты решил для начала меня напоить? – голос чуть охрип.
- Именно, - выдох у самых губ и последовавший за ним легкий поцелуй. Дразнящий, почти невесомый, но от этого не менее чувственный.
- А меня ты спросил? – Она облизала губы и подняла веки.
Глаза Макса сверкали лукавым огнем, в его расширенных зрачках читались вожделение и призыв. Лиза знала, что любое ее противостояние ни к чему не приведет, она только потратит силы, а результат окажется нулевым.
- Мне незачем тебя спрашивать.
- Тебе говорили, что ты самонадеянный сукин сын?
Она отпила большой глоток вина и взяла клубнику с блюда, стоящего на столе. Макс заворожённо смотрел за тем, как она подносит ягоду к губам, как впивается ровными белыми зубками в сочную мякоть. Он как будто и сам чувствовал вкус клубники у себя во рту. Клубники и Лизы.
- Много раз, - не отводя взгляда, ответил он.
Лиза допила вино и вызывающе взглянула на Самойлова. Он снова наполнил ее бокал. Она лишь молча наблюдала за тем, как бордовая струйка вытекает из горлышка бутылки…
- Думаешь, если я напьюсь, будет лучше? – усмехнулась она, подхватив бокал под донышком. Ее пальцы, проскользив по ножке, легли на стекло, губы разомкнулись. Языком Лиза слизала каплю, оставшуюся на прозрачной стенке, и сделала новый глоток. – Тебе нравятся пьяные женщины?
- Это бывает… хм… интересно. - Макс, в отличие от нее, пил потихоньку. Хотя чем больше он смотрел на Лизу, тем больше ему хотелось опрокинуть вино залпом. Эта ненормальная игра разжигала желание, будила в нем инстинкт охотника. Лиза подчинялась, но отнюдь не была покорной жертвой. – Но я прослежу за тем, чтобы ты не перебрала.
- Вот уж спасибо, - ехидно проговорила она.
Лиза уселась на стол, края ее халата разошлись, оголив бедро и коленку. Обхватив бокал обеими руками, она покачивала ногой. От вина уже стало тепло и щекотно в животе, голова начинала приятно кружиться. В кухне повисла тишина. Лиза ела клубнику, время от времени запивая ее вином, Самойлов, оперевшись спиной о противоположную стену, не сводил с нее голодных глаз.
- Еще? – спросил он, когда бокал ее снова опустел. Меркулова молча протянула его Максу.
Прежде чем долить вина, он встал возле нее и, обхватив ее голову руками, поцеловал в губы. Она зажмурилась и послушно приоткрыла рот. Руки ее легли на плечи Макса, язык коснулся его языка. Разведя ноги, она позволила ему встать между своими коленями.
- От тебя пахнет сексом. - Хриплый, горячий шепот.
Макс прикусил мочку ее ушка. Казалось, что пьет она, а пьянеет он. Слишком близко, слишком откровенно… Он отдал Лизе бокал и отошел от нее на полметра. Положил руки на колени и стал медленно гладить, продвигаясь все выше и выше, пока вовсе не оголил ее бедра. Потом развязал пояс ее халата.
Лиза почти не чувствовала вкуса алкоголя, только жар, исходивший от мужских ладоней и все усиливающуюся пульсацию собственного тела. Запрокинув голову, быстро выпила вино, последняя капля скатилась по подбородку и оставила розовое пятно на ткани.
Макс забрал пустой бокал из ее рук и отставил его подальше, опять приблизился к Лизе и стал покрывать жадными поцелуями ее шею. Лиза шумно дышала и хваталась за его плечи, рубашка мешала. Ей хотелось ощутить прикосновения его тела, это казалось сейчас необходимым, как воздух. Пальцы не слушались, пуговички были слишком мелкими. Она расстегивала их одну за другой и нетерпеливо, отчаянно, касалась оголяющейся груди Макса руками и губами. Она не знала, вино ли сделало ее такой, или причиной всему теплая летняя ночь, но ей хотелось быть ближе.
Макс стянул Лизу со стола, подхватил под ягодицами и оторвал от пола. Быстро отнес в свою комнату и тут же повалил на постель. Губы нашли бьющуюся венку на её шее, руки бессовестно заскользили по гибкому телу. Лиза тихо застонала. Она не хотела думать о чем-либо помимо того, что происходило сейчас между ними. Впрочем, как раз об этом думать было бессмысленно – сознание все равно затуманилось, реальность сосредоточилась там, где узлом стянулось желание. Макс добился своего – она опьянела, хотя и не до такой степени, чтобы не понимать, что происходит. Просто она ощущала томную расслабленность, кровь бежала по венам горячим потоком, хотелось ласки, хотелось быть с ним. Почувствовав, как он нетерпеливо стягивает с ее плеч халат, Лиза тихонько засмеялась.
- Что? – Макс потянул ее за руку. Через несколько секунд халат лежал тряпкой вокруг Лизкиных бедер.
- Ничего. - Она прильнула к нему. – Ничего, - выдохнула ему в шею и помогла избавиться от рубашки. Внезапно поняла, что дрожит. Алкоголь не только помог расслабиться, но и сделал ее слишком восприимчивой, все, что она прятала внутри, так и норовило вырваться наружу сейчас, когда Макс был так близко, когда она касалась его тела, когда казалось, что запретов почти не осталось… почти. – Просто… Господи, я пьяная…
- Вот и хорошо.
Он уже целовал ее шею. Приятно было чувствовать ее пальцы в волосах, слышать ее неровное дыхание. Он припал губами к ее ключицам, руки стягивали с девичьих бедер трусики. Он даже не заметил, какого они цвета. Кажется, бледно-голубого… или зеленого.
Лежа на спине, Лиза смотрела, как он расстегивает ремень на джинсах, как опускает вниз молнию ширинки. Было горячо. А еще Лизу охватило ощущение неизбежности. Такое первобытное, непонятное. Она – женщина, и она будет принадлежать мужчине. Именно этому и именно сейчас. И дело даже не в том, что она сама этого хочет, а в том, что этого хочет он. И пусть.
Она не отвернулась, увидев его полностью обнаженным. Медленно проскользила взглядом по телу, задержалась на возбужденной плоти и поднялась к лицу. Макс выдвинул верхний ящик прикроватной тумбочки и достал упаковку презервативов. Надорвал один пакетик. Сам надел резинку и только после этого склонился к Лизе, поставив колено рядом с ее бедром. Ее пальцы тут же тронули завитки волос на его груди, губы приоткрылись. Он понять не мог, что есть в ней такого, чего нет в других, но что-то однозначно было. Он бесстыдно трогал ее, желая прикасаться снова и снова, он мял ее грудь, он гладил ее между ног, перебирал пальцами складочки влажной горячей плоти и от каждого касания получал наслаждение. Язык очертил кольцо вокруг аккуратного пупка, небрежные поцелуи к груди… Ее тихий, будоражащий стон, ее тело, выгибающееся навстречу его губам, ее пальцы, с силой сжимающие его плечи… Лиза всхлипнула, когда Макс прихватил зубами ее сосок, все внутри нее пылало.
- Макс… - зашептала она и безотчетно схватила его за руку. – Макс…
Он переплел их пальцы. Ее ладошки по сравнению с его казались такими узенькими, пальчики тоненькими… Она вся была тоненькой. В ее взгляде томилось желание, жаркое, манящее, откровенное. Макс не удержался и завладел ее губами. Влажный, обещающий продолжение поцелуй. Приятная тяжесть мужского тела. Лиза обняла Макса за плечи и уткнулась ему в шею. Она чувствовала его возбужденное естество. Сквозь дымку желания подпитанного алкоголем отчетливо пробивался страх. Но сейчас Лиза боялась не только боли, она боялась, что снова все пойдет не так.
- Лизка… - Движение навстречу. Макс сжал ее ладошку и, почувствовав, как Лиза напряглась, замер. Поцеловал ее, соблазнительную и несмелую, дерзкую и покорную. – Тебе больно? – голос сипел. Хотелось моментом разогнаться, овладевая ею, удовлетворяя желание, так давно не дающее покоя. Но он не мог. И, если бы сейчас Лиза попросила его остановиться, он бы это сделал. Чёрт знает почему, но сделал бы!
- Чуть-чуть. - Она потерлась носом о его подбородок. Погладила Макса по затылку и сама поцеловала. Бедра ее двинулись ему навстречу. – А еще мне хорошо… - голос почти такой же сиплый, как у него.
Самойлов глухо зарычал. Он больше не мог себя сдерживать. Один толчок ей навстречу, второй… Она была чертовски хороша. Такая тесная… Постепенно Лиза отпустила страхи, расслабилась и осмелела еще больше. Не осталось ничего, кроме тягучего наслаждения, проникающего в самую глубь сознания, отдающегося в сердце щемящим чувством нежности, жаром растекающегося по телу, заставляющего жадно глотать ртом воздух. Стоны ее стали громче и откровеннее. Она легонько царапала спину Макса короткими ноготками и выгибалась под ним. Вскрикивала, когда его движения становились резче. На ее коже выступила испарина, дыхание окончательно сбилось, волосы прилипли ко лбу и вискам.
Через несколько минут все кончилось. Лиза почувствовала, как напрягся Макс, почувствовала его пульсацию внутри себя. Он издал гортанный рык, переходящий в сиплый стон, и опустился на нее, придавив всем весом своего тела к постели. Лиза вздохнула и погладила его по влажной спине. Ей хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось, чтобы он не уходил. Почему-то захотелось плакать. Она закрыла глаза и сглотнула, провела кончиками пальцев по плечам Макса, по его шее, по волосам. Беспокойный комок желания все еще пульсировал внутри, но Лиза понимала, что дойти до развязки не сможет. Если бы она была опытнее, то, возможно, сумела бы притвориться. Она слышала, что для мужчин это важно. Впрочем, врать она никогда не умела. Да и стоит ли? Вряд ли…
Макс откатился на другую сторону постели и, улегшись на бок, устремил взгляд на нее. Она смутилась, но не отвернулась. Тело так и горело огнем, сердце билось слишком часто.
- Прости. - Он протянул руку и погладил ее по щеке большим пальцем.
- Все в порядке.
Лиза мягко улыбнулась. Немного грустно и удивительно светло. Глаза были голубыми-голубыми, ясными и красивыми. Макс ощутил неуемное желание обнять ее, прижать к себе и вдохнуть запах ее волос, разгоряченного тела. Заглушив в себе этот порыв, он встал.
- Я в душ.
- Угу.
Она все так же смотрела на него. Красивая… Макс поспешил отвернуться.
Когда он вернулся из ванной, Лизы в его комнате уже не было.