Глава 18. Непрошенный гость и новый куратор

К сожалению, ничего «любопытного» не вышло — магистр с легкостью парировал все мои удары. Даже те, которые, как мне казалось, были верхом хитроумной стратегии и женского коварства.

Мне не удалось даже легонько скользнуть острым лезвием шакрама по краю одежды преподавателя. В то время как он нанес парочку неприятных царапин, испортив мою тренировочную форму.

В конце занятия он потрепал меня по плечу и сказал со снисходительной улыбкой:

— Не расстраивайтесь, лернант. У вас не было шанса.

Ага, не расстраиваться. Если бы этот позор не был при всех, я бы еще подумала. А так сложно было не замечать смех и нотки превосходства в глазах одногруппников — тех самых, кто откровенно струсил, когда магистр предложил хотя бы одному смельчаку встать к нему в пару.

Фыркнув от досады, пошла вместе со всеми в сторону главного корпуса.

***

К концу учебного дня я была выжата, словно лаймовый фрукт после лаймонада. День, начавшийся с неприятностей, никак не обещал хорошего вечера. Дождавшись своих соседей по домику, я понуро побрела в единственный оплот спокойствия и тишины — свою комнатку на втором этаже лернантского домика.

Был, пожалуй, один плюс во всех перипетиях, что случились со мной сегодня — я почти не вспоминала о драконе.

«Неужели я смогу освободиться от этого безответного чувства?» — думала, скидывая грязную одежду на пол. Вздохнув, взяла полотенце и, накинув халат, отправилась в ванную комнату. Хотелось смыть с себя не только пыль и грязь, но и все дурные мысли, которых накопилось предостаточно.

Что мне всегда нравилось, так это наполнить горячей водой до краев ванну, добавить волшебных пузырьков цветочной пены и нырнуть в мягкое облако нежного аромата. Не знаю, была ли это заслуга того, что я — маг воды, или же это типично женская любовь к расслабляющей неге, которую дарили водные процедуры.

Погрузившись в легкую полудрему, я даже увидела подобие короткого сна.

Мне чудился Дориан. Дракон присел возле ванны и, лукаво улыбнувшись, медленно опустил руку во взбитую пену. Его пальцы совсем невесомо огладили разгоряченную водой кожу, пробудив ворох мурашек.

— М-м-м, — промычала, словно довольный ракийский кашан*, облопавшийся свежего молочка.

— Нравится? — внезапно тишину нарушил вполне реальный голос. От испуга вздрогнула, дернулась и ушла под воду с головой, а вынырнув, застыла в немом удивлении.

— Нер?!

Растерянность моментально сменилась гневом.

— Что ты здесь делаешь? И какого драгхла распускаешь свои грязные руки?

Я бы вскочила и выбежала из ванной комнаты прочь, но останавливал тот факт, что до полотенца было не достать, а между мной и халатом находился нахальный сосед.

Растянув губы в странной улыбке, он нехотя вытащил руку из воды и сказал:

— А ведь тебе понравилось.

— Пошел вон, — холодно прошипела я, прикрывая руками грудь, хоть ее и без этого надежно скрывала плотная белая пена.

Нер лениво поднялся, расправил смятые штаны и посмотрел на меня с каким-то странным выражением в карих глазах.

— Ты еще придешь ко мне, Миль.

А затем, не дожидаясь гневной отповеди, вышел из ванной комнаты, оставив меня возмущенно пыхтеть в остывающей воде.

— Мерзкий каплехвост! И как я могла думать, что он — нормальный парень? А ведь чувствовала себя виноватой за то, что игнорировала его симпатии. Уф!

К счастью, когда я спустилась вниз, чтобы поужинать, Нера среди ребят не оказалось. Равнодушным тоном поинтересовалась, где он, на что получила такой-же равнодушный ответ:

— Отказался ужинать, пошел к себе. Что-то в последнее время он ходит мрачнее тучи.

Я кивнула и молча потянулась к половнику, чтобы налить в тарелку густой крем-суп. Мрачнее тучи он ходит, ага. Знать бы еще, что задумал мой сосед. Вопиющее нарушение моих личных границ в исполнении Нера мне совсем не понравилось. Если он продолжит в том же духе, боюсь, как бы не пришлось жаловаться декану.

— Какие новости? — спросила у Айлин. Та была тоже не в духе. Нервным движением откинув темную прядь с лица, она стрельнула в меня недобрым взглядом и нехотя ответила:

— Новых убитых нет, если ты об этом.

Пожала плечами. Ну не хотят разговаривать, я не настаиваю. Вернулась к ужину, который дальше проходил в вязкой тишине, нарушаемой лишь позвякиванием приборов о тарелки.

***

Спалось плохо. Я то и дело просыпалась, мучимаемая кошмарами. Проснувшись в очередной раз, откинула одеяло и подошла к окну. Высоко в небе светила полная луна, окрашенная багровым.

«Не к добру,» — подумала, разглядывая ночное светило. Или я становилась паникершей, или краски все сгущались, намекая на скорое несчастье.

Думаю, каждый из лернантов хоть раз да задал себе вопрос: кем будет следующая жертва? Не я ли? А меня волновал еще один вопрос: зачем?

Почему некто решил себя вправе вершить судьбы юных девушек, обрекая их на смерть. И за что? За то, что родились не в тот год?

Вздохнув, обняла себя за плечи. Становилось зябко.

Когда уже собиралась уходить от окна, заметила тень, мелькнувшую между деревьев.

— Дор? — воскликнула, но тут же осадила себя: зачем дракону среди ночи караулить под моими окнами? На влюбленного Громео* он похож не был.

Тень дернулась и скрылась в густых зарослях, хрустнув напоследок несколькими ветками.

А потом меня озарило очень пугающее предположение: вдруг это был не Дор, а убийца? Ледяной ужас скользнул змеей по спине. Отпрыгнув от окна, спешно захлопнула ставни и зачем-то добавила защитное заклинание на оконный проем. Хотя нужды в этом и не было — защита комнаты была цельной, включая все окна и двери.

Долго я не могла заснуть, и в конце концов забылась беспокойным сном на рассвете.

Разбудил меня странный стук в окно. Зевнув, потянулась и моргнула несколько раз, прежде чем поняла, что стук раздавался не со стороны двери, а за окном.

Поднялась с постели и распахнула ставни. А в следующий миг внутрь комнаты влетел вестник от ректора.

«Лернант Килидд, вам назначены в кураторы лернант Катори и лернант Йорвоэртайр. Не выходить из лернантского домика пока за вами не придут ваши кураторы»

Сердце замерло в груди. Дориан! Мне выдали Дориана!

Ну как выдали, он, конечно, не игрушка. Но драгхл забери, это прекрасная новость!

Я закружилась по комнате и лишь тогда, когда голову повело от бесконечных виражей, вспомнила, что до первого занятия оставалось совсем мало времени. А первым у нас был предмет магистра Куана Тадга, — Некромантия.

В этот раз я подошла к сборам с особой придирчивостью: то хвост не так лег, то коса не красивая вышла. Хорошо, что форму не нужно было выбирать, хоть где-то не пришлось перемерить кучу вариантов, чтобы понравиться самой себе в отражении зеркала.

Внизу хлопнула входная дверь. Я дернулась и, плюнув на бесконечные попытки заправить непослушную прядь в прическу, схватила сумку с конспектами и учебниками. Выйдя за пределы комнаты и запечатав вход в свое гнездышко, услышала доносившиеся снизу голоса.

— Это же… Дор! — взволнованно прошептала, быстро спускаясь на первый этаж. Лишь на последней ступеньке заставила себя остановиться и глубоко вдохнуть.

— Доброе утро, — проговорила с улыбкой, окидывая дракона приветливым взглядом.

При виде меня хмурое лицо Дориана разгладилось. Он кивнул ребятам, которые выползли из своих норок поглядеть на чудо-чудное — старшекурсника, пришедшего сопроводить первокурсницу в Академию.

Как я поняла, мой куратор пришел раньше всех. И это заставило сердце в груди радостно запеть.

______________

Громео* — персонаж из старинной баллады. Молодой маг, влюбившийся в дочь обычного человека. Его чувство было трагическим и обреченным на страдания, так как девушка была обручена с другим. Но он не отчаивался и проник на бал, посвященный ее совершеннолетию. За один вечер маг сумел завоевать юное девичье сердце, а после уговорил несчастную бежать из отчего дома, чтобы тайно обвенчаться. И все могло бы закончиться хорошо, если бы не обманутый жених. Вскоре, узнав о тайном венчании, он выследил девушку и убил ее. Спасти новобрачную никто не успел, а чуть позже обезумевший от горя маг последовал за ней, не выдержав боли разлуки.

Ракийский кашан* — млекопитающее отряда хищных. Является подвидом лесного кашана. Одиночный охотник на грызунов и других мелких животных. Кашан — социальное животное, использующее для общения широкий диапазон звуковых сигналов, а также движения тела