Глава 19. Игры закончились

Мы вышли под многозначительные подхихикивание моих соседей, но Дор сделал вид, что ничего не услышал.

— Как ты? — спросил он, когда мы отошли от домика на приличное расстояние. Я вскинула на дракона удивленный взгляд.

— Нормально, — но запнулась, вспомнив ночное происшествие. Стоило рассказать об этом Дориану? Или он подумает, что я накручиваю себя?

— Ты чего-то не договариваешь, — заметил дракон и, остановив меня за руку, выжидательно посмотрел в мои глаза. — Говори. Я — твой куратор, на мне лежит ответственность за твою безопасность. Говори мне все. Даже то, что покажется на первый взгляд ничего не значащим и пустячковым.

Я улыбнулась.

— А где мой второй куратор?

Дор удивленно поднял брови, не ожидая подобного вопроса.

— Рон? Он… в другой раз подойдет.

Мне показалось, что Дориан что-то умалчивал, но я не стала наседать. В конце концов, меня полностью устраивала компания дракона.

— Итак, — напомнил о своем вопросе мой куратор. — Рассказывай. Не думай, что тебе удалось меня провести.

С деланным сожалением вздохнула, а после ответила, уже безо всяких заигрываний:

— Ночью… кажется, я что-то видела.

— Ты выходила из дома ночью?! — Дориан так разозлился, что даже повысил голос. Я поспешила заверить его, что ничего подобного не было.

— Нет-нет, из окна своей комнаты! — А после добавила: — Мне снились кошмары, и я подошла к окну, чтобы вдохнуть свежего воздуха. И там… я увидела тень. Глупо, конечно, но мне подумалось, что это мог быть…

— Убийца, — закончил за меня дракон. И нахмурился. — Об этом следует рассказать ректору. Я возьму это на себя. И… раз дела настолько плохи, ни шагу без меня. Буду водить за ручку до каждой аудитории.

Я покосилась на Дора с явным сомнением.

— А как же твоя учеба?

— Не беспокойся, у меня все отлично, — холодно улыбнулся дракон, витая мыслями уже где-то в кабинете ректора. — Ты поняла меня? Я не шутки шучу. Если убийца решил достать тебя, то ты в огромной опасности.

— Ага, ага, — пробурчала я. — Дома опасно, на улице опасно, в Академии опасно…

— Что значит, опасно дома? — зацепился за брошенную вскользь фразу Дориан. Я прикусила губу. Нет, была мысль попросить совета у декана, по поводу Нера и его неподобающего поведения. Но рассказывать дракону о таком неприятном случае не хотелось: неизвестно, что сделает разозлившийся пятикурсник моему соседу, когда узнает про непрошенный визит того в ванную комнату.

— Я… — да, быстро придумывать альтернативную версию не мой конек. Нервно облизнула губы, поймав пристальный взгляд дракона.

— Миль, — угрожающе заговорил Дориан. — Мне напомнить тебе, что теперь я — твой куратор? У тебя не может быть от меня никаких тайн!

«Даже личного характера?» — хотела было съязвить, но вовремя прикусила язык. Дор сейчас не походил на дракона, способного адекватно оценить мой злой юмор.

— Все хорошо, не волнуйся. Если будут проблемы, я тебе раскажу, честное слово! — взглянув на Дориана своим фирменным взглядом, каким всегда выпрашивала у родителей вкусняшку или игрушку, заверила его в своих намерениях говорить правду и только правду.

— И почему я тебе не верю? — со вздохом спросил мой куратор и возобновил шаг. — Если я узнаю, что ты что-то от меня скрыла…

— Твой меч — моя голова с плеч! — весело закончила я, изобразив как лезвие проходит поперек шеи. Но Дор даже не улыбнулся и только пуще прежнего нахмурил брови.

Я же предпочла сделать вид, что все замечательно. Поправив лямку сумки, подстроилась под широкие шаги дракона и всеми силами пыталась скрыть глупую улыбочку, что так и норовила растянуться на лице, испортив маску напускной серьезности.

В холле я попыталась улизнуть из-под надзора куратора, но Дор быстро раскусил мой детский план. Схватив за руку, он хмуро посмотрел мне в глаза и проговорил:

— Игры закончились, Миль. Хватит.

И мне стало стыдно. Что-то я действительно разыгралась. Это все общество вредного дракона так на меня влияет, не иначе!

— Прости, — понурилась, опустив плечи. — Просто впервые за много дней у меня было настолько хорошее настроение с утра, что я забыла обо всех неприятностях.

— Интересно, в чем причина такого внезапного улучшения настроения? — вздернув бровь, поинтересовался Дориан. Улыбнувшись, поправила его:

— Не в чем, а в ком, — и, не дожидаясь новых ремарок, направилась к лестнице, твердо зная, что дракон последует за мной. Ведь он сам обещал провожать до дверей аудитории.

Я переживала, что Дор как-то неправильно поймет мою фразочку, но зря. Он вообще никак не отреагировал!

Поэтому в аудиторию я заходила уже в нужном настроении: мрачном, озлобленном, с явным желанием убивать.

***

У меня болела голова от бесконечных попыток заставить гнилой росток воспрянуть. Драгхлова некромантия не давалась мне от слова совсем, и от этого становилось еще паршивее.

— Лернант Килидд, сосредоточьтесь! — в очередной раз заметив мои безуспешные попытки выполнить задание, сказал магистр Тадг.

Упрямо поджала губы и кивнула: словно все это время я не пыталась сосредоточиться, а в игры играла!

Склонилась над горшком с вялым стебельком и повторила заученную назубок формулу:

— Иллари-сэн-фиор. Грао-тэн! — но сорвавшись с моих губ, заклинание так и не расшевелило драгхлов росток.

Подняла взгляд на преподавателя и пожала плечами, мол, сами видите — ничего не выходит.

Тот закатил глаза и с видом великомученика подошел к моей парте.

— Давайте разбираться, почему у всех ваших одногруппников получилось, а у вас — нет.

Я огляделась по сторонам: действительно, на партах других лернантов стояли горшки с бодро торчащими ростками. Вот драгхл!

— О чем вы думаете, когда произносите формулу? — спросил магистр, странно разглядывая меня. Я даже как-то растерялась от подобного вопроса.

— О чем? — хмыкнула, вспоминая свои эмоции. Скорее не о чем, а о ком — о вредном драконе, который никак не отреагировал на мое признание. — Ни о чем конкретном.

Куан Тадг не поверил моим словам, но даже этой фразы хватило, чтобы мужчина разгадал причину моей неудачи.

— Лернант, когда вы занимаетесь некромантией, у вас в голове должна быть только некромантия. Никаких мыслей о посторонних вещах. Вы меня поняли?

Я кивнула, пытаясь заставить замолчать свой внутренний голос, так и нашептывающий язвительные реплики в ответ преподавателю.

— Некромантия требует полной сосредоточенности и всего вашего внимания. Если внешние факторы отвлекают — закройте глаза.

Я снова кивнула. Мне стало неуютно под перекрестными взглядами одногруппников, которые уже справились с заданием и теперь с интересом наблюдали за мной и магистром.

— Раз все понятно, приступайте.

Куан Тадг сделал шаг назад, но уходить не спешил. Видать, ждал моего провала.

Я заставила себя успокоиться. Закрыла глаза, как посоветовал магистр, протянула руку над чахликом в горшке и проговорила формулу заклинания:

— Иллари-сэн-фиор. Грао-тэн!

Открывать глаза не хотелось: я боялась, что увижу неизменную картину гнильцы в земле.

— Что же вы, лернант, не смотрите на плоды своих трудов? — услышала издевательскую ремарку магистра. Взяла себя в руки и осторожно приоткрыла левый глаз, а после удивленно ойкнула. Из горшка прямой стрелой торчало мое растеньице. Правда, оно почему-то стало значительно крупнее и, кажется, выше всех оживленцев одногруппников.

— Что это такое? — проговорила, с интересом разглядывая толстый стебель ожившего ростка.

— Это вас надо спросить, лернант Килидд, — задумчиво ответил магистр Тадг. — О чем вы думали на этот раз?

Я смело взглянула в темные глаза мужчины и ответила:

— О чем вы просили — о некромантии.

— А точнее? — вкрадчиво уточнил преподаватель.

— Ну-у-у… — протянула я. — Представляла, каким хочу видеть свое растение…

— И каким же? — магистр словно щипцами тянул из меня признание, а мне, почему-то, снова стало неуютно. Неужели я опять напортачила?

— Большим? — робко произнесла, то ли спрашивая, то ли подтверждая свершившийся факт.

Куан Тадг закатил глаза и только что ладонью по лбу себя не стукнул в явно читаемом жесте.

— Кажется, вам придется задержаться после занятий и потренироваться в ясности мыслеобразов.

Потеряв ко мне интерес, магистр щелкнул пальцами и мой мини-бобоах* снова стал похож на сгнившую травинку. Жаль…

__________________

Бобоах* — одно из самых толстых деревьев, диаметр ствола которого достигает восьми метров и даже больше.