Глава 46

Прошлое. Инария. Королевская трапезная

Секретное оконце располагалось низко, и видно было только ноги, но проблемы это не составило:

Расшитые золотом кованые сапоги из мягкой кожи с замшевыми вставками — король.

Остроносые сафьяновые башмаки с верхом из дорогущего красного бархата — эпарх Ландро.

Истёртые разношенные опорки без изысков — злодейский незнакомец.

Да и голоса говоривших вполне себе различались.

Притиснувшись плечом к плечу, Рейнар и Лави затаили дыхание и навострили уши.

Речь держал король.

— Алхимия и некромантия — серьёзные обвинения, — сказал он, закинув ногу на ногу. — Вам повезло, что дело закончилось изгнанием. Всем известно — Авиан не терпит чародеев.

— И в этом его серьёзный просчёт, — проскрипел обладатель истёртых опорок. — Не сегодня завтра ишидари объединятся с ургламами и нанесут сокрушительный удар. Леда не выстоит без магии.

— И тем не менее, Авиан отказался от ваших услуг.

— Отказался, — согласно скрипнул незнакомец. — И выгнал прочь.

Король хмыкнул.

— И теперь вы ищете нового покровителя.

— Истинно мудрый король не упустит возможности создать несокрушимую армию.

— Армию мертвецов?

— Пусть даже и так. Эпарх Ландро готов обеспечить мои э-э-э… изыскания золотом. Но мне нужны земли и… кхм…

— Подопытные, — подсказал король.

— Что ж, назовём их так. В темницах Инарии полно подходящего материала.

Король тихо хмыкнул.

— Любопытно… — он поднялся и принялся прохаживаться туда-сюда. Каблуки стучали, шпоры позвякивали. Плащ волочился оп полу. — Ваши резоны ясны, уважаемый маг. А что скажете вы, магистр?

— Если Инария обеспечит моему новому другу покровительство, Гильдия простит короне долги, — подал голос богатей и со значением добавил: — Все долги, ваше величество.

Король остановился.

— Щедрое предложение. Но зачем тебе это, Ландро? В чём твоя выгода?

Эпарх, видимо, пригубил вина — кубок стукнул о дубовую столешницу, — вздохнул.

— Люди много лет отрицали и порицали волшбу, — сказал он. — Но за магией — будущее. Это тот инструмент, который надо уметь использовать. И чем раньше мы его освоим, тем лучше.

— Что-то ты темнишь, старый друг.

Ландро усмехнулся.

— Зато вы как всегда ослепительны в своём сиянии, ваше величество!

Король сел. Помолчал.

— Облагодетельствовать изгнанника, всё равно что плюнуть в лицо Авиану. Он разорвёт помолвку, и Инария останется без союзника в грядущей войне.

Рейнар и Лави украдкой переглянулись в своём убежище.

— Леда — не самый сильный союзник, — заметил Ландро.

— Зато самый надёжный тыл, — припечатал король. — Мы годами взращивали союз не для того, чтобы разрушить всё одним росчерком пера.

— Вы потеряете одного союзника, но приобретёте другого. Гораздо более перспективного, — елейно пропел Ландро.

— Основать в Инарии рассадник тёмного чародейства и дозволить опыты над людьми — не самая радужная перспектива. К тому же, я ему не доверяю. Если бы не ты, Ландро, я не согласился бы слушать колдуна.

— Мои намерения чисты, как слеза сеферида! — подал голос незнакомец. — И в качестве доказательства я могу взять в ученики юного наследника.

— Рейнара?

— Других у вас пока не имеется.

Рейнар вздрогнул, и Лави накрыла его руку своей — тихо, мол.

— Рейнар усиленно обучается военному делу, — напомнил король.

— Если присовокупить занятия по чародейскому ремеслу и алхимии, из него вырастет непобедимый воитель. Ургламы и ишидари склонятся пред его могуществом.

Король замолчал. Мгновения тишины тянулись мучительно долго, и каждое отдавало в сердце горечью. Предчувствие беды разлилось по венам, мешало дышать.

Рей стиснул зубы.

— Кто ты? — вопросил наконец Элнар. — Откуда?

— Я — добрый волшебник с далёкого севера, — прошелестел незнакомец, и в трапезной сделалось темнее: коварный сквозняк погасил бо́льшую половину свечей. — Отдай мне мальчика. Я не сделаю дурного. Верь мне.

— Ты добрый волшебник с далёкого севера… — голос отца звучал странно, будто во сне. — Я отдам тебе мальчика. Ты не сделаешь дурного. Я…

— Не верь ему, отец! — Рейнар выскочил из укрытия, точно бес из коробочки. Лави попыталась ухватить его за ногу, остановить, но не успела.

— Рей? — Король вскинулся, выныривая из забытья. — Откуда ты взялся? Сто раз говорил — тайные переходы не для игр!

— Позже велишь меня выпороть, — небрежно бросил Рейнар и шагнул вперёд. — А пока — гони прочь этого гада. Он подлец и подонок, каких поискать. Все его речи — ложь до последнего слова. Он — враг. Он — чудовище!

Настоящее. Скалы близ Стылого берега

Ветер наверху гудел так, что закладывало уши. Волосы разметались. Плащ трепало, точно флаг. Лави вжалась в отвесную стену, заклиная себя не смотреть вниз.

И всё же посмотрела…

Белёсая мгла, ломаные зубы гранита, острые лезвия льдин… и яростный бой у подножья. Сталь звенела о сталь, жутко рычали поверженные кадавры, и тёмная кровь, брызгая, лилась рекой, но…

Падших было много. Слишком много! А уж на троих — так тем более.

Сердце защемило: Натрогу, Гар Зулуму и раненому Танмару нипочём не выстоять против такой орды!

Надо вернуться!

Лави перевела взгляд на Рейнара. Околдованный, принц неумолимо кренился к обрыву — вот-вот сорвётся! Чернота затопила ауру почти полностью. Если не помочь сейчас — потом будет слишком поздно.

Рей находился в шаге от гибели, и она не могла его бросить. Никак не могла. Потому что любила. Всем сердцем.

Но… что же делать? Как быть?

Ответ пришёл с порывом ветра. Боевой клич ургламов грянул так, что дрогнули скалы. Отряд мчался через запорошенную снегом долину неудержимым потоком. Земля тряслась от топота. Впереди, на чёрном носороге, летел Будгра с секирой наперевес. Мощным ударом отряд вклинился в тыл врага, ломая строй чудищ, кроша некролитов в капусту.

А когда падшие кое-как перегруппировались для контратаки, по флангу ударил Костяное Копьё…

Лави не стала терять ни минуты. Цепляясь за обледенелые выщерблины, добралась до уступа. Осторожно подобралась к Рейнару. Протянула руку.

— Рей… — Принц не шелохнулся. — Рей, это я, Лави!

Рейнар напоминал фарфоровую куклу, пустую и безжизненную. Заброшенную на чердак и забытую всеми. Он не отозвался. Не повернул головы.

Внутри всё захолодело, и Лави стиснула зубы, чтобы не разрыдаться. Опоздала! Она опоздала! Драксус заполнил его собой, стёр личность, уничтожил душу!

Нет… Нет!

Вне себя от отчаяния, она ухватила принца за плечи. Крепко тряхнула.

— Очнись! — голос срывался. Слёзы душили. — Очнись же! Ну!

Внезапно ноги Рейнара подогнулись. Он опасно качнулся к обрыву, но Лави не дала ему упасть: резко притянула к себе и, прислонив к скале, бережно усадила на камни.

— Не оставляй меня! — прошептала, склонившись к самому его лицу. — Не оставляй, прошу!

Она поцеловала его, ни на что особо не надеясь…

Прошлое. Инария. Королевская трапезная

Время замерло. Буквально — замерло. Застыл подавшийся вперёд разъярённый отец. Эпарх Ландро так и не донёс до рта заветный кубок…

Даже Лави превратилась в недвижную тень.

Рейнар искоса глянул на неё, мысленно прощаясь с надеждой на поддержку, сглотнул и бесстрашно шагнул навстречу Драксусу.

— А ты смелый, — хмыкнул тот. — Смелый и упрямый. Это хорошо.

— Оставь в покое моего отца! — потребовал Рейнар. — Оставь в покое прошлое!

— Прошлое способно изменить будущее, — многомудро изрёк некромант и протянул руку. — Пойдём со мной, я покажу.

Рей остался стоять, где стоял.

— Кто ты такой?

— Я добрый волшебник с далёкого… — затянул Драксус.

— Хватит ёрничать! — рявкнул Рей. — Говори правду.

— Правду? — Некромант усмехнулся. — Правда в том, дражайший принц, что я есть в каждом. Тьма, рождённая нелюбовью, предательством, травлей и одиночеством — вот, что я такое! Меня гнали, презирали, унижали и ненавидели. Я не был нужен даже тем, кто произвел меня на свет. Всю жизнь я скитался, собирал силу по крупицам и осваивал запретные знания. День за днём. Год за годом. И теперь — отвергнутые, забытые, потерянные, все, кто хотя бы раз ощущал себя чужим и лишним, придут ко мне и найдут утешение. Ибо я — возможность отомстить!

— Ты безумен. — Рейнар незаметно сместился ближе к столу.

— А ты — жалок и слаб. — Кривая ухмылка Драксуса превратилась в хищный оскал. — В будущем я уже ломал тебя.

Ещё один крошечный шажок остался незамеченным.

— Ты сломал мне ноги, — напомнил Рей. — Но не волю.

— О, да. Твоя воля сильна, — согласился некромант и понизил голос до шёпота: — Мы можем объединиться и править вместе, принц. Ты и я. Все царства мира склонятся перед нами. Соглашайся, и сами боги убоятся твоего величия!

— Интересное предложение. Только ты забыл уточнить, что боги убоятся твоего величия в моём теле. Тебе нужен новый сосуд. Не так ли, Повелитель теней?

Драксус улыбнулся.

— Давно догадался?

— Заподозрил в Блуждающей крепости, — признался Рей. — Ты не рвался занять трон, чтобы обрести силу. Я долго думал — почему. Оказалось, всё просто: ты уже обладал ей. И всё, что требовалось — сменить оболочку.

Драксус хмыкнул.

— Надо же. А ты не так глуп!

— Новая оболочка всенепременно должна быть статусной, — продолжил Рейнар, подбираясь к столу всё ближе. — Главную ставку ты делал на меня. В запасных кандидатах числился магистр. Но почему ты не использовал Лави? Она — принцесса, наследница, правнучка могущественной чародейки. И она была полностью в твоей власти. Как вышло, что ты не наполнил её своей сутью?

— Не хотел становиться женщиной, — просто ответил Драксус. — И прекрати уже подкрадываться. Думаешь, я не замечаю? Чем ты собрался меня убивать? Ножом для масла?

— Нет, — отозвался Рейнар. — Я собрался убить тебя рыбным ножом. Он острее.

И, прежде, чем Драксус успел среагировать, Рей ухватил со стола нехитрое оружие и кинулся в атаку.

— Глупец! — Драксус играючи увернулся. — Здесь ты всего лишь хилый мальчишка!

— Зато все мои навыки при мне. А при тебе ли твоя хвалёная сила? Сомневаюсь!

Рей ловко крутанулся, и острое лезвие рассекло чёрных балахон некроманта. Под робой простолюдина обнаружился богато украшенный золотом сюртук. Даже в одежде — сплошное притворство!

Драксус выбил нож одним ударом. Он кинулся на Рейнара, намереваясь схватить и скрутить, и у него почти получилось. Но Рей вывернулся угрём, запрыгнул на лавку, а потом на стол. В Драксуса полетел кувшин. Следом — огромное медное блюдо. Тарелки, кубки, миски, плошки…

Всё, что попадалось под руку мгновенно превращалось в оружие.

— Ничтожный клоп! — прорычал Драксус, и на костистых пальцах заплясали тёмные сполохи.

Мощный взрыв разнёс дубовый стол в щепы, но Рейнара даже не задело — в последний момент он успел отскочить к стене. Уклонился от новой атаки.

— Я тебя раздавлю! — проскрипел чародей, призывая на помощь очередное заклинание — сотканные из чёрного дыма руны закружились вихрем. Трапезную тряхануло, и все до единого витражные стёкла разбились вдребезги. — Лишу разума и завладею телом. И никто не заметит подмены! Никто, даже твоя женщина. Я накачаю её своим семенем, она понесёт и родит мне детей. Я буду продолжаться в них. Вечно!

Он выпростал пятерню, концентрируя силу для решающего удара.

В голове тут же зашумело. Голоса — мужские, женские, детские — заверещали наперебой.

«Ты никому не нужен! Ты один! Совсем один! На свете нет никого, кто бы любил тебя. Для всех ты лишний! Для всех — чужой! Когда ты умрёшь, никто о тебе не заплачет…»

Тьма так и рвалась в сердце, но Рейнар уже научился видеть свет и знал, что не заплутает. Больше никогда не заплутает!

— Засунь свои фокусы в задницу. У тебя нет надо мной власти! — Он двумя руками ухватил здоровенный канделябр на дюжину свечей и с разгона впечатал в противника.

Пропитанная магией хламида мгновенно вспыхнула. Драксус заметался, а Рейнар подхватил с пола выбитый рыбный нож и с яростным рычанием бросился на колдуна. Напрыгнул.

— Р-ра!

Сталь вошла в спину по самую рукоять — Рей точно знал, куда бить, — Драксус взвыл и начал… таять. Черты его поплыли, кожа лопнула, конечности обмякли. Весь он стал, как сливочное масло, забытое на столе в жару.

— Я… вернус-с-с-с-сь… — прошипел он и окончательно превратился в бесформенную лужу, над которой с тихим «пш-ш-ш-ш» взвился зеленоватый дымок.

Тяжело дыша, Рей стёр с лица пот. Неужели всё? Он перевёл взгляд на отца. Обращённый в истукана король вдруг начал рассыпаться прахом. В серебристую пыль обратились и хитромудрый эпарх Ландро, и замершая в укрытии Лави…

Рейнар почувствовал, что кисть пошла иголками, и вскинул руку. Пальцы крошились один за другим. А потом всё вокруг утонуло в мерцании…

Настоящее. Скалы близ Стылого берега

Рейнар вынырнул из забытья, как из пучины. Задышал часто, рвано. Распахнул глаза, заморгал. Скользнул по лицу ошалелым взглядом.

— Лав-ви… — выдавил хрипло. Пальцы судорожно стиснули ворот её плаща.

— Я здесь! Я рядом! — Лавьен отвела с его лба поседевшие пряди. Улыбнулась сквозь слёзы.

Смертельная бледность потихоньку отступала. Сердце Рейнара забилось ровно и гулко, разгоняя по венам горячую кровь. Аура посветлела.

Рейнар устало смежил веки. Сглотнул.

— Я убил его, Лави… — проговорил чуть слышно. — Я убил его…

Лавьен обняла его крепче. Далеко внизу всё ещё гремел бой, но в морозном воздухе уже пахло победой.