Глава 8

Вчерашний день был просто ужасен. Она провела его одна в полной тишине, щёлкая кнопками на клавиатуре ноутбука и ненавидя свою работу за её существование. И не только работу. Но ей все ещё нужны были деньги, чтобы оплачивать ипотеку и иногда покупать еду.

Андрей уехал утром на своём внедорожнике вместе с Ольгой, а вечером они так же вместе вернулись, но уже с целым ворохом пакетов. Он не оставил её нигде, чтобы не путалась под ногами, не увёз на вокзал или в аэропорт, чтобы отправить куда-то очень и очень далеко вместе с чемоданом вещей. Он купил ей новых.

Я твой.

Так он вроде бы говорил? Видимо, только по каким-то определённым дням недели. Или месяца. Может быть, года.

Или передумал, увидев поляну артериально-кровавых роз.

А сегодня ей позвонила соседка по даче и сообщила, что кто-то пытался влезть в дом. Надо было поехать и проверить, всё ли цело. Особенно её волновал мотоцикл, подарок отца, который был, наверное, самым ценным предметом на старой даче. Всё остальное было хламом и болезненными воспоминаниями. Но не Ямаха. На ней папа учил её водить.

На ней они катались вместе с Андреем. Бескрайние поля вокруг, заходящее солнце и он, прижатый к её телу. Рёв мотора и стук сердца под её ладонями на его груди.

Но натягивая узкие джинсы, Виктория вновь размышляла не о Ямахе, а о том, что сегодня утром на работу Андрея провожала совсем не она. Не она завтракала вместе с ним, не она целовала в гладко выбритую щеку, вспоминая, какая у него мягкая кожа, когда на ней нет этих мелких жёстких колючек, что отрастали буквально за день. Не она желала утянуть его в постель, чтобы повторить утренний секс оттого, что в своей синей форме он выглядел так отпадно и сексуально, что трусы вмиг намокали и сами падали к ногам.

Вика замерла в одной штанине и с ужасом уставилась на стену спальни. А вдруг?!

Да нет. Она беременная. Она бросила его. Он её больше не любит. Сам же сказал!

Это был бы невероятный сценарий, но теперь он не шёл у неё из головы. Сумасшествие какое-то, подумала Вика, одеваясь до конца. Вместо мотоциклетной куртки с защитой у неё всего лишь короткая джинсовка. Главное, не запутаться в этих ужасных мыслях в дороге и не слететь с мотоцикла. Без хорошей экипировки будет очень больно.

Тут же вспомнилось про обещание Андрея подарить ей шлем на день рождения. Мечты, мечты. Хорошо, что она не надеется на чужие обещания, а делает всё по-своему. Сама.

Путь на дачу пролегал с небольшим крюком в автомагазин, где она забрала заказанный вчера мотошлем. Самый простой и недорогой, чёрного цвета, но вполне подходящий, чтобы не разбить голову насмерть и не собрать полную коллекцию штрафов с каждого полицейского поста, а потом ещё и с камер. Это бы её разорило серьёзней, чем покупка шлема на предпоследние деньги.

На перекладных автобусах и одной попутке Вика добралась в дачный посёлок под Наро-Фоминском только к обеду, таща подмышкой неудобный для такой носки шлем. Увидевшая её через забор соседка, та самая, что позвонила вчера, сразу же рассказала о том, что произошло. Вчера поздно вечером, когда она вышла поливать огород перед сном, кто-то ходил по участку Виктории, а потом долго скрёбся у дверей, будто пытался вскрыть замок. Соседка включила наружный свет у своего дома и подняла шум, чем спугнула грабителя.

Что-то грабителей становилось слишком много для одного месяца, подумала Вика. Но горячо поблагодарила соседку за бдительность и смелость. Эта пожилая женщина дружила ещё с её отцом, когда он тут часто бывал. Он очень многим помог ей с садом, рассказал о деревьях, научил ухаживать. Они подружились тогда, и теперь соседка собирала плоды с яблонь и груш, а Вика пожинала плоды старой дружбы в виде присмотра за одиноким пустующим домом.

После того как соседка напоила её чаем, Вика добралась наконец до своего дачного дома. Замок входной двери был заметно исцарапан, но его так и не открыли и даже не сломали. Вика зашла внутрь и проверила, все вещи лежали на местах и даже слой пыли на полу не побеспокоили. Ямаха в гараже всё так же грустила под брезентом.

Пришло её время, подумала Виктория. Андрей был прав, подарки – это мёртвый груз, если ими не пользоваться. Всего лишь вещи, забытые хозяевами и похороненные под слоем пыли, как и воспоминания об их дарителях. Их достают из этих «могил», только когда в настоящие могилы ложатся люди, которые сделали эти вещи частью своей жизни.

На выезде с просёлочной гравийной дороги, Викторию захлестнул самый настоящий страх. Мотоцикл отлично себя вёл, привычно рычал двигателем и чутко отзывался на малейшее движение, чертя ровный след в дорожной пыли. Но шоссе… широкая восьмиполосная река, населённая железными монстрами, несущимися в своём течении, заставляла дыхание застревать в горле от ужаса.

С каких пор у неё появилась боязнь водить?

Вика долго собиралась с мыслями, прежде чем нырнула в поток с бокового дублёра. Казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди и прорвёт застёгнутую на все пуговицы джинсовку, упрыгает, оставляя кровавый след на асфальте.

Слишком много времени прошло, поэтому страшно, убеждала себя она, осторожно двигаясь в крайнем правом ряду. Здесь, по крайней мере, никто не подпирал её сзади бампером и не пытался втереть в колесо ближайшей фуры с криками о том, как задолбали «безбашенные хрустики» в открытое окно. Лишь спустя полчаса тело вспомнило езду и расслабилось, соединяясь с мотоциклом в единое целое. Но рискованно перестраиваться и менять ряды, обгоняя «четырёхколёсных черепашек», как раньше, Вика не стала. Только увидев вдалеке знакомые высотки своего микрорайона, она поняла, что начала получать от поездки хоть какое-то удовольствие.

Правда, у самого дома всё омрачилось воспоминанием о том, что чтобы попасть на подземную стоянку, ей нужен магнитный пропуск Андрея, который он не успел ей вручить тем вечером. А потом и вовсе, наверное, забыл. Поэтому она первым делом зарулила на стоянку возле дома, на крайнее место, что обычно занимал тёмно-серый внедорожник Тойота. Она может поставить сюда Ямаху, это место видно из её окна и можно будет за ней следить. А когда Андрей вернётся завтра с работы, она поговорит с ним ещё раз о месте на подземной парковке.

Хотелось надеяться, что он всё ещё не передумал и…

Да чёрт! Хотелось верить, что он вообще всё ещё хочет разговаривать с Викой. Как же быстро Ольга умудрилась накрутить её нервы на свой кулак и заставить переживать о том, что раньше даже и в голову не приходило. Андрей принципиальный и не терпит предателей, а ты, Вика, в его глазах предатель.

Кто это сказал? Ольга же! Не Андрей!

Зачем она ей верит?

Вика надела обратно шлем, который едва успела снять, и даже волосы толком не поправила. Она поедет к пожарной части, выловит там Ветрова, даже если придётся подождать полдня, и сама с ним поговорит. Никаких больше посредников. Если он и захочет сказать, что она предатель, то пусть сделает это ей в лицо!

Ямаха взвыла, когда Вика крутанула ручку, и с рывком спрыгнула со стоянки. Ей вслед понёсся недовольный крик кого-то из местных, кого она слишком резко объехала, перед тем как нырнуть в тень лесной дороги. Пыль поднималась за ней густым бежевым облаком, солнечный свет замелькал по забралу шлема. Теперь Вика точно знала, куда ехать и не заблудится, как в первую свою попытку отыскать, куда исчезал Андрей на своём велосипеде.

Господи, как же давно всё это было. Будто в прошлой жизни. И как много всего поменялось.

Пожарная часть, двухэтажное новое здание со смотровой башней, располагалась на самой окраине жилого района возле вездесущего леса. С одной стороны от него высокий бетонный забор скрывал стоянку спецтехники с высотными лестницами и подъёмниками, которая сегодня почему-то не торчала из-за него привычными сложенными сочленениями громоздких конструкций. Отправили куда-то на вызов. С другой стороны, скрытая за кустами, располагалась спортивная площадка для тренировок, мимо которой Вика проехала, сбавив скорость до минимума. На турниках и скамейках было пусто.

Ряд из четырёх больших двустворчатых ворот в передней части здания, как и парковка перед офисной частью были почти пусты. Всего несколько легковых машин, считая и внедорожник Андрея, скромно ютились в уголке большой площадки. Вика припарковалась чуть поодаль, у забора на краю стоянки. Стянула шлем и поставила его на сиденье, как только слезла с разогревшейся от езды Ямахи. Идея найти Андрея и попытаться поговорить, начинала казаться не такой уж и хорошей.

Пусть она и познакомилась с его отрядом на соревнованиях, но войти в часть ей никто не даст. Разве что так и стоять на улице в ожидании. Покричать в окно? Что за тупая идея, для решения таких проблем давно изобрели телефон.

Вика вытащила из нагрудного кармана джинсовки свой мобильный и набрала Андрея. После долгой очереди длинных и бесплодных гудков, вызов оборвался. Андрей где-то на вызове, скорей всего.

Блин. Но… разве не в этом был план? Проторчать тут половину дня ради разговора?

Вика прошлась вдоль здания, пытаясь заглянуть в полупрозрачные квадраты с красными рамками высоких гаражных ворот. Пожарных машин внутри не было видно. Ни одной. Похоже, сегодня она выиграла настоящий джек-пот с крупным пожаром, куда вызвали всех свободных, а значит, и ожидание может затянуться.

С противоположной стороны большой площадки перед зданием ютилась небольшая скамейка с металлической урной рядом. Возможно, «курилка», подумала Вика и отправилась туда, чтобы обосноваться там, как на самой выгодной для засады позиции. Отсюда она увидит любую машину, вернувшуюся в часть.

На скамейку падала тень от стоящего рядом разлапистого клёна, но всё равно было жарко и пришлось снять джинсовку. Вика сидела, немного сгорбившись и вытянув перед собой ноги, разглядывала покрытые пылью белые кроссовки, когда кто-то внезапно подошёл к ней сбоку и заставил подпрыгнуть от неожиданности.

– Вика? Ты что здесь делаешь? – спросила Марина, подсаживаясь рядом.

– Я… – замялась она. Соврать, не соврать. – К Андрею приехала. Поговорить надо.

– А чего не по телефону или как в прошлый раз? – уточнила она. В чём-то она права, ведь хватило Вике в тот раз оправить через Марину сообщение, чтобы Ветров перезвонил. А в этот раз она примчалась лично.

– Серьёзный разговор, – неосознанно отвела глаза Вика.

– Что у вас там случилось-то? Вы что, поссорились?

– Нет, – Вика старательно разглядывала разметку на стоянке. – У нас всё хорошо.

– И поэтому ты торчишь тут, а Андрей приехал сегодня с таким лицом, – покачала головой Марина и нахмурилась.

Вика посмотрела наконец-то на Марину, её круглое и доброе лицо, внимательное к чужим бедам. Так, видимо, и было положено в среде этих людей, спасателей по призванию – сопереживать и помогать.

– С каким? – решила уточнить она в надежде, что та не расскажет ей, что он был мечтательно счастлив, расставшись утром со своей ненаглядной бывшей.

– Мрачным, – не стала она утолять любопытство на подробности. – Ты мириться приехала?

Вика пожала плечами.

– Скорей прояснить некоторые моменты, вызвавшие глубокое недопонимание, – витиевато обошла она тему. Вот такой пинг-понг из недосказанностей и завуалированностей.

Марина задумчиво поправила рыжеватые волосы, заворачивая вьющийся локон за ухо.

– Эх, ребята, – улыбнулась вдруг она, кладя руку на коленку Виктории, – всё у вас влюблённых по максимуму. Или всё изумительно хорошо, или непоправимо плохо. Один день в облаках от счастья, на другой мрачнее тучи. Чем он обидел-то тебя?

– Почему сразу он? – возмутилась Вика до того, как обдумала ответ. Чистый рефлекс.

– Забавно, что ты отвечаешь в точности как он. Два сапога пара, – Марина опять заулыбалась, да так снисходительно по-доброму, как мать над потугами детей быть взрослыми. А ведь она была не сильно старше Вики с Андреем. Лет на пять, не больше. – Хочешь расскажу тебе кое-что интересное?

– Что? – Вика не ожидала такой смены темы.

– Андрей сложный и эмоциональный парень. Иногда слишком серьёзный, особенно в работе. Но я никогда не видела его таким сияющим и счастливым, как всю прошлую неделю. Улыбался сам себе под нос, даже напевал что-то иногда. Он никогда так охотно не возвращался домой, как в те дни. Обычно искал повод остаться, помочь кому-нибудь, то в машине поковыряться, то потренироваться лишний раз. Весь май газоны стриг, вместо того чтобы идти домой спать после ночи в карауле. Он тут жил, в части. А теперь у него появился повод жить там, дома, где ты.

Она хотела как лучше, думала Вика, слушая это «кое-что». Правда хотела. Ведь не знала Марина, что там сейчас на самом деле происходит. Но у Вики не хватало выдержки слушать эти рассказы именно сейчас.

– На прошлой неделе и вправду всё было хорошо. Но хорошее быстро кончается. У меня уж точно.

– Да брось. Не переживай. Помиритесь вы. Андрей отходчивый, он не будет долго дуться.

– А скоро он вернётся? – решила, наконец, уточнить Вика, – куда вообще все подевались? Первый раз тут такую пустоту застала. Обычно одна или две машины точно есть, да и подъёмники с лестницами на стоянке.

– Ох, не знаю, скоро ли. Скорей всего, до ночи его не будет.

– А что случилось? У тебя сегодня смена? – Вика вдруг спохватилась, что отвлекает диспетчера своими разговорами от работы.

– Нет, у меня выходной, я просто ключи мужу привезла. Вон моя машина стоит, – она махнула рукой в сторону светлой легковушки на стоянке. – А этот твой? – указала на мотоцикл неподалёку.

– Мой, – кивнула Вика.

– А ты рисковая девчонка, я смотрю. И смелая, раз укротила такую зверюгу. Значит, и Андрея укротишь, – пошутила в конце она.

Вика поморщилась от сравнения, уж больно яркие у неё с этим воспоминания всплывали в голове.

– Значит, я буду сидеть тут до ночи, – выдала она, – прости, я не могу тебе рассказать, почему мы… поссорились, – добавила Вика, думая о том, что о возвращении бывшей в положении она не имеет никакого морального права рассказывать. Это личное дело Андрея и ему решать, кто должен об этом знать, а кто нет. – Я просто хочу с ним поговорить и не могу этого сделать дома. Поэтому подожду здесь, я же не буду никому мешать?

– Да тут и нет никого, посмотри вокруг. Но на улице ты испечёшься сидеть на жаре, а внутрь пригласить не могу, не положено.

– Я потерплю, – упрямилась Вика. Она должна была объяснить Андрею, что розы ей прислал неудачливый ухажёр, которому так ничего и не перепало, а не соперник.

– Возле Апрелевки большой склад горит в логистическом центре, – объяснила, наконец, Марина, – они там могут и сутки тушить, пока все зальют. Как ты тут столько просидишь?

– На жопе ровно, пардон за мой французский.

Марина покачала головой.

– Вот и упрямая такая же как Ветров. Вы точно стоите друг друга.

Вика не успела ничего ответить, потому что из входных дверей показался один из оставшихся в части пожарных, судя по синей форме, и направился прямиком к скамейке, где сидели они с Мариной. По дороге вытащил из нагрудного кармана пачку сигарет и не притормаживая, закурил. Встал возле урны и глубоко затянулся.

– Извините, – пробормотал он, выпуская в сторону дым.

– Петрович, ты чего? – озабоченно поинтересовалась Марина у коллеги.

– Я там у Аньки на посту сижу, слушаю. Жопа полная.

– Что такое? – продолжила допрашивать его диспетчер, пока Вика только и успевала, что смотреть на них попеременно.

– Категорию до четвёртой подняли, вертушки вызвали, начальник из главка едет, – он ещё раз втянул сизый сигаретный дым, выдул его нервно в сторону, качнув головой.

Марина изменилась в лице.

– Да не тяни ты, что там? Сейчас же сама пойду у Аньки спрошу.

– Крыша там пошла, – пожарный стряхнул пепел мимо урны, рука дрогнула, – наши внутри были, искали гражданских.

– Обрушение? – Марина поднялась со скамейки, – кто из наших?

– Второй отряд, все шестеро. Четверых достали, твой целый, – коротко перечислил он, поглядывая на сидящую Вику.

Марина выдохнула.

– Слава богу, – это, похоже, относилось к её мужу, командиру отряда, – а ещё двое?

– Не нашли пока, отрезало их, – нервно процедил он сквозь зубы и вдавил окурок в край урны.

До Вики медленно доходил смысл сказанных слов. Наши. Второй. Командир – муж Марины. Это же отряд Андрея! Марина тоже всё поняла и испуганно посмотрела на Вику. Нетерпеливо дёрнула за рукав пожарного, вставая со скамейки.

– Кто?

– Белов и Ветер.