Глава 23

Зайдя в гостиную, я обнаружила накрытый стол и четырёх нагинь, замерших в ряд, с бесстрастными лицами и устремлёнными в пустоту взглядами. Хм, даже если бы на повестке дня не стоял вопрос разобраться, что произошло с их изначальным составом, по совету саламандра, едва ли я смогла бы трапезничать в такой обстановке.

Приглядевшись к «валинзи», я сразу поняла, о какой из них говорил дух огня и подосадовала на себя, что не заметила замены сразу. То есть я, конечно, заметила бы в любом случае, но вряд ли придала бы значение, если б не саламандр. Что ж. Вряд ли огненный дух решил таким образом пошутить или уйти от серьёзного разговора. В его же интересах.

Ноздри защекотал аромат свежей выпечки, и я сглотнула слюну. Со вчерашнего вечера ничего не ела, а выброс магии, тем более, таких масштабов, между прочим, выматывает и требует быстрого восстановления сил.

— Как тебя зовут? — обратилась я к старшей, той самой, что сменила прошлую ваолинзи.

Нагини продолжила смотреть перед собой, но всё же выплюнула шипяще:

— Шэ-Арса.

— Ньорита… — пихнула её под бок та, что стояла слева.

Жёлтые глаза нагини побелели, надо думать, от гнева, но она всё же добавила: — Шэ-Арса, ньорита МакДжин.

Я пожала плечами.

— Ко мне можно обращаться просто Агни.

Нагини по-прежнему смотрела прямо перед собой.

— Как скажете, ньорита МакДжин.

Нет, не показалось. Презрительные, даже издевательские нотки. И вряд ли это просто такое «местное гостеприимство». Уж очень похоже на личное. Но когда я успела обидеть её лично? Может, и она заявит, что давно меня знает, и не с лучшей стороны?! Клянусь, если это произойдёт, я решу, что сошла с ума!

— Я чем-то обидела тебя, Шэ-Арса? — спросила я. — Если и так, то я не нарочно. Я только прибыла, как вы знаете и не знакома с местными обычаями.

Шэ-Арса не ответила, только губы плотнее сжала, а на дне жёлтых глаз мелькнула… боль? Это её я поначалу приняла за гнев?

— Не её, — прошептала та нагини, что пихала свою начальницу локтем. — И не совсем вы. Скорее…

— Аш! С-с-рашас-сэ! — воскликнула Шэ-арса и нагини поспешно замолчала, часто моргая.

Я поморщилась.

— Давайте, пожалуйста, на общеизвестном, раз уж мы здесь не все полиглоты, — предложила я. — И объясните, будьте добры, что всё-таки произошло, а? Почему одну вао…лин…зи заменили на другую, и эта другая сходу меня невзлюбила? Знаете, мне как-то достаточно, что меня из Ильдена насильно увезли и всю дорогу непонятно в чём подозревали.

— Вас увезли из человеческих земель насильно? — подняла брови ещё одна нагини, справа от своей ваолинзи.

— Насильнее некуда, — заверила я её. — Так, может, скажете, что произошло с той, другой ваолинзи и почему её заменили?

Напряжение в гостиной достигло предела. Казалось, даже воздух сгустился, как янтарь.

— Это из-за того, что вы оставили меня наедине с этим, с блондином, с племянником лорда? — спросила я, потому что отвечать мне, похоже, не собирались. Или собирались, но колебались почему-то.

— Виктариону неведомо понятие чести, — не выдержала одна из нагинь, после чего брезгливо выплюнула: — Левиашхгак!

— Аш-ш! — Шэ-арса рявкнула так громко, что даже я отшатнулась.

— Не знаю, кем вы этого блондинистого только что обругали, но спорить не буду. Итак, что с прошлой ваолинзи? Её — уволили? Лишили жалованья? Премии?

И снова — тишина.

Я глубоко вздохнула, пытаясь придумать, как разговорить крайне неразговорчивых нагинь, и ещё этот аромат свежих булочек впивается в ноздри, а в животе отдаётся жалобным урчанием…

— Шэ-Сарса — её сестра! — выпалила вдруг та, что до этого молчала.

Я перевела взгляд на Шэ-Арсу. Потому что понятно, чья сестра. Даже имена похожи.

— Что теперь будет с твоей сестрой?

Нагиня упрямо молчала.

— Она умрёт!

— За то, что вы оставили меня с драконом наедине?! — ужаснулась я. — В коридоре замка?! Ну и порядочки!

— За это — изгнание, — покачала головой нагини. — Но изгнание — позор для валинзи. Шэ-Сарса предпочтёт смерть.

Я впала в ступор секунд на пять, не больше.

— Мы… можем?.. Тьфу, пламень нестабильный! Мы должны это остановить!

— Ньорита МакДжин, — в ледяном голосе ваолинзи внезапно прозвучало столько боли, что мне стало не по себе.

— Аш, Шэ-Арса! Она и в самом деле может помочь!

— Лорд ни в чём ей не откажет! Она — его праори!

— Не знаю, как насчёт ни в чём, и что значит это ваше «праори»… и, кстати, как только мы со всем этим закончим, вы мне это объясните… это и всё остальное, но пусть только попробует отказать! — заверила я нагинь. — Погнали!

Шэ-Арса, наконец, оттаяв, окинула меня таким красноречивым взглядом, что руки сами потянулись свести вместе борта халата. Пламень нестабильный! Я и забыла, что у них здесь, похоже, местный церемониал тесно переплетён со «шмоточничеством», как мы презрительно выражались с Анисой, сиречь с традициями в одежде.

— Я мигом! — подпрыгнула я на месте.

Меня тут же рванули за руку, а втолкнув в спальню, подтолкнули по направлению к шкафу. Хотя правильней сказать, к гардеробной. Потому что площадью «шкафчик» оказался — как наша с Анисой комната в общежитии Альдейн.

Каких нарядов здесь только не было… в том числе всех возможных цветов и узоров…

Я беспомощно оглянулась на нагинь и столкнулась с не менее беспомощными выражениями жёлтых глаз с щелевидными зрачками. Ну конечно, они могут, и, наверное, даже способны в подробностях рассказать о значении каждого чёртового цветка на этих платьях из атласа, парчи, тафты, органзы и прочего… Но, судя по тому, как дрожит подбородок той же Шэ-Арсы, времени у нас нет. Вот катастрофически нет!

Плюнув, я вытащила украшенное знакомым узором: красное, в золотых драконах. Родовые цвета Эйден Янар, помню-помню. Сейчас нужно действовать наверняка.

Пока натягивала его и пыталась застегнуть по возможности ровно все крючки и завязать все ленты с довольно неловкой помощью нагинь (нет, ну валинзи точно ни разу не камеристки) решила всё же уточнить:

— Так, а если всё так серьёзно, почему вы блондинистого послушались-то?

— Виктарион бесчестно призвал Шэ-Сарсу к священной клятве нашего народа! — пояснили мне, снова обругав блондинистого каким-то «левиахгаком».

— Клятве?

— Кровной клятве драконам. Шэ-Сарса просто не могла ослушаться.

— Уф, — у меня, наконец, получилось застегнуть крючки и пуговицы с одной стороны. — Ну а лорду объяснить это не судьба? Или он у вас самодур? Так я, кстати, и думала…

— Шэ-Сарса никогда не признается огненному лорду в том, что один из драконов, его подданных…

— А тем более кровный родственник!

— А тем более кровный родственник!.. Поступил бесчестно, — пояснила непонятное непонятным одна из нагинь.

— Наги чтут законы крови! — заявила Шэ-Арса.

— Как и кровную клятву, данную драконам, — многозначительно добавила другая.

— Уф-ф, как же у вас всё просто, — с понимающим видом кивнула я и понеслась вслед за валинзи прочь из покоев.

Следующие минут двадцать мы просто бежали. По коридорам. Неслись так, что только стены по бокам мелькали. Встречные расступались и жались к этим самым стенам, провожая нас задумчивыми взглядами, должно быть, не каждый день по драконьим замкам носятся девицы в родовых цветах правителей в окружении нагинь-валинзи.

Лорд Драгуа-Ратх сидел в чёрном кресле с высокой спинкой, на возвышении, куда вело несколько ступень. У подножия трона, склонив голову, стояла нагиня, похожая со спины на сестру, как две капли воды.

— Шэ-Сарса, дочь Шэ-Аршаир, — дракон, казалось не замечал того, что мы буквально влетели в зал, и, не остановившись на этом, принялись протискиваться сквозь толпу, состоящую сплошь из драконов и нагов. — Ты приговариваешься…

— Мой лорд! — крикнула я, приближаясь к трону. — Нельзя ли сперва разобраться в том, что произошло, а потом приговаривать?!

Дракон посмотрел на меня.

И по глазам чешуйчатого, по сузившимся щелевидным зрачкам, по тому, как он дёрнул уголком рта, поняла: этот гад такое развитие событий предвидел.

Даже ожидал.

Да что там ожидал… просчитал!

Свинота чешуйчатая!!!