Глава 24
— Ньорита МакДжин, — дракон даже приподнялся на троне, показывая, должно быть, как рад меня видеть и вообще соскучился. — Чем обязан?
— Вы знаете, чем, — процедила я.
Кто-то ахнул за спиной, кто-то подавился и закашлялся.
Дракон хмыкнул и решил-таки снизойти, то есть спуститься с трона. И даже приблизиться ко мне. Я кожей ощутила, как напряглись валинзи. Нет, я понимаю, что скорее всего, снова как-то немыслимо нарушаю этикет — пламень нестабильный побери саламандра! — но что мне оставалось? Спокойно пощипывать булочки (м-м, даже сейчас от одного воспоминания о том божественном аромате рот наполнился слюной), в то время, как тут самый настоящий суд идёт? Кстати, племянника лорда Драгуа-Ратх я что-то не наблюдаю. Хотя, по-хорошему, на месте «подсудимой» должен стоять сейчас он!
Нагиня, что стояла спиной, оглянулась, мертвенно бледная, словно неживая. Сверкнула жёлтыми глазами, встретилась взглядом с сестрой и… отвернулась снова.
У меня до этого не было знакомых нагов, но вот эти несколько секунд рассказали о многом. Шэ-Сарса не просила, не надеялась… Не пыталась оправдаться. Она готовилась принять любой удар судьбы, причём принять его с достоинством. И в этом нагиня почему-то напомнила мне Нараяну.
— Ньорита МакДжин, — процедил дракон, склонившись ко мне, так, чтобы только я слышала его слова. — Не советую вмешиваться в законы Драгуа-Ратх.
— Вы бы лучше родственникам советы раздавали, — не сдержалась я.
— Агни! — я невольно часто заморгала. Дракон обратился ко мне по имени впервые. Не считая того случая, когда я потеряла сознание после нашего первого поцелуя. Пламень нестабильный! Стоило вспомнить о поцелуях дракона, как магия тут же затрещала искрами в волосах. Проклятье! Это же не моя одежда!! Не оснащённая магическими нитями!..
И сейчас, из-за этой проклятой близости дракона пламя вот-вот вырвется наружу!!!
Судя по сузившимся зрачкам лорда и его тяжёлому дыханию не только мне приходится несладко. Хотя ему-то что? Не его же магия с ума сходит в присутствии проклятого захватчика!
И тут вдруг я почувствовала, как избыток магии словно утягивает в невидимую воронку. И по довольному чавканью на плече догадалась, что за «воронка». В этот момент я саламандра расцеловать была готова!
— Это не Ильден, Агни, — тихо проговорил дракон, буравя меня взглядом. — Здесь, в Драгуа-Ратх, каждый закон писан кровью. Ты не можешь вмешаться в правосудие.
— Ну так-то он прав, — несколько заплетающимся языком промямлили мне в ухо. — Но если уж тебе приспичило, — саламандр решил самым хамским образом «забыть», что это вообще-то он посоветовал разобраться, что не так с моими валинзи, — есть один древний обычай…
Я только зубами скрипнула, вспомнив, как совсем недавно беседа с саламандром на плече была превратно истолкована «правым крылом» лорда.
— Я и не думала вмешиваться, мой лорд.
От меня, хвала Рарогу, отступили на шаг и окинули задумчивым взглядом.
И снова возникло ощущение, что дракон чего-то ждёт! Но чего? Не того ли, что я, как послушная марионетка, которую дёргают за ниточки, собираюсь озвучить?!
— Есть один древний обычай, — почти прорычала я, чувствуя себя до крайности глупо.
В зале повисла гробовая тишина.
Дракон нахмурился, сжал губы. На его бесстрастном лице отчётливо проступило… изумление? Вот же пламень нестабильный!! Ну как понять, этого он ждал, или нет?! Или не ждал вообще, а у меня, до кучи к натянутым, как струны, нервам, разыгралась паранойя…
— Скажи, что взываешь к Лунному Обычаю, — шепнул саламандр. — К Праву Первой Мены.
— Вы осведомлены о наших обычаях? — хрипло спросил дракон и добавил совсем тихо: — Вы, ньорита МакДжин, которая спрашивает у дракона имя? Кто желает спокойной ночи и просит не есть её во время совместной трапезы? Вы блефуете, ньорита МакДжин.
Я тряхнула головой и отчётливо произнесла.
— Лунный Обычай.
Если минутой раньше тишина была гробовой, то сейчас… Мир, время, пространство — всё застыло, замерло в каком-то непонятном ожидании.
— У нас несколько обычаев, связанных с луной. О каком именно вы говорите?
Колени вдруг ослабли, сердце замерло, дыхание стало тяжёлым.
В воздухе повисло напряжённое ожидание.
Ждал моего ответа дракон, ждал — я чувствовала это кожей — саламандр на плече, ждали наги и драконы за спиной…
А я понимала, что всё-таки угодила в ловушку. Прямо с разбега скаканула с обрыва, нырнула в омут, увязла в мастерски замаскированном силке…
Я не знала, на что подписываюсь, но понимала, что следующая фраза разделит мою жизнь на до и после. И это всё как-то связано с моим правом на свободу и предстоящим Небесным Слётом, который теперь мне не поможет…
Закусив губу, я медленно помотала головой, понимая, что нельзя произносить того, что от меня ждут. Нужно уходить.
Но разве у меня был выбор?
Да, можно прямо сейчас развернуться и уйти, но… Шэ-Сарса, которая замерла, как и все в зале, ожидая моих слов. Совершенно незнакомая мне нагини, которая из-за собственного благородства готовится принять смерть. Из-за благородства и… из-за меня. Пусть даже косвенно… Она по-прежнему не оглядывалась, но я видела, что плечи её дрогнули…
— Право Первой Мены, — прошептала я и в тот же миг зал потонул в восторженном рёве, топоте, рукоплесканиях.
Я покачнулась, и чья-то рука придержала меня за плечо.
Голос дракона прорезал пространство. Стоило ему заговорить, все замолчали.
— Я, Вулканис из Рода Эйден Янар, признаю твоё священное право, Агния из рода МакДжин. Что хочешь ты потребовать у меня, лорда Драгуа-Ратх?
Только сейчас я в полной мере поняла, в какую ловушку угодила! Я могла не просить у дракона! А требовать! Но… мена… разве это не обмен? Я помотала головой, отгоняя рой назойливых, мешающих друг другу мыслей.
Больше всего в этот момент хотелось сказать «свободы», и сбить с самодовольного лица дракона эту его чешуйчатую спесь, но… сказала «а», нужно говорить «бэ».
— Отпустите её, мой лорд, — тихо сказала я и в тот же момент столкнулась со взглядом нагини. Лицо рывком обернувшейся ваолинзи было искажено ужасом.
Пламень нестабильный! Я почувствовала себя глупее некуда. Кажется, дракон именно так и собирался поступить, вследствие чего нагиня, которую с первого взгляда так-то сложно заподозрить во впечатлительности, собиралась покончить с собой.
Бровь дракона поползла вверх.
— Я хотела сказать, не отпускайте! — воскликнула я. — То есть не выгоняйте, оставьте… на службе.
И тут «обвиняемая» выкинула совсем уж странную штуку.
Она сорвалась со своего места по направлению ко мне, на ходу меняя ипостась и в следующий миг замерла, склонившись у моих ног, держа перед собой на распахнутых ладонях кривую саблю.
— Позвольте служить вам, праори, — не поднимая головы, тихо сказала она. — Примите мою клятву: оберегать и защищать вас ценой собственной жизни и никогда не предать вашего доверия!
Я растерялась. Причём даже не от жеста нагини, а от того факта, что стоило той сменить ипостась, у меня мурашки по телу побежали от ощущения небывалой силы магии! Незнакомой мне, но… боевой! Шэ-Сарса оказалась сильнейшим боевым магом, когда-либо встречаемым мной, и это даже учитывая магистра Драто Влаза, или Чёрного Кугуара из Альдейн!
— Ваше слово, ньорита МакДжин? — приподнял бровь дракон, когда пауза затянулась.
Ну, хоть в чём-то дракон не обманул. Недостатка в женском обществе мне здесь явно не грозит.
Часто моргая, я склонилась и положила руку на плечо нагини.
— Я принимаю твою клятву, — тихо сказала я. — Встань, пожалуйста.
— Вы все свидетели! — сообщил дракон. Он говорил тихо, но в этой звенящей тишине каждое его слово доносилось до каждого из присутствующих. — Я, Вулканис Эйден Янар и Агния МакДжин на ваших глазах прибегли в Лунному Обычаю Права Первой Мены.
Я сглотнула.
Узнать бы поскорее, чем это мне грозит…
Впрочем, сомнений не было: скоро узнаю.