Глава 34

Разбудило меня ощущение чьего-то присутствия. Не враждебное, нет, скорее… любопытствующее. И какое-то виноватое

Я открыла глаза, взгляд тут же уткнулся в соседнюю подушку, ещё хранящую след от головы Вулкана… Вулкана! В этот момент я всё вспомнила и зарделась от стыда и смущения.

Очарование ночи схлынуло, на смену ему пришло чувство неловкости и следа.

Вот как понимать сейчас его отсутствие?

Я рассеянно провела рукой по простыне рядом. Ещё хранит тепло его тела. Прикосновение к отголоску драконьего пламени всполошило целый калейдоскоп неприличных, но таких магнетически притягательных картинок-воспоминаний, что, ощутив прилив щекочущей, бурлящей магии, самым бесстыдным образом приливающей к некоторым частям тела, я поспешно помотала головой, силясь прогнать морок и остатки сна. Затем уселась, кутаясь в покрывало.

— Бублик, — позвала я, свешиваясь с борта кровати. — Вылезай.

— Вылезай, говорю! Я же слышу, что ты здесь.

— А драться и за хвост таскать не будешь? — раздалось из-под кровати тоскливое.

Я хмыкнула.

— Посмотрим.

Раздался обречённый вздох, после чего из-под кровати выбрался и сам саламандр. Присев на задних лапках, застыл на месте, не решаясь забраться, по своему обыкновению, на кровать, захлопал глазками-бусинками. И вид у саламандра при этом был такой виноватый, что так и захотелось… пожалеть, что ли? Ага, причём два раза. В магическом эквиваленте, естественно.

Что-то было с саламандром не так. Нет, внешне ничего не изменилось — всё тот же довольно упитанный дух огня, умилительный на вид, если не знать о вредном характере. Но какой-то он был… более сияющий, чем обычно, что ли. Я торопливо окинула маленького наглеца взглядом с помощью истинного зрения — чтобы тут же часто заморгать от изумления…

Саламандр был материальным! Вот прям от слова «материя».

У него самым отчётливым образом проступала аура! Но аура таким, как он, не положена! То есть низшим огненным духом саламандр больше не был!

— А ну, повернись, — хмуря лоб, приказала я, заметив, что новоприобретённое сияние саламандра идёт из-за спины.

— Что это? — нахмурилась я ещё больше, приглядываясь к огненной спинке вредины повнимательнее.

Руку готова дать на отсечение — ещё вчера этих крохотных мерцающих бугорков на лопатках, по сторонам от проступающего гребня, не было…

Бублик вздохнул и… в следующий миг бугорки расправились, превратившись в сияющие крылышки. Да, крохотные, да, если не приглядываться, ничего и не заметишь, но… крылышки!

— Так ты — элементаль! — вырвалось у меня очумелое.

Саламандр оглянулся через плечо и как-то виновато кивнул.

— Стой… Ты поэтому всё это подстроил, — я смущённо закашлялась, но взяла себя в руки. — Если элементаль теряет крылья, он становится низшим духом… И вернуть свою природу обратно может…только получив силу мага! Сильного мага с родственной элементалю магией…

Бублик кротко хлопнул глазками.

— Я — элемент, то есть элементаль драконьего пламени, — сообщил он не без гордости, но всё же виновато.

— Высший огненный дух, — растерянно пробормотала я. — И тебе нужно было, чтобы я, как маг, к которому ты привязан, хотя я сама понятия не имею, каким образом ты стал вдруг моим фамильяром, получила драконью силу…

С этими словами я откинулась на подушки. На душе было откровенно гадко. Вот вроде ни для кого и не новость, что духи никогда ничего не делают по доброте душевной, а всё же узнать, что тот, кто набивался в друзья-помощники, манипулировал тобой, дёргая за верёвочки, как марионетку… это оказалось так больно…

Конечно, понять саламандра можно. Понятия не имею, кто лишил его крыльев и низверг в низший мир, как и знать не знаю, за что с ним так, но как-то это… слишком уж радикально. На секунду попыталась представить, а как бы я повела себя на его месте — и тут же погнала эти мысли прочь. Во-первых, никогда не узнаешь, пока не примеришь хвост и чешуйки другого — так говорила Нараяна, а во-вторых всё равно обидно.

Потому что у меня вообще-то были свои планы, цели, мечты. И вот мало того, что некто чешуйчатый изображал тут из себя шахматиста, так ведь и эта маленькая огненная гадина туда же.

— Агни, всё не так, — саламандр всё-таки решился залезть на кровать, правда с совсем несвойственной ему прежде скромностью остался на краешке. — Возвращение крыльев — это награда, но я и без неё не смог бы не выполнить своего долга.

— Сделать из честной девушки альтессу, отправив её в постель к дракону — это твой долг? — тихо спросила я.

— Нет, — пискнул саламандр, отчаянно мотая головой и замолчал.

Вскинув на него взгляд, я увидела, что он открывает и закрывает рот, вроде как что-то говорит, размахивает лапками, и даже хвостом, но не слышно ни звука.

— …стал твоим фамильяром! — выкрикнул саламандр.

— Заклинание немоты, — пробормотала я. — Ты не можешь мне рассказать, почему так поступил?

Три кивка подряд.

— А фамильяром моим ты стал в ту ночь, о которой я ничего не помню? Когда знак ласаир меня покинул… Тогда я, получается, и имя тебе дала… Бублик… Очень похоже на меня, шестилетнюю. Я обожала свежие бублики… С маком и румяной корочкой.

Саламандр принялся кивать так часто, что я не выдержала, съехидничала:

— Смотри осторожнее — голова отвалится.

Саламандр засопел, но, вопреки своему обыкновению, не съязвил в ответ. Видно и вправду чувствовал себя виноватым.

— Значит, рассказать мне, что произошло той ночью, ты не можешь…

Осторожный кивок.

— А почему тогда в нижнем мире… Я ведь, если имя тебе дала и сделала фамильяром, ты мог при мне ещё тогда остаться… Стоп! Это чтобы магию не жрать, прости, не подпитываться? Я ведь всё-таки ещё совсем ребёнком была…

Два осторожных кивка.

— Так это твоя инициатива не вмешиваться в моё, так скажем, магическое становление и ожидать своего часа в нижнем мире? — на этих словах вид у саламандра стал таким тоскливым, что я чудом слезу не пустила. Да уж, невесело ему там было, это к Оракулу не ходи. — Или всё же за сохранение магии мне нужно благодарить того, кто наложил эти чары немоты?

Саламандр несколько раз беззвучно распахнул и запахнул пасть и развёл лапки в стороны.

— И сказать, кто наложил на тебя чары молчания, и, опять же, если тебе можно верить, заставил подтолкнуть меня к близости с драконом, если по-простому, придать мне ускорения с помощью ощутимого такого пинка, — на этих словах саламандр опустил голову ниже плеч, — тоже не можешь.

Снова кивок и виноватый взгляд.

— Ты только не подумай, что я тебя простила, но…

Бублик ощутимо воспрял, даже кончик языка прикусил и замолотил лапками по воздуху, как белка.

— Но пока не разберусь, что тогда произошло, всё же нечестно тебя прогонять… А одной мне не разобраться. Да и здесь… Так, — голос мой зазвучал строго. — Ещё какие-то сюрпризы будут? Мало ли, тебе там ещё пару крыльев вернуть надо, потому что ты не просто элементаль, а Король Элементалей и для этого тебе нужно и вовсе под монастырь меня подвести.

— Да как ты можешь, деточка! — вспылила вредина. — Я же твой фамильяр! Я не могу сделать ничего, что причинило бы тебе вред.

— Всё в этом мире относительно, — хмыкнула я, цитируя Нараяну.

— Разве ты не получила силу дракона? Разве не чувствуешь, что твоя магия стала сильнее? Разве не получила на службу, преданную тебе до последней капли крови лучшую боевую ваолинзи?! — возопил саламандр.

Я хмыкнула и передёрнула плечами.

Логика в словах элементаля присутствует.

— А как лорд воительницу мне свою отдал?

Бублик покачал головой.

— Он крайне заинтересован в твоей безопасности.

— Значит, мне здесь, в Драгуа-Ратх, под его покровительством, что-то угрожает?

— Не только тебе, — саламандр, к моему изумлению, поморщился. — Всему Драгуа-Ратх.

Приближение нагинь к своим покоям я сначала почувствовала и лишь затем услышала ровные, размеренные шаги.

— Знаешь, что, дружок, навести-ка ты этого Виктариона, — пробормотала я. — Может, удастся разузнать что-то полезное. Ты же сможешь быть рядом так, чтобы дракон тебя не заметил?

— Пока он во дворце, да, — подтвердил Бублик.

— Это, конечно, не то, что нам надо, но тоже может понадобиться. Особенно, если он будет говорить с кем-то с помощью артефактов связи. Слушай и запоминая каждое слово!

— Будет сделано! — взвизгнул саламандр, юркая к двери.

Скользнув между ног Шэ-Сарсы, которая была в человеческой ипостаси, Бублик скрылся в коридоре.

Нагиня хмыкнула.

А потом взглянула на меня и вскрикнула, зажав рот ладонью. Я часто заморгала. Вот никак не ожидала подобной реакции от бесстрастной женщины-воина.