Глава 16

В Москве я уже видела такие, некоторые из них ещё и громко завывали. Но этот вёл себя тихо.

Наверное, потому и подкрался незаметно. Хотя вообще машины здесь в столь позднее время проезжали очень редко. Но, может, мы просто заболтались.

— А вот и скорая за тобой, Катерина, — объявил Розовский.

Как скорая?! Её же не вызывали! Или Андрей всё-таки вызвал?

Что-то я уже вовсе ничего не понимаю.

Митар умудрился ловко подняться с колен прямо с девушкой на руках.

Неужели у него совсем не затекли ноги? Лично у меня, если бы так просидела пару часов, уже бы просто отвалились!

Орк занёс Катерину в машину. Устроил там на сидении поудобней – опять же наполовину у себя на руках.

Интересно, как же в этой скорой перевозят лежачих больных? Что-то не наблюдаю я внутри подходящего места.

— Садимся! — скомандовал нам дракон.

Мы что же, вместе с девушкой в больницу поедем? Однако спорить не стали – тоже забрались в автомобиль. Может, больница по пути в Муромцево? А дальше уже полетим.

— Мы тебя проводим, — сказал Андрей тоже несколько удивлённой Катерине.

Автомобиль развернулся и двинулся в обратном направлении.

Ехали довольно долго – с час примерно.

Наконец свернули в ворота.

Хм. Надо же как больничные здания напоминают Конный двор, Скотный и Каретный в Муромцеве!

Андрей вылез из автомобиля и нам всем велел выходить.

Митар снова понёс девушку на руках.

Перед входом в парк я оглянулась и… не увидела машины скорой помощи. На её месте в свете фонарей поблёскивал самый обычный микроавтобус. Причём вовсе не белый, а выкрашенный какой-то тёмной краской.

И тут я заметила, что вместо водителя скорой рядом с нами уже шагает Кирилл. Правда, почему-то в белом халате.

Это что же, всё морок был?! Лихо!

Вот и здание университета. Ура, никуда больше ни ехать, ни лететь нам не придётся!

— Это больница? — изумлённо воскликнула Катерина во все глаза разглядывая замок.

— Да, — без зазрений совести подтвердил Лисовский. — Наша больница расположена в помещениях старинной графской усадьбы.

— Обалдеть! — ахнула девушка.

Изнутри замок тоже как-то подозрительно изменился. Станы оказались выкрашены белой и серой краской, и двери тоже стали белыми, а не из благородного тёмного дерева.

Впрочем, в то, что Кирилл успел к нашему приезду сделать здесь ремонт, я ни за что не поверю. А значит, снова морочит девчонке голову.

Катерина, кстати, уснула на руках у Митара ещё на лестнице. Усыпили? Как пить дать. Только что она с таким любопытством вертела головой по сторонам – и вдруг уже спит.

— Что мне дальше-то с ней делать? — спросил Лисовский, в упор посмотрев на Андрея. — Днём выдать универ за больницу уже не получится. Как минимум, здесь слишком шумно. Не могу же я целый день торчать возле её липовой палаты, держа оную под пологом тишины.

— Думаю, завтра можно будет попытаться приоткрыть девчонке истину, — ответил Розовский. — Если воспримет неадекватно – вечером подкорректирую ей память. А вообще хоть она и человечка, но у неё отличные магические способности.

— А ещё… — Кирилл вдруг пристально посмотрел на девушку, которую Митар как раз укладывал на кровать. — Да, точно! У неё в роду были оборотни.

— Уверен? — дракон удивлённо вскинул бровь.

— Андрей, я в таких вещах не ошибаюсь, — язвительно улыбнулся оборотень. — Думаю, дед или бабка. Но сама она, безусловно, ни разу не обращалась. И, скорее всего, даже не подозревает о заложенной в её генах способности.

— Однако обращаться может? — заинтересовался Грок.

— Если научить.

— Почему же от неё скрывали этот факт?

— Грок, ну мы же не знаем её семейной истории, — одними губами улыбнулся Кирилл. — Ладно, всё, идёмте спать. Вы ж завтра, небось, опять на экскурсию?

— Да, спать, — непререкаемым тоном постановил Андрей.

***

Утром дракон разбудил нас в девять.

В столовую мы приползли сонными мухами. Студентов там уже не было. Зато наконец увидели жену Кирилла. Вчера-то, когда мы умчались в Москву, она ещё спала. А сегодня как раз завтракала тут вместе с мужем. Как видно, первой пары у него нынче не было.

Лисовский пригласил нас за свой, преподавательский, стол и познакомил с супругой. Кстати, когда представлял Торрена – что-то шепнул ей на ухо. Очень любопытно – что?

Оказалось, что её зовут Лана – прямо как меня для Катерины.

— Гляжу, вас можно поздравить со скорым прибавлением, — с хитрой улыбкой произнёс вдруг Розовский, когда мы сели за стол.

Что он имеет в виду? Живота у Ланы близко не наблюдалось.

— Чёртов ты дракон – ничего-то от тебя не утаишь! — засмеялся Кирилл.

— Такие вещи я за километр вижу, — скроил Андрей язвительную улыбочку. — Значит, до трёхсот лет не дотерпели?

— Не-а, — опять засмеялся Лисовский, замотав головой. — Ланины родители и так уже все извелись, почему у нас до сих пор нет детей.

— Они – обычные люди, что ли? — спросил Нариэл.

— Не совсем. Теперь. Однако тёща лишь вслед за Ланой начала обучаться магии, а тестя мы обратили. Только менталитет у них всё равно чисто людской остался, — тепло улыбнулся Кирилл.

— Обратили в оборотня? — изумилась Грэс-Ти.

— Нет. В вампира, естественно. Стать оборотнем человек без магических способностей и генной предрасположенности к оборотничеству даже в теории не может. Так что в таких парах, когда один маг, а другой нет, выход единственный – вампиризм.

Хм, интересно, а как поступают в подобных случаях у нас? Уж в вампиров точно никого не обращают. Впрочем, на Альтеране о парах маг-немаг я вроде и не слышала.

— Людка, моя младшая сестра, тоже за оборотня вышла, — сказала Лана. — Но к ним родители пока с детьми особо не пристают.

— Всё правильно – в порядке очереди, — хохотнул Розовский. — Ты же старшая – вот и отдуваешься. Олег-то в курсе, что скоро станет дядей? — спросил он, переведя взгляд на Кирилла.

— Откуда?! — развёл руками тот. — Срок всего пара недель. Но ты, когда вернёшься, расскажи ему.

— Непременно, — подмигнул дракон. — Слушай, а от кого у Рогова внуки? — полюбопытствовал он. — Раньше я об этой падле вовсе ничего знать не хотел. Но вчера мы столкнулись с ним возле зоопарка. И Никитка заявил, что кровь в его внуках течёт высшей пробы. Мне стало прямо интересно, о ком же он так отзывается.

— А вот это хороший вопрос, — как-то странно усмехнулся Лисовский.

— В смысле? — градус любопытства Розовского явно подскочил.

— Жаль ты не спросил об этом его самого. Может, он и разоткровенничался бы, решив похвастаться. Женил-то Рогов на Инке Панина[1]. Да только что-то сомневаюсь я, чтобы он оценивал на высшую пробу его кровь, — вновь усмехнулся оборотень. — Ты же не хуже меня знаешь эту тряпку.

— Да уж, — протянул Розовский. — Марионетка Панин, безусловно, удобная. Однако вряд ли Никитка ценит такие качества в собственном роду.

— Слухи, что дети у Инки не от Панина, давно по Москве гуляют, — поведал Кирилл. — И ты сейчас своей новостью, я бы сказал, железобетонно укрепил их справедливость.

— А кто её любовник?

— Таковых, как я понимаю, хватает. Даже кое-кто из Шаровых в их числе имеется. Род, безусловно, сильный, — продолжил рассуждать он. — Да только породниться с Шаровыми[2], пусть даже неофициально, Рогов бы удавился.

— Это однозначно! — хохотнул Андрей.

— Ну вот, значит, Шарова из числа кандидатов смело вычёркиваем. А больше среди её любовников, о которых известно мне, особой крутизны и не было.

— Выходит, речь о тёмной лошадке? Хм, очень любопытно. — задумчиво произнёс Розовский. — И правда жаль, что я не стал расспрашивать Никитку. Но был уверен, что ты-то в курсе. А разводить лишние разговоры с ним совершенно не хотелось. Тем более это было в самом начале нашей встречи.

— То есть вы общались довольно долго? — изумлённо вскинул бровь Лисовский.

— Да, едва ли не полдня вместе провели. Меня его избалованные мозгоклюи так выбесили, что я пообещал, если угомонятся, покатать их над Москвой.

— Оригинально ты бесишься, — засмеялся оборотень.

— Зато до самого полёта мелкие вели себя тише воды ниже травы.

***

Сразу после завтрака мы отправились на «взлётную площадку» к прудам. На полигоне за ними тренировались какие-то студенты, но нас они, естественно, не заметили.

— Куда мы сегодня? — поинтересовался Нариэл, прежде чем дракон перекинулся.

— В Северную столицу.

Но разве у государства может быть сразу две столицы?!

Оказалось, что очень даже может. Правда, нынче Санкт-Петербург таковой официально уже не являлся. Но ещё век с небольшим назад этот статус был именно у него.

Второй по величине город России стоял на берегу большого залива. Широкая река делила его на две части. В её разветвлённом устье и сосредоточились все основные достопримечательности, которых, к слову, было не меньше, чем в Москве, а может, даже и больше.

Мы сделали два круга над этим районом. Первый – обзорный. На втором летели уже ниже, и Андер вкратце рассказывал обо всех памятниках истории, что мы видели снизу. Особенно впечатлили Петропавловская крепость, красиво расчерченное дорожками Марсово поле, огромные Исаакиевский и Казанский соборы, а также длинные величественные мосты, которые, как выяснилось, ещё и разводят, чтобы по реке могли беспрепятственно ходить корабли.

Город, кстати, оказался гораздо моложе Москвы – заложен он был всего три с лишним столетия назад. Тогдашний русский царь решил прогнать с этих земель неких шведов, которые бесцеремонно начали обживать устье Невы. Желая обезопасить своё государство от новых вылазок северных соседей, он и возвёл здесь город.

Насладившись великолепными видами, мы отправились облетать окрестности города, которые, как выяснилось, тоже изобиловали достопримечательностями.

Андер взял курс на запад к какому-то Кронштадту.

И только сейчас мы обратили внимание, что на правом берегу залива торчит гигантская стеклянная сосулька. Если бы мы не были в Нью-Йорке, Чикаго и Москве, лично я бы в жизни не заподозрила в ней здание. И тем не менее это было именно оно – жутко диссонировавшее с архитектурой Санкт-Петербурга. Хорошо ещё, что эту почти полукилометровую «ледышку» додумались воткнуть на некотором отдалении от города, иначе своим видом она испоганила бы всё впечатление о нём. Кстати, как рассказал нам Андер, первоначально строительство небоскрёба планировалось на берегу Невы в непосредственной близости от исторического центра города. Но, к счастью, у местных властей хватило ума этого не делать.

Обсудив данный «шедевр» архитектуры, мы сосредоточились на острове Котлин, где всё в те же давние времена царь Пётр, а потом и его венценосные потомки построили целый комплекс оборонительных сооружений: крепость Кронштадт и цепочку бастионов на искусственных островках – чтобы ни одних наглый швед не просочился на русскую территорию.

От Кронштадта рукой, а вернее, крылом подать до Петергофа – ещё одной местной жемчужины. Красивейший дворцово-парковый ансамбль сверху смотрелся очень эффектно. Жаль, в это время года фонтаны не работали, иначе, я думаю, мы бы уговорили Андрея где-нибудь приземлиться.

Теперь наш путь лежал в Царское село – там тоже обнаружился большой и красивый дворец, а чуть дальше, в Павловске, ещё один, но уже поскромнее. И что интересно, Царскосельский являлся резиденцией цариц, а Павловский – царя. Выходит, в России женщины определённо более падки на роскошь, чем мужчины. Или это только раньше так было – кто знает?

А завершили мы нашу воздушную экскурсию в Шлиссельбурге. Андер захотел показать нам и крепость, оборонявшую теперь уже исток Невы со стороны громадного озера – Ладожского. Несмотря на смешное название «Орешек»[3], она являлась одной из старейших северных крепостей России. Возвели её аж семьсот лет назад. Как и московский Кремль, «Орешек» достраивался, перестраивался, успешно дожив, в итоге, до наших дней. Между прочим, и здесь не обошлось без назойливых шведов – однажды им удалось захватить «Орешек» и удерживать его около века. Но всё тот же царь Пётр, который, я полагаю, до сих пор снится каждому шведу в кошмарных снах, пришёл с армией и после упорных боёв освободил укрепление. Как объяснил Андрей, именно отсюда растут корни русского выражения «крепкий орешек».

Полетав над старинным оборонительным сооружением, дракон повернул обратно, заявив, что в само?м Питере всё-таки необходимо побывать.

Приземлились мы на какой-то площадке под стеной Петропавловской крепости.

И раз уж оказались здесь, прогулялись по крепости внутри. Пофотографировались, как водится. В частности, рядом с памятником Петру Первому.

В общем, пересекли всю Петропавловку и вышли с противоположной её стороны.

Андрей поведал нам, что рядом находится питерский зоопарк, но туда мы не пойдём – хватит с нас московского.

Лично я бы, правда, не отказалась посмотреть на зверей и ещё раз. Однако спорить не стала.

По набережной мы дошли до Биржевого моста. По нему пересекли Малую Неву. Прошли ещё и оказались на Дворцовом мосту.

Разведён он не был, поэтому двинулись дальше. В итоге дошли до начала Невского проспекта, по пути полюбовавшись на здание Эрмитажа и Александровскую колонну.

И тут…

— Никто есть не хочет? — тонко намекнул Грок, что пора бы пообедать.

Голодны все, по правде говоря, были уже зверски.

— Так, чем я вас ещё не кормил? — вслух задумался Розовский. — Русскими блинами! — воскликнул он через несколько секунд.

И полез в свой телефон.

— А блины – это что такое? — осторожно поинтересовался Нариэл.

— Увидишь, — лаконично ответил дракон. — Если я только найду хоть какую-нибудь путную инфу, — недовольно пробурчал он. — Да что ж за бред-то! Блинные вроде как и есть… но везде одни отзывы, и ни единого меню. А нарваться на хрень в виде гамбургера, завёрнутого в блин, вместо нормальных русских блинов совершенно не хочется. Но, судя по названиям заведений, у нас все шансы. И блины с селёдочным фаршем тоже как-то не впечатляют. А если есть меню – так нет заведений, только заказать предлагают. А куда я закажу?! Типа – привезите в начало Невского проспекта, я тут стою с голодной компанией. А жрать-то где?! На лавочке, как бомжи?!

Бухтел и матерился он ещё несколько минут. Потом решил позвонить за советом Кириллу. Пожаловался на ситуацию.

В итоге тот сказал, чтобы мы не маялись ерундой. Блины он сам нам обеспечит в лучшем виде.

Ладно, пока решили перекусить тем, что подвернётся.

Подвернулась прямо на улице какая-то шаверма, которую в Москве, по словам Андрея, называют шаурмой. Не знаю, к чему было сделано данное пояснение, но это оказалось завёрнутое в тонкую лепёшку мелко порезанное мясо с капустой, помидорами и соусами.

Ели прямо на ходу. Вкусно. Или просто мы были жутко голодны?

Наверное, по этой же причине, слопав по одной шаверме-щаурме, не сказать, чтобы полностью насытились. В особенности парни.

Хотели уже вернуться к тому киоску. Но тут Андрей заметил парочку с бумажным пакетом в руках, которая поедала какие-то штуки, кажется, из теста. У дракона аж глаза загорелись, и он метнулся к парочке.

Вернулся радостный такой.

— Сейчас я вас советскими пончиками покормлю, — пообещал нам. — Пойдёмте. Охренеть, никаких американских донатов, настоящие пончики! Надо же, они ещё остались.

Примерно в таком духе бормотал он почти всю дорогу. Правда, шли мы недолго.

— Ну вот она – старая советская пончиковая, — представил Розовский заведение, в которое аж с улицы тянулась очередь. — Признана знаковым местом Санкт-Петербурга, поэтому им, по идее, даже запрещено что-либо менять.

— По-моему, здесь написано «пышки», — поправил его Рэймонд, глянув на вывеску.

— Один чёрт, — махнул рукой дракон. — В Москве – пончики, в Питере – пышки, а разница только в названии.

— Здесь всё называется иначе, чем в Москве? — со смехом спросил Митар.

— Не всё. Но называть по-своему питерцы действительно любят, — тоже засмеялся Андрей.

— В Москве пышки называют неправильно, — тут же вставила пожилая женщина, стоявшая в очереди перед нами.

Андер не стал спорить, а нам шепнул:

— Возможно, насчёт пончиков она права. На Руси были именно пышки. А «пончик» произошёл от польского слова, и у них это круглые шарики без дырки посредине, зато с начинкой. То есть пончики всё же ближе к донатам.

— А донат-то – это что? — поинтересовался Грок. — Ты уже второй раз произносишь данное слово.

— Да фигня, если честно, не заслуживающая того, чтобы попасть в меню нашего гастрономического тура, — отмахнулся дракон.

Очередь, по счастью, шла быстро, и вскоре мы уже получили возможность попробовать горячие, жареные в масле круглые пирожки из цельного воздушного теста, посыпанные сахарной пудрой.

Ммм, просто пальчики оближешь!

Пальцы у нас, кстати, от этих замечательных пончиков стали жутко жирными и липкими. Бумажных салфеток, к которым мы уже успели попривыкнуть на Земле, здесь, кстати, почему-то не оказалось. Вместо них на столах обнаружились лишь квадратики из бумаги, вытиравшие пальцы не слишком-то хорошо.

— Видимо, это тоже советский колорит, — пояснил нам Андрей. — С салфетками в Советском Союзе была напряжёнка.

Запивали мы пончики также «советским» бочковым кофе с молоком.

Но вкусно, бестии Тени вас задери!

В итоге наелись до отвала, лишь после этого выползли из пышечной. И отправились искать место для взлёта.

***

Приземлившись в Муромцеве, первым делом решили навестить Катерину.

Девушка лежала в постели. Однако интерьер её комнаты нисколько не напоминал больничную палату. Выходит, Кирилл уже приоткрыл ей истину?

Интересно, как она отреагировала? И что теперь скажет нам?

[1] Панин – нынешний глава клана Полярной Звезды.

[2] Семейства Роговых, Шаровых и Цукерманов – три столпа Полярной Звезды, непримиримо враждующие между собой.

[3] Крепость носит такое название, потому что была построена на острове Ореховый.