36−3

— А что случилось на этой Сэйнорре? И что вообще за магия дварров? — поинтересовался Сэн’Тир.

— Магия мучений и смерти. То есть её адепты получают силу, истязая или же убивая своих жертв. И на Сэйнорре этих дварров тогда развелось как грязи. В результате кхулфы едва не избавили планету от всего разумного населения. Ладно, господа студенты, время уже позднее — вам пора спать, — свернул Андрей разговор.

На чём и удалился.

Однако мы расходиться не спешили.

— Итак, теперь пойманы все лорби?— уточнил у водных Лорэндаль.

— Да. Спасибо за помощь, — опять поблагодарил Сэн.

— А сколько ещё времени вам нужно, чтобы закончить переселение?

— В общем-то, на озеро Нари перебрались уже все наши.

— Но вам ведь ещё необходимо возвести какие-то жилища.

— Мы перевозим дома из посёлка на Тан-Сю, — поведал дракон. — Срубы сами переплавляем по рекам. Для всего остального зафрахтовали несколько кораблей. Естественно, всё это под магией полного сокрытия. Команды потом тоже не вспомнят, откуда и куда что перевозили.

— Круто, — то ли похвалил, то ли поразился куратор. — Ну а по времени-то что?

— Думаю, за неделю управимся. Это уже с возведением домов. А почему ты спрашиваешь? — насторожился водный.

Лорэн тяжело вздохнул.

— Поставить в известность правителей и легализовать ваше существование всё-таки необходимо, — произнёс он. Сэн’Тир моментом помрачнел как грозовая туча. Однако куратор продолжал: — Но чтобы император Ферллана не покарал вас за нападения ваших лорби, лучше всё-таки сделать вид, будто вы с самого начала базировались на озере Нари.

Ловко он всё повернул, невольно усмехнулась я про себя — мне-то излагал совершенно иные причины.

— Хочешь, чтобы нас покарали другие правители⁈ — хмуро вопросил дракон.

— Лимерана, на территории которой расположено Нари, по счастью, от лорби вовсе не пострадала. Ну а с Лорго договоримся, — пообещал шатенистый любитель влезать в большую политику. — В этом положись на нас. Но, возможно, вам придётся выплатить компенсацию пострадавшим.

— Это мы готовы сделать, — заверил водный. — Только где гарантии, что король Лимераны не направит на Нари армию, чтобы уничтожить нас или заставить вернуться на Акрэйд?

— Поверь, Наэль никак не сторонник кровавых военных конфликтов. Конечно, лучше всего было бы и вовсе поселить вас в Бордгире.

— Или в Лорвейне, — тут же вставил Силениас.

— Однако ни там, ни там нет крупных озёр, — продолжал Лорэндаль. — И в Виргине тоже.

— А при чём здесь Виргин? — опешил Сэн’Тир.

— При том что ваше проживание на территории нелюдей было бы предпочтительно по многим причинам. В принципе, есть ещё вариант расселить вас по пяти странам частями.

— Вот разделение крайне нежелательно для нас, — заявил водный помрачнев ещё больше. — Мы испокон веков проживали вместе.

— Ну значит, останавливаемся на Нари, — успокоил его куратор. — Об этом варианте и будем вести речь с правителями.

— Кто ты, Лорэндаль, бестии Тени тебя задери, что так уверен, будто правители вообще станут тебя слушать⁈ — вопросил дракон обалдело.

— Когда-нибудь ты обязательно узнаешь правду обо всех нас, — подмигнул ему мой мистер Таинственность. — А пока тебе достаточно знать, что слов на ветер я не бросаю. На этом, пожалуй, и правда пора расходиться, — завершил он собрание нашего кружка политиков-любителей.

Как я вообще в это вляпалась⁈ — взвыла про себя.

А впрочем, поздно бояться и сдавать назад, когда мой возлюбленный — однозначно непростая птица.

Пожелав друг другу спокойной ночи, мы с девчонками и Сэн’Тиром отправились по своим комнатам.

Время опять было далеко за полночь, но, к счастью, Кобра уже спала. Поэтому никаких ядовитых замечаний по теме, где и с кем я шляюсь, не последовало.

На завтраке в Трапезной появились Торинвальд, Кайвари и Голдар. Мы, осведомившись о самочувствии принцев, поздравили их с выпиской из лазарета.

Миринда с Климинеллой тоже не забыли сделать это вслед за нами. Голдар тут же охотно разговорился с девушками. Правда, у брюнетки глаза почему-то были красными, и вообще выглядела она как в воду опущенная. Похоже, мне не показалось, что вчера, когда уже засыпала, слышала доносившиеся с её кровати приглушённые всхлипы.

Надо было всё-таки встряхнуться, вылезти из постели и спросить у неё, в чём дело.

В общем, сейчас Климинелла довольно быстро удалилась за свой стол, оставив рыжую наедине с Голдаром.

А вот они проболтали отнюдь не пару минут. Уж не знаю, о чём — кажется, мужчина вообще поставил отвод глаз.

Но когда Миринда наконец добралась до своего стола, сияла как начищенная сковородка.

— Ты совсем дура⁈ — тут же наехала на неё Кобра. — Это ж додуматься надо — строить глазки преступнику, отсидевшему четверть века за преступления, о которых известно всем и каждому!

— А что такого⁈ — обиженно захлопала глазами рыжая. — Как ты верно заметила, своё Голдар уже отсидел. Больше он не преступник.

— Нет, ты точно совсем тупая! — продолжала змея. — Только представь, что тебе устроит отец за такую связь! Весь свой род хочешь опозорить⁈

— Мы просто немного поговорили.

— Ой, вот не надо! — всплеснула руками Кобра. — Думаешь, я не вижу, как ты пускаешь на него слюни⁈

— Да хоть бы и так, — вскинулась Миринда. — Если однажды человек оступился — что ж его теперь до конца жизни считать прокажённым⁈

— Для общества он прокажённый и есть! — отрезала гадюка.

— Перестань, Виралда, — вступила в разговор Климинелла. — Если человек раскаялся, всё осознал и изменился — разве он не заслуживает прощения?

— Две дебилки! — презрительно фыркнула Кобра. — А предмет твоих воздыханий по имени Корун, мало того что вампир, между прочим, четверть века назад вообще стоял во главе некромантов, поднимающих зомби, и осуждён на пожизненное заточение!

— Неправда! — пискнула брюнетка с широко распахнутыми глазами.

— Правда, — припечатала змея. — Я у папеньки узнавала.

Климинелла вскочила из-за стола и пулей вылетела из Трапезной.

— Надо бы её успокоить, — решила я, тоже поднимаясь из-за стола.

И поспешила за ней.

На выходе в скверик меня нагнал Лорэндаль. А вот соседки уже и след простыл.

Однако благодаря интуиции куратора мы довольно быстро отыскали её в саду. Она рыдала на одной из скамеек.

— Климинелла, ну не плачь, пожалуйста, — сказала я, присаживаясь рядом и беря её за руку.

— Это правда? — спросила соседка, посмотрев на меня сквозь слёзы.

— Правда, — не стал лгать Лорэн. — Но с тех пор он очень многое переосмыслил и кардинально изменился. И вообще в его прошлых поступках во многом виновата магия смерти и мучений. Дело в том, что она натурально убивает в своих адептах всё хорошее. Но больше Корун её не практикует и стал собой настоящим.

В общем, мы постарались убедить девушку, что теперь предмет её симпатии вовсе не такой гад, каким был раньше. Хотя, возможно, делать этого не следовало — глядишь, поостыла бы к нему сама. Но она так убивалась, что поступить «как лучше», у нас просто не получилось.

Зато в итоге Климинелла успокоилась, даже начала улыбаться.

И тут меня дёрнуло всё-таки спросить:

— А ночью ты почему плакала? Тоже Кобра довела?

— Нет, — вдруг снова всхлипнула соседка.

И из её глаз опять полились слёзы.