69−2

— Ну вот завтра сходим послушаем группу Майкла и сразу после этого полетим, — ответил Лорэндаль. — Только домой за Нордом и вещами заглянем. Вы главное — не забудьте, что у нас там сейчас середина зимы, так что одежду берите соответствующую.

— Спасибо, Лорэн, что напомнил, — закивала мама. — А то совершенно из головы вылетело.

В клуб «Вспышка» — так называлось рок-заведение, где будет выступать группа Майкла — мы приехали за полчаса до концерта.

Располагался он в подвальном помещении, однако, когда спустились вниз, ощущение «подземности» начисто испарилось. Тут не было ни сыро, ни затхло, ни душно. Я бы даже сказала, что клуб по-домашнему уютен.

Сначала мы очутились в небольшом фойе — здесь находилась раздевалка, впрочем, сейчас не особо-то и нужная.

Охраны вообще никакой — только двое на входе, которые проверяли наши пригласительные билеты. Да и эта парочка, скорее, напоминала посетителей концерта, решивших ради прикола задержаться у дверей и поиграть в капельдинеров.

Обратила внимание на постеры известных метальных групп, развешенные на стенах. Правда, когда подошли рассмотреть один их них поближе, оказалось, что сие не печатный плакат, а картина. Это был повод обойти всю галерею.

Вот же есть энтузиасты! Какие угодно видела полотна, но только не такие.

Затем мы переместились в зал — не менее комфортный, чем фойе. Стены и несущие колонны декорированы искусственными каменными панелями. Потолок стилизован под ночное небо с чётко выраженными созвездиями. Вон Лебедь, а вон Большая Медведица. Ну и Полярная звезда на своём месте — куда уж без неё-то!

Перед сценой, как полагается, стоячий партер, в задней части — «террасы» со столиками. Там же, наверху, находился и буфет с непременным на метальных концертах пивом.

Народу собралось много, но не было ощущения толпы, столь характерного для подобных мероприятий. Даже в партере люди стояли на некотором расстоянии. Вот честное слово, такого уважительного отношения друг к другу я не видела ни на одном концерте. Потому что обычно партер — это плотная многослойная масса людей, практически полностью ограниченных в движении. Выйти из неё ещё как-то можно, вернуться обратно — никогда. А тут прямо хоть к сцене подходи!

Это просто какой-то оазис для души, сердца, а уже совсем скоро и для ушей — что-то подсказывало, что звук здесь должен быть на высоте.

В этот момент к нам подошла троица — Мэри, Серж и Никита Рогов.

О, дедуля тоже ходит на концерты! Впрочем, это же выступление его внука.

— Ну как вам здесь? — первым делом поинтересовалась Мэри.

Мы щедро поделились с ней впечатлениями и эмоциями.

— Честно говоря, не думала, что в Москве существует что-то подобное, — призналась я в заключении.

— Не удивительно, что не знала, — с улыбкой хозяина жизни произнёс Никита. — Клуб-то вампирский.

— Вот даже как? — округлила глаза мама.

Я тоже, признаться, была шокирована.

— Ты знал об этом? — перевела взгляд на Лорэна.

— До того, как зашли сюда, не знал, — ответил возлюбленный.

— Но я не увидела здесь ничего вампирского! — продолжила недоумевать родительница.

— А что, по-вашему, здесь должно быть вампирского? — вскинул бровь Рогов.

— Ну, не знаю… — она растерянно огляделась. — Бордовые тона, картины с выпустившими клыки вампирами. Кровь вместо пива.

— Выглядит красиво, — Никита плотоядно улыбнулся. — Вот только сие для вампиров — непозволительная роскошь. Кровь у нас строго нормирована. Потому что злоупотребление может иметь весьма негативные последствия, вплоть до потери рассудка.

— Ох… — выдохнула мама и решила вернуться к основной теме: — Так как вы, Лорэн, определили, что клуб — вампирский?

— По энергетике, разумеется, — ответил тот.

— А оборотни тут есть? — поинтересовался папа.

— Есть, — уверенно кивнул Серж.

— А кроме тебя? — хохотнув, уточнил отец.

— Совсем немного. У нас имеются свои клубы, а сюда приходят лишь друзья и возлюбленные вампиров, — с этими словами оборотень нежно приобнял Мэри.

— Дубов тут где-то болтался, — заметил Никита.

— А это кто? — поинтересовалась я.

— Мастиф, — ухмыльнулся Рогов. — Друг Валеры Сергеева. Кстати, Валерку надо найти, дело к нему есть.

С этими словами бывший серый кардинал Полярников отправился куда-то наверх. И как раз в этот момент в зал ввалилась толпа наших, то есть все те, кто оставался в Муромцеве. Кирилл, Макс и Лана тоже присутствовали.

— Плюс четыре оборотня, — усмехнулась Мэри, имея в виду мужчин-Лисовских и Данрису с Дайнрис.

— А также четыре дракона и эльф, — одними губами добавил Лорэндаль.

— Если что, я заняла места, — вампирша указала на пустующие столики в середине второй «террасы».

Однако пока что желающих сидеть не нашлось. Но по пластиковому стакану пива мы купили — его можно пить и стоя.

Едва мы сместились ближе к центру зала, погас свет и началось ритмичное вступление на ударных, периодически разбавляемое короткими гитарными взрывами. Эти взрывы сопровождали световые вспышки, во время которых мы видели, что на сцене, кроме барабанщика, пока никого нет.

И вдруг на четвёртой вспышке словно бы из ниоткуда на своих местах выросли остальные музыканты. По всей вероятности, до этого скрывались под невидимостью. Это было очень эффектно.

Пятой вспышке не суждено было случиться — вместо неё по сцене загулял свет, и музыканты взялись за работу.

Пел гитарист, но не Майкл. Жаль, я думала, послушаю его вокал.

Однако моё расстройство длилось недолго — едва закончилась жёсткая и энергичная, в стиле «Painkiller’a» первая композиция, к своему микрофону подошёл младший Рогов. Он и до этого им пользовался, но только на припевах, а тут прямо видно было, что собирается петь сольно.

На сей раз грянул классический хэви, навеявший ассоциации со среднетемповыми вещами Manowar’а и Hammerfall’а.

Так уж выходит, что, когда начинаешь слушать новую группу, невольно проводишь параллели с хорошо и давно известными командами.

Однако в случае с «Рыцарями Тьмы» — так, кстати, называлась группа — сравнения с мэтрами тяжёлой музыки испарились довольно быстро. Дело тут было, думаю, вот в чём. Все существующие метал-аккорды сочинены в ещё семидесятых годах двадцатого века. Другой вопрос, насколько современные музыканты способны их, так сказать, индивидуализировать. И вот Рыцари, я считаю, справились с этим на твёрдую пятёрку. У них даже какая-то своя изюминка была.

И к пятой-шестой песне я уже слушала выступление без оглядки на другие группы.

А пели ребята, да, по очереди. У Сириуса (второй гитарист) вокал был высоким и пронзительным, у Майкла — пониже, c надрывом. А одну композицию они даже исполнили вместе, поделив между собой куплеты.

Были и медляки — на них в партере танцевали пары. И мы с Лорэном тоже.

Не обошлось и без каверов. В композиции «Wild Child» группы W. A. S. P. наши уши усладил вокалом Майкл, а «Ritual» Reverend’а спел Сириус. Да-да, каждому своё. Поменяй ребят местами, вышло бы уже не то.

Публика все песни встречала на «ура». Трясли хаерами, вскидывали «козы», подпевали. И ещё раз подчеркну, всё это происходило без давки и толкотни. Если кому-то нужно было отойти — в туалет, например, или за новой порцией пива, аккуратно обходили друг друга, а не пёрли напролом, как это иногда бывает.

— Ну как тебе? — поинтересовалась мнением Лорэна где-то в середине концерта — в паузе между песнями.

— Супер! — тот поднял вверх большой палец. — Несколько песен я бы не задумываясь включил в сборник «Антикхулф».

— Это безусловный знак качества! — засмеялась я.

— А то! — улыбнулся мой вампир. — Кстати, ещё отмечу превосходный звук.

— Угу, — согласилась я. — И освещение тоже.

Интересно, а как родителям выступление Рыцарей? Поискала их глазами, но они, оказывается, уже переместились за столики. Сидят довольные. Ну и замечательно.

Концерт прошёл на одном дыхании и завершился бурными овациями.

Едва музыканты исчезли за кулисами, мы собрались всей нашей компанией.

— Что скажете? — первым делом спросила я родителей.

— Мне понравилось, — улыбнулась мама. — Мы с Димой даже решили приобрести альбомы «Рыцарей Тьмы».

— Помимо всего прочего, меня порадовала динамика на сцене, — высказался папа. — Молодые, не слишком популярные для широкой публики музыканты, как правило, немного скованны. А эти ребята уже словно мир покорили — бегали, резвились, улыбались, контактировали с залом.

— Да-да, я тоже это заметила, — закивала я.

Обратила внимание, что нас внимательно и явно не без удовольствия слушает подошедший Рогов. Гордость за внука чуть ли не просачивалась через поры в коже.

Пока мы делились впечатлениям, к нам прибежал и сам Майкл. Похвалы он выслушивал минуты три.

— Где можно приобрести ваши альбомы? — поинтересовался мой папа.

— Зачем приобретать? — удивился тот. — У меня заготовлены подарочные комплекты с автографами — для каждой семьи.

Он сбегал куда-то, вернулся со стопкой дисков и раздал всем, кроме Роговых и Лисовских — у них, видимо, все эти альбомы уже имелись в коллекции.

Мы внимательно изучили подарки и обсудили обложки.

— А ещё любопытно, что в этом клубе я не видел ни одного секьюрити, — подметил папа. — Понимаю, конечно, что публика здесь порядочная, но всё-таки как-то непривычно.

— Вот главный секьюрити, — с этими словами Кирилл Лисовский похлопал Никиту по плечу. — Конфликтовать при нём себе дороже.

— Ой, да ты что! — отмахнулся Рогов. — Старый я, чтобы в разборки лезть. Тем более Валерка здесь.

— А если серьёзно, — сказал Майкл, — то в охране просто нет необходимости. Но даже если чисто гипотетически предположить, что между кем-то здесь возникнет недопонимание, поверьте, в ситуации разберутся без каких-то там охранников.

— Понятно, — улыбнулся отец. — Везде бы так.

На этом мы решили разъезжаться по домам. Хотя покидать это уютное заведение не хотелось. Лично я тут уже прижилась. Но в квартире скучает Нордик. Да и выдвигаться в дорогу пора — иначе не успеем сопроводить родителей в Бордгир, ведь скоро уже начинаются занятия в Блонвуре.