Глава 29

От волнения на лбу выступила испарина.

Казалось, что Вэйда строчит мне приговор, и с каждой минутой список преступлений в нём всё растёт и растёт.

Но вот наконец выскочил её пост. Я начал пожирать глазами строки:

«Прежде всего, извини, что ушла так резко. Я должна была тебя выслушать. Но эмоции захлестнули так, что потеряла над собой контроль.

Спасибо, что всё объяснил. То, что ты не чудовище, я и так прекрасно видела. Сердцем чувствовала, что сейчас зла в тебе нет. Наоборот – отмечала только тепло и доброту.

Конечно, то, что ты творил в прошлом, ужасно. И всё же дваррская магия тебя отчасти оправдывает. Потому что, по сути, ты был не в себе и совершал всё это под влиянием негатива от отвратительной магии, а не оттого что такова твоя истинная природа. Во всяком случае, я в это верю. Поэтому, думаю, прошлое можно оставить в прошлом.

Да, мне очень больно, что ты скрывал от меня правду. Но это ничто в сравнении с болью, которую я испытываю, думая, что ты никогда не выйдешь из Бозуира.

А я-то всё гадала, что у тебя за обстоятельства, из-за которых ты не можешь со мной встретиться. Но никак не предполагала, что всё настолько плохо.

Честно скажу, я не знаю, что делать».

Мда, час от часу не легче. Вэйда готова закрыть глаза на моё кошмарное прошлое, но, кажется, совсем не готова строить какие бы то ни было планы на будущее с пожизненным узником. Прямо она этого не говорит, но тут и так всё ясно. «Не знаю, что делать» это фактически «Ничего здесь не поделаешь».

Так, а мне ведь надо срочно что-то отвечать. Сообщение значится как прочитанное, я на сайте.

Начал набирать, обдумывая на ходу:

«Вэйдэлин, я очень рад, что ты отозвалась. Боялся, что ты не захочешь меня слушать.

Что делать – это вопрос, который терзал меня с первой минуты нашего знакомства. Надеяться на продолжение общения – это верх эгоизма с моей стороны. НЕ надеяться – выше моих сил.

Одним словом, я тоже в тупике.

Есть, конечно, вариант – быть друзьями. Правда, я уже перешёл ту грань, когда меня будет устраивать только дружба. У тебя вся жизнь впереди. Зачем мне висеть камнем на твоей шее?»

Дописал. Отправил.

Что, отправил?! Совсем дебил?

Суть всего сообщения сводилась к мысли «Пошли меня навсегда!»

Но разве я хочу этого?

Когда писал, казалось, что всё правильно говорю. Нет, для разговора с самим собой всё верно. Но показать это ей!

Только вот пост отправлен и уже прочитан.

А может, и к лучшему? Пусть обрубит пуповину...

Нет! Только не это!

Дьявол, что же я натворил! Она и не печатает ничего.

Ой, нет, начала набирать. Фух!

«Тебе известно моё имя?» — выскочило сообщение, подкреплённое смайликом с вылупленными глазами.

«Да, — тут же написал я. — Причём узнал его пару часов назад».

«От кого, если не секрет?»

«От Лонгаронеля», — не стал скрывать я.

«Серьёзно? Это же правая рука короля. Ты с ним знаком?»

«Знаком».

«Минутку. Откуда он узнал, с кем ты беседуешь? Мой ник вряд ли ему о чём-нибудь скажет. Аватар – тем более. А во время нашей сегодняшней видеобеседы он не присутствовал».

Усмехнулся про себя.

«Я поставил тебя на рабочий стол», — ответил честно.

«Как это?!»

«Сделал скриншот во время первой видеобеседы».

«Что такое скриншот?»

«Снимок экрана»

«Меня научишь?»

«Конечно!»

А зачем ей? Банальное любопытство или...

От мысли, что Странница хочет поставить меня на рабочий стол, я просто расцвёл.

«А что Лонгаронель делал рядом с твоим ноутбуком?» — последовал очередной выплеск здорового любопытства.

«Стоял», — ответил я шуткой.

На экране появились три смеющихся смайлика и ответная шутка:

«Вот уж не думала, что он подрабатывает стражником в Бозуире».

«Если серьёзно, то ко мне сегодня прилетал Морис ремонтировать ноутбук. А Лонгаронель прибыл для того, чтобы проконтролировать его визит».

Вот всегда поражался способности Вэйды чувствовать ситуацию. Ей словно что-то подсказало, что не стоит углубляться в тему неисправности моего компьютера. Прямо как почуяла, что вопрос для меня неудобный. Да и сама бы она вряд ли пришла в восторг, узнав, что косвенно причастна к полёту ноута через полкамеры.

За этими ненавязчивыми шутками я совсем забыл об основной проблеме. Мне было так хорошо, так легко, что я будто оброс куполом, за пределами которого остались все неприятности.

«Давай на время забудем про всё, — словно прочла мои мысли Вэйда. — Просто пообщаемся».

«Давай! — обрадовался я.

Мы проболтали почти весь день.

Попрощавшись с ненаглядной, я закрыл Небо и с четверть часа безотрывно смотрел на заставку рабочего стола. Потом лёг на кровать, прикрыл глаза. Вспомнил один из самых приятных моментов нашей беседы.

Я объяснил Вэйде, как сделать скришнот. Она попробовала. И на экране у неё в этот момент был я, потому что мы уже полчаса как перешли на видеообщение. Теперь больше всего на свете меня волновал лишь один вопрос – поставит она моё изображение на рабочий стол или нет.

Как бы узнать-то? Обратиться к Морису? Он ведь наверняка может залезть в любой альтеранский компьютер.

Нет! Так нельзя. Бессовестно вторгаться в ноутбук девушки, которая тебе доверяет – это подло.

А какие ещё есть варианты? Ну не её же спрашивать!

С этими мыслями я заснул.

Проснулся только с одним словом в голове – Бозуир.

Вчера, опьянённый общением с Вэйдой, я забыл, где нахожусь. Сегодня беспощадная реальность вернулась.

Принесли завтрак.

Я взялся за еду, попутно размышляя, какой бы фильм посмотреть. Вернее, пересмотреть.

Ненаглядная вчера сказала, что до обеда у неё дела, поэтому данный отрезок дня следовало чем-то заполнить.

Вдруг краем глаза заметил, как за окном что-то мелькнуло. Трудно было сказать, дракон это или вампир. Периферийное зрение уловило лишь движение.

Одним словом, не факт, что ко мне. Да и не жду я вроде никого. Отец вчера прилетал, а Элис с Зоргеном возвратились на Соктаву.

Вернулся к изучению списка фильмов. И тут услышал шаги в коридоре, которые стихли около моей камеры.

Дверь распахнулась.

— Мои дорогие! — радостно воскликнул я и кинулся навстречу неожиданным гостям.

Крепко обнял детей.

Они навещали меня много раз, но в памяти всегда всплывал их первый визит.

«Книги читаете?» — спросил я тогда.

«Деда заставляет, — ответил Майкл. — Из Москвы зачем-то целую стопку притащил».

Да, многое изменилось с той поры. Те капризные мальцы остались только в воспоминаниях. Отцу с Эйприл удалось-таки вырастить из них порядочных вампиров. Своенравных, но порядочных.

Намучились, конечно, с ними основательно. Тем более, как все и опасались, каждый полугодичный этап воспитания на Альтеране расшатывал московский дед. Нет, разумеется, не специально – просто, в отличие от внуков, его уму-разуму никто не учил, и из Майкла и Мэри он продолжал растить Роговых – в «лучших» традициях родного клана.

Лишь спустя года три в этом плане наметился некий прогресс. По возвращении с Альтерана дети пытались воспитывать Рогова. Не то чтобы сильно преуспели на этом поприще, но факт в том, что теперь мнение Никиты сталкивалось с их мнением. Не с каким-то там протестом или капризом, а именно с точкой зрения. И с каждым годом убеждённость Майкла и Мэри в своей правоте крепла всё сильнее. А так как эту убеждённость усиленно взращивали Нистэмп с Эйприл, можно было не сомневаться, что дети идут правильным путём.

В итоге Никита махнул на внуков рукой. Ну, в смысле, до него дошло, что устоявшиеся роговские традиции в них не уживаются. Впрочем, он и сам со временем остепенился – вёл семейный бизнес и в «большую политику» особо не совался. Каждый год, кстати, его доставляли в Адельвурт и он проводил там детские утренники. К этому делу Рогов подходил ответственно – привозил с Земли реквизиты, костюмы и, что самое главное, программы утренников никогда не повторялись. В общем, бывший глава Полярников добился того, что маленькие бордгирцы с нетерпением ждали его приезда. Внуки уже давно выросли, а он всё ездил и ездил.

Закончив школу, причём весьма успешно, Майкл с Мэри отучились в магической академии у Кирилла Лисовского. Потом Майкл получил экономическое образование и стал помогать деду в бизнесе. А ещё он, вдохновлённый творчеством Белого Клыка, увлёкся игрой на гитаре и создал в Москве свою группу. Успеха, учитывая современные земные музыкальные тренды, группа не добилась, поэтому играли в своё удовольствие.

Мэри закончила архитектурный и посвятила себя проектам загородных коттеджей, причём работала только с теми заказчиками, которые хотели видеть на своём участке маленький замок.

— О, у тебя изменения в интерьере, — заметил Майкл, обратив внимание на развешанные на стене плакаты.

— Стало лучше, да? — усмехнулся я, совершенно не желая объяснять причины появления постеров.

— Значительно, — кивнул сын.

— А в остальном у меня всё по-прежнему, — сказал я, — поэтому рассказывайте, как живёте-поживаете.

Дети принялись делиться последними новостями. И одна из них оказалась весьма неожиданной.

— Как обстоят дела на личном фронте? — поинтересовался я.

— У меня ничего серьёзного, — отмахнулся Майкл.

Я перевёл взгляд на дочь.

— А у меня, кажется, серьёзно, — немного стушевавшись, ответила Мэри.

— И кто он? — градус моего любопытства вмиг взлетел до критической отметки.

— Оборотень, — поведала она уже без всякого смущения. — Леонбергер, если быть точной. Дальний родственник Кирилла Лисовского.

Ничего ж себе!

Я был наслышан о многолетней вражде Полярников и Московских Псов. И хоть четверть века назад они заключили перемирие, осадок, как говорится, остался. И вот теперь не просто Полярница, а внучка самого Рогова встречается с оборотнем!

— Что думает по этому поводу дед Никита? — первым делом спросил я.

— Что он думает, не знаю. — Мэри пожала плечами. — Но говорит, что уже давно мечтает породниться с Псами.

— Это он тебе говорил? — уточнил я.

— Нет. Лисовскому.

— Ладно, — усмехнувшись, махнул я рукой. — Главное, что палки в колёса не вставляет.

— Пусть только попробует! — вздёрнула подбородок дочь. — Я ему не Джульетта.

Мне импонировал её решительный настрой. Всё-таки замечательные у меня дети.

Я начал расспрашивать их о работе, досуге, друзьях. Самому-то мне нечего было рассказать, а вот слушать я готов сколько угодно.

Мы общались часов пять. Дети даже отобедали со мной – я передал просьбу тюремному повару, чтобы тот в порядке исключения приготовил две дополнительные порции. Вот такой экзотический «ресторан» будет Майклу с Мэри. Впрочем, кормили в Бозуире неплохо, но всё равно ж экзотика.

Потом, когда они уселись на вернувшегося за ними Вайлда и полетели в сторону Адельвурта, я долго смотрел им вслед, держась руками за прутья ненавистной решётки.

Сердце разрывалось от отчаяния.

Будь прокляты церковники, будь проклята дваррская магия, будь проклята некромантия! Будь проклят молодой амбициозный придурок, захотевший власти! Это ж как нужно было деградировать, чтобы променять близких на призрачную возможность повелевать не пойми кем и чем!

Горбатого могила исправит, а идиота – Бозуир.

И ладно, если бы я был одинок. Существовал бы как растение в этой камере. Но у меня есть любящие родные, счастливые дети и девушка, от одного взгляда которой перехватывает дыхание.

Это невыносимо – иметь всё, что только нужно для счастья и не иметь ни единого шанса наслаждаться этим на свободе.

И никакого просвета!