Глава 13

Лорд в сопровождении Оуэна подошел к стене с противоположной стороны замка.

— Давай, лезь первым, я постою на страже, — махнул он рукой в сторону приоткрытого окна комнаты парня, расположенной рядом с его покоями.

— Может сперва ты? — заныл парень.

— Нет, ты! — грубо оборвал его Макс, кивая на окна.

Парень, вздохнув, поднял голову и посмотрел вверх.

— Ладно, — кивнул он, осознав, что рано или поздно, но лезть придется. — Полезу первым.

— Уж будь любезен! — фыркнул лорд, скрещивая руки на груди и приваливаясь к стене.

Оуэн, выпустив из кончиков пальцев железные когти, стал проворно карабкаться наверх, а лорд Сэвидж с невинным видом стоял внизу, украдкой посматривая по сторонам. Наконец парню удалось добраться до окна комнаты и, приоткрыв створки, он с легкостью пантеры проник внутрь.

— Порядок! — громким шепотом прокричал он, показывая брату большой палец правой руки. — Закрываю окно.

— Я тебе закрою! — зашипел ему в ответ Макс. — Следи, за тропинкой!

Пожав плечами, парень, облокотившись о подоконник, стал смотреть, как кузен начинает проворно, с какой-то легкостью в движениях карабкаться вверх. Да, Макс был лучшим среди лучших в спортивном лазанье по отвесным горным вершинам и стенам. Это умение уже не раз спасало его, когда ему в спешке приходилось удирать из спален знатных дам, если их мужья внезапно порывались войти в покои. Оуэн криво усмехнулся, да, его братец был еще тот пройдоха в амурных делах.

Тем временем лорд Сэвидж достиг приоткрытого окна своих покоев и, просунув в щель острый металлический коготь, потянул на себя. Створки легко раскрылись. Подтянувшись на руках, он перевалился через подоконник и скинул длинные ноги на пол. Отряхнувшись, лорд, расстегнув плащ, бросил его в кресло, затем направляясь к кровати, задернутой балдахином, принялся на ходу расшнуровывать ворот. Стянув рубашку через голову, он, так же отправил ее в кресло, и одним рывком отдернув бархатный полог, замер с раскрытым ртом перед кроватью.

На широкой кровати под тонким шелковым покрывалом возлежала женщина необъятных размеров. Она была настолько толста, что Макс с удивлением подумал, как только кровать под ней не развалилась. Заплывшие жиром бока, руки, ноги, да и все остальное колыхалось, словно желе при малейшем движении дамы. Жир был даже на круглом лице, в виде трехслойного висящего подбородка и настолько пухлых щек, что крошечный ротик потерялся где-то среди них.

— Э, я извиняюсь… — начал, было, лорд, запинаясь и радуясь, что не успел снять штаны. — Но вы… э, как мне кажется, перепутали комнаты.

— Нет, я ничего не перепутала, сладенький, — кокетливо промурлыкала эта необъятных размеров кошечка, опираясь на согнутую в локте руку, второй же похожей на аппетитный оладушек ладонью она проворно провела по обнаженному животу лорда. — Иди же ко мне, котик. Я так долго тебя ждала, совсем замерзла, согрей же свою Берту!

Лорд Сэвидж отпрянув от кровати, с отвращением уставился на нее.

— Что?! Какой я вам… котик! Немедленно убирайтесь из моей комнаты!

Толстуха Берта кокетливо повела глазами и захихикала как юная невинная дева, прикрыв ладонью украшенной золотыми кольцами рот.

— Какой ты забавный!

— Ничего забавного я не нахожу! — лорд указал рукой в сторону двери. — Вон из комнаты!

Перевернувшись на живот, женщина, приподняв ножку, по толщине как две его, лукаво поблескивая темно-карими глазами, произнесла, откидывая темные кудри в сторону.

— А ты прогони меня.

— Именно это я и делаю! — серчал лорд, с трудом сдерживая себя в руках, чтобы не схватить меч и не срубить голову нахалке. — Немедленно покиньте мою комнату!

— Ты уверен, что хочешь этого? — капризно дуя крошечные губки, спросила она, с обидой в голосе, как маленькая девочка.

— Да, — подтвердил лорд. — Именно этого я и хочу! Вон! Вон из комнаты!

— Ну, как знаешь, — пожав жирными плечами ответила Берта, с трудом поднимаясь с кровати. — Я-то хотела сделать тебе что-то приятное, побаловать своими ласками.

— Боже упаси! — вскричал лорд, отходя в сторону, чтобы толстая Берта не схватила его. Ведь если попадешься к женщине таких размеров в руки, то не вырвешься.

Берта поднялась с кровати, и шелковое покрывало соскользнуло к ее ногам, открыв взору лорда невероятно пышное тело женщины. Не обращая внимания на ошарашенного лорда, рассматривающего ее телеса, Берта подошла к дивану и взяла в руки нечто огромное похожее на мебельный чехол, как оказалось, это был шелковый пеньюар Берты. Накинув коротенький, едва прикрывающий ягодицы халатик, толстуха поплюхала к двери.

Лорд едва сдержался, чтобы ни дать ей пинка для ускорения, но боялся, что это для Берты покажется легким шлепком-заигрыванием. Когда женщина, наконец, подошла к двери, то повернувшись в его сторону, послала ему воздушный поцелуй.

— Не скучай, сладенький. Если будет скучно, зови.

— И… и… идите уже! — заикаясь, взвыл лорд Сэвидж.

Хихикнув, дама открыла дверь и покинула покои. Но как он успел заметить, в коридоре в это время находились несколько молоденьких служанок и старый дворецкий.

— Их еще здесь не хватало! — со злостью поддев ногой прикроватную скамеечку, он остервенело, содрал с кровати одеяло. — Дьявол! Она потеет как лошадь!

На простыне влажным пятном выделялось то место, где возлежала Берта. В два огромных прыжка он подскочил к двери и распахнув ее, позвал праздно шлявшихся по коридору лентяек, которые вместо того чтобы спать, перед долгим рабочим днем, стояли и сплетничали с толстухой.

— Эй, кто-нибудь из вас двоих, идите сюда, смените мне постельное белье. Я не могу спать на том, где валялась это… эта туша.

— О, сладенький! — надулась Берта. — Какой же ты злюка, лицемер! То пышечкой меня называл, а теперь уже туша? Хам!

Подскочив к нему, с невероятным проворством, толстуха отвесила ему такую звонкую пощечину, что у него в ушах зазвенело. И под громкий смех девиц, и сердитый взгляд старого дворецкого гордо удалилась.

Одна из девиц прошмыгнула в покои лорда и быстро, со знанием дела сменила постельное белье, при этом, не упуская момента, украдкой колко на него посматривала.

Когда она, наконец, ушла, прихватив с собой простыню и пододеяльник буквально пропахшее потом Берты, он, рухнув на кровать, закрыл глаза руками.

— За что мне все это?! За что?! Откуда в моих покоях взялась эта Берта? Что ей от меня было нужно?!

Ну, тут и глупец догадается, что ей было нужно, поэтому по телу мужчины пробежала волна отвращения. Бррррр, он даже не представлял, как с такой бабищей можно…

— Кошмар! Это же один сплошной кусок сала! — к горлу поступил комок тошноты, но он судорожно сглотнул его. — Взбредет же такое в голову. Пробраться в мои покои.

Вскочив на ноги, он подошел к столу и, откупорив бутылку вина, прямо из горлышка ополовинил ее. Шумно выдохнув, он, сделав еще несколько больших глотков, осушил ее до дна. Вернувшись на кровать, лорд еще долго возился с боку на бок, пока под утро не забылся тревожным сном.

Элис сидела на кровати и заливисто смеялась, давясь собственным смехом, она слушала рассказ Берты о том, как воспринял ее присутствие в своих покоях лорд.

— Ох, какие же у него были глаза! — хихикала Берта, переодевшись в приличную ночную сорочку, халат и чепчик. — Это нужно было видеть.

Софи хохотала вместе с ними, вытирая выступившие слезы кончиком халата.

— Верим! Спасибо, дорогая, что помогла нам проучить этого заносчивого наглеца. Теперь будет знать, как по чужим комнатам лазить.

— Это еще не все! — закатилась хохотом Берта, которая служила в замке поварихой. — Я завтра к завтраку сама принесу выпечку и подложу сладенькому парочку пирожков.

Элис проворно вскочив с кровати, бросилась к туалетному столику и откинув крышку сундучка с украшениями, долго копалась в нем. Наконец она выбрала длинные серьги-подвески с яркими, сочными рубинами и бриллиантами и протянула их Берте.

— Вот, возьми! — сказала она кухарке.

— Ох, что вы, госпожа, я не могу взять их, они такие дорогие! — запричитала та.

— Бери, бери! — настаивала Элис. — Это тебе в награду за твою отвагу.

— Ой, да какая там отвага! — сморщилась Берта. — Чего он там не видел? Да и не ослеп же.

— Берта, прошу тебя, возьми это в дар. И заодно можешь распустить слух, что эти серьги тебе подарил лорд за ночь любви.

Переглянувшись с Софи, Берта прыснула от смеха, прихлопнув по ляжке ладошкой.

— Верно, госпожа! Вот он будет злиться!

— От злобы будет брызгать слюной, пока не подавится ею! — залилась смехом Элис, вдевая серьги в уши кухарки и целуя ее в обе пухлые щеки. — Спасибо, Берта!

— Пожалуйста, моя госпожа, — ласково улыбнулась Берта, поднимаясь с дивана. — Пойду, приведу себя в порядок и буду будить поварят, скоро уже завтрак готовить. А ваша мачеха на сегодня заказала таких деликатесов, словно праздник какой.

Попрощавшись, с юной госпожой и ее няней, толстушка покинула покои. Длинные рубиновые серьги при каждом шаге издавали приятный шуршащий звук, и это ей нравилось. Да, юная госпожа была весьма щедрой к своим друзьям.

Элис бросилась обнимать нянюшку.

— Няня! Спасибо тебе! Наша месть вышла на славу.

— Это еще не все, — подмигнула та. — Завтра возмущенный Проктор кинется с жалобой к твоей мачехе и отцу, что твой жених соблазнил его верную Берту.

Элис залилась смехом еще громче. Да, все знали, какой Проктор — муж толстушки Берты слишком ревнивый. Он ревновал ее всегда и ко всем. С кем бы та не остановилась поболтать, то все, скандал на всю кухню был гарантирован. А тут вообще такое, что в его куцем мозгу не укладывалось, как так, какой-то простите, заезжий молодец-удалец кинул глаз, да и не только глаз, на его Берту. На его любимую, пышнотелую жену и мать его сына!

— Ох, как бы, не решил он отомстить лорду и не подсыпал ему чего в питье или еду. Проктор все же служит нам верой и честью уже много лет.

— Не подсыплет, — махнула рукой нянька. — Берта будет следить за ним в оба. Ну а если и подсыплет, то только слабительного. Ты же знаешь, что Проктор против яда, считая его истинно женским оружием. Так что можно не переживать за жизнь этого подлеца.

— Да, за его жизнь я не переживаю. Мне на него глубоко плевать, — ответила девушка. — Я за Проктора переживаю. Ведь по закону его должны будут повесить, как убийцу.

— Не переживай, Проктор не такой глупец, он любит жену и сынишку, поэтому убивать лорда не станет. Просто повопит на каждом углу про его подлую натуру.

— Интересно, что скажет Джоан, узнав новость? — покатилась со смеха Элис, хватаясь за живот, так как от постоянного смеха он начинал у нее болеть.

— Удивится это точно. Так же, как и твой батюшка, — ответила Софи, укутывая девушку одеялом. — Все, посмеялась и хватит. Спи. Утро вечера мудренее.

— Так уже почти утро, — ответила Элис, закидывая руки за голову. — Скоро уже вставать.

— Тогда подремли, — зевая предложила няня, забираясь под одеяло на диванчике. — Ты еще не совсем здорова, тебе нужен хороший сон.

Элис сама знала, что ей сейчас был необходим сон, но как тут уснуть, когда хотелось поскорее увидеть выражение лица лорда за завтраком. Глупо захихикав, девушка перевернулась на бок. Интересно, он догадается, что это ее рук дело? Наверняка нет, если конечно она сама не покажет ему, что причастна к злому розыгрышу. А Элис была не так глупа, чтобы совершать подобного рода ошибки. Продолжая мысленно представлять себе выражения лица своего жениха, девушка отрабатывала этот момент, чтобы при всех не рассмеяться. Но уж если она сейчас прыскала заливистым смехом, то при личной встрече будет весьма трудно сдерживаться.

Дождавшись шести утра, девушка с помощью няни привела себя в порядок, облачилась в теплое бархатное закрытое до самого горла платье лазурного цвета. Подобрав под него украшения с яркими топазами, Элис перехватила волосы в хвост на макушке голубой лентой, а на плечи набросила шерстяной модный жакет с пуговицами из лазурита. Придирчиво осмотрев себя в большое зеркало, она осталась довольна.

— Все, мы можем идти в столовую.

— Может, ты останешься? — с сомнением спросила нянюшка. — Я принесу тебе самые вкусные кусочки и десерт из взбитых сливок с клубникой в собственном соку.

— Что?! — удивленно округлив глаза, спросила Элис, повернувшись к няне. — И пропустить все самое интересное?

— Ну, так я тебе все расскажу в красках! — пообещала та. — Буду стоять под дверьми и ничего не упущу. Обещаю!

— Нет, нянюшка, — упрямо стояла на своем княжна. — Я ночью все веселье пропустила, а сейчас ни за что не пропущу. Я должна это видеть собственными глазами.

— Ох, какая ты у меня упрямая! — покачала головой Софи, беря в руки дополнительную накидку из черного бархата, подбитого светлым мехом, на случай, если Элис замерзнет.

— Есть в кого, — ответила девушка, подмигнув няне, а та просто закатила глаза к потолку.

Прикоснувшись хрустальной палочкой за ушами, и к запястьям, она нанесла духи, это был подарок ее кузена, три флакончика с разными ароматами. Жасмин, белая роза и ландыш. Сейчас был выбран жасмин, ее любимый запах.

— Теперь точно готова, — кивнула она и подхватив тяжелую юбку, направилась к двери, стуча золочеными каблучками туфелек.