ГЛАВА 7

На этот раз я пришивала злосчастную пуговицу, не снимая пиджака. Хотя Дрон с Шаном не заходили – остановились с той стороны двери, о чём-то тихо переговариваясь. Я всё пыталась подслушать, но никак не удавалось.

Злость на моего красавчика перемешивалась с любопытством. Хотелось, конечно, чтобы он бросился меня спасать. Чего ждал? Не решу ли я отдаться Удану? А если бы мне не хватило сил, а если бы Шан не подоспел?

Надеюсь, он не стоял бы в стороне.

– Готова? – Адран открыл дверь, как раз когда я начала мучиться вопросом, не подобраться ли к ней поближе, чтобы хоть что-нибудь услышать.

– К чему? – уточнила я подозрительно.

– Перекусим, – будничным тоном сообщил Дрон. Я предпочла бы перекусывать более одетой, но, похоже, это не обсуждалось. Хорошо хоть цепочку обратно надевать не стал – похоже, он её вообще не подбирал.

Пришлось пожать плечами и с независимым видом отправиться за друзьями.

В холле Удана уже не было, лишь несколько красных капель на полу напоминали о случившемся, вызывая желание поскорее сбежать. Но Дрон с Шаном как ни в чём не бывало направились к лифту.

В лифте мы ехали втроём и я всё пыталась рассмотреть Шана. Тёмные волосы, по-кошачьи зелёные глаза и что-то такое во взгляде, что отличало его от прочих псов. Пожалуй, он мне нравился – если бы не воспоминания о его роли на розыгрыше кошек.

– А тебе не влетит за будущего главу безопасности? – решилась, наконец, спросить. Шан бросил взгляд на Дрона.

– Не влетит, – мрачно отозвался тот, пристально меня разглядывая.

– В любом случае спасибо, – обратилась я к полукоту. Мужчины снова переглянулись.

– Всегда пожалуйста, – улыбнулся Шан. Хмурый вид Адрана не способствовал продолжению беседы.

Внизу несколько человек, включая охрану, проводили нас ощутимыми взглядами – я всё старалась держаться ровно, чтобы нигде ничего лишнего не мелькало. Дрон усадил в машину – Шана вперёд, меня назад. Проехали несколько кварталов до какого-то, судя по всему, популярного ресторана.

Мне даже подали руку, надо же! При этом в четыре глаза бессовестно разглядывая, как я в своём коротком пиджачке выбираюсь из машины.

Столица аж звенела от возбуждения, вовлекая в азарт и вольности. То и дело попадались полуодетые парочки – и не только. Я покосилась на Дрона, но его, похоже, общее сумасшествие не увлекало. А если и увлекало, то как-то странно – вывести на люди полуодетую кошку, подразниться… Не хотелось бы мне, чтобы на нас налетели вожделеющие претенденты! Это не дворец Вожака, как-никак.

Впрочем, похоже, Адрана тут знали и даже провели за один из немногих свободных столиков в углу у окна.

Дрон подтолкнул меня к окошку, сам сел рядом, быстро что-то заказав. Шан опустился напротив, увлечённо разглядывая официантку в коротенькой юбочке. Кажется, тоже частично кошку.

Пришлось сесть на краешек и свести ножки – казалось, они просматриваются половиной зала и ещё прохожими на улице. Но горячая рука опустилась на бедро, настойчиво проникая внутрь. Я чуть развела их, давая Дрону доступ. Бессовестный пёс, едва касаясь, начал баловство в своей привычной манере, смущая и раззадоривая одновременно.

Еду принесли довольно быстро – что-то мясное, котлеты, отбивные и запечённые бутерброды. Дрон был вынужден временно прекратить своё занятие, но мой запах, похоже, продолжал разливаться над залом, провоцируя невоздержанных.

– Шан, – поинтересовалась я, отдавая должное здешнему повару. – А чем ты занимаешься в перерывах между розыгрышами кошек?

– Кошками, – мрачно отозвался Дрон. Я недоумённо подняла брови, и он пояснил: – Ведение развлекательной части – это награда за хорошую службу.

Мой красавчик решил, что всё уже пояснил, и принялся жевать, возвращая вторую руку на мои ножки. Я перевела любопытствующий взгляд на улыбающегося Шана.

– Я веду строгий учёт всех розыгрышей и аукционов и слежу, куда попадают кошки, побывавшие во дворце.

Хм, вот оно как? Кажется, я знаю, почему он решил посвятить себя такой профессии. Но спрашивать не рискнула.

– Не заметила, чтобы ты меня учитывал, – пробормотала вместо этого.

– А ты хотела бы? – поинтересовался Дрон.

– Пытаюсь разобраться, – пожала я плечами, пытаясь заодно и поесть.

– Набором я не занимаюсь, Берт потом передаёт все данные мне. И на инициацию детей Вожака тоже не допускаюсь.

– И на Дроновой не был? – спросила я быстрее, чем успела сообразить. Дрон сжал моё бедро, Шан бросил на него взгляд и не ответил.

Пёс отставил тарелку, резко оборачиваясь ко мне. Я постаралась придать себе как можно более праздный и любопытный вид – но, похоже, пёс разозлился. А полукот, по-моему, там как раз таки побывал. Хотя, кто их разберёт.

– Наелась, кошка? – поинтересовался Адран.

Я помотала головой, но он не обратил внимания – расстегнул пуговку пиджака, вытаскивая мою грудь и вынуждая откинуться на спинку.

– Хороша у меня кошка? – обратился к дружку, расстёгивая ещё одну пуговку и заставляя похолодеть. С братьями делиться-то не очень хотел, но ведь друг это другое?

– Хороша, – согласился Шан, тоже откидываясь и рассматривая меня из-под полуопущенных век.

Дрон расстегнул пиджак до конца и откинул полы, наглаживая мою грудь и живот. Я пыталась себя уговорить, что Шан уже видел меня на розыгрыше. Но всё равно сидеть в таком виде в ресторане было очень уж неловко.

Дрон наклонился, обвёл языком сосок, сжал губами и потянул. Я ощутила, что снова проваливаюсь в туман вожделения, где нет больше места ничему – только дурманящему запаху моего недоступного пса.

Дрон поднял голову, я проследила за его взглядом. С той стороны окна собрались несколько псов, с интересом нас разглядывая и, по-моему, крича советы – звук из-за стекла не доносился, но их лица и взмахи руками были однозначны.

Я инстинктивно сжала коленки, но Дрон надавил на бёдра, заставляя развести. То, что ему нравится развлекаться на людях и устраивать всякие провокационные зрелища, я уже поняла. Но, кажется, это начинало нравиться и мне!

Смущение отступало, хотя я знала, что оно потом вернётся. И ещё волнами накатывало желание окружающих, я словно впитывала его, наливаясь чем-то мощным и незнакомым.

– Шире? – мурлыкнула Дрону на ухо, пока он разглядывал дело рук своих. Пёс как-то неожиданно дёрнулся. Ага, кого-то пронимает! Может, он изменит своему воздержанию?

Нет, мерзавец тоже откинулся на спинку, провёл взглядом по залу.

Поддавшись порыву, я заскочила верхом ему на колени, перевернувшись на ходу и едва не зацепив спиной стол. Дрон от неожиданности придержал меня за попку, глядя на появившуюся прямо перед глазами грудь.

– Ну что, продолжим? – шепнула я. Бессовестный пёс задрал мой пиджак, открывая другу не самый скромный вид. Тот, бедный, подскочил и быстрым шагом куда-то двинулся.

Я с любопытством посмотрела, куда это он побежал, и обнаружила официантку у стойки. Девушка глядела на нас затуманенными глазами, разминая собственную грудь.

Шан приблизился, резким движением развернул её, наклоняя и задирая короткую юбку. Под которой не оказалось никакого белья.

– Включить в счёт? – поинтересовалась довольная девица, упираясь руками в барную стойку.

– Ага, – Шан приспустил брюки, рывком раздвинул стройные ножки и вошёл в истекающее соком лоно.

– А мы когда же? – хмыкнула я, обернувшись к Дрону, но его взгляд пробрал до последней косточки. Я знала, видела, насколько он меня хочет, как реагирует на ничем не прикрытое тело. Глаза снова загорелись красным, показалось, сейчас вырвется наружу обитающий внутри него пёс и разорвёт бедную незадачливую кошечку на много маленьких котят!

Но Дрон лишь прикрыл глаза, утихомиривая пламя, и резким движением сдвинул меня на пол. Тут же поднялся.

– Дома! – рыкнул отрывисто.

Я зачем-то помахала зрителям в окошке. Не хотелось, чтобы они заподозрили… хотя, какое мне до них дело? Но Дрон рассвирепел ещё больше, ухватил мою руку и потащил к выходу. Я попыталась застегнуться или хотя бы стянуть полы, однако пёс процедил сквозь зубы:

– Не смей застёгиваться… кошка.

Кажется, я ещё не видела его таким взбешённым. С чего, спрашивается?

– Увидимся в игровой, – бросил он Шану, который продолжал рьяно работать подтянутыми ягодицами, осчастливливая перевозбуждённую официантку. Я бы, пожалуй, завистливо вздохнула, но воспоминания о последнем взгляде Адрана поумерили порыв.

– В игровой? – хмыкнула вместо этого. У нас так называются комнаты, где играют котята. Впрочем, у псов наверняка игры посерьёзнее…

– Увидишь, – процедил Дрон, подтверждая мои выводы. Ох, мне уже совсем не хотелось это узнавать!

Дрон протащил меня за руку до машины под свист и редкие хлопки зевак, почти запихнул на переднее сидение и стремительно прыгнул за руль.

– Снимай, – бросил, взлетая и разворачивая лётмобиль.

– Что? – не поняла я.

– Пиджак! Так пойдёшь.

– Не сниму! – возмутилась я. При мысли, что буду щеголять в одних чулочках через весь дворец Вожака, стало совсем не по себе. Мне ведь там ещё и после полнолуния появляться… надеюсь.

– Не зли меня, кошка.

– Тебя и злить не надо, сам злишься.

– Я сказал, снимай! – Дрон смерил меня одним из стальных режущих взглядов.

– Мстишь мне за какие-то свои проблемы?

– Кошка!

– Думаешь, я ничего не замечаю?

– И что же ты замечаешь? – приподнял он бровь.

Я демонстративно начала застёгивать пуговицы, ожидая, что в любой момент пёс их снова оторвёт.

– Кошка! Что тебе эта трещотка наплела?

– Ты сам сказал, «после полнолуния»! И бесишься, едва речь заходит… о том, чем вот уже второй день занимаются все псы Псарина! И ко мне так и не прикасаешься, хотя я же вижу…

– Просто тебе не повезло попасть в такой период.

– Я сюда не напрашивалась! И не возражаю, если ты меня домой отпустишь.

– Кошек из дворца Вожака никто не отпускает.

Я отвернулась к окну, всё ещё напряжённо ожидая, но Дрон сосредоточился на управлении и больше ничего не говорил. Когда машина опустилась к парадному входу, я поборола порыв выскочить впереди пса и заставила себя дождаться, пока он выйдет первым и откроет дверь. Пускай приучается не командовать, а хоть какое-то внимание оказывать! Даже по необходимости, думая, будто я не умею сама её открывать.

Странно, но охрана всё ещё оставалась на положенных местах. Я-то уж ожидала, что весь дворец Вожака погрузился в оргию. Но нет. Её, охрану, похоже, даже усилили: мощные мрачные парни если и пускали слюни, то очень незаметно. Наверное, из тех, кто не настолько подвержен влиянию полнолуний.

– Дрон! – просияла у лифта незнакомая псина в длинном фиолетовом платье и бриллиантах на шее.

– Привет, Мира, – отозвался Адран с таким видом, словно у него враз разболелись все зубы. Подождал, пока мы войдём и, едва я успела развернуться, вжал меня в стену.

– Очередная невеста? – шёпотом фыркнула я, с удовольствием поднимая руки по широким плечам, прощупывая рельефную мускулатуру и вспоминая его приятную тяжесть сверху, когда накинулся на меня в кровати.

– Очередная постельная кошка? – Мира обозначила, что всё слышала и теперь, вроде как, мстит. Но Дрон не обратил внимания ни на кого из нас, впившись поцелуем в мои губы. Запустил руку в волосы, прижимая к себе голову и заодно не давая упираться затылком в стенку лифта, и откровенно, жарко целовал, исследуя языком мой язык.

Это оказалось так неожиданно и так приятно! Пёс дери, я хотела мерзавца прямо здесь и сейчас, хоть на полу лифта, хоть среди толпы!

Мира обиженно кашлянула, но была проигнорирована. Дрон вытащил и поласкал мою грудь, погладил ладонью ножку, прошёлся под резинкой чулочка. Я ощутила, как горячая капля потекла по внутренней стороне бедра, Дрон нащупал её, провёл пальцами вдоль мокрой вульвы.

– Течёшь, кошка, – выдохнул мне в губы. Кажется, лифт остановился. Кажется, Мира вышла. Кажется, кто-то хотел войти, но не рискнул. Дрон ударил по кнопкам не глядя, и мы снова куда-то поехали.

От неожиданности я даже несколько раз муркнула. Я-то была уверена, что пёс просто дразнит очередную собаку, и сейчас холодно одёрнет меня – нечто вроде излюбленного «не заслужила». Но он продолжил целовать, опустился на шею – я запрокинула голову. Потом на грудь. Углубился двумя пальцами внутрь лона, вызывая желание выгнуться и потереться о его руку.

Снова стукнул по кнопкам, и лифт остановился. Кажется, где-то между этажей.

Пёс расстегнул многострадальный пиджак, поднял мою ножку, придерживая под коленом. Провёл снизу бедра, по попке, снова с удовольствием пощупал влагу, обильно прихлынувшую между ног.

Лифт неожиданно дёрнулся и опять куда-то поехал. Дрон поднял голову, свёл брови, будто не ожидал. Отпускать меня, впрочем, не стал.

Через пару секунд движение снова прекратилось, двери отворились. На пороге стоял Дейк с той самой кошкой, которую выбрал себе на инициации Удана, и ещё одним из парней – чьих-то богатых сыночков.

На девушке трепетал коротенький полупрозрачный сарафанчик, под которым не просматривалось нижнего белья.

Я с какой-то дурацкой гордостью подумала, что одета, может, и не более прилично, зато, по крайней мере, более ярко и стильно.

Братья померились взглядами, старший со свитой вошёл к нам, средний отпустил мою ногу.

Дейк принюхался, понаблюдал, как Дрон мнёт мою грудь, и взялся за свою кошку.

– Тебя отец звал, – бросил словно между прочим. Я ощутила, как напряглась рука Дрона, заглянула в полыхнувшие глаза.

– Он пришёл в себя?

– Нет. В беспамятстве.

– Зайду, – Дрон снова нажал кнопку этажа, на этот раз осознанно.

Дейк вернулся к своей игрушке, рванул тонкий сарафанчик, раздирая сверху до низу. Его сопровождающий, дружок или кто он там, бросив на меня возбуждённый взгляд, тоже запустил руки в щедро предоставленную кошку. Та поморщилась, но промолчала, даже когда обрывки ткани свалились на пол.

Дейк усиленно работал над её грудью, делая вид, что мы ему не интересны. Дружок, бросая на нас косые взгляды, сжимал тугие ягодицы.

Лифт снова остановился, я поспешила застегнуть пуговицы, так как Дрон двинулся к выходу.

– Считаешь, она счастлива? – бросила я, когда лифт с троицей уехал дальше.

– Я в дела Дейка не вмешиваюсь, – пожал плечами Адран.

– Ты мне доказывал, что кошкам либо безразлично, либо они о другой участи и не мечтают! А тут…

– Знаешь что, кошка! – рыкнул пёс. – Убегать надо было лучше!

Сам того не ведая, он попал в больное место. Как, пёс дери, как я оказалась на этой улице посреди облавы?!

Мы вышли где-то на одном из средних уровней. Я здесь ещё не бывала. Протопали, наверное, с половину этажа – ноги уже ощутимо реагировали на высокие шпильки, но я старалась поспевать за псом, идущим привычным размашистым шагом и явно не предрасположенным к продолжению беседы. И войдя через высокую прозрачную дверь, охраняемую двумя псами в форме Вожака, оказались в больничном отделении.

Здесь было пусто, лишь один мужчина в красном комбинезоне поспешил навстречу, почтительно поклонившись Дрону, и повёл нас в ближайшую палату.

Палата выглядела роскошно, как, впрочем, и всё во дворце. В широкое окно виднелся Псарин, но мы находились существенно ниже Дроновых апартаментов. За окнами пролетали редкие машины, и вдалеке даже можно было угадать здание, из которого мы только что прибыли.

Старик лежал на кровати, прикрытый тонким покрывалом. У изголовья перемигивались и перепискивались несколько приборов, из носа тянулись трубочки, как и из вен на руках. Поршень шумно качал воздух.

Дрон приблизился, разглядывая отца, и я даже ощутила своего рода… ну не то, чтобы трепет или сожаление, и даже не сочувствие. Потому что нечего таскать кошек! Но это была другая сторона жизни псов, с которой я очень мало соприкасалась, и тем не менее именно через неё ощущала некоторое единение, своеобразную близость с Адраном.

Дрон постоял у кровати, вглядываясь в неподвижные черты. Обернулся к сопровождавшему мужчине:

– Он приходил в себя?

– Нет, – тот с готовностью направился к одной из дальних тумб, стоящих у стены чуть подальше от кровати. Подвинул небольшой квадратный проигрыватель и нажал сенсор: – Но послушайте. Господин иногда начинает бормотать, бывает, совсем невнятно, а бывает, кое-что можно разобрать. Мы записали. Только о чём речь, так и не поняли.

Я навострила ушки, усиленно делая вид, будто меня здесь ничего не касается и вообще пришла исключительно для красоты.

Раздалось шипение, пёс прибавил громкости, так что за шумами можно стало разобрать редкие слова:

«Дрон… Дрон… она… ошибся… не… собака… нельзя… полный… не… мне… дайте…»

Несколько секунд подобных однотипных слов, перемежаемых тяжёлым дыханием, которые сложно было связать вразумительной канвой, и запись остановилась. Адран задумчиво приблизился, включил ещё раз, прислушиваясь. Потом ещё.

Странно, но ни Дейка, ни Удана старик ни разу не упомянул. Кошку, к счастью, тоже.

– Это всё? – обернулся пёс к медбрату или доктору, кто его разберёт.

– Всё, господин.

– Если будет ещё что-то говорить – записать. И сразу ко мне.

Дрон бросил последний взгляд на отца и направился к двери, махнув головой, чтобы я следовала за ним.

Куча вопросов вертелись на языке, но по дороге я не рискнула их задавать. А в собственных покоях пёс первым делом закрылся в душевой, словно едва дотерпел. Фыркнув ему вслед, я поскорее скинула шпильки, а подумав, ещё и чулочки – резинки надавили. Пиджак тоже казался жёстким и грубым, хотелось, наконец, надеть что-нибудь домашнее и отдохнуть.

Посомневавшись и покосившись на дверь туалетной, я рискнула снять пиджак и натянуть халат Дрона. Сполоснула уставшие ноги в наполненном бассейне, но лезть в него без разрешения не решилась. Кто этого пса знает, от чего психанёт в следующий раз.

Из туалетной раздался какой-то странный рык, перекрывший шум воды.

– Дрон? – я испуганно приблизилась, пытаясь сообразить, что могло с ним там произойти?!

– Брысь! – хрипло отозвался он.

– Что случилось?

– Я сказал, отстань, кошка! – почти нормальным голосом отозвался пёс. Вот гад! Я тут переживаю, можно сказать! Чуть помощь не предложила! А он… Не очень-то и хотелось!

Я забралась в облюбованное накануне широкое кресло, укрылась покрывалом и свернулась клубочком.

Сон почти полностью одолел меня, когда над самыми ушами раздалось громогласное:

– Кошка!

Я подскочила, больно ударившись головой о поручень, и с шипением начала тереть место ушиба.

– Чего так пугать-то?

– Ты зачем мой халат нацепила?

– Ты же мне моего не выдал.

– Я тебе сказал, как ходить!

– А смысл? Что-то тебя это не сильно впечатляет.

– Потому что я так велел! – красавчик возвышался надо мной в полотенце вокруг бёдер, от него исходил лёгкий парок, а мокрые волосы чуть торчали, вытертые, но не причёсанные.

– Убьёшь, зато в халате, – глянула я насупленно.

– Кошка, – неожиданно засмеялся он. – Ты ненормальная, ты знаешь это?

– Кто бы говорил, – проворчала я.

– Это ты о чём? – переспросил он подозрительно.

– Ходишь там, рычишь, спермой заливаешься… – я бросила взгляд на его лицо и поспешила перевести тему: – Лучше скажи, ты понял, о чём отец бредил?

Ох, кажется, я выбрала не лучшую тему для перевода! Во всяком случае, лицо Дрона сделалось ещё более мрачным и пылающим.

– Ну хотя бы, чего там «нельзя», – предложила я, поняла, что ответа не получу, и поспешила вскочить с кресла. Мне, может, тоже в душ хочется!

Дрон поймал меня за халат, я вывернулась из длинных рукавов и помчалась к двери в туалетную под разъярённое «Кошка!»

Просидела, наверное, больше получаса, успев и помыться, и даже высохнуть. Адран не пытался меня позвать или того хуже, выломать дверь, и я, наконец, решила, что он успокоился. А то и вообще ушёл! Играться с дружком.

Не тут-то было. Нет, он собрался, и даже красиво оделся – в отливающую металлом рубаху и узкие тёмно-синие брюки, ещё сильнее подчёркивающие идеальную (во всяком случае, на мой вкус) мужскую фигуру! Но уходить без меня определённо не собирался.

В руках пёс вертел что-то подозрительно чёрное и кожаное. Я постояла на пороге, размышляя, выходить, или ещё немного помокнуть, а заодно и снять ли полотенце, или ему надоест на меня рявкать. Немного полюбовалась тугими ягодицами, плотно обтянутыми тканью.

– Поди сюда, кошка, – бросил красавчик не глядя, будто учуял. Придерживая полотенце, словно оно могло исполнить функции кольчуги, я двинулась к нему.

Впрочем, как ни странно, страха больше не было – наоборот, появилось какое-то неясное ощущение надёжности, что ли. И, конечно, азарта! Начиная с желания разгадать всё, что он скрывает – и заканчивая любопытством, во что же нарядит меня в очередной раз!

Наверное, у меня никогда не было настолько насыщенных дней. Но я не ощущала себя жертвой, как будто всё шло правильно и верно. Странное, надо признать, ощущение в моём положении.

«Будет тяжело, девочка, – снова зазвучал в голове смутно знакомый женский голос. – Но ты справишься».

«Справились бы псы», – где-то на периферии памяти фыркнул второй.

– О чём задумалась?

Я вздрогнула от неожиданности, уставившись на Дрона и пытаясь сообразить, где нахожусь и что это сейчас примерещилось.

– О тебе, – хмыкнула.

– И как? – заинтересовался он, глядя на моё приближение.

– «Полный» – это оборот, да? У тебя что-то с оборотом?

– Слишком много вопросов задаёшь, кошка, – Дрон шагнул ко мне, сорвал полотенце и встряхнул своё кожаное нечто. – Закрой глаза.

– А?

– Глаза закрой, я сказал!

Я зажмурилась, сама не зная, бояться, или предвкушать. Тон его был пугающим, но воспоминания обо всех последних событиях заставляли сладко замирать и желать новых эротических развлечений, о которых раньше я даже и помыслить не смела.

«А вдруг он всё может?» – закралась мысль. Вдруг это такой метод: дразнить, распалять, пугать, и добиваться… Чего? Тут мне фантазия отказывала, потому что всё то же самое он мог бы вытворять, не отказывая своим физическим потребностям!

Пока я размышляла, ощутила его руку между ног. И не только руку – нечто прохладное и гладкое потёрлось о клитор и вошло внутрь.

– Что это?

– Закрой глаза, кошка!

Окрик подействовал, вместе с лёгким скручиванием соска. Руки Адрана продолжили манипуляции. Внутри меня остался какой-то небольшой упругий штырь, на грудь легли ремешки, сзади скрипнула молния.

– Готово, – Дрон развернул меня и повёл к зеркалу. Я с любопытством посмотрела, сочтя это разрешением.

Ощущения оказались… незабываемыми. Штырь тёрся и вибрировал, упругие полоски дразняще прижимались к соскам. И выглядело всё это невероятно эротично – кожаный купальник с молнией сзади и двумя полосами кожи впереди, открывающими живот почти до самого лобка. По-моему, я начала возбуждаться от одного собственного вида, и от того, как смотрел на меня Дрон, и от мысли, что я так пойду по коридорам… непонятно куда.

– Кошка, – шумно втянул он носом воздух, чуть оттянув и отпустив одну из полос. – Поиграемся?

Мне вдруг сразу вспомнилось название «игровая», и как-то резко расхотелось туда идти. Той части меня, которая была в состоянии думать. Но вторая, вот уже который день неудовлетворённая часть готова была броситься куда угодно, лишь бы получить свою порцию удовольствия!

– Во что? – постаралась я не уступить этой внутренней предательнице.

Полоса возбуждающе прижимала грудь, и Дрон запустил под неё палец, безошибочно нажимая на сосок.

– В «возбуди кошку».

– А дальше? – я бросила взгляд в зеркало и предпочла прикрыть глаза.

– А чего ты хочешь, кошка? – голос сделался хриплым, пёс усилил свои ласки, снова заставляя постанывать.

– Тебя, – шепнула я.

– Проси.

– Уже просила! – я так возмутилась, что, кажется, почти вынырнула из марева.

– Ну как хочешь, – пожал он плечами.

– Смотри, чтобы потом тебе просить не пришлось, – буркнула я со злости. Ну мерзавец же!

– Мне? – хмыкнул Дрон, резко разворачивая меня и нагибая. – Да я возьму тебя в тот же момент, когда захочу, кошка.

Снова скрипнула молния, я ощутила руку Дрона на попке, палец углубился в лоно прямо возле штыря.

– А я могу сопротивляться! – из общей вредности выдала я.

– Да? Попробуешь? – он схватил меня за плечи и двинул вперёд, к ближайшему креслу. Я осознавала, что мне хватит сил разве только дрыгнуть ногой, чем лишь разозлю его или насмешу. Адран резко дёрнул, роняя на колени на мягкие подушки сидения. Я вцепилась руками в его пальцы, но с тем же успехом можно было пытаться расслабить наручники или металлические клещи.

– Очень удобная поза, не находишь, кошка? – прошептал он мне на ухо, прижимаясь всем телом сзади.

– Не нахожу! Не пробовала!

– Попробуешь, – пообещал он пугающим тоном и неожиданно отпустил меня, снова застегнув молнию. Резко отодвинулся, от чего я чуть не упала вперёд и пришлось хвататься руками за спинку кресла. – Идём.

Дрон направился к выходу, махнув рукой в сторону чёрных туфель, и у меня вырвалось тоскливое:

– О нет! Только не шпильки!

– Надевай, – отрывисто приказал он, поджидая у двери. Пришлось всунуть свои измучанные ножки в непривычную обувь и пытаться идти не ковыляя.

С той стороны всё ещё стоял охранник. Уже другой, но из тех же, солидных, хорошо себя контролирующих. Дрон тут, похоже, круглосуточные дежурства организовал. Впрочем, учитывая, что сегодня он уходит на охоту, если не обманул, то я возражать не стану.

– И почему ты не выбрал апартаменты с лифтом, – простонала я, цокая по лестнице.

– Лентяйка, – бросил Дрон.

– Поменяемся обувью? – огрызнулась я.

Но долго бухтеть не пришлось. Похоже, мы направлялись туда, где, как рассказывала Лори, встречаются Адран с дружками. Спустились на пару этажей, прошли довольно длинной крытой галереей.

«А ведь Дрон и вправду живёт в башне, – вдруг дошло до меня. – И она, – я прикрыла глаза, припоминая дворец, – по-моему, здесь всего одна!»

Интересно, его туда изгнали, или сам отвоевал?

Я покосилась на красавчика, снова чем-то раздражённого… Ну ладно, кем-то. И решила ничего не спрашивать сейчас.

В галерее было как-то подозрительно пусто. Я шагнула к окну, выглянув мимоходом. Мы находились очень высоко, и, по-моему, переходили из крыла в крыло.

– Кошка, – поторопил Дрон, и я прибавила шаг.

– А куда все делись?

– Готовятся.

– А ты почему не готовишься?

– У ребят традиция собираться накануне полнолуния.

– Знаю я ваши традиции, – буркнула я. Мы вышли из галереи в небольшой холл, откуда вели несколько высоких деревянных дверей. У одной из них стояла раздетая собака и всхлипывала. Прежде, чем я узнала её, она бросилась к нам:

– Адран!

– Слава? Ты что тут делаешь?

– Пожалуйста! – девушка затряслась, размазывая слёзы по щекам. – Они меня выгнали! Пожалуйста, возьми меня!

– Конечно, выгнали! – Адран резко потянул носом воздух. – У тебя же овуляция, ребёнка захотела?!

Я принюхалась, действительно, Слава пахла иначе, чем я запомнила. Теоретически коты тоже это чуют, но на мартовских гуляниях всем обычно не до того. А эти смотри-ка, какие принципиальные!

– Дрон… я не могу больше… пожалуйста… – девушка начала цепляться за него, пытаясь не то сползти, не то повиснуть.

– Да ты не в себе! – рыкнул пёс, слегка встряхнув её. – Иди напейся лекарств и спи!

– Куда идти… – пробормотала она.

– К служанкам!

Дрон схватил её за локоть и потащил к одной из дверей.

– Стой здесь! – бросил мне. Потом вдруг остановился, обернулся: – Нет. Давай со мной.

Я с радостью потопала за ним, стоять одной в очередном наряде, вызывающем исключительно однозначные ассоциации, не хотелось совершенно! И я была рада, что ему не хотелось того же.

Дрон вывел нас, как выяснилось, на лестницу. Возликовал, обнаружив там куда-то спешащего парня.

– Ты! – ткнул в него пальцем.

– Да, господин, – икнул бедняга, остановившись и чуть склонившись.

– Отведи её к служанкам, пусть где-то разместят и дадут что-нибудь переболеть течку, – Дрон вручил ему рыдающую собаку.

Я тихонько фыркнула. Только что была «овуляция», а уже «течка». И чего, интересно, выпендривается?

– Да, господин, – парень не то облизнулся, не то снова икнул.

– Доложишь! – грозно добавил Адран. Пёсик часто закивал, уверяя, что всё исполнит, и повёл вяло подвывающую Славу вниз.

– Уверен, что доведёт? А не… гм… использует по назначению, – поинтересовалась тихо я, прислушиваясь, как внизу стихают шаги.

– Доведёт, – отозвался Дрон твёрдо. – Меня здесь боятся. Пока ещё. Идём.

– Ммм…

– Ну что там?

– Это там что? – я указала рукой в сторону холла. – К чему готовиться?

– Мальчики развлекаются.

– Они всё время развлекаются, – проворчала я. Внутри уже почти привычно боролись два чувства: одно хотело бежать без оглядки, второе жаждало новой порции удовольствия.

– Твоё дело развлекать.

– Ничего подобного, не моё оно.

– Кошка, ты чего это решила повредничать? – шагнул ко мне пёс.

– Потому что я тебя не понимаю!

– А тебе и не нужно.

– И чего ты хочешь, тоже не понимаю! То раздеваешь меня на виду у всех, то психуешь, когда они смотрят или хотят большего!

– Хватит разглагольствований, меня уже ждут.

– Твой дружок?

– А тебе-то что до него? – глаза Адрана сузились.

– Не к нему ли от тебя кошки сбегали, не потому ли ты так разозлился в кафе? – на какой-то безумный миг мне померещилось, что нежелание мной делиться заставит Дрона отказаться от очередных игрищ.

– Кошка! – наступил на меня пёс, я сделала шаг назад и оказалась прижатой к стене.

– Снова припрутся твои братья, снова будете выяснять, кто круче? Зачем меня туда тащить, разве кто-то ещё не успел рассмотреть твою «послушную» кошку во всех подробностях?

Несколько мгновений он глядел на меня – я даже решила, что передумает и отправит к себе! Но, похоже, сделала только хуже. Взгляд Адрана заледенел, пёс подтолкнул меня к двери:

– Ты будешь делать то, что я скажу. И не забывай, что тебя ждёт в случае непослушания. Вперёд!

Фыркнув, я гордо распрямила плечи и прошла мимо него. Но гордости хватило ровно до того момента, как мы оказались внутри, в мягком, интимном полумраке небольшой гостиной, вполне соответствующей названию «игровой».

На креслах и диванах расположились с десяток псов, большинство из которых оказались мне знакомы по инициации и розыгрышу. Удана с Дейком среди них не было, зато с довольной кошачьей улыбкой в одном из кресел восседал Шан, лаская собаку мелкого пошиба.

В воздухе витал сладковатый сизый дым от кальянов и сигар.

Девушек было поменьше – принюхавшись и едва не закашлявшись, я насчитала пятерых. Одна из них ёрзала, закреплённая на уже знакомой мне конструкции, а рядом трое парней играли в карты. Что будет призом, не оставляло сомнений. Впрочем, зная псов, не удивлюсь, что они разыгрывают лишь очерёдность, и в накладе не останется никто. Ещё я обнаружила бильярдный стол и рулетку, в данный момент свободные.

Две девицы в нижнем белье, годном исключительно на то, чтобы его снимать, а не носить, как и спутница Шана, возлежали на коленях псов покруче, открывая поле действия для их жаждущих рук. С последней развлекались сразу двое, удерживая в воздухе и заодно пристраивая поудобнее к своим возбуждённым органам. Один держал за попку и под коленями, резкими толчками входя до упора, другой – под спину, позволяя девушке работать ртом.

Посередине зала стояло странное непромокаемое сидение. Сверху над ним навис душ, снизу вокруг шёл бортик с решётками слива. Это для любителей водных процедур, что ли?

При нашем появлении все на несколько минут оторвались от занятий, выражая заинтересованность и определённую долю почтения к сыну Вожака.

Я вдохнула царящий здесь гормональный коктейль, ощущая, как здравый смысл снова отключается, уступая место животным инстинктам. Хотелось забыть обо всём, отдаться зову полнолуния и получить, наконец, треклятое удовольствие, которого Дрон никак не хотел мне дать! Явственно почувствовала вибрирующий штырь, возбуждавший, но не достигавший цели. Тугие ленты, прижимавшие соски, тоже обратили на себя внимание.

Псы и собаки начали принюхиваться, их движения сделались более резкими и быстрыми.

– Ну, кто хочет посмотреть на кошку? – проговорил Дрон. Я бросила на него взгляд. Зачем он? Никто же не приставал, ну подумаешь, покидали жадные взгляды – и ладно, вряд ли посмели бы что большее по отношению к … игрушке сына Вожака!

– Зачем? – шепнула я.

– Потому что ты плохо себя вела.

Дрон расстегнул молнию сзади, отпустил ремни, освобождая грудь. Каким-то непонятным резким движением вывел штырь, заставив выгнуться, и отбросил комплект к дивану.

Десяток носов принюхался. Я терялась в догадках, отчего мой запах так на них действует. Никогда ничего такого за собой не замечала!

Собаки были забыты, вокруг нас собрался кружок. Обострённым чутьём я ощутила женское недовольство, но наложницы прекрасно знали, как услужить и когда промолчать, и просто ожидали своей очереди получить удовольствие, без которого на полнолуние никто не останется.

– Кошку не пачкать, – предостерегающе произнёс Адран в ответ на запущенные в ширинки руки дружков. После обернулся ко мне: – Иди туда.

Пёс указал на странное душевое кресло. Бросил взгляд на Шана, тот приблизился, держа в руках пульт, повозился с кнопками. В полу вокруг бортика загорелись разноцветные лампы, придавая креслу загадочного освещения, сверху полилась вода.

Я посмотрела на Дрона, поняла, что пощады не будет, отругала свой язык и засунула руку под струи. Вода оказалась приятной, тёплой и чем-то неуловимо пахла.

– Садись.

Я повиновалась приказу в голосе, радуясь, что кошку не разрешено пачкать. Ну, придётся пережить ещё одно представление, подумаешь… Скинула туфли и аккуратно села на сидение.

– Алис, помоги мальчикам. Поласкай себя.

– Но…

– Видишь, как ты их завела? Моя игрушка знаменита уже по всему дворцу и далеко за его пределами. Скоро с окрестных городов будут съезжаться посмотреть на тебя.

– И пощупать? – буркнула я, сжимая колени. Дрон отобрал пульт у Шана, и меня окатило ледяной водой.

Соски сразу сжались, я едва не задохнулась, но температура снова выровнялась, нагревая, но уже не расслабляя. Похоже, пёс решил хорошенько меня проучить.

– Помнишь, как мы с тобой познакомились, кошка? – спросил он

– Адран… – прошептала я, загораясь смущением. Такое забудешь!

– Давай, я жду.

Пришлось брать одной рукой грудь, а другую опускать между ножек, неумело отыскивая чувствительные точки. Взгляд Дрона стал заинтересованным, а после, кажется, довольным. Похоже, кто-то нащупал одно из моих слабых мест и планирует этим пользоваться…

Вокруг горели красные глаза псов, а мои зрачки, наверное, стали уже совсем вертикальными. Осознание того, что я должна заводить их сама, действовало опьяняюще, а смущение как от ситуации, так и от собственных неумелых движений, лишь сильнее распаляло.

Большинство дружков моего мучителя продолжали пялиться, будто у них других, более интересных дел не имелось. Или собственных наложниц.

Лишь один, не сдержавшись, направился к девушке на конструкции, и, не сводя с меня взгляда, скинул брюки и резко вошёл в приветливо раскрытое, ожидающе подрагивающее лоно. Наложница выдохнула, застонав, и я, к собственному стыду, ощутила едва ли не зависть. Этот мерзавец пёс наверняка снова наиграется, возбудит до потери пульса и опять окатит ледяной водой – не в прямом, так в переносном смысле!

Псы уже вовсю работали руками, некоторые повытаскивали свои достоинства, демонстрируя, как сильно я на них действую. Только Дрон стоял с холодной улыбкой, играясь освещением и изредка озвучивая:

– Сильнее, кошка. Теперь потяни сосок. Вот так. Второй. Да, обеими руками. Нет, ноги не сжимай. Шире. Ничего не видно, кошка. Ещё. Теперь пальцами вниз. Покажи нам, где у тебя самая чувствительная точка. Или у тебя их несколько? Хочешь, чтобы я помог? Нет, придётся постараться самой. Давай, посмотри, как ты всем понравилась.

Пожалуй, когда я не могла двигаться и сопротивляться, было проще. А сейчас ничто меня не держит, но я вынуждена делать то, что приказывают. Сама!

Наверное, я должна бы ощущать себя растоптанной и разбитой. Но где-то в глубине, на грани осознания, росла какая-то непонятная мне сила, которая будто питалась возбуждением и разрядкой окружающих.

Я никак не могла сообразить, что она означает, но в голове настойчиво крутилась мысль, не связано ли это с потерей памяти? С тем, что меня вышвырнули на улице – возможно, специально, чтобы я попала сюда? И тот странный, так быстро сбежавший кот – не проверял ли он, удалось ли подсунуть меня псам?

Моя человеческая сущность смущалась от стыда и унижения, но зверь внутри будто бы даже наслаждался происходящим. Только никогда не слышала, чтобы у оборачивающихся кошек бывало нечто подобное! Иногда мы теряли соображение, уходили в звериную ипостась, могли неделями гонять, меняя партнёров. Котов, попрошу заметить! Но такого – ни разу не встречала.

– Кошка, ты заснула? – недовольный голос Дрона заставил вздрогнуть, вынырнуть из раздумий.

Странно, но я ощущала, будто обладаю какой-то неясной пока властью над всеми этими мужчинами. Наверное, Адран тоже что-то почувствовал, и оно ему явно не понравилось. Меня снова окатило холодной водой – не ледяной, но весьма бодрящей.

Гад! Поддавшись порыву, я поднялась, шагнула из кабины, оставляя мокрые следы.

– Ты что себе позволяешь? – сузив стальные глаза, поинтересовался мой мучитель.

– Ты же всё равно меня не трогаешь, так может, я сама выберу мужчину?

Дрон застыл, немая тишина вокруг слишком отчётливо показала, что я только что сделала. Ужас нахлынул с новой силой. На миг почудилось, Адран меня сейчас убьёт, прямо здесь, или… Может, Лори соврала? Или я буду первой, из кого он дух выпустит?

Швырнув пульт, пёс сделал шаг ко мне, резко схватил за запястье и потащил к выходу. Спотыкаясь от неожиданности, я почти бежала за ним, едва успевая. У двери оглянулась на оставшуюся здесь какую-никакую одежду, но напоминать не рискнула. Псы провожали нас такими взглядами – словно жалели, что не смогут лично проследить, какое наказание ожидает обнаглевшую кошку. Ну или что я так никого и не выбрала…

Дрон размашистым шагом пронёсся по всё ещё пустой галерее – меня уже колотило от жути и холода, мокрые волосы облепили шею, ногам было неприятно шлёпать по мраморному полу. Единственная встреченная служанка, тихо пискнув, поспешила вжаться в стену. Я представила лицо пса, от которого та пыталась спрятаться, и сделалось совсем плохо.

Наваждение схлынуло вместе с иллюзорным ощущением силы и власти, оставив после себя лишь удивление. Как я решилась? Зачем?!

Охранник у двери окинул нас молчаливым взглядом, но, как ни странно, я обрадовалась. Дрон тащил меня домой, а не куда-нибудь, и как бы он ни отреагировал – это останется между нами. Надеюсь.

– Чего ты добивалась, сумасшедшая? – грозно поинтересовался пёс, буквально вталкивая меня внутрь своих апартаментов. – Чтобы я отдал тебя туда? – ткнул вниз, но я и без того поняла, что имеет в виду.

– Может, чтобы ты наконец-то показал, что мужчина?

Дрон зарычал, кажется, даже клыки появились. Уж глаза точно стали почти безумными. Сделал шаг ко мне:

– После полнолуния я разберусь с тобой… кошка! – рявкнул во весь голос.

А потом неожиданно развернулся и вышел из собственных апартаментов, громко хлопнув дверью.

Меня трясло. Я поняла руки – ох, ну ты и выдала, Алис! Сама пугалась собственной наглости. И не могла отказать себе в улыбке. Никуда он меня не отдал! Ничего он мне не сделал! Наверное, ощущение силы было не таким уж иллюзорным…