Глава 36

Разговор по душам вытянул из меня все силы, и я, к собственному удивлению, очень скоро начала зевать. От Амира конечно же мое состояние не укрылось, и принц в свойственной ему манере приказал ложиться спать.

– Прямо здесь, на твоей кровати? – я округлила глаза, но второго подходящего ложа поблизости не наблюдалось.

– Поверь, простыни чистые, а я не собираюсь пользоваться моментом и принуждать тебя к чему-либо. К тому же, ты ничего не почувствуешь, а это – совсем не то, что нужно здоровому мужчине. Свою женщину хочется возносить на небеса и парить там вместе с ней.

– Но я – не твоя женщина, – заметила осторожно.

– Тем более, – хитро сверкнул очами дракон, чем насторожил до мурашек. – Предпочту сперва дождаться этого славного момента.

– А если он никогда не наступит?

– Значит, моя судьба – спать на кушетке и сторожить твое дыхание, – легко пожал плечами эмир.

Как-то даже слишком легко для того, кто в будущем собирается взять на себя управление целой страной. Не припомню, чтобы драконы вот так вот просто отказывались от того, что считали по праву своим. Они скорее целый мир перекроят, чем уступят. Хотя я и знакома всего с тремя представителями чешуйчатой расы, слишком уж ярко проявляются в них эти качества, чтобы можно было позволить себе заблуждаться.

– Боюсь, твоим наложницам это не понравится, – я покачала головой. – Они готовы стараться для тебя, но не для твоей чужеземной рабыни.

– В бездну их! Мой дракон только и может думать, что о тебе, – эмир склонился близко-близко ко мне, так, что загородил собой все. – От остальных его воротит. Не тот запах, – нос Амирэля ткнулся мне за ухо. – Не та внешность, – кончик носа проскользил по шее под челюстью. – Не те женщины, – вкрадчивый шепот коснулся уха, зародив стайку мурашек под затылком.

Я вжалась в подушки, чтобы дать себе немного свободы. Попыталась хоть немного отгородиться от его высочества, но мной занялся профессиональный охотник, и в той игре мне досталась безнадежная роль испуганной дичи.

– Я уже не женщина, – прошептала едва слышно. Напоминая об этом факте то ли эмиру, то ли самой себе. Дракон Золотых песков определенно странно на меня действовал.

– Тогда почему ты сейчас дрожишь, Эванелия? – палец Амира легко прошелся по моему подбородку, шее, спустился к ямке между ключиц, но дальше не пошел. А губы принца прижались к уголку моих губ и задержались там на несколько секунд, в которые я даже не осмеливалась дышать. Но уже в следующее мгновение эмир резко отстранился, и я осталась на огромной кровати одна жадно ловить ртом воздух. – Темной ночи, – насмешливо поклонился дракон и действительно отправился укладываться на стоявшую неподалеку кушетку.

– Я ничего не почувствовала! – зачем-то крикнула я ему вслед.

Когда свет погас, погрузив спальню в темноту, я поглубже зарылась в одеяло и с силой смежила веки. Несмотря на тишину и размеренное дыхание эмира, сон не шел. Отказывался забирать меня в свои объятия, вынуждая раз за разом прокручивать в голове недавний разговор, близость Амирэля и мои противоестественные реакции на нее.

– Не спится? – каким-то образом принц почувствовал мою маету.

– Расскажи мне что-нибудь? – попросила со вздохом. Может быть, хоть это поможет избавиться от навязчивых мыслей.

Дракон не отказал. Он подарил мне легенду про прекрасную деву, заточенную в песках и молодого ящера, который видел ее в своих снах и влюбился. Его тянуло к незнакомке с такой невероятной силой, что в один день он больше не смог противиться и собрал отряд, с которым намеревался идти покорять неизведанные и опасные земли.

Тот дракон был сказочно богат, но и так же несчастен. Ничто в жизни уже не радовало его: ни сокровища, ни власть, которую можно было с их помощью приобрести, ни доступные женщины, ни принятые в обществе развлечения. Лишь зов неизвестной девы возродил в нем интерес к жизни. Вместе с отрядом преодолел ящер поля, леса, горы, море и наконец ступил в царство песков. Его встретил горячий сухой воздух, раскаленное светило и пыль. Но аромат, который дракон чувствовал во сне, как наяву, сделался таким сильным, что трудности не испугали влюбленного.

Хотя от его отряда к тому времени осталась лишь половина, ящер смело шагнул в негостеприимные объятия песков. Днем его иссушивала беспощадная жара, ночью – пробирал до костей холод, но он упорно двигался вперед, ведомый единственным ароматом и собственной тягой к той, кого могло и вовсе не существовать. На семнадцатый день его слезящимся глазам предстало дивное зрелище: дева из его снов стояла прямо напротив и тянула к нему руки. Ее белоснежные одежды трепал ветер, он же и разносил вокруг теплый аромат лилий.

– Тот дракон нашел путь к своей истинной, оказавшейся вечной пленницей пустыни, и, чтобы никогда с ней не расставаться, основал среди песков новое государство. Так, согласно легенде, зародился наш халифат, – закончил Амир, но я, отдавшись в объятия сна, уже не услышала.