Глава 37

Утром я проснулась рано – уже научилась определять примерное время по положению светила, но эмира в спальне уже не было. Не нашелся он и в прилегающей гостиной, личной столовой и кабинете, куда я заглянула по очереди. Слуга, представившийся нукером – еще бы знать, что это обозначает – сообщил, что его высочество отлучились по неотложным делам и просили не ждать их к завтраку, который, к слову, уже оказался для меня накрыт. Специальные чары поддерживали свежесть расставленных на круглом столе блюд и температуру тех, что принято есть горячими. Все выглядело так изысканно и шикарно, что я в своих рваных одеждах сама себе казалась попрошайкой, забредшей на огонек.

– Пускай завтрак немного подождет, – спиной пятясь из столовой, пробормотала я.

– Но постойте, тири* (*здесь – фаворитка среди наложниц), эмир просил… – донеслось растерянное, в то время как я улепетывала обратно в спальню – туда, где имелся выход на территорию гарема.

– Все потом! – крикнула я впопыхах, скрываясь за дверьми.

Амир, конечно, большой молодец, что позаботился о моем пропитании, но тем женщины и отличаются от мужчин, что для первых внешний вид гораздо важнее. Я как могла, запахнула тунику, чтобы прикрыть дыры, оставленные на костюме вчерашними завистницами, пригладила руками волосы и, сделав глубокий вдох, ступила на территорию гарема – туда, куда возвращаться до рези в животе не хотелось. Но и без сменной одежды и прочих мелочей оставаться в покоях эмира я не могла. А я бы скорее себе руку отгрызла, чем осталась ждать его возвращения как верная комнатная собачонка.

– Ничего, это последний раз, когда я здесь появляюсь, – негромко пообещала себе, ступая в коридор.

– Ты даже не представляешь, насколько сейчас права, – раздался откуда-то сбоку ядовитый мужской голос. Я отпрыгнула в страхе в сторону, но тут же была поймана за горло. – Не так быстро, – прошипел прямо мне в лицо Олаф. Меня обдало смрадным дыханием. Единственный глаз бывшего охранника смотрел с такой неприкрытой ненавистью, что руки и ноги у меня заледенели от ужаса. Второй был залеплен пропитавшейся чем-то желтым повязкой. По краям ее все равно виднелись запекшиеся корки, в которые превратилась здоровая некогда кожа. – Страшно? – оскалился Олаф, сдавливая огромной лапищей мою шею.

– От-пус-ти, – по слогам прохрипела я, чувствуя, как стремительно в легких заканчивается воздух.

– Правильно, что боишься – наслаждаясь собственной властью, протянул бугай. – Посмотри внимательнее, во что превратился уважаемый человек из-за какой-то падшей рабыни. И главное из-за чего? Из-за того, что я честно выполнял приказ, делая свою же работу? А какая-то безродная шваль затаила обиду, подсуетилась, умудрившись ублажить эмира, и он поверил словам грязной шлюхи? И теперь меня ждет аукцион рабов и самая грязная работа, какая только есть во всех песках. Но не думай, что ты так легко от меня избавишься, сперва я заставлю тебя испытать все то же самое, что пришлось мне, и даже больше.

Кроя меня самыми последними словами и обещая страшные расправы, Бывший охранник волочил меня куда-то, как куклу, и никого не встретилось на нашем пути. Ни единой души, которая бы могла вступиться. Кричать и звать на помощь из-за сдавленного горла я не могла, как и сопротивляться силище разгневанного детины. Те жалкие удары, которыми я безуспешно пыталась отстоять свою жизнь, серьезного урона подонку нанести не могли. Раз уж его даже суровое наказание, определенное Амиром, не взяло. Олаф впихнул меня в какую-то полутемную каморку и швырнул на пол. Я больно ударилась копчиком, но сцепила зубы и не позволила стону сорваться с губ. Ни за что не доставлю уроду такого удовольствия!

– Эмир… – выдавила тяжело дыша, – тебя убьет.

Щеку тут же обожгло резким ударом, и ручища охранника приподняла меня за отвороты туники. Во рту поселился металлический привкус крови.

– Заткнись! – рявкнул Олаф и снова швырнул меня вниз. – Для начала становись на колени, – сильные ручищи тряхнули меня, ставя в нужную позу, – и проделай со мной то же самое, что сделала с эмиром, – раздался шорох ткани, и в лицо мне ткнулось что-то мягкое и вонючее, вышибая слезы из глаз. Я дернула головой назад, но тяжелая ладонь легла на затылок и не позволила отстраниться. – Открывай свой поганый рот, шлюха и поработай как следует, иначе подохнешь прямо тут, как грязная крыса. Поверь, тебя долго будут искать в заброшенной прачечной, – гадко засмеялся охранник. – А мое достоинство не сильно отличается от эмирского, может даже получше будет. Вот заодно и проверишь.

Штука перед моим носом начала увеличиваться в размерах и твердеть, я же, не сдержав отвращения, опустошила желудок прямо на нее.

«Теперь этот урод меня точно убьет» – пронеслась заполошная мысль. И надо мне было выходить из покоев дракона? Сидела бы сейчас в столовой и наслаждалась завтраком, в рваной одежде, зато невредимая…