Глава 45

Песчинки, будто притягиваемые невидимым магнитом, потянулись в одно место и стали складываться в причудливую форму, пока перед нами с эмиром не вырос гигантский песчаный человек. Точнее – подобие его, с бесформенным провалом рта, криво расположенными глазницами и словно оплавленными конечностями.

– Зачем звала, дева? – дыхнуло на нас пылью жуткое существо.

Я инстинктивно прижалась к Амирэлю, почему-то уверенная: случись что, дракон непременно сможет защитить.

– Эванелия просит принять обратно дар алхимика и вернуть ей женскую суть, – крикнул принц. – Она ни разу не воспользовалась силой, а значит имеет право вернуть все, как было.

– Так хочет отказаться от дарованной силы, что даже рта не смеет открыть? – мне показалось, что квинтэссенция хмыкнула, но конечно же это не могло быть правдой. Не было в ужасающей статуе ничего человеческого.

Локоть дракона чувствительно ткнул меня в бок, и я поняла, что, если продолжу молчать, останусь ни с чем.

– Хочу, – подтвердила хрипло и кивнула. – Пожалуйста. Я, – заикаясь, продолжила, путаясь в собственных объяснениях и до дрожи пугаясь мощи, к которой дерзнула обратиться, – я ошиблась. Путь алхимика не для меня, и это подтверждает то, что я так ни разу и не применила силу. Я прошу прощения за самонадеянность и беспокойство, но я знаю, в ваших силах вернуть все как было…

– Я не слышу уверенности в твоих словах, дитя. В прошлый раз твоя просьба шла от самого сердца, сейчас же другое руководит тобой.

– Она уверена, как никогда! – рыкнул Амир и покрепче сжал мою руку, будто чувствовал, что меня у него собираются отобрать.

– Я хочу получить обратно свою женскую суть, – стараясь звучать убедительно, подтвердила я.

– Я не чувствую пламени в твоем сердце, дитя, – покачала головой песчаная статуя, рассыпая по сторонам горсти песка. – Слышу просьбу, но она пуста. В ней нет жизни, нет энергии. Ты не желаешь этого всем сердцем, меня не обманешь.

– Она не пользовалась силой, забери свой дар и верни девушке отнятое! – зло потребовал эмир.

Я чувствовала, как вибрирует от ярости его тело, как ходит ходуном могучая грудь, как клокочет гнев внутри едва сдерживаемого от трансформации тела. Ответа от квинтэссенции мы так и не дождались. Она безмолвно осыпалась грудой песка, которую тут же подхватил ветерок и принялся весело с ней играться. Окружающее пространство ожило, подтверждая то, что наше общение со сверхъестественной сущностью окончено.

– Тварь! – яростный рык сопроводил столб пламени, слетевший с ладоней дракона и ударивший аккурат в то место, где совсем недавно находилась квинтэссенция.

Осознание непоправимого медленно начало охватывать меня. Она нам отказала! Заявила, что я недостаточно сильно желаю запрашиваемого, что не уверена в собственных словах, а потом просто ушла, не озаботившись тем, чтобы продолжить разговор или хотя бы выслушать наши возражения. И теперь я навсегда останусь недоучкой с даром алхимика и невозможностью стать полноценной женщиной. Не то, чтобы последнее меня сильно пугало – я ведь никогда к этому и не стремилась, но без женской сути я становилась бесполезной для дракона, а значит ни о каком замужестве, дающем безопасность в халифате, и речи не шло.

– Зови ее еще, – приказал Амирэль. – Так легко она от нас не отделается.

И такая пугающая решимость отпечаталась на его лице, что я не посмела возразить. Присела обратно на песок, поправила сбившиеся начертания глифов и элементы, их питавшие. Дракон снова пустил огонь на соответствующий символ. Я начала шептать заклинание. Я повторяла и повторяла набившие оскомину слова, но ничего не происходило. Точнее – все так же безмятежно шелестели пальмы, ветерок играл с их листьями и песчинками, которые подбрасывал вверх, солнце едва заметно грело, проникая сквозь щит.

Только вот чужого мощного присутствия больше не ощущалось. Посреди оазиса оставались лишь мы с эмиром, непрестанно зовущие ту, кто откликаться не собиралась. Я понимала это на каком-то внутреннем уровне, хоть и продолжала выталкивать из себя слова призыва. Дракон давно присоединился ко мне, звуча в унисон, но толку от наших стараний не было. Как два безумца, хватающихся за призрачную надежду, мы бормотали и бормотали, пока судорога не свела мне горло, заставив закашляться. Слезы брызнули из глаз, и непонятно было от чего: то ли от внезапной боли, то ли от разочарования, которое невозможно уже было сдерживать.

– Прости, – восстановив дыхание, едва слышно произнесла я. – Я правда не хотела, чтобы все так закончилось…

– Ты не виновата, – дракон перетянул меня к себе на колени и стиснул в объятиях. – И ничего не закончилось. Я не откажусь от тебя, Эви, – покачал головой он. – Если эта тварь не пожелала помогать, найду другой способ вернуть тебе целостность. Я не остановлюсь, пока не добьюсь своего. Главное, не отчаивайся и будь со мной, тогда все будет хорошо.