Глава 9

Девушка подняла на меня большие серые глаза, в которых я заметила жгучее любопытство.

— Эссия? — растерянно переспросила я.

— Камилла вынашивает наследника клана черных драконов. Моего сына. Камилла, это Роза. — Двэйн кивнул полноватой представительной женщине лет шестидесяти в темно-коричневом платье. Ее каштановые волосы с пробивающейся сединой скрывал чепец. — Госпожа Ариза — смотрительница замка, — пояснил мне Двэйн, после чего обратился к представленной женщине: — Устройте Розу и ее служанку в лучших пустующих покоях и покажите ей все.

— Да, мой владыка, — присела Ариза, потом, распрямившись, сделала мне знак следовать за ней.

Я беспомощно посмотрела на Двэйна, но он уже разговаривал с подошедшим к нему немолодым драконом, опиравшимся на золоченую трость.

— Сын, — сказал он, кивнув Двэйну.

— Отец, — приветствовал тот.

Значит, этот дракон — отец Двэйна. Я во все глаза рассматривала мужчину, чья осанка даже выдавала привычку повелевать.

— Быстрее! — не очень-то вежливо одернула меня Ариза. Я спохватилась и поспешила за ней.

Мы прошли через главные ворота, по пути к нам присоединились шепчущиеся служанки. Свита Камиллы, как я поняла. Мы быстро пересекли мост и вошли в неприметную дверцу одной из башен.

— Откуда ты, Роза? — поинтересовалась Камилла, поглаживая свой выпирающий живот. — Где владыка Двэйн нашел тебя?

— В замке серебряных драконов.

— Да-а, — протянула она, — он ведь отправился, чтобы провести ритуал для эссии владык Варда и Роя.

— Так и есть, — сказала я, не желая признаваться, что именно я и есть та самая эссия.

— И чем же ты так впечатлила нашего владыку, что он решил сразу же предоставить тебе самые лучшие покои? — язвительно спросила девушка, останавливаясь и преграждая мне путь.

— Камилла, если хотите, спросите у него сами. Я чертовски устала и была бы признательна, если бы мне показали мою комнату.

Камилла недовольно поджала губы, смерив меня неприязненным взглядом.

Подхватив длинное платье, она повернулась ко мне спиной и, вскинув голову, пошла дальше. Я вздохнула и поплелась следом.

— Девушки, не отставайте, — услышала я голос Аризы и прибавила шаг.

Спать хотелось ужасно. Ещё больше хотелось помыться. Мне казалось, что моя кожа пропахла запахом Двэйна, а на губах до сих пор горели его поцелуи. Пройдя по длинной галерее и спустившись по лестнице, мы наконец оказались на месте.

Ариза распахнула двери в просторную спальню. По сравнению с ней комната, которую я занимала у Варда и Роя, показалась мне жалким сараем в сравнении с шикарной гостиницей.

— Это точно для меня? — усомнилась я, рассматривая обитый парчой диван, шикарную кровать, столбики балдахина которой были не деревянными, а мраморными, камин, украшенный резьбой и позолотой.

Ариза сухо кивнула.

— Это твои покои. Здесь есть отдельная купальня. Если тебе нужна служанка…

— У меня есть служанка. Благодарю, госпожа Ариза.

— Для служанки маленькая комната находится за той дверью, — Ариза кивнула на неприметную дверцу в углу. — Если тебе что-то понадобится, дай знать. По вечерам наложницы собираются в общей гостиной гарема, где обмениваются новостями, играют в игры, читают или вышивают.

Я замерла на месте. Мне показалось, что я ослышалась.

— Гарема?

— А ты что думала? Что верховный владыка сделает тебя своей супругой? — рассмеялась Камилла. Послышались отдельные смешки ее прихлебательниц.

— Эссия… — мягко упрекнула Ариза.

— И сколько же здесь девушек? — поинтересовалась я.

Камилла пожала плечами.

— Так много, что владыка не знает даже их имен. Кто-то удостоился чести провести с ним одну ночь, кого-то он не призвал ни разу, а я, — тут Камилла погладила свой живот, — благословлена Вечным Огнем, потому что вынашиваю наследника клана черных драконов, изначальных повелителей Эрдракка.

— Но для этого тоже понадобилась всего одна ночь, — не смогла удержаться я от шпильки.

Ариза нахмурилась, а Камилла закусила губу. Я посмотрела в ее лицо, гадая, знает ли она, какая участь ожидает ее. Должна ли я рассказать ей правду? Мои размышления прервала сама Камилла.

— Тебе повезет, если владыка вспомнит о твоём существовании хотя бы однажды. Радуйся, пока отдельные покои находятся в твоём распоряжении. Наложницы живут в гораздо более стеснённых условиях.

Камилла развернулась и вышла, оставив после себя удушливый аромат духов. Ее свита убралась вслед за ней.

— Девушка, постарайся подружиться со всеми. В гареме должен царить мир, чтобы наш владыка был доволен, — наставительно произнесла Ариза, после чего тоже вышла.

Я села на кровать и осмотрелась по сторонам. Потрясенная роскошью спальни Лали стояла с открытым ртом.

— Будем надеяться, что Камилла права, и он действительно больше не вспомнит обо мне, — пробормотала я.

Но дракон вспомнил.

***

— Госпожа! — Лали стащила с меня вышитое одеяло. — Госпожа, вставайте!

— Оставь меня! Я хочу спать!

— Госпожа, вставайте! Владыка приглашает вас к себе! Быстрее!

Я села и зло посмотрела на служанку.

— Который час?

— Вы проспали весь день. Смотрите, что прислал для вас владыка! — Лали в восторге указала на огромные сундуки, из-за которых в просторной комнате стало тесно.

— Что там?

— Ткани, каких я никогда не видела! Вам успели сшить два платья, а к завтрашнему утру будут готовы ещё несколько! Владыка даже обо мне подумал, можете себе представить? Прислал и мне платье! А здесь, — Лали указала рукой на маленький сундучок на туалетном столике, — жемчуг и камни, и даже зеркало в серебряной оправе! Таких богатств даже у леди Фэй и Селлии не было! Видимо, вы действительно приглянулись владыке Двэйну.

— Не говори ерунды. Он нашел новую игрушку и, надеюсь, скоро обо мне забудет.

Я не разделяла восторгов захлебывающейся от переизбытка чувств Лали.

— Не говорите так, госпожа! — с ужасом воскликнула она, потом, оглянувшись на дверь, зашептала: — Эссия Камилла весь день следила, что это за сундуки носят к вам в покои. То-то ее злоба разбирает!

— Мне меньше всего хочется, чтобы еще и здесь на меня кто-то злился. Я была бы рада отдать все эти сундуки Камилле, лишь бы навсегда избавиться от драконов и их внимания!

— Госпожа, — простонала Лали, — да как же так можно говорить, во имя Вечного Огня! А если услышит кто. В гареме и у стен есть уши.

— Хватит причитать, лучше покажи платья, — велела я.

Через полчала я не узнала саму себя. Из зеркала на меня смотрела богачка, словно шагнувшая с экрана какого-нибудь исторического фильма: сиренево-голубое платье с цветочным тканым узором ниспадало струящими невесомыми складками. Синие камни, судя по всему драгоценные, украшали вышивку на груди и золоченый пояс. К платью прилагалась легчайшая накидка из ткани с градиентом, крепившаяся на запястьях, локтях и плечах лентами цвета сирени. На моих волосах Лали закрепила изысканную диадему с сапфирами.

— И завершающий штрих, — довольно произнесла Лали, прикасаясь к моей шее смоченной духами стеклянной палочкой.

— Снова сирень, — задумчиво произнесла я.

— Владыка прислал, — кивнула Лали.

— Да на мне сейчас драгоценностей больше, чем в ювелирном магазине, — пробормотала я, проводя рукой по диковинной вышивке платья.

— Вы очень красивая, — восхищенно выдохнула служанка. — Пойдемте, госпожа, владыка ждет.

Мы вышли в общую гостиную. Все диваны и даже места на бортике фонтана, стоявшего посреди гостиной и тихо журчавшего струйками льющейся воды, были заняты.

— Здесь что, собрались все? — краешком губ прошептала я.

— Только те, кто делил ложе с владыкой, — также тихо ответила Лали. — Не удостоившиеся этой чести наложницы живут отдельно.

— Обалдеть! — только и смогла выдохнуть я.

Это был один из тех фантастических случаев, когда встреча с бывшими твоего нынешнего любовника приобрела размеры вселенской катастрофы.

Я пробежалась глазами по девушкам. Сколько их? Пятьдесят, шестьдесят? Больше?

Словно по команде, они уставились на меня такими жадными взглядами, что я почувствовала себя примерно так же, как чувствовали себя драгоценные камни под моим микроскопом, если бы у камней были чувства. Все разговоры стихли, десятки пар глаз молча изучали каждый сантиметр моего наряда, чтобы обсудить после, когда я уйду, и оценить степень привязанности Двэйна.

— Хорошего вам вечера, Роза, — важно кивнула мне Азира, когда я пересекла наконец гостиную и вышла в коридор. — Здесь есть короткий ход к покоям владыки.

Смотрительница гарема распахнула передо мной прикрытую вышитым гобеленом дверь. Я поблагодарила Азиру и ступила на ярко освещенную лестницу. Тотчас дверь за мной закрылась, и я услышала звук поворачиваемого ключа. Я мысленно хмыкнула, оценив такую предусмотрительность. Если бы дверь не запирали, бедняге Двэйну пришлось бы подушками отбиваться от настырных дамочек каждый день.

Поднявшись наверх, я замерла перед дверью, сжав руки в кулаки. Я должна разыграть роль на отлично, да так, чтобы дракон мне поверил и потерял бдительность. Нельзя совершить те же ошибки, что я совершила у серебряных драконов.

Я толкнула дверь и вошла в покои черного дракона. Служанка, молоденькая, но хмурая девушка, указала рукой на соседнюю комнату.

— Подождите там, владыка скоро будет.

Я кивнула и прошла дальше. Шторка из бус, за которой располагалась спальня, тихонько звякнула. Оказавшись в помещении, я замерла на месте. Если моя комната напоминала номер элитной гостиницы, то покои Двэйна походили на хоромы какого-нибудь восточного падишаха.

Убранство комнаты я могла бы описать двумя словами — черное золото. Роскошно, но в то же время изящно. Кровать с черным шелковым бельем под золотым балдахином привлекла мое внимание сразу. Стараясь не думать о том, что вскоре на этой кровати произойдет, я ходила по комнате, стараясь хоть чем-то себя отвлечь до появления Двэйна.

Я оценила размеры книжной полки, на которой обнаружились пухлые тома в драгоценных переплетах, провела пальцем по отполированной до зеркального блеска каминной полке, понюхала незнакомые цветы в шикарной напольной вазе.

Подойдя к столу, я увидела знакомую шкатулку, а также нарисованные на пергаментах эскизы украшений, но не они привлекли мое внимание, а несколько крупных сапфиров, аметистов и…

— Красные бериллы! Не может быть! — громко ахнула я, увидев на столе Двэйна россыпь этих редчайших драгоценных камней.

Я наклонилась, с изумлением обнаружив, что камни настоящие. Да здесь же целое богатство! Я не понаслышке знала, сколько стоят такие камни на аукционах. Здесь бы хватило на безбедную жизнь не одному человеку.

— В моей сокровищнице есть и красные алмазы, и камни, которые мы называем «восход солнца»*, - услышала я глубокий голос, от которого по моей коже побежали мурашки. Я моментально распрямилась. Надо же было так увлечься и не услышать приближения дракона! — При ярком свете они сияют тремя цветами.

— Розовым, красным и оранжевым, — подхватила я, оборачиваясь. — В моем мире тоже есть эти камни, но они очень редки. Прости, я не смогла удержаться и не взглянуть.

На Двэйне была темно-синяя вышитая туника и штаны. Он внимательно осмотрел меня с головы до ног.

— А еще в моей сокровищнице есть огромный рубин, красный, словно драконья кровь.

— Ты что же, хвастаешься? — не смогла удержаться я от шпильки, делая шаг в сторону. Дракон обошел вокруг меня, постепенно сокращая расстояние.

Присутствие Двэйна, его чувственная сексуальность действовали на меня опьяняюще. Это было странное чувство. Странное и опасное.

— Как можно, моя драгоценная, — притворно изумился он, вставая за моей спиной. — Я соблазняю тебя.

— И как? Обычно это действует? — нервно спросила я.

— Ты мне скажи, — тихо сказал он мне на ухо своим глубоким голосом.

— В своем мире я работала с драгоценностями. Этим тебе меня не удивить.

— Значит, мне досталась не только красивая, но еще и умная наложница, — не то промурлыкал, не то прорычал он. — Тебе очень идет это платье, Роза. Но без одежды ты мне нравишься больше. — Большие ладони накрыли мои плечи и заскользили вниз, стягивая накидку.

Я крепко сжала губы, чтобы не вспылить и не сказать Двэйну, что я думаю о его собственническом тоне. Справившись с собой, я снова заговорила.

— Стоило ли тогда присылать все эти дары? Не лучше ли сразу приходить к тебе голой?

Он так резко развернул меня к себе, что я громко охнула. Двэйн приподнял мой подбородок, заставив взглянуть в свои глубокие зеленые глаза. Его большой палец заскользил по моей нижней губе, и я прерывисто вздохнула.

— Я ждал целый день, представляя, как твоя одежда полетит на пол, а ты будешь выполнять любое мое желание, — прошептал он мне в губы. Как я поняла из общения с Двэйном, он предпочитал отвечать только на те вопросы, на которые считал нужным ответить.

— Почему ты не сказал, что у тебя есть эссия?

— А что бы это изменило? — Зеленые глаза ласково скользили по моему лицу. В их глубине я видела мерцающие золотые искры.

— Она знает об ожидающей ее участи?

Двэйн чуть нахмурился.

— А откуда ты это знаешь?

— Я очень любознательна, — криво усмехнулась я.

— Не забивай этим свою голову, Роза. Тебе ничего не грозит, если ты волнуешься за себя.

— Но Камилла все-таки знает? — настаивала я.

— Нет. И ты не должна говорить, — сверкнул глазами Двэйн, а его голос прозвучал угрожающе. — Тебя это не касается. Здесь ты не эссия.

— Вард и Рой придут за мной? — задала я вопрос, который не давал мне покоя даже во сне.

— Обязательно придут, — кивнул Двэйн, костяшками пальцев поглаживая мою щеку. — Драконы ничего не отдают просто так. Но ты не должна волноваться об этом, Роза.

— Ведь ты тоже не отдаешь свои игрушки, я помню, — невесело усмехнулась я. — У меня есть предложение, Двэйн.

— Какое, моя драгоценная? — Он приблизил свои губы и принялся покрывать легкими поцелуями-прикосновениями мои губы. Сначала верхнюю, потом нижнюю.

— Я согласна провести у тебя месяц. За это время я… — Я прикрыла глаза, собирая остатки храбрости. — Я позволю тебе делать со мной все, что ты захочешь.

— Неужели? — рыкнул Двэйн, пальцами скользя по обнаженной коже рук: от плеч до запястий и кончиков пальцев.

— Но после этого срока ты отпустишь меня. И позволишь уйти.

— И куда же ты пойдешь? — хмыкнул он, скидывая мою накидку и расстегивая золотой пояс платья. Пряный запах, исходящий от кожи Двэйна, щекотал мое обоняние, заставлял кровь закипать, а сердце биться быстрее.

— Тебя не должно это волновать. Я просто хочу снова стать свободной.

— И вернуться в свой мир? — Двэйн ловко распустил ленту, державшую горловину платья, и легкая ткань, словно облако, скользнув по моим бедрам, опустилась на пол. — Этого ты хочешь, Роза? — спросил он, отходя на шаг и любуясь мной. В потемневших от страсти зеленых глазах горели искры желания.

Двэйн медленно снял тунику, не сводя с меня глаз, затем распустил завязки штанов. Я будто глупая добыча, зачарованная прекрасным гибким хищником, не могла пошевелиться и избавиться от наваждения.

— Да, — выдохнула я наконец, глядя на натянувшуюся ткань штанов в области паха. — Это все, чего я желаю.

Двэйн сделал шаг навстречу и резко притянул меня к себе. Моя грудь сплющилась о его мускулистое тело, сердце бешено застучало в груди, а ноги стали ватными.

Грубым, жадным поцелуем Двэйн смял мои губы, заставляя открыть рот и принять его язык. Нежности не было в его движениях, лишь губительная, бешеная страсть и желание утвердить свою волю. Он целовал меня бешено, глубоко, держа обеими руками так, чтобы я не могла вырваться. Губы у меня болели, вжимающееся в него тело стало словно чужим, грудь налилась, а между ног уже было мокро.

Когда Двэйн наконец отстранился, я жадно хватала ртом воздух, мне казалось, что я умираю от нехватки кислорода, а дракон, глядя на меня своими мерцающими глазами, ясно давал понять, чего он хочет. Сам он прислонился к столу, опершись на него руками. Я видела, как его сильные пальцы сжимают край столешницы.

Я опустилась на пол, стянув с бедер Двэйна штаны. Крупная налитая плоть оказалась прямо перед лицом. Подняв на дракона глаза, я увидела немой приказ, которого нельзя было ослушаться. Обхватив губами разгоряченную плоть, я вобрала ее и принялась осторожно посасывать, чувствуя вкус смазки.

Ладонями я гладила сильные бедра Двэйна. Бедра умелого наездника, искусного воина. Подняв руки выше, я почувствовала, как напрягается его живот под моими прикосновениями. Я замерла, обхватив член руками, и снова взглянула на Двэйна.

— Продолжай, — велел он хрипло. — Не останавливайся.

— Ты согласишься на мои условия, Двэйн? — тихо спросила я.

Он чуть наклонился, сжав мою челюсть пальцами. В прищуренных глазах сверкнуло едва сдерживаемое недовольство.

— Продолжай!

И я продолжала. Обхватив гладкую, теплую головку члена губами, я точечными движениями касалась ее центра, заставляя Двэйна почти рычать. Одарив ласками головку, я вобрала в рот крупную плоть, ощущая, как она скользит между языком и небом, глубже, еще глубже, доставая до горла, но даже так не убираясь полностью. Я гладила руками корень члена, порхающими движениями ласкала бархатистую кожу пальцами, чуть надавливала на потяжелевший мешочек мошонки.

Между ног у меня было горячо и влажно, низ живота жгло неутоленное желание. Неожиданно Двэйн отстранил меня, смахнул со стола все, что там было, — бесценные камни полетели в разные углы комнаты, — и, заставив меня встать с коленей, почти бросил на гладкую поверхность животом. Приказав мне раздвинуть ноги, погладил местечко между ними, одобрительно хмыкнул и резко вошел внутрь. Рукой он сгреб мои волосы, заставляя чуть выгнуться.

Дракон двигался быстро, будто ему не терпелось дойти до финала. Я поймала себя на том, что подстраиваюсь под его бешеные выпады, двигая бедрами навстречу. Он входил глубоко, вырывая из моей груди громкие, хриплые стоны, заставляя кожу пылать, а сердце бешено биться.

Неожиданно Двэйн остановился, отпустив мои волосы. Я легла на стол, тяжело дыша и наслаждалась передышкой. Сердце стучало в таком диком темпе, будто хотело выскочить из груди. Интересно, можно ли умереть от наслаждения?

Я повернула голову набок, чтобы увидеть, как Двэйн откидывает крышку знакомой шкатулки, которая теперь в одиночестве красовалась на столе, и достает оттуда смазанный маслом с запахом сирени гладкий, отполированный фаллос. Я облизал губы, чувствуя знакомый огненный вихрь внизу живота.

— Твой подарок, — шепнул Двэйн, проводя фаллосом между моих ягодиц и чуть надавливая им на узкое отверстие.

Я выставила попку, когда Двэйн усилил нажим, вводя игрушку глубже. Мои внутренние стенки туго обхватили прохладную поверхность фаллоса, низ живота свело сладкой судорогой в ожидании того момента, когда Двэйн начнет двигать им и двигаться сам.

— Тебе нужно научиться терпению, моя драгоценная, — сказал Двэйн, начиная мягко вводить фаллос и вырывая из моей груди очередной стон.

Я жадно устремилась ему навстречу, когда дракон одновременно подался вперед и стал легко водить игрушкой вперед-назад, постепенно наращивая темп. Казалось, воздух в комнате наэлектризовался, как перед грозой. Мне хотелось, чтобы Двэйн прекратил эту сладкую, чувственную пытку, перестал мучить меня предвкушением наслаждения, подарить которое было сейчас в его власти.

— Прошу тебя… Двэйн…

— Скажи, чего ты хочешь, Роза, — велел он, проводя свободной рукой по моей спине.

— Тебя, — простонала я, скользя грудью по мокрой от пота поверхности стола.

Сзади я услышала довольное, одобрительное хмыканье, после чего Двэйн резкими, глубокими, насаживающими движениями начал пронзать мое тело, разгоряченное его умелыми ласками.

Стол раскачивался от наших яростных движений, пряный запах Двэйна смешался с запахом сирени, и я почти теряла сознание от жгучего, обволакивающего меня ощущения наполненности.

Нежности здесь не было места, осталась дикая, почти звериная похоть. Я громко стонала, вцепляясь пальцами в край стола, пока Двэйн бешено двигался внутри меня.

— Ты принадлежишь мне, Роза. Вся. Целиком и полностью. Запомни это. Хорошо запомни, — с каждым его словом толчки становились все глубже и яростнее, а я почти теряла сознание, словно распадаясь на атомы, на мельчайшие частички истинного удовольствия, которые жгли мое тело.

Двэйн с рычанием вошел в меня последний раз и замер. Его семя устремилось внутрь, а потом, когда он отстранился, потекло по бёдрам. Липкое, горячее, словно обжигающее кожу.

Мое тело сковал сладостный спазм, после которого огненный вихрь, от которого тело пылало от макушки до кончиков пальцев на ногах, подхватил меня и унес туда, где было лишь чистое блаженство.

Какое-то время я просто лежала, не в силах подняться, но вскоре волна удовольствия, накрывшая меня, медленно отступала, входя в берега. Так искры затухающего костра продолжают вспыхивать отдельными язычками пламени.

Придя в себя после бешеного двойного оргазма, тяжело дыша, я встала и, подняв платье, прижала его к себе.

— Разве я разрешал тебе уйти, Роза? — удивленно спросил Двэйн, наблюдая за мной. Полностью обнаженный, он стоял, прислонившись к каминной полке, с которой взял кувшин с вином и налил себе целый кубок. Осушив его в несколько глотков, подошёл ближе и протянул руку, взглядом приказывая отдать платье.

— У нас есть время до утра.

— Но ты не ответил…

На мои губы лег указательный палец.

— Ты получишь все ответы, когда мы закончим, — пообещал он, отставляя кубок и делая приглашающий жест в сторону своего королевского ложа. — А пока я хочу сполна насладиться твоим обществом.

— Скажи сейчас, Двэйн, — упрямо сказала я, выше вскидывая голову.

— Ты что, снова споришь со мной?

— Я всего лишь хочу получить ответ.

Двэйн, улыбаясь краешком губ, смотрел на меня с таким выражением, словно видел перед собой кого-то, кого не стоит воспринимать всерьез. Видя, что он продолжает молчать, я обошла его и направилась к выходу из спальни.

— И куда же ты, моя драгоценная? — донесся мне в спину его смеющийся голос.

— Доброй ночи, Двэйн. Видимо, договориться у нас не получится.

Дракон настиг меня внезапно. Набросившись сзади, он прижал меня к своему сильному, обжигающе горячему телу. Выхватив из рук платье, отшвырнул его куда-то в сторону, а затем развернул меня лицом к себе, не давая пошевелиться, хотя я сопротивлялась как могла.

— Ты уйдешь, только когда я позволю тебе, Роза, — угрожающе произнес он, а я запоздало вспомнила о том, как опасно злить дракона.

_________________________

*Падпараджа (также называют «восход солнца») — розовато-оранжевые сапфиры.