Глава 10

Остаток ночи я запомнила плохо. Часы до рассвета превратились в буйство эмоций и ощущений на пределе. Несколько раз Двэйн терял контроль над своим пламенем и поджигал кровать. Под утро в комнате пахло палеными перьями. Обуглившаяся подушка валялась на полу, от нее вверх поднималась струйка дыма.

— Такое ощущение, что в этой комнате кого-то пытали, — устало выдохнула я, придя в себя после очередного оргазма. — Кто-нибудь умирал после ночи с драконом? Мне кажется, я сейчас умру.

— А с кем же я проведу следующую ночь? — самодовольно поинтересовался Двэйн, поворачивая голову и глядя на меня.

Волосы у него были спутаны, грудь тяжело вздымалась, но покрасневшие глаза удовлетворённо мерцали.

— У тебя целый гарем. Думаю, кто-нибудь согласится тебя порадовать.

Двэйн привлек меня к себе и легко коснулся губами макушки.

— Я представлю тебя отцу.

— Что? Зачем? — Я вспомнила того величественного мужчину, который встречал нас у ворот замка. Он не показался мне очень дружелюбным. — Это лишнее.

— Сейчас возвращайся к себе, но будь готова к вечеру, — велел Двэйн. — Платье тебе пришлют.

Я встала и нетвердой походкой прошла к тому месту, где на полу лежало платье. С трудом надев его и повернувшись к Двэйну, поняла, что он следит за мной. Чувствуя, как щеки заливает жар, — хотя чего бы мне стесняться после такой-то ночи! — я резче, чем собиралась, напомнила:

— Ты ничего не ответил по поводу моего предложения.

— Какого, Роза?

Я закрыла глаза и медленно сосчитала до пяти. Потом открыла их и спокойно сказала:

— Я провожу месяц у тебя, выполняю все твои желания, а потом ты меня отпускаешь.

— Так ты это серьезно? — расхохотался дракон. — Я решил, что это какая-то шутка.

Я недоуменно смотрела на его веселье.

— Нет, черт возьми! Это не шутка!

Двэйн перестал смеяться и, заложив руки за голову, ответил:

— Мой ответ — нет.

— Почему? — прорычала я. — Почему ты сразу не сказал, а заставил меня вытворять все это сегодня? Здесь, с тобой!

— Не обманывай себя, моя драгоценная. Ты же сама этого хотела. И заметь, мне не понадобилось прибегать к помощи возбуждающих эликсиров.

Двэйн вдруг легко поднялся и подошел ко мне. Я отскочила в сторону.

— Не подходи ко мне! Не смей касаться! Обманщик! И почему я только поверила тебе? Ты ничуть не лучше Варда и Роя!

Не слушая моих возражений, дракон подходил, пока я не уперлась спиной в стену и расстояния между нашими телами не осталось.

Он положил руку на мое горло и чуть сжал. Я чувствовала, как шумит в ушах кровь, отбивая дробь, стучит сердце, а тело готово снова слиться с Двэйном, как будто мало нам было ночи!

— Я хочу уйти, — твердо сказала я, хотя вовсе не чувствовала уверенности.

— Ты помнишь, что я говорил о правилах? — тихо поинтересовался Двэйн.

Я молчала. Нажим руки усилился. Было не больно, но унизительно. Прищуренные зеленые глаза требовали ответа. И я знала, какой ответ должна дать.

— Да.

— Тогда выполняй их, Роза, — прорычал он. — И даже не думай о побеге, — словно читая мои мысли, добавил вдруг дракон. Видимо, удивление все-таки проскользнуло на моем лице, потому что Двэйн продолжил: — Я же сказал, что читаю тебя, будто открытую книгу. Я тщательно охраняю свою сокровищницу, а все свои сокровища я знаю наперечет.

Двэйн разжал руку, позволяя мне уйти. Я смерила дракона неприязненным взглядом и, развернувшись, заспешила прочь из его покоев.

***

— Она вернулась только под утро.

— Всю ночь у владыки провела.

— Служанки говорят, его покои почти сгорели.

— Он прислал ей ещё несколько платьев.

— Пригласил на ужин со своим отцом.

Обрывки разговоров, шепотков и пересудов то и дело долетали до меня, пока я пересекала гостиную гарема, чтобы отправиться на злополучный ужин.

Я поспала до вечера и все равно чувствовала себя разбитой. После такого секс-заезда на драконе, как я мысленно окрестила ночь с Двэйном, требовался отдых основательнее нескольких часов.

— Роза, — окликнула меня Камилла.

Я посмотрела на эссию Двэйна.

— Ты тоже идёшь на ужин?

— Естественно. Я же эссия, — так гордо ответила она, что мне захотелось рассмеяться.

Мы вышли с территории гарема и двинулись по коридорам и лестницам в основную часть замка.

— Говорят, ты всю ночь провела у владыки, — начала разговор Камилла.

Я мысленно закатила глаза. Меньше всего мне хотелось обсуждать прошлую ночь с ней.

— Угу.

— Наш владыка быстро увлекается и также быстро остывает. Имей это ввиду, Роза, — весело заметила она.

— Учту.

Какое-то время мы шли в молчании, пока Камилла снова не заговорила:

— Ты видела девушек. Их много, очень много. А тебе сразу же достались лучшие покои. Я бы на твоем месте не радовалась.

— Спасибо за предупреждение, Камилла, — вежливо отозвалась я.

— Откуда ты, Роза? — подозрительно спросила она, беря меня за локоть и заставляя остановиться.

— Из замка серебряных драконов, я ведь уже говорила.

— И какую должность ты там занимала? Где владыка увидел тебя? Ты не похожа на обычную служанку. Ты даже не называешь нашего владыку его титулом. Если он узнает об этом, будет недоволен.

— Ты можешь рассказать ему, если хочешь, Камилла, — я дернула рукой, высвобождаясь из цепких пальцев эссии.

Серые глаза девушки опасно сверкнули, но она справилась с эмоциями.

— Я лишь хочу, чтобы владыка был доволен, Роза. В этом наш общий долг.

— Ну конечно, как же я могла подумать иначе, — в тон ей ответила я.

Остаток пути до обеденного зала прошел в молчании. Когда мы вошли в помещение с двумя жарко натопленными каминами, оказалось, что стол накрыт на четверых.

Камилла устроилась на своем месте.

— Роза, проходи, садись, владыка и его отец скоро будут, — приветливо указала она на место напротив, как будто только что мы не обменялись не самыми любезными словами.

Я решила, что с сумасшедшими надо играть по их правилам и, так же широко улыбаясь, села на предложенное место.

Я успела устроиться на стуле вовремя, потому что двойные двери распахнулись, и в зал вошёл Двэйн со своим отцом. Двэйн был в темно-зеленой тунике, черных штанах и высоких кожаных сапогах. На его отце красовался костюм из дорогой, расшитой узорами ткани. Он опирался на трость, набалдашник которой был выполнен в виде драконьей головы с глазами-сапфирами.

Подойдя ближе, Двэйн сказал:

— Роза, это мой отец, милорд Даррэль эр Истраллиорд. Отец, это Роза. Моя новая аша́я.

Мне резануло слух слово «новая». А где, интересно, старая? Черноволосый дракон посмотрел на меня темными, будто ночь, глазами. Он небрежно кивнул мне, и на этом изъявление его вежливости закончилось.

— Новая? — спросил он, устраиваясь на другом конце стола. — Если мне не изменяет память, это у твоего брата была ашая.

— Ашая? — прищурилась Камилла. — Владыка, это очень большая честь. Многие в гареме могу быть недовольны.

— Главное, чтобы был доволен я, эссия, — отрезал Двэйн, сверкнув в сторону Камиллы глазами. Она быстро переглянулась с его отцом и опустила глаза.

— Конечно, владыка. Просто я хочу, чтобы все жили в мире.

Слуги наполняли кубки золотистым вином, Двэйн смотрел на меня. От его взгляда у меня перехватило дыхание.

— И кто такая ашая? — поинтересовалась я.

— Откуда ты, девушка, если не знаешь, кто такая ашая? — недовольно поинтересовался отец Двэйна, делая глоток вина.

— Я похитил Розу из замка серебряных драконов, — ответил за меня Двэйн.

— Похитил? — усмехнулся Даррэль. — Что ж, это добрая традиция.

Я осушила кубок вина для храбрости и, дерзко посмотрев на Двэйна, сказала:

— А похищать чужую эссию — это тоже добрая традиция?

Я понимала, что только желание насолить Двэйну за то, что произошло ночью, развязало мне язык, ведь я не горела желанием возвращаться к Варду и Рою.

Кубок выпал из пальцев Даррэля, вино потекло по белоснежному полотну скатерти, Камилла охнула, прижав руки к груди, а Двэйн продолжал отрезать себе кусочек мяса как ни в чем не бывало.

— Это правда? — угрожающе тихо спросил Даррэль.

— Истинная правда, — довольно кивнул Двэйн, отправляя в рот кусок.

— Что ты наделал, сын? — побагровел Даррэль, со стуком опуская кулак на стол. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал?

Двэйн отложил нож и вилку, медленно запил пищу вином и только после этого посмотрел на отца.

— Я сделал то, что посчитал нужным, отец.

— Вард и Рой знают, что это сделал ты?

— Они не сильно умны, но связать мой отъезд и исчезновение Розы, думаю, у них хватит мозгов, — спокойно ответил Двэйн.

Он вообще был поразительно спокоен. В отличие от меня. Я уже сто раз пожалела, что яд Сибиллы не лишил меня голоса насовсем.

— Это просто неслыханно! Ты нарушил непреложный закон Эрдракка! Серебряные явятся за своей эссией, и тогда быть войне!

— Пусть попробуют пойти против меня и тогда узнают, какова сила верховного. — Видя, что его отец собирается что-то возразить, Двэйн сказал: — Я все сказал, отец. Оспаривая мой приказ, ты лишь портишь мне аппетит, — предупреждение прозвучало с угрозой.

— Ты верховный, сын. Тебе решать, я могу лишь дать совет. И мой совет — избавься от девчонки немедленно, — отец Двэйна посмотрел на меня таким взглядом, словно мысленно уже убил, расчленил и закопал в замковом саду. Я крепче сжала в руке тканевую салфетку.

— Может быть, воткнете в меня нож прямо сейчас? — возмущенно выпалила я.

Скулы и шею Даррэля начал заливать нездоровый румянец.

— Да как ты смеешь обращаться ко мне, ты…

— Молчать! — процедил Двэйн. Над столом воцарилась тишина, прерываемая лишь шумным дыханием Даррэля. — От Розы я избавлюсь лишь в том случае, если она вызовет мое недовольство. Не раньше. А сейчас я бы хотел насладиться своим ужином, — прорычал Двэйн.

Остаток трапезы прошел в молчании. Мне кусок не лез в горло, Двэйн мрачно пил вино, его отец постукивал пальцами по столу, а Камилла бросала на меня полные ненависти взгляды.

— Твой брат никогда бы не допустил подобного, — сквозь зубы процедил Даррэль какое-то время спустя. Он явно был не из тех, кто легко сдается.

— Дарион не был безгрешен, он совершал ошибки, как и все мы, — недовольно произнес Двэйн, прожигая отца взглядом.

— Но Дарион…

Двэйн встал так резко, что ножки тяжелого кресла противно заскрипели по каменному полу.

— Камилла, возвращайся к себе. Доброй ночи, Роза. Сегодня можешь не приходить, — велел Двэйн своим приказным тоном, который я ненавидела.

— Очень рада этому обстоятельству, — не удержавшись, язвительно ответила я, вставая. Взглядом Двэйн мог бы убить меня, если бы хотел. — Прошлая ночь совершенно меня вымотала… владыка, — добавила я, пряча усмешку.

Морщина на лбу дракона словно по волшебству разгладилась, хотя в глазах все еще горел огонь.

— Иди, — уже мягче сказал он.

Я бросила на Даррэля мимолетный взгляд. Отец Двэйна сидел прямо, будто проглотил свою трость. На нас он даже не посмотрел. Мы с Камиллой выскользнули из зала.

— Значит, ашая, — протянула она какое-то время спустя.

— Кстати, кто это?

— Главная наложница, — с нехорошим смешком пояснила Камилла. Я не ответила. Да и слова здесь были излишни. Не дождавшись от меня комментариев, Камилла снова заговорила: — Надеюсь, он был осмотрителен.

— На что ты намекаешь, Камилла?

— Только на то, что мне понадобилась всего одна ночь с владыкой, чтобы забеременеть.

Я вспомнила, как горячее семя Двэйна много раз за ночь устремлялось внутрь меня. Но ведь он не знает, что я не могу иметь детей. Я вспомнила, как он пил вино. Может быть, в нем как раз и были травы от зачатия? Или в моей пище?

Одним словом, волноваться по этому поводу точно не стоило.

— Что ж, надеюсь, что он был осмотрителен, — пожала я плечами.

Мы проходили узким коридором, и Камилла резко остановилась. Внезапно она толкнула меня. В ее тонких руках оказалась скрыта немалая сила. От неожиданности я спиной припала к стене, а Камилла встала напротив, сжав мою шею. Я обеими руками схватила ее запястье, пытаясь отвести в сторону, но Камилла была немного выше меня и полнее. К тому же растущий внутри нее сын дракона явно придавал ей силы.

— В своем мире я оставила мужа и дочь, — угрожающе зашипела она. — Хорошенько запомни это, перед тем как встать у меня на пути. Поняла? — Она сжала свои тонкие острые пальцы. Украшения на вороте платья впились мне в горло. Перед глазами начали расползаться черные мушки.

Камилла резко разжала пальцы, и я буквально сползла вниз по стене, жадно хватая ртом воздух и кашляя.

— В этом замке будет только одна эссия. И это буду я, — глядя на меня сверху вниз, сказала Камилла.

Затем развернулась и не спеша двинулась дальше. Вскоре стук ее каблучков замер вдали.

Я какое-то время сидела на ледяном каменном полу, пытаясь отдышаться и растирая горло.

Что от меня хочет эта сумасшедшая? Чтобы я приказала Двэйну не кончать? Видимо, драконий ребенок забрал ее последние мозги!

Проклиная на чем свет стоит драконов, их мир и чародеек, которые и придумали всю эту ерунду с призванными, я направилась в свою комнату, где Лали тут же напала на меня с вопросами.

— Ашая! Вы — ашая! — захлопала она в ладоши.

— Прекрати, пожалуйста, пока сюда не сбежались все, — огрызнулась я, падая на кровать и растирая горло.

— Что с вами, госпожа? — спросила служанка, заметив мое состояние.

— Камилла не желает видеть здесь еще одну эссию, только и всего, — пояснила я.

— Вы должны сказать владыке! Вы же помните, что с вами чуть не сделала леди Сибилла.

Да, это я помнила, и урок усвоила.

— Здесь есть лекарь, Лали? Позови ко мне лекаря, прошу.

— Вам плохо, госпожа?

— Мне нужно выспаться, хочу, чтобы лекарь дал мне какое-нибудь успокоительное, а еще лучше снотворное.

Лали кивнула и вскоре вернулась с лекарем. Ей оказалась круглая, словно яблоко, женщина.

Накапав в кубок с водой несколько капель сон-травы, она протянула мне бутылек.

— Я оставлю вам целый флакон. Возьмите, ашая, принимайте по паре капель, когда вас будет мучить бессонница.

Я могла лишь удивленно вскинуть брови. Ну вот, уже и знахарка знает, что у Двэйна появилась ашая. Видимо, слухи по гарему разлетались быстрее ветра.

Я сжала в руке заветный пузырек, думая о том, что он мне несомненно пригодится. В голове уже оформлялся план, пока что смутный и неясный, но многообещающий.

А еще мне понадобятся силы и все актерское мастерство, на которое я способна, чтобы Двэйн ничего не заподозрил.

Приказав себе успокоиться и чувствуя, как под действием настойки закрываются глаза, я легла спать и почти сразу уснула. А наутро меня разбудил встревоженный голос Лали:

— Госпожа, просыпайтесь! Они здесь! Владыки Вард и Рой пришли за вами!