Глава 52

Глава 52

Горан

Я стою на краю обрушенной площади. Камень крошится под ногами. Совсем рядом Кромка поля. Пыль еще не осела после падения колонн. Чернобог рядом. Его взгляд скользит по обломкам. Туда, где лежит тело Велезара.

- Давно следовало избавиться от него, - спокойно произносит Владыка. – Слишком стал жаден до власти.

Он поднимает голову и смотрит на меня. Его взгляд сочится разочарованием.

- А вот в тебе я видел куда больший потенциал. Думал, из тебя выйдет отличный управленец. Собирался сделать тебя царем Светозарии, как только закончил бы с ней. Но ты… - Чернобог кривит губы, - оказался таким же, как твой отец. Слабым, простодушным.

Я чувствую, как внутри поднимается глухая злость.

- Я горжусь тем, что похож на своего отца, - выпрямляю спину и смотрю прямо, не отводя взгляд. – И тем, что как ты не старался, так и не смог перетащить меня на темную сторону.

Чернобог делает едва заметное движение рукой. Резкая вспышка и мир рвется. Меня отбрасывает назад, на обломки.

- Глупец, - слышу его слова. – Я раздавлю тебя, как вошь.

Еще один удар. Тело выкручивает. Мышцы словно трещат, готовые лопнуть. Пытаюсь обернуться драконом, но магический обруч не дает это сделать. Перед глазами все плывет. Хочу подняться, но меня вновь отшвыривает. Падаю спиной на острые обломки камней. Ощущение, будто меня всего дробят на части. Воздуха не хватает.

- Стой! – слышу крики толпы. С трудом поворачиваю голову. К Кроме поля идут люди. Мои люди. Все те, кто штурмовал храм, сейчас спустились к нам и движутся в сторону Чернобога. – Не тронь его!

- Пошли прочь, - рявкает Владыка.

Пас рукой в сторону людей. Первые ряды откидывает назад. Но толпа не разбегается - упрямо стоит на своем.

- Всех не перебьешь! – кричит кто-то из мужчин.

- Мы Горана не отдадим! – вторит другой. – Оставь его, а не то пожалеешь!

- Бунт устроим! Не будем работать!

Выкрики подхватывают остальные.

Чернобог смотрит на них с презрением.

- Вы правда думаете, что я нуждаюсь в вас? Я? В вас? – на его лице появляется злая усмешка. – Все это время Невьград был лишь моей удобной кормушкой. Источником силы и крови. Я не позволял Велезару перерезать всех вас одномоментно только потому, что мне хватало тех жертвоприношений, что вы проводили.

Он делает еще один пас рукой и с десяток человек отлетают, точно сломанные куклы.

- Я оставлял вас про запас. На тот самый день, когда накоплю достаточно силы, чтобы забрать себе Светозарское царство.

Он поднимает руку, и поле под нами дергается, словно откликаясь на зов.

- Ваша смерть теперь будет мне только на руку. Я затоплю поля вашей кровью и покорю Светозарию.

Я пытаюсь подняться. Стискиваю зубы, не обращая внимания на боль. Пока Чернобог отвлекается на людей, я должен воспользоваться моментом и атаковать. Я должен его одолеть. Ради всех нас. Пусть даже ценой своей жизни.

Над полем раздается женский голос.

- Стой.

Не громкий, но от него по спине проходит холод. Я оборачиваюсь на звук.

Мара.

Я не сразу узнаю ее. Она изменилась. В ней больше нет ленивой насмешки, нет простого деревенского платья. Сейчас она облачена в темный наряд, цветочный венок сменила на корону из черепов. В одной руке Мара держит светящийся серп, в другой – фонарь, из которого сочится сама тьма.

Замечаю неподалеку Весю, Лизу, бандитов и людей с поля.

- Я так и думал, что ты не усидишь в стороне, - насмешливо произносит Чернобог.

- Я боле не стану взирать на твои злодеяния, - голос Мары тверд.

Она ведь не хотела вмешиваться в битву. Почему передумала?

Оборачиваюсь на Весю с Лизой. Неужели им удалось уговорить богиню?

- Уйди, - приказывает Владыка.

- Нет.

- Значит, умрешь вместе с остальными.

- Еще поглядим, - не уступает ему Мара.

Чернобог начинает злиться.

- Ты всерьез думаешь, что у тебя есть шанс? Что ты умеешь? Облегчать страдания умирающих? Провождать в последний путь? Тогда как я уничтожал целые города. Тебе не справиться. Уйди. - Он подходит ближе. Понижает голос, но я слышу его слова. – Уйди, пока не поздно. Я не хочу тебя убивать.

- Кто-то должен тебя остановить, - Мара упрямо смотрит на него.

Он вздыхает.

- Что ж. Сама виновата.

Поднимает руку. Поле оживает.

Из трещин поднимаются все известные и неизвестные нам твари. Уродливые, исковерканные.

Я дергаюсь вперед, чтобы помочь богине, но откуда-то появляется Ратимир. Хватает меня за плечо. Оттаскивает.

- Она там одна!

- Нам нужно увести людей, - кричит Ратимир.

Он прав.

- Все в Подгород! – кричу я. - Быстро! Не останавливайтесь!

Успеваю проконтролировать, чтобы Веся и Лиза тоже оказались в безопасном месте.

Краем глаза вижу, как Мара размахивает серпом, уничтожая тварей одну за другой. Те яростно кидаются на богиню, пытаются разодрать когтями, сожрать живьем, но серп неустанно рубит на куски всех, кто оказывается слишком близко. Тьма из фонаря стелется черной завесой, не давая монстрам напасть со спины.

Даже во время волны, что мы пережили с Весей, Поле выглядело менее пугающим. Но Мара уверенно продолжает отбиваться.

- А ты, я смотрю, окрепла, - выкрикивает Чернобог, заглушая рев существ.

- Мне приходилось сотнями изводить твои порождения, дабы людей сберечь, - дыхание Мары сбивается.

Я замечаю, как тяжело ей дается эта битва. Богиню пошатывает. Она явно не привыкла к таким сражениям.

Оглядываюсь на людей. Вроде всех удалось увести с Кромки. Теперь мы стоим на помостах Подгорода, наблюдая за сражением двух богов. Вокруг Мары уже гора трупов, но поток чудищ не заканчивается.

Небо резко темнеет. Стая мракокрылов летит в нашу сторону. Гомон, писк, шелест крыльев. Они все ближе. Сердце тревожно сжимается: Мара не справится. Она и так едва отбивается. Дымная завеса, что защищает ее, постепенно рассеивается. Твари все чаще нападают, атакуя сзади. Видно, как ее силы тают на глазах.

- Ты могла бы править этими землями вместе со мной, - кричит Чернобог, упиваясь моментом триумфа. - Но предпочла жить в полях, подобно бродяжке.

- Я чаяла, что ты подобен мне, - отвечает Мара. – Что на родине нашей творил ты зло не по своей воле. Думала, что в сердце твоем свет был, да только война его погасила. Но я ошиблась.

- Рад, что ты наконец прозрела, - хохочет Чернобог. – Мне нравилось убивать. Нравилось разрушать. Это ты вбила себе в голову, что поражение сломило меня. Наоборот, оно сделало меня сильнее!

Мара оступается. Падает. Пытается вновь подняться. Серп выпадает из рук.

Владыка делает пас рукой и чудища замирают.

- Уходи! – рычит он. – Последний раз предлагаю. Ради того, что между нами когда-то было. Иначе умрешь.

- Не уйду.

- Дура!

В руках Чернобога появляется красный искрящийся шар. Он швыряет его в Мару. Ее отбрасывает. Она падает, скользит по камню. Еще один такой удар, и он просто добьет ее.

Мне хочется рвануть вниз. Знаю, что Чернобог убьет и меня, но я не могу смотреть, как он убивает богиню.

- Она справится, - рука Лизы оказывается на моем плече. – Свет всегда побеждает тьму.

И почему-то от этих простых слов в груди появляется уверенность, что и правда справится. Мара не проиграет.

Чернобог направляется к упавшей богине, подобно тигру, который точно знает, что добыча уже не сможет убежать. Мара поднимает голову и даже со своего места я вижу, что на ее щеках блестят слезы.

- Ты гневался на Дахо, - говорит она, - за то, что он разрушил наш мир. А теперь сам рушишь чужой.

- Я всего лишь беру то, что должно быть моим.

- Ты не остановишься на Светозарии. Тебе всегда будет мало. Ты будешь убивать, пока не зальешь кровью все земли.

Ее голос дрожит.

Мара поднимает руку.

- Что ты творишь? – Чернобог изумленно отшатывается.

Я даже со своего места чувствую, что что-то изменилось. От Мары теперь идет совсем другая сила: тихая, усмиряющая.

- Дарую покой, - произносит Мара.

Чернобог дергается, но волна магии накрывает его. Медленно, плавно. Чернобог пытается вырваться. Его лицо охвачено ужасом.

- Прекрати, - сипит он. Это уже не приказ. Это мольба.

Слезы текут по щекам Мары, но она не опускает рук. Продолжает окутывать Владыку магией смерти.

- Тебе пора отдохнуть, - печально произносит она.

Движения Чернобога становятся неровными, он оседает на камни. Его лицо постепенно разглаживается, будто он отходит ко сну. В его взгляде появляется что-то человеческое. Горечь сожаления.

Тело полностью обмякает.

Мара подхватывает его. Бережно опускает на землю. И вдруг ломается. Прижимает его к себе и рыдает. Горько, с надрывом. Как человек, который слишком долго цеплялся за иллюзию и только сейчас ее отпустил.