17

Не знаю сколько мы скакали в таком темпе, но мне сделалось нехорошо, или меня укачало с непривычки, я позвала Арагора и попросила сбавить темп. Он остановил лошадь, спрыгнул с неё и расправив плечи, всматривался вдаль. Похлопывал своей огромной рукой по морде жеребца и по всему одухотворенному виду мужчины мне стало понятно, как он любил это место.

Приступ дурноты сошёл на нет и я тоже захотела размять затекшие ноги, но сидя в седле на этом огромном жеребце боялась сделать лишнее движение. Боялась, что он сорвётся с места и понесёт меня вдаль.

— Он чувствует твой страх, — спокойно произнес Арагор, даже не смотря в мою сторону. Жеребец бил копытом и громко выдувал воздух ноздрями, словно был чем — то недоволен.

— Спустите меня на землю, — попросила я.

Арагор снял меня с седла и поставил на ноги, окидывая взглядом сверху вниз.

— Расскажите мне о своём… мире. Почему здесь нельзя бывать людям и почему если вы знаете о другом мире и его инновациях не внедрите нечто подобное сюда?

— Слишком много вопросов, саархат. Я отвечу тебе только на один, — на невозмутимом лице Арагора не отражалось ни одной эмоции.

— Хорошо. Если вы говорите, что здесь нельзя находиться людям, то почему забрали Эрика и меня?

— Эрик больше не человек, — Арагор всмотрелся мне в лицо, а потом отвернулся снова рассматривая массивные горные вершины покрытые снегом. — В нем теперь течёт кровь моего народа. Я не пошутил, когда сказал недавно, что убив наших волков он забрал себе их силу.

— Что? Так вы оборотни? — оскалилась я.

Арагор молчал, но это больше всего походило на правду. Кровь на их лицах, ужасные маски и огромные собаки…

— Вы тоже принимаете личину волка или какого — то чудовища поэтому и холода не чувствуете и в другой мир вам нельзя? — я судорожно перебирала свои воспоминания об этом человеке и Люцие.

— Мы договорились на один ответ и он уже прозвучал. У тебя много вопросов, саархат и ни грамма повиновения, — Арагор сделал несколько шагов вперед. Я смотрела в его спину и догадка, озарившая меня вышибла весь воздух из груди.

— Вы племя волков. Оборотней! Поэтому ваш народ живёт в скалах, там ваше безопасное место? Но ваша кожа бывает холодная, как металл…

— Вижу тебе стало не так безразлична история моего рода? — мужчина обернулся и нечто страшное промелькнуло в его глазах. — Ты права лишь наполовину. Нам нельзя жить в твоём мире среди людей, но бывать и иметь такой же дом и развлечения, как у всех людей — вполне. Дело в другом. Это корни и ответственность, преданность своему народу. И чтобы не нарушать равновесия сил мы мы никогда и ничего не берем с собой из других мест какие посещаем.

— Я сначала подумала, что вы вампиры… — такая мысль промелькнула в моей голове и была связана именно с тем, потому что мужчины были сильными, красивыми и их глаза окрашивались в красный цвет.

— О нет, в моем мире раньше было много крови и войн, но вовсе не потому. Я не оборотень. И не вампир. Это все сказки, но магия в этих местах имеется.

Хотя что я знала обо всех этих существах? Об оборотнях лишь то, что они похожи на огромных волков и живут в стае… А о вампирах, что пьют кровь и прячутся от дневного света. Больше ничего. Арагор не был замечен в перевоплощении в волка и света он не боялся.

— Много лет назад наш отец был великим воином. Он завоевал много земель, и там за горами ещё много, что принадлежит мне и Люцию. Наша мать была наполовину с такой же теплой кровью, как и у тебя, в вашем мире её бы прозвали ведьмой. Она прожила много счастливых лет с отцом и они долго правили, пока на нас не напали и не ранили отца, а затем не убили мать. Увы, отец после ранения оправиться не смог и я занял его место.

— Но разве не в ваших возможностях лечить любые болезни? — я вспомнила, как буквально на глазах заживали мои ссадины и синяки.

— Ты вспомнила, как я заживлял твои раны? — грустно ухмыльнулся он. — Ты человек. Очень слабая сущность. В моих возможностях тебя исцелить почти от любой болезни. Как и умертвить несколькими каплями крови. На людей моего войска моя магия действует иначе. Я не могу исцелить их, потому что воины и без того наделены силой.

— А почему нельзя брать людей из моего мира, если вы свободно можете существовать и в том, и в том?

— Это древние заветы. И свободно существовать в вашем мире мы не можем. На короткие промежутка времени вполне возможно бывать абсолютно в любой точке. Но не жить.

— Почему Кронисвар?

— Я давно нигде не был. Люций отправляется с горсткой таких же фанатиков за экстремальными ощущениями, которых им не хватает в спокойные времена в Армонилире. Устраивают бои между нашими волками и вашими людьми.

— Это жестоко… разрешать ему убивать ни в чем не повинных людей!

— Невинных людей он никогда не убивал. Или ты хочешь сказать, что абсолютно чиста перед вашим божеством? — мужчина прожег меня черными глазами. От их синевы не осталось и намёка.

— Я. Это… Не одно и то же. Я… Та девушка, что погибла ужасный смертью я не уверена, что забуду эту картину. Вы с братом всегда будете ассоциироваться у меня со зверьем. Ужасными монстрами, которые убивают людей и… насилуют их! — я гордо вскинула подбородок.

— Насилует? — насмешливо спросил он. — Вчера вечером ты тоже считаешь, что было насилие?

— Да!

— Хорошо, тогда сегодня я приду, чтобы повторить этот акт насилия, — твердо заявил мужчина.

— Нет! — возмутилась я несколько громче, чем я рассчитывала.

Но согласиться на его условия и принять его, как мужчину и все его ласки означало потерять себя и стать марионеткой в чужих руках. А я лучше приму смерть. Даже не представляю, что должно случиться, чтобы я переменила своего решения относительно этой особи.

— Что стало со всеми теми женщинами, что родили мёртвых мальчиков?

Да, я понимала, что если он продолжит упорствовать, то я обязательно забеременею и мне хотелось знать, что меня ждало.

— Ничего. Спустя время они умирали вслед за детьми…

Я сглотнула огромный комок. Единственное за что я была благодарна мужчине так это за правду. Он ничего практически не приукрашивал, а говорил так как есть.

— У моего народа есть старая легенда. И сейчас я тебе о ней расскажу… — он подошёл, обхватил меня за талию и посадил в седло.

Забрался в него следом и мы медленно продолжили движение. Я начала замерзать и дрожала несмотря на все слои одежды, что были на мне. В то время как кожа мужчины, когда он случайно коснулся моей руки вдруг стала теплой, как печь. Он таким образом пытался проявить заботу и не заморозить свою игрушку?

— Злой колдун из соседнего мира с горячей кровью полюбил сестру короля Хладных. Так и называют наш народ — Хладные. Потому что в жилах у нас течет холодная кровь и долгое время мы не обладали никакими способностями.

Внешне Арагор и Люций были белокожи и светловолосы, но внутри у Арагора иногда бурлила и кипела горячая кровь, как сейчас! Но я не стала перебивать мужчину и внимательно слушала его рассказ:

— Колдун похитил её и сделал своей женой. Но женщина Хладного рода не может родить ребёнка от человека с горячей кровью. Равно как и мужчина моего рода не может дать такой женщине ребёнка. Но колдун с помощью обрядов и заговоров сделал невозможное и нарушил равновесие сил. Спустя несколько месяцев женщина родила мою мать. Она стала первой, кто оказался наполовину человеком, наполовину Хладной. Колдуна убили, а девочку и ее мать Хладные забрали себе. Я и Люций сыновья этой девочки…

Снежный человек! Вот кого он напоминал мне с самой первой нашей встречи. Большой, с длинными светлыми волосами. Он не оборотень! А волшебные миры существовали на самом деле!