29

Пульс подскочил, потому что я отчётливо понимала, что не смогу убить мужчину. Я воровка, да, но не убийца. Пусть все моё внутреннее существо не хотело к себе такого отношения, не хотело быть пленницей, не хотело так… Он ломал меня, принуждал к близости и морально подавлял своей мощью и величием, но он не заслуживал смерти.

— Я стерплю эту боль. Давай, же Беатрис… — продолжал настаивать Арагор. Его пальцы погладили низ моего живота и скользнули вниз, коснулись моей плоти, надавили на клитор, пробежались по мягким складочкам, лаская меня. Я ощутила сильную слабость от возникшего напряжения между нами и моя хватка на рукояти клинка ослабла.

— Я постараюсь не умереть, но ты выпустишь свою злость и безрассудство и, может быть, наконец поймёшь, что я твой ориентир и твоя жизнь отныне тоже я. От меня зависит будешь ли ты счастлива — от тебя и твоей покорности… — шептал он тихо, смотря мне в лицо, надавливая мягкими массирующими движениями на клитор.

— Как раз моя непокорность тебя и заводит, — я разжала рукоять и нож упал между нами.

Арагор нахально улыбнулся, а я ощутила раскаяние, что смалодушничала и не вонзила нож ему в сердце.

— Второго шанса не будет, — будто прочитав мои мысли, сказал он глухим голосом. — А меня сейчас заводит все, что бы ты ни сделала. И лучше бы тебе было не знать моей страсти… Бесчувственное чудовище куда лояльнее отнеслось к тебе и твоим выходкам. Но не я. Ты меня заводишь так сильно, что я теряю контроль.

— Ненавижу… — прошептала я, а мужчина ввел в меня свой палец, продолжая пожирать мое лицо похотливым взглядом. Ведь я могла бы попытаться выпустить из него хоть каплю его хладной крови… Ох, Беатрис, какая же ты не решительная!

— Ты течешь на меня, — он вытащил палец и распределил им влагу между моих складок, ласкал меня, заставляя чувствовать себя низкой и падшей, сдавшейся рабыней, его саархат. Но я не буду принадлежать ему никогда! Пусть телом, но не душой…

— Нет, — я вырвалась из его рук и отвернулась от мужчины, прижимаясь к стене.

Арагор поднялся на ноги, возвышаясь надо мной скалой, стянул с себя одежду, оставаясь полностью обнаженным. Потянул меня на себя, перевернул на живот и лёг на меня сверху, придавливая весом своего тела и заблокировал все мои попытки к сопротивлению. Я уперлась руками в матрас и ягодицами ощущала его твёрдый член. Влажное и горячее дыхание коснулась шеи, а губы Арагора оставляли поцелуи на спине, вызывая шквал мурашек по всему телу от такой простой ласки. Он приподнял мои бедра и запустив руку между ног, продолжил свои настойчивые ласки.

— Ты вся дрожишь и горишь от желания. Ты жаждешь нашей близости и моей силы внутри себя. Ты мыслями сопротивляешься и не хочешь меня принимать, а твоё тело желает обратного, — я ощутила его горячую твёрдость у входа и он резким толчком проник внутрь меня, срывая с моих губ протяжный стон. Первые толчки всегда вызывали боль, но потом я теряла себя от безмерного чувства наполненности, словно он был везде… в каждой клетке моего тела.

Арагор двигался жёстко и грубо, держал меня сильными рукой за шею и блокировал мои движения. Но я и так побоялась бы шевелиться сейчас под ним. В этой позе я очень остро ощущала все его движения.

Задыхающаяся, беспомощная, я уронила голову на руки и приговаривала, всхлипывая и дрожа:

— Я не могу! Перестань, я больше не могу… Пожалуйста…

Тесно приникнув ко мне и крепко обняв обеими руками, он содрогался, раз за разом выплескивая в меня волны своей безумной страсти.

Возвращение к реальности сопровождалось диким ознобом. Мужчина заключил меня в кольцо своих рук, почувствовав мою дрожь. Дыхание замедлилось и сделалось более ровным, но я по-прежнему продолжала прижиматься к Арагору всем телом не в силах согреться.

— Если я получу иммунитет к твоей крови я смогу выходить на улицу и не мёрзнуть? — тихо спросила я даже не предпринимая попытки выбраться из его объятий.

— Мне бы очень этого хотелось, — произнёс Арагор. Мужчина не собирался от меня уходить, лежал в моей кровати, пока я как испуганный зверёк жалась к нему спиной и пыталась согреться.

— А ваши женщины… Их много? Я совсем не представлю деревню, в которой живет весь твой народ, но часто вижу ее в своих видениях, — мысли о странных снах занимали много моего времени.

— Она большая, но по меркам городов какие ты видела в своем мире, она совсем крошечная.

— А ваши враги? — Арагор тяжело вздохнул и я оущтила как напряглось его тело. — Ты ведь сам говорил, что пока вам ничего не угрожает, но скоро все может измениться…

— Саархат… — грудным голосом произнес мужчина.

— Я Беатрис!

— Саархат, — продолжил мужчина, я чувствовла, что он сейчас улыбался. — Столько вопросов у тебя ко мне, потому что я стал тебе вдруг небезразличен? Или есть другие причины этого интереса?

— Столько вопросов, потому что я ничего не знаю о том, что меня ждёт! И эта неизвестность пугает. Я не хочу умирать… Иногда мне кажется, что ты не занешь, что делаешь… Но ведь я все вижу!

— Ты не умрешь. Пока в моей возможности излечить тебя от любой болезни, — заверил меня Арагор.

— А потом, когда я получу иммунитет на твою кровь?

— Потом я уже не буду иметь такой власти над твоей безопасностью, — подтвердил мои опасения мужчина.

— Почему я вижу эти видения? Почти из ночи в ночь? Ведь ты тоже их видишь? — я выбралась из рук Арагора и погялдела ему в лицо.

— Я видел большую их часть, а так же и ту, в которой поджигаю тебя на костре. Но такого никогда не будет. Не знаю, что ты должна сделать такого, чтобы так сильно меня прогневить и разочаровать.

— За что привязывают твоих жителей к столбу?

— За измену. Предательство. Ложь.

— Значит я предам тебя или сделаю что-то, за что ты привяжешь меня беременную к холодному столбу, а потом сожжешь!

— Я не знаю, Беатрис. Видения могут быть обманчивыми, обязательно будет причина, по которой ты увидишь в итоге ключевую картинку.

— Мне страшно, я боюсь… — честно призналась я.

— Не бойся, — арагор шумно выдохнул. — На два дня я уезжаю из замка. И распорядился, чтобы завтра к тебе привели Эрика. Ненадолго. Сварлим достанет для тебя краски можешь рисовать в своей комнате сколько захочешь в мое отсутсвие. Но как только я вернусь ты переберешься жить в мою комнату.

— Спасибо… — это все немногое, что я могла выдавить из себя, хотя перезжать в другую комнату мне совсем не хотелось.

Арагор поднялся на ноги и оделся смотря на меня внимательным взглядом.

— Со временем ты привыкнешь и поймёшь, что ты оказалась в нужном месте и в нужное время. Я не знаю почему именно ты, но я уверен, что у нас все получится. Моему народу грозит смертельная опасность, я отвечаю за него своей головой. Как только в тебе подрастут ростки хладной крови, я сделаю тебя своей новой женой.

— Ты знаешь моё мнение на этот счёт. Я никогда не стану одной из вас…

— Ты станешь той, которая подарит жизнь наследнику. Пилат своими зельями подготовит твой организм к беременности. Мне важно, чтобы наследник родился здоровым и не умер.

Я ничего не ответила, проводила мужчину долгим взглядом и легла обратно в постель, которая все ещё хранила мужское тепло. Он наверное регулировал температуру своего тела, чтобы я не мерзла в его присутствии. Но впервые с момента его ухода и слов, что ему пора в деревню, я подумала о других женщинах, которые мечтали оказаться на моем месте. Но я по-прежнему не мечтала, вот в чем загвоздка.