28

— Что это? — я поднесла чашку к лицу, вдыхая противный аромат напитка и сморщила нос.

— Пей, саархат, колдун сказал, что тебя и твоё тело нужно подготовить к беременности, — сказала Зеним.

— Я не буду! — поставила чашку обратно на поднос и тряхнула головой.

Что они вздумали? Что я все их команды буду беспрекословно выполнять?

— Выбор у тебя невелик, — спокойным голосом произнесла Зеним. Я тяжело вздохнула, а женщина кивнула в сторону чашки. — Возможно его семя уже проросло в тебе и с каждым днем ребёнок будет расти и убивать тебя. Ты ведь не хочешь умирать, саархат? — я покосилась в сторону женщины — она говорила словами Арагора. Наверное это он «промыл» мозги моей няньке.

— Я и так пленница, Зеним! Даже если сбегу, то не знаю куда бежать, а холод вашего мира меня попросту убьёт. Так что… — я взяла чашку обратно в руки и сделала глоток вонючего напитка и поморщилась. На вкус он оказался не менее противным. — Что за гадость здесь намешана? — вытерла рот рукой и скривила лицо еще сильнее, заметив ликование во взгляде Зеним.

— Травы и капля крови властелина…

Эти слова прозвучали просто, но перед глазами предстала картинка, как старая злая ведьма стоит у огромного черного котла и готовит для меня этот вонючий отвар, помешивая его большим половником под лепет страшных заклинаний.

— Кровь Арагора? — удивилась я. Почему перед тем как попробовать питье я не задала этого вопроса?

Я хорошо помнила все свои ощущения, когда в прошлый раз имела неосторожность вкусить кровь властелина, потому что едва не умерла от жуткой лихорадки и интоксикации, а теперь они решили насильно вливать в мой организм по капле этого смертоносного яда? Они точно сошли с ума!

— В маленьких количествах иной раз и яд полезен, — будто прочитав мои мысли сказала Зеним, а я залпом осушила посудину.

А ведь толк в этом всем определенно имелся. Может быть Арагор откажется от своих затей, увидев мои страдания? Ведь он не хотел моей смерти? Хотя, что ему стоит переменить свое желание? Однако я все равно хотела, чтобы он видел мои мучения и страдания. Пусть я по-прежнему считала, что у мужчины не было сердца в груди, а все его чувства измерялись тем, что располагалось у него между ног, и его мужское естество нельзя было назвать хладной вещью. Но кажется именно она ему и диктовала сейчас условия, внушая всеми возможными разумениями сохранить жизнь своей игрушке. Так вот пусть видит к чему это приведет.

Горячая жидкость обожгла рот и спустилась по стенкам желудка. Я вернула чашку Зеним и снова принялась за шитье. Заняться в этом месте было больше нечем. Я бы с радостью рисовала, но не уверена, что Арагор позволит мне такую роскошь. Хотя… Почему бы и не попросить его об этой малости? Я бы начала со стен этой комнаты, разукрасила их, а потом возможно взялась за другую…

— Зеним, а ты была в той деревне, что находится в скалах? — я взглянула в окно. На небе собирались тучи и вот-вот пойдет снег. Еще немного и я смогу давать прогнозы погоды по одному взгляду на улицу.

— Конечно, я там жила много лет, пока Арагор не перевёл меня сюда следить за домом.

— Там красиво? И далеко туда добираться? — я снова вспомнила о своих снах-видениях и задумалась: смогла бы я выжить в этих снегах и холоде, оставшись одна? Это казалось мне невозможным.

— Далеко, это кажется, что скала находится близко, на самом деле путь туда и обратно занимает почти целый день.

— Арагор не может ведь всегда быть здесь и ему предстоит вернуться в скалы? — продолжала я размышлять вслух.

— Да. Но сейчас, когда у него появился шанс избавиться от проклятия в деревню отправится вместо него Люций. Я слышала его распоряжение.

— А чем там занимаются женщины? Мне представляется большая равнина окруженная скалами и большой замок с прочными стенами. Это так? Откуда вы берете продукты? В таком холоде ведь ничего не выживает… — эти мысли до этого дня обходили меня стороной и я не задумывалась откуда они брали еду.

— Эта земля не всегда была такой. А твои предположения частично верны. Когда холод сковал эти земли и выжег всю зелень, а нашу кровь поразили кристаллы льда, колдун построил огромные теплицы за скалами и раз в год мы собираем урожай.

— А в остальное время?

— Мы уже давно отличаемая от людей. Нам не требуется много пищи. А вот питье необходимо. Под снегом растут снежные цветы и они помогают нам сохранять здоровье.

— Откуда ты столько знаешь про людей?

— Слышала рассказы Люция. Он часто рассказывал Арагору о своих перемещениях.

— А портал… Он находится здесь? — вот я аккуратно и подобралась к важному вопросу, собственно из-за которого и начала весь этот разговор.

— Нет никакого портала, — Зеним внимательно на меня посмотрела. — Это особенный дар двух братьев. Их сила находится в священном алтаре. И многие наивно полагают, что там находится портал. Но там ничего нет кроме разрушенных стен. Это место имеет силу лишь благодаря силе властелина.

— Источник силы? Ты многое знаешь, правда?

— Так обычно и бывает с теми, кто живет с властелином под одной крышей. Но если ты думаешь, что эта информация поможет тебе сбежать отсюда, то напрасно тешишь себя этими пустыми надеждами. Я бы не сказала тебе и слова в противном случае.

— Я это и так поняла, — со вдохом произнесла я и вернулась к шитью.

Но продолжила думать о словах Зеним, а еще о деревне в скалах и том, что никогда не смогу в ней жить. И буду обречена на вечный плен в этом месте. А в итоге умру от холода. Когда-нибудь ведь у них закончатся дрова отапливать для меня этот замок?

К вечеру я ощутила себя из рук вон плохо. Всего одна капля крови… Но ощущать это состояние и агонию внутри каждый день у меня не хватит сил. Меня снова лихорадило и я находилась в бреду. Кажется мне постоянно мерещились лица Арагора, Зеним и даже колдуна, или это все происходило по-настоящему? Стальными жгутами мое тело опоясывало от боли и эта нескончаемая мука длилась вечность.

Я проснулась, когда уже рассвело. Туман в голове рассеялся, а боль отошла на второй план. Дневной свет проникал через глазницы и я поморщившись распахнула глаза.

— Ох, саархат, ты очнулась! — радостно воскликнула Зеним.

— Я больше не буду пить это зелье! — заявила я. — Я не буду подопытным кроликом, на котором ваш колдун собирается оттачивать свое мастерство и безумные эксперименты! Я живой человек и не такой сильный, как все вы. Гуманнее будет сразу меня убить… — мой голос звенел от гнева, но сил подняться с кровати я все еще не чувствовала.

— Ты свободна, Зеним, — услышала голос Арагора и резко повернула голову на звук, который доносился из глубины комнаты. Мужчина стоял у окна. Он все время был здесь рядом со мной? Женщина, вскочив со стула, быстро убежала из комнаты, а Арагор подошёл к моей кровати.

— Как бы плохо тебе вчера не было, но в этот раз ты уже значительно меньше провела время в бреду, — сказал он тихим и вкрадчивым голосом, но на лице не было и тени удовольствия.

— Может быть доза была меньше, или…

— Чтобы это проверить нужно попробовать ещё раз. Возможно, твой организм с помощью трав Пилата научится справляться с болью и лихорадкой быстрее. А без моей крови тебе не выносить беременность…

— Нет! — я покачала головой. — С тех самых пор, как я оказалась здесь ты только и делаешь, что причиняешь мне боль, а теперь ещё и умышленно подвергаешь испытаниям. Я не хочу… Мне плохо… Я мечтаю попасть домой. Пожалуйста… — я находилась на грани отчаяния и слезы покатились из моих глаз.

— Я распорядился, чтобы вечером к тебе привели Эрика. Я буду в соседней комнате, если тебе понадобится помощь во время вашего разговора.

— Это твой ход? Затравка, чтобы я и дальше соглашалась на весь этот бред? — мой подбородок дрожал и я чувствовала внутри бездонную пустоту. Мне было страшно, больно и одиноко.

— Кажется, ты никак не поймешь, но ты никогда не покинешь этот мир. А в нем значение времени несколько иначе, чем в вашем. Тебе придется пройти через все эти испытания, чтобы попытаться выжить и дать жизнь нашему ребенку.

— Я не хочу! Не хочу быть твоей заложницей! Я привыкла в своим мире ни от кого не зависеть! Я ненавижу тебя!

Злость и гнев поднимались откуда то из глубин, я смотрела в красивое и надменное лицо Арагора и не понимала разве возможно быть таким жестоким и бесчувственным, так спокойно мне говорить о том, чего никогда не будет? Да он наверное одержимый фанатик…

— Я не одна из твоих хладных саархат и никогда ей не стану! — угрожающе прошипела я. — Никогда тебе не подчинюсь. В конце концов, ты сломишь мой дух и я превращусь в безвольную куклу. Тогда я получу от тебя освобождение? Меня ничто не держит ни в твоём мире, ни в моем…

— Беатрис… — на лице Арагора мелькнула хищная улыбка. — Румянец на твоих щеках и горячая кровь ещё много раз заставят наши сердца стучать в унисон. И что бы ты не говорила, тебе нравится моя власть над твоим телом, — мужчина склонился надо мной и потянул покрывало на себя. Я сглотнула напряжённый комок в горле и попятилась к стене.

— Пожалуйста… — взмолилась я, качая головой из стороны в сторону. — Не трогай меня…

— Настанет день, когда ты будешь стонать мое имя и признаваться мне в любви.

— Никогда! — угрожающе прошипела я. — Никогда этого не произойдёт! При первом же удобном случае я вонжу в твоё холодное сердце клинок!

Что-то переменилось в лице мужчины. Арагор зло оскалился, достал маленький нож из своей кольчуги, опустился передо мной на одно колено, словно я была его королевой и вложил в мои руки холодную рукоять клинка. От него самого в эту секунду исходил холод, но глаза выдавали все его чувства красными всполохами и я прекрасно знала, что он мог контролировать их цвет, но хотел, чтобы я видела эту красную радужку его глаз.

Острый наконечник ножа коснулся его груди и он, обхватив мою кисть своей огромной рукой, надавил сильнее.

— Ну же, саархат, — прошептал он, а второй, свободной рукой задрал подол моей ночной, словно подстегивал меня и разжигал мою злость этим действием. — Настал этот день, что же ты медлишь? Вонзи клинок в мое сердце…