17.1

Мы вновь стояли в прежней комнате друг напротив друга. Я по-прежнему сжимала его ладонь, не в силах оторваться. Казалось, отпущу её - и вылечу из призрачного мира с хлопком, как пробка из бутылки.

- Тогда, одиннадцать лет назад, она появилась в моей жизни, - его голос звучал глухо, - так ненадолго... и заставила дать клятву, о которой я тогда не подозревал. Что говорить, достаточно скоро мне пришлось начать её выполнять.

- Неужели ты ничего не смог сделать?

- Не успел, - он все-таки отпустил мою руку и отошел на пару шагов. Развернулся к окну, и я вновь залюбовалась тем, как лунный свет причудливо запутался в его волосах: - Всё произошло слишком быстро. Быстро и… страшно, - он поморщился, - а самым страшным для меня было узнать, что...

Вновь протянутая рука. Тянусь навстречу, и вновь меня уносит в воронку, выплёвывая где-то с той стороны.

Тот же кабинет, только обстановка совсем другая. По полу рассыпаны листы, у ножки стола валяется разбитый графин. Альс ходит по комнате, запустив руки в длинные волосы. Он похож на загнанного зверя, пойманного в клетку.

И в комнате он не один. Грузный мужской силуэт у окна явно на это указывает.

- Как это “бежали”? - задыхающийся от эмоций голос Анталя.

- Вот так, - силуэт поворачивается, и я вижу… Авериса. Седина ещё не успела украсить волосы, да и в животе он явно шире. - Я удивлен, что до вас не дошло распоряжение об аннулировании помолвки. И тем более я удивлен, что д’эрр д’эррана Ключей, официальное лицо, проводит брачный ритуал, руководствуясь принципами Темных Веков.

- Я не знал! - Альс остановился и посмотрел на Авериса. Его ноздри хищно раздувались.

- Вы укрываете беглецов, д’эрр Альс, - голосом советника можно было резать камень, - не кажется ли вам, что это уже слишком? Вы сами вызвались уехать сюда, сами вызвались отгородиться от всего мира, но укрывать предателей Королевства...

Он не договорил. Но я уже чувствовала. Тот призрачный флер угрозы, который опутал комнату, словно паук паутиной. Альс замер на месте, не оборачиваясь. А Аверис тем временем как ни в чем не бывало продолжил:

- Нам удалось установить, что они искали помощи. И ваша жена, - последнее слово он подчеркнул, - и её брат. Мы не установили лиц, у которых они просили прибежище, но, несомненно, они являются приспешниками Культа Арналы. Скажите, мне нужно повторять, что случится, если Культ Арналы будет возрожден?

Я вздрогнула - я знала, что будет. Бесконечные погребальные костры, жертвоприношения, реки крови. Кровавая богиня требует кровавых жертв. Королевство попросту не устоит.

- Не нужно повторений, - Альс по-прежнему не поворачивался, но я видела, как его руки сжались в кулаки,- я знаю.

- Если знаете, - хмыкнул советник, - то не нужно вставать у меня на пути, д’эрр Альс. Это официальное заявление.

Комната предсказуемо поплыла перед глазами, вырисовывая очертания знакомого помещения.

- А наутро их казнили? - тихо спросила я, получив в ответ кивок.

- Я ничего не смог сделать, - ответил он, опустив голову, - меня усыпил Рейн, он был сильнее… тогда. Но сейчас, - он поднял голову и посмотрел на меня, - сильнее я.

- И… что ты хочешь? - последние слова дались мне с огромным трудом. Я не знала почему, но произнести их для меня было практически невозможно.

- Спаси нас с Антеей.

Следующий вопрос застрял у меня в горле. Я сглотнула. Не помогло.

Нас? С Антеей? Признаться, я надеялась, что мне показалось, поэтому еле выжала из себя уточнение:

- Прости, кого?

Он посмотрел на меня с легким раздражением, но снова улыбнулся.

- Нас. С Антеей.

Воздух закончился. Наверное, именно так чувствует себя рыба, выброшенная на берег: бесполезной, разочарованной.

Пустой.

Именно здесь, в этой самой комнате, в это самое мгновение, во мне что-то сломалось. Надломиться надломилось-то оно уже давно, но я этого старательно не замечала.

Не хотела замечать.

Тихо всхлипнув, я осела на пол, не замечая, как юбка собралась вокруг меня подобно облаку. Невидяще посмотрела на Альса и застыла.

Муж встал, обошёл меня и, судя по звукам, подошёл к окну. Побарабанил пальцами по замерзшему стеклу.

- Да, я понимаю, что это сложно осознать, - медленно произнёс он, - и я понимаю, что меня невозможно после этого простить. Но я прошу тебя, Даралея, помочь мне. Времени у нас почти не осталось, ещё немного - и я не смогу отменить Акира Туари, а значит, мы все погибнем.

- Зачем ты это сделал? - машинально провела пальцами по лицу, удивляясь, как это пальцы остались сухими. - Зачем наложил заклинание?

Я помнила, что ледяное заклинание можно снять в двух случаях: или это сделает маг, его наложивший, или же…

Альс, видимо, рассчитывал на первый вариант.

- Это был запасной выход, - глухо объяснил Анталь, - я подвесил матрицу заклинания в старом хранилище - туда никто не ходит, - считают, что оно проклято. Но почему-то ты туда пошла. Зачем-то. Два раза.

Я промолчала. Не могла же я ему сказать, что меня туда пригласили?

- В первый раз я успел вытащить тебя до того, как матрица активировалась. А вот во второй раз...

- Не успел, - глаза оставались сухими. Почему же тогда внутри всё переворачивает и колет иголками?

- Не успел, - подтвердил он, - заклинание начало тянуть у меня силу. Которую не от кого подпитывать. Кроме тебя.

- А как же Ольма? Лойнос?

Супруг хмыкнул.

- Лойнос увешан амулетами, как дерево на Первый День Зимы подарками. Полный набор тех, что носит мой драгоценный братец, - он хмыкнул, - я даже не смог вначале его расколоть. А потом уже не было смысла. А вот ты… - я вновь услышала его шаги и почувствовала, как он остановился за моей спиной, - а вот ты дала мне много энергии. Твои сомнения, мысли, вопросы - мне хватило, чтобы компенсировать утечку силы, - закончил он совсем тихо.

Не веря в это ужасное по своей сути перевоплощение, я обернулась и подняла на него глаза, старательно надеясь, что это какая-то чудовищная ложь.

Не ложь. Он стоял прямо за мной, протянув мне руку. Как в каком-то страшном сне, я приняла её и встала.

- Я понимаю, что поступил непоправимо. Что то, что я сделал - бесчеловечно. Я буду казниться за это всю свою жизнь, - он опустил голову.

- Правда? - несмотря на терзавшую меня боль, я улыбнулась: - Так уж всю жизнь?

- Ты мне не веришь? - он поднял голову и посмотрел на меня.

- Странный вопрос, учитывая то, что всё это время ты мне врал, - припечатала. Апатия отступала на второй план, рождая в груди первые, пока ещё робкие волны злости.

- Я не врал, - он отступил на шаг, внимательно меня разглядывая, - я действительно рассчитывал, что ты поможешь. Так… поможешь?

В ответ я пожала плечами и вдруг рассмеялась: открыто, громко.

Нервно.

Я смеялась… нет, я ржала, аки конь на выезде. Почему-то вспомнилась Белка, оглашавшая поутру всю округу своим звонким голосом.

Меня схватили за плечи и ощутимо встряхнули. На удивление, это подействовало. Я икнула и уставилась на Анталя.

- Что с тобой, Дара? - он смотрел на меня будто впервые, со смесью удивления и непонимания.

Истерика закончилась. Теперь меня понесло.

- Что со мной? - я нервно хихикнула. - Я приехала к жениху, который сделал мне предложение, консумировал брак, оказавшийся недействительным, и теперь спрашивает, что со мной? Ты серьёзно?

Он нахмурился.

- Я не знал, что ты девственница!

- Я тебе ведь говорила, - я вскинула голову и вызывающе усмехнулась. На удивление, боль отступила. Меня переполняла смесь злости и… азарта? - Раз уж мы затронули столь щекотливую тему, позволю себе встречный вопрос: тебе же не в новинку трахать целомудренных девиц, ведь так?

Его глаза вспыхнули. Внезапная пощечина обожгла щёку яростным поцелуем.

- Не смей. Так. Говорить. Обо мне, - Анталь вдруг оказался рядом и до боли сжал мои запястья.

Вот уж как изменился в считанные мгновения! А ведь я его провоцирую… чего не должна делать. Надо остановиться!

Но уж нет. Остановить меня могла разве что каменная стена. И то - не факт.

- А как о тебе говорить, Анталь? - я скривила губы. - Как ты хочешь, чтобы о тебе говорили? Антея, я… кто следующий?

Вторая пощёчина обожгла меньше. Голова мотнулась в сторону, во рту поселился металлический привкус, - кажется, я прикусила щеку. Но, на удивление, на мир после этого я взглянула более… трезво.

- Не смей сравнивать себя с Антеей, - он по-прежнему буравил меня взглядом, - да кто ты такая, девчонка, рядом с ней?

- Я? - я отвела было взгляд, но внезапно передумала и посмотрела на него. - Я человек, Альс. Обычный здравомыслящий человек.

- Здесь нет людей, - его перекосило, - вы с Лойносом думаете, сможете переиграть меня? Глупая девчонка, возомнившая, что она вправе вставлять мне палки в колеса, и королевский дознаватель, думающий, что он умнее всех! Да что вы знаете обо мне?..

Не выдержав такого натиска, я отступила назад, внимательно наблюдая за оппонентом. Что-то не нравилось мне в его поведении. Что-то такое… на грани.

На грани.

- Анталь, - тихо позвала я, - Анталь! - повторила громче.

Он замолк и посмотрел на меня.

- Ответь мне на один вопрос, - я вновь понизила голос, - всего на один. А я… подумаю, что можно сделать.

- Спрашивай, - в тон мне ответил д’эрр.

- Как давно ты сошёл с ума?..

Пауза, последовавшая за этим, была немой. Мы стояли друг напротив друга - глаза в глаза. Я не отпускала его взгляд, надеясь увидеть… отклик?

И я увидела.

Из глубины его взгляда поднималось пламя: яростное, неоспоримое. Ещё миг - и перехлестнет через край, и тогда…

Он схватил меня за плечо и подтянул к себе. Я споткнулась и неловко упала ему на грудь. Подняла взгляд - нет, не ошиблась.

Нормальным теперь бы его не смог назвать никто. Рот перекосился в странной ухмылке, глаза обжигали отсутствием разума во взгляде. Он был… не здесь.

- Я не сумасшедший! - зарычал он так страшно, что я зажмурилась. Сжал моё предплечье так, что раздался хруст, а дыхание перехватило от боли.

“Сломал, урод”, - пронеслась в голове мысль.

- Полно, девчонка! Ты меня услышала! Ты поможешь нам? - голос сорвался до шепота, от которого стало совсем жутко. - Так поможешь?

“Тиона”, - тихо подсказал внутренний голос. И я поняла, что пришло время действовать.

- Обязательно, - шепнула в ответ, здоровой рукой дотрагиваясь до груди.

Там, где на невидимой для посторонних глаз силовой нити, спрятанный под корсетом, висел кулон, данный мне моей погибшей подругой.

- Тиона! - закричала я, чувствуя, как параллельно с этим меня утаскивают в объятия синей мглы.

Во время вне времени.