Глава 19. Кто ты для меня?

И вот спустя несколько дней я вновь встречаю рассвет. Стоя у окна библиотеки, я ловлю взглядом первые лучики зимнего солнца и пытаюсь верить в лучшее.

Отец отбыл вчера ночью, убедившись, что со мной всё в порядке и я под надежной защитой. По поводу защиты он был прав - стражники стояли на всех ключевых точках, а в портальном зале, я слышала, вообще был устроен штаб: уж слишком важную роль играл д’эрран в иерархии Террании. Да и Антея, что уж говорить, верно выбрала свою цель: если бы её планы удались, ей ничего бы не стоило наладить сеть перемещений между самыми отдалёнными точками нашего королевства. А вот что было бы тогда - большой вопрос…

За эти дни по Террании прокатилась волна арестов. Взять удалось не всех: карс Вирр и д’эрр Эльтос покончили жизни самоубийством, а последний при этом прихватил с собой к Ларгусу всю свою семью, включая новорожденного сына. Это было горько осознавать, но ещё горше - представлять, что было бы, если бы Антею не взяли.

Волшебницу ещё пару дней назад отправили в столичную темницу, теперь ею займутся Высшие Дознаватели и маги из Круга Двенадцати. Так что в том, что Антея не избежит заслуженного наказания, я не сомневалась.

А вот причина моего беспокойства была в другом…

- Что у тебя с сыном Авериса? - прямо спросил отец, когда вечером после ужина мы устроились у камина. Лори за нашими спинами собирала отцовские вещи.

- Ничего, - я пожала плечами, - а должно что-то быть?

Отец промолчал, глядя в пламя, а я… а я задумалась.

Альса, кстати, я почти не вспоминала, словно он, как передвижная картинка, мелькнул по краю моей жизни, чтобы раствориться. Мои чувства: учащенное сердцебиение, дрожащие ладошки, румянец на щеках - словно канули в неизвестность вместе с зельем, которое мне выдала Евсталия, наказав принимать по пять капель перед сном. Даже портрет д’эрра не навевал былые эмоции, оставаясь просто портретом.

А вот Лойнос…

Нет, я не была влюблена. В этом я была уверена. Но есть чувства, которые будут глубже уровня банального увлечения или влюбленности.

Я часто ловила себя на мысли, что вспоминаю наш разговор, тот, когда мы сидели в мокрой камере, спина к спине. Вспоминала его слова.

Вспоминала свои слова.

Из дознавателя вышел бы прекрасный друг, как мне кажется. Он не юлил, не хитрил, был прямым и честным. Думал и обо мне, тогда, когда мы сбегали из камеры. И главное…

Наверно, это было странно, дико, непонятно, но я  всё чаще ловила себя на мысли, что дознавателю я могу доверять.

- Дорогая, ты попала, - тихо констатировала себе под нос и развернулась, чтобы отправиться в свою комнату.

И остановилась.

В двух шагах от меня, скрестив руки на груди, стоял Лой.

- Попала, говоришь? - он криво усмехнулся. - Куда на этот раз?

- Доброе утро, - на ходу поздоровалась я, отводя взгляд. Посвящать Авериса в свои размышления было попросту глупо.

- Доброе, - он по-прежнему смотрел на меня. Я чувствовала его взгляд кожей, но при этом не могла понять, что не так. Поэтому отвесила вежливую улыбку и сделала шаг вперед, намереваясь уйти.

Но мне не дали. Аверис, сделав шаг в сторону, ловко перегородил мне путь.

- Даралея, что случилось? - спросил он тихо. От звуков его голоса меня передёрнуло. В голову поползла запоздалая мысль, что впервые за всё время знакомства он назвал меня полным именем.

- С чего ты взял, что что-то случилось? - игра на грани фола. Я и сама не могла объяснить, что происходит со мной в последние дни.

Или между нами.

- Нетрудно догадаться.

Ну да, ну да. Последние дни я действительно избегала дознавателя, все время предпочитая проводить в библиотеке или прогуливаясь по коридорам верхнего яруса: там, несмотря на то, что было холодно, совсем не было людей.

Да что там говорить, я даже на общий ужин накануне не пошла, отговорившись плохим самочувствием и, возможно, именно этим вызвав странный вопрос отца.

Пока я вспоминала прошедшие дни, пришло время отвечать.

- Ничего не произошло, - я обратила на него взгляд, старательно избегая смотреть Аверису в глаза, - я просто устала за последние дни.

- Правда? - тихо прозвучало сбоку.

Я застыла. Надо срочно делать ноги! Интимность разговора мне очень не нравилась, и, если бы не тот откровенный разговор в камере, я смогла бы списать это на заботу о моем состоянии.

А вот сейчас… я в этом уверена не была.

- Лой, не лезь мне в душу, пожалуйста, - я порывисто вздохнула и отвернулась. Если сейчас не поймет...

Но он понял.

- Хорошо, - по его голосу я слышала, что он улыбается, - тогда поговорим позже.

Я кивнула и, не оборачиваясь, направилась на выход.