Наедине с Хмырем

Оставалась слабая надежда, что второй мужчина не даст Хмырю нарушать правила, за которые им обоим грозит страшное наказание. Какое-то время в комнате было тихо, Ангелина вслушивалась, но мужчины не подавали признаков жизни. В какой-то момент, ей даже начало казаться, что она одна в комнате, но потом она услышала легкие шаги.

Грубая рука ударила по ягодицам, заставив ее снова сжаться. Это был Хмырь, Ангелина была уверена, что это был, именно он.

– Как бы я хотел сейчас засадить в тебя! Скорее бы твой хозяин уехал, и мы с тобой снова будем вместе, я смогу трахать тебя во все твои дырочки, а ты будешь скулить, как побитая шлюха, наслаждаясь сладким членом дяди Васи! – он подошел к ней вплотную, Ангелина затаила дыхание, боясь выдать свой парализующий страх перед абсолютной властью Хмыря.

– Нагибаться больно? Давай проверим? – он с силой стал нажимать на нее, усиливая внутри ее лона, нажим искусственного члена на матку.

Девушка заскулила и уперлась руками в стол, но дядя Вася был намного сильнее и все ее потуги оказались напрасными. Он с силой толкал ее в разные стороны, давал на нее сверху, насаживая ее тело еще глубже, а потом снова резко нажимал сзади, придавливая ее к лавке все ниже и ниже.

В какой-то момент, Ангелине показалось, что твердый фалоимитатор порвет ей матку и повредит находящегося там малыша. Она отчаянно замычала, мотая головой, не в силах больше сдерживаться. Ее единственным спасением был Вячеслав, которого она ждала, как солнышка.

“Боже, скорее бы он вернулся, пусть он поскорее придет, иначе этот ублюдок убьет моего ребенка!” – молилась перепуганная не на шутку жертва.

Вячеслав не спешил освобождать ее из рук неадекватного садиста, и девушка изо всех сил боролась всем телом, пытаясь выстоять и пройти это страшное, для нее, испытание. Если со своим боссом она, хотя бы, понимала, что от него ждать, то Хмырь представлял, для нее, реальную угрозу, потому что он был настоящим отмороженным типом.

Устав давить на нее, он на время отошел, позволив Ангелине сделать небольшую передышку.

– В понедельник ты будешь моей! Слышишь! Я буду ждать тебя, как только придешь, я буду первым в очереди! Ты узнаешь, какой дядя Вася может быть ласковым! – мужчина говорил и говорил, отходя от нее и снова возвращаясь, а затем Ангелина услышала, и уже через миг почувствовала, как он пшикает пульверизатором на ее поврежденную кожу. И снова адская боль пронзила ее, охватывая все участки кожи, она забилась в истерике, громко застонав.

– Сильно не кричи! – сказал он ей вполголоса, – если пожалуешься своему хозяину, то я уже не буду с тобой таким ласковым, как сейчас, я буду трахать тебя каждый день, по многу раз! Я сделаю так, что ты сидеть не сможешь! Маленький член твоего хозяина, покажется тебе игрушкой, по сравнению с членом дяди Васи! – Хмырь еще долго распинался и хвастался, что он может сделать с несчастной, но Ангелине не было дела до его болтовни. Она не собиралась здесь задерживаться и планировала к понедельнику уже покинуть это проклятое место.

“Надо было принять таблетку! Вот я дура! Сейчас было бы легче терпеть все это! Еще эта предстоящая чистка клизмой, Вячеслав будет снова вливать в меня эту гадость, которая прожигает кишки, я не вынесу этой боли, такое невозможно вытерпеть нормальному человеку! Надо во что бы то ни стало, добраться до таблетки! Если я не приму ее, то от сильного болевого шока, у меня точно может случиться выкидыш!”

Внутри нее все пульсировало. Торчащий в ней искусственный огромный член уже, совершенно, не приносил такого наслаждения, как в первые минуты, сейчас он был ее проклятьем.

В животе ощущался сильнейший дискомфорт, словно что-то холодное и неживое поселилось внутри и отравляло ее. Ангелина тяжело дышала, стараясь успокоиться, но ощущение страха за ребенка нарастало все больше и больше.

– Ты сама сюда пришла, маленькая шлюшка! Тебе нравится, когда тебя трахают серьезные дяди! Почему же ты жалуешься и рокочешь?

Девушка молчала, да и что она могла ответить на это? Как ни крути, Хмырь был прав. Сама подписалась на это, купившись на красивые глаза Вячеслава. Сама продала свое тело в его вечное рабство. Она горько плакала. Возможно, ей сейчас не нужно было показывать свои слезы перед этим неотесанным болваном, но эти слезы были необходимым шагом к сложному примирению с реальностью, от которой ей никуда не деться.

Довольный Хмырь ходил вокруг тела девушки, не зная, что ему еще предпринять, пока не вернулся ее хозяин.

– Трепещешь, стерва? Боишься дядю Васю? – Хмырь довольно засмеялся. Он отчетливо представлял будущие соития с этим чудесным созданием и чувствовал нарастающую эркцию.

Свернувшись в комок, насколько это было возможно, Ангелина ждала нового нападения, не видя, что делает Хмырь и где он сейчас находиться. Также она не слышала второго, присутствующего в комнате, помощника.

Ее лоно крепко обнимало, изрядно поднадоевший ей, фалоиметатор, все казалось ей таким бессмысленным, вся ее жизнь теперь вертелась исключительно вокруг удовольствия садистов-извращенцев. Она раньше и представить не могла, что такое возможно в нашем мире. Про этот закрытый клуб, она никогда бы не узнала, если бы сама не оказалась здесь.

Все ее мечты, надежды, страхи – все было проходящим, она была всего лишь вещью, и никого не интересовали ее личные проблемы. Ни слезы, ни аргументы, ни плохое самочувствие – не трогали Вячеслава. Он был с ней холоден и жесток, и его интересовало, только удовлетворение своих эротических фантазий.

Она была уверена, что не сможет выдержать такого количество ударов судьбы, еще чуть-чуть и она сломается, сойдет с ума, наложит на себя руки, если не сможет сбежать.

Пока сумасшедший Хмырь крутился вокруг связанной жертвы, пытаясь придумать, чем ее еще можно пронять, пока не пришел хозяин торжества и не поставил его снова на свое законное место, Ангелина пыталась собраться с мыслями и до конца разобраться, что ее заставляло подчиняться воле Вячеслава и позволять втаптывать себя в грязь.

Последние четыре дня она готовилась к встрече с ним, хотела поговорить, но он даже не стал ее слушать. Этот властный мужчина, ее страстная мечта, не воспринимает ее,как личность, но при этом говорит о своих возвышенных чувствах, о их волшебной совместимости…

Она снова воспроизвела в памяти его образ, как он идет по коридору в свой шикарный офис, как он улыбается своей безукоризненной улыбкой всем, показывая, насколько он выше. Он настоящий альфа-самец, успешный во всех делах. И другой его образ: голый с ремнем в руках, безумные глаза, с горящими внутри огнями, принятыми в дар из самого ада.

Любовь и ненависть, к этому человеку, жестоко ломала ее психику. Она ненавидела в нем его садисткую страсть и не могла простить его мерзкого желания, наносить увечье ее организму. Она могла бы простить ему его слабости, могла бы терпеть порку и изнасилования, но порой его желание переходили за грань дозволенного. Это уже не было БДСМ-игрой, это было самой настоящей садисткой пыткой.

Она вспомнила перцовые свечи и ее передернуло. Мучительная боль, которая наполняла ее тогда, преследовала ее не один день. Содержащая красный перец свеча жгла не хуже любой кислоты, проникая внутри все глубже и глубже, пробираясь по кишечнику вверх и оставляя за собой толстый слой жгучей смеси. Воспоминания о проклятой свече, ввели ее снова в панику.

“А если он опять вспомнит об этих свечах? Проклятый боксер! Принесли же его черти на нашу голову! Научил! Как без него было хорошо! Я не ценила…”

Подкравшейся незаметно Хмырь снова пшикнул пульвелизатором, заставив Ангелину отвлечься от своих мыслей и вернуться в суровую реальность.

Прошло всего пятнадцать минут с момента ухода хозяина, а несчастной показалось, что прошло, как минимум полчаса. Ненасытный Хмырь крутился вокруг нее, трогая и ощупывая ее тело, наслаждаясь своим мимолетным могуществом. В какой-то момент она почувствовала, что о ее тело трется что-то липкое и горячее.

“Боже, он вытащил свой член? Он действительно отмороженный! Если сейчас войдет Вячеслав и увидит, что он делает, то он устроит этому козлу по полной программе!”

Хмырь терся своим инструментом, дергаясь от каждого шороха, доносящегося за дверью. Когда послышался скрип двери в ванную, он резко отпрыгнул и застегнул ширинку, встав на свое место. Ангелина представляла эту картину и радовалась, что ее любимый босс, наконец-то помылся и придет сюда, чтобы избавить ее от нападок этого ублюдка.

Но Вячеслав не спешил, а время шло. Через несколько долгих минут все услышали, как захлопнулась входная дверь номера, – мужчина вышел, а это могло означать только одно: он пошел в бар и вернется не раньше, чем через полчаса.

По быстрым движениям находящихся в зале мужчин, Ангелина поняла, что ей не избежать внимания с их стороны. Ее снова бросило в дрожь, на этот раз опасность была реальная, Хмырь мог сделать с ней все, что угодно. Она вспомнила, как подруги рассказывали ей, как он зажимал нос, не вынимая кляпа и наслаждаясь их страданиями, ей стало безумно страшно.

“Второй прислужник не допустит, чтобы Хмырь причинял мне вред, они боятся нарушать правила красной комнаты! Они не посмеют!” – промелькнуло у нее в голове прежде, чем четыре руки стали лапать ее грудь и задницу.

– Ты на стреме! – прозвучала быстрая команда Хмыря, – потом я!

– Угу, – отозвался второй бугай и быстро подбежал к двери, отделяющей два мира. Ангелина слышала, как он слегка приоткрыл ее, а потом началось представление.

– Ну что, курочка, ублажим дядю Васю? Пися дяди Васи соскучилась по твоей сладкой попочке! – он с силой ударил ладонью по ее ягодицам, заставив ее тихонько взвизгнуть, а потом грубо пристроился сзади и стал вводить в нее свой остервенелый член.

Ангелина снова замычала что есть мощи, мужчина с силой вгонял в нее свой инструмент, вцепившись в ее затравленную грудь и выкручивая опухшие соски. Ей показалось, что пытается их выдернуть с корнем.

Хмырь ощутил, на миг, свое всецелое могущество, пользуясь своим положением и хотел бы насладиться этими волшебными мгновениями, как можно дольше, но время играло не в его пользу, нужно было делать все быстро.

Он усилил толчки, пытаясь ускорить приближение оргазма и с силой надавил всем весом на тело Ангелины. Из ее ануса снова полилась кровь, а внутри со страшной скоростью метался искусственный член, пытаясь оторвать ее матку и выдернуть, пробить все преграды и вонзиться в желудок.

Член Хмыря был гораздо больше, чем у Вячеслава, и Ангелина ощутила подлинную чистую боль, когда он начал грубо входить в нее. Усиливая ее страдания дополнительным давлением и выкручиванием сосков, он сводил ее с ума, пару раз она, едва не потеряла сознание, задыхаясь от адских прострелов внутри прямой кишки. На этот раз, несчастные кишки не выдерживали нагрузку и растяжения, что-то рвалось внутри и кровоточило, причиняя непереносимую боль.

Ангелине было настолько тяжело, она ощущала всем телом, как ее разрывают на части, и еще больше усиливало ее мучение осознание того, что это делает с ней Хмырь. Ничтожество, которое не достойно ходить по земле. В обычной жизни она бы даже не обратила на него внимания, а здесь, в этой комнате, он ее использует, как вещь, для удовлетворения своей похоти. Словно для этого ее растили родители, для этого она родилась и прошла свой путь. “Неужели, судьба настолько несправедлива? Они не имеют права так со мной обращаться! Не имеют! Почему же, они это делают?”

Она сжала зубами кляп еще больше и снова вцепилась руками в лавку, сдерживая, изо всех сил, мощные толчки сзади, способные нанести ей непоправимый ущерб.

Одна только мысль, что ради, всего лишь одного удовлетворения Хмыря, она потеряет ребенка, приводила ее в ужас и отчаяние.

Мужчина овладев ее телом, проникал в нее все жесче и жесче, разрывая ее несчастный анус и отрывая соски. Она чувствовала, словно внутри нее включили миксер и он в такт движениям насильника, мешает в одно целое ее матку, кишки и соединительные ткани. Он проникал в нее глубокими и размашистыми толчками, ему нравилось любоваться ее страданием и он старался причинить ей, как можно больше боли, хотя казалось бы, “куда большей боли” – она выдержать уже не сможет.

Когда он кончил, его место занял второй бугай, но того хватило всего на полминуты, чему Ангелина была, несказанно, рада. Она обессилено опустилась на локти, выпятив высоко ягодицы. Мужчины старательно вытирали все следы своего присутствия, довольные, что успели воспользоваться, такой уникальной возможностью.

Девушка уже не замечала на щипающую боль от прикосновения влажных спиртовых салфеток. Ее тело била сильнейшая дрожь. Внутри нее продолжало все переворачиваться, хотя она и находилась в состоянии покоя. Из ее влагалища заструилась кровь. Она почувствовала что-то неладное, но искусственный член, так плотно затыкал ее лоно, что кровь скопилась внутри и от последних колебаний получила возможность просочиться наружу.

Хмырь со своим товарищем засуетились, смывая салфетками равномерно вытекающую струйками красную жидкость. Они были явно озадачены, по их нервным действиям и молчанию, Ангелина это чувствовала. Она мечтала только об одном: добраться до заветной таблетки и, как можно скорее, выпить ее, чтобы не чувствовать больше эту страшную и невыносимую боль.

Наспех вытерев Ангелину от крови и спермы, служители красной комнаты снова затихли и больше она не слышала от них ни звука.