Глава 8.
Разбудили меня чьи-то крики.
Спросонья я не сразу вспомнила, когда успела прикупить дорогущую сатиновую постель. Или это не моя вовсе? Тогда в чью кровать я среди ночи забрела? В соседскую?! Вроде лунатизмом раньше не страдала...
- Безобразие! Куда ты смотрела, Нанта?!
Такая вроде не живет в нашем подъезде. Тогда в чьей я квартире? В доме?
- Простите, тунья, я не знала, можно ли будить, - робко ответил девичий голосок.
В каком городе?...
- Не знала она! И не жаль тебе было бедняжку? Умертвят совсем молоденькой... – запричитала первая говорившая, всколыхнув во мне бурю беспокойства.
В каком мире?!
Подскочила как ошпаренная. Мне это всё НЕ снилось!
- Не нужно мне никаких Умертвий, - заявила сходу, еще толком не разобравшись, что происходит. – По-вашему, мне змей маловато?
- Ах, вон оно что-о-о, - скорбно протянула пухленькая пожилая леди в золотистом чепчике и переднике. Своеобразная тут какая-то мода...
- Девчушка – юродивая! - сочувственно покачала вторая головой.
И не только мода!
- С чего вы это взяли? – спросила, обращаясь к обеим, но вперившись взглядом в основном в лицо второй. Молоденькой, с веснушками на румяных щечках и чудаковатой банданой на голове. По всей видимости, играющей роль косынки. Однако отчего-то антрацидной, с блёстками! Не-е-е, это не издёвка была с её стороны. Девушка реально меня ненормальной посчитала.
- А шипит похлеще туньиссы! - усмехнулась она.
- Ну как же? Болтаешь, чего не понять. Да еще и в покоях самого Повелителя задержалась дольше положенного, - понизила вдруг голос старшая, переходя почти на шепот. – За такое самоволие и казнить ведь могут.
- За то, что проспала его уход? – расширила я глаза в недоумении. – Но я же не виновата, что меня не разбудили.
- Хихи, - юная, которую старшая называла Нантой, зажала рот ладошкой. - Новенькая еще и лгунья! - выдала она.
- А это еще почему? – возмутилась я.
- Никому не позволено задерживаться в покоях Повелителя дольше положенного, - объяснила старшая, смахивающая на хозяйку, готовящую вкусные пирожки у печки.
Кстати, а в этом мире завтраки подают?
- И как определяют, сколько в минутах «этого положенного нахождения в спальне Повелителя»? – поинтересовалась у них.
- Э-э... ммм, ну-уу..
- Если Повелитель ушёл, то никому тут оставаться уже нельзя, - ткнула в меня предосудительно пальчиком Нанта, обрадованная, что ей выпала честь ответить на вопрос, загнавший в тупик старшую.
- Но вы-то тут, - указала им на очевидное расхождение, заставив вновь оторопело задуматься.
- В общем вы пока подумайте, а я поищу свое платье, - сошла я с кровати, напряженно вспоминая, где именно и в какой Повелитель Василисков меня от него любезно избавлял. – А где тут можно позавтракать? – намеренно ввела я служанок в новый ступор.
Авось, запутаются или решат, что я какая-нибудь важная шишка, случайно подзабытая Повелителем у себя под одеялом. Может, он меня вообще с собой на завтрак собирался пригласить, просто будить пожалел!
А вот это уже идея:
- Почему мне до сих не принесли еды? – с негодованием накинулась я на бедных женщин, идя на опережение.
Еще и ножкой капризно топнула, натянув на себя ощутимо разорванные клочки того, что еще вчера именовалось платьем. Правда, и тогда уже это блестящее миниатюрное нечто с большой натяжкой можно было так назвать.
- Ади... Повелитель обещал, что мне принесут завтрак, как только проснусь! - попробовала я сыграть взбалмошную любимицу их правителя.
- Как она сократила имя Повелителя! Вы слышали, тунья Тотина?? – с выпученными глазками обернулась Нанта к старшей.
- М-даа, невероятно-о, - протянула та. – Неужто и в самом деле велел... Хотя и в покоях раньше никого не оставляли... – обескураженно размышляла она вслух.
- Вот именно. А вы меня тут вопросами изводите. Так и скажу потом Повелителю, что пытались меня голодом извести! - решила я не отступать от выбранной линии поведения, окрыленная успехом затеи.
Сейчас важно дождаться здесь возвращения Адиллатисса. И желательно в живом виде.
А там уже как-нибудь разберемся. Что-то мне не верится, что он так просто прикажет меня казнить.
В отличие от других обитателей дворца, среди которых, не сомневаюсь, найдется немало недругов пришлой вроде меня. Таким образом меня не сильно прельщала перспектива бродить по незнакомым комнатам, где любой человек может обратиться агрессивной нечистью.
- И наряд не забудьте на этот раз принести! – вошла я в раж.
- Какой изволите? – уже совсем другим тоном поинтересовалась тунья Тотина.
Я, конечно, понятия не имела, что принято тут носить дамочкам, особо ценимым повелителем, а потому ответила обобщённое:
- Достойный! – еще и носик вздернула, чтоб прекратили время тянуть.
И служанки мигом зашевелились, бросившись спасать меня от голодной-холодной смерти. Мне их даже жалко немножко стало, так они бедняжки перепугались.
Однако, справедливости ради, уточним, что и я теперь сидела поникшая на краюшке кровати и обдумывала их слова о казни. Да и в целом моё злосчастное положение праздником не пахло.
Неизвестно, сколько еще подобных скрытых ловушек имеется в этом мире. Шаг влево, шаг вправо – плаха. Не дворец, а минное поле!
И это еще, если учитывать только случайные проколы. А если на меня и в самом деле кто-то зуб уже точит? Хоть та же Аллессена. Помнится, в гаремах жизнь медом не была ни для кого.
И порой даже сами султаны и шахи не могли уберечь от беды своих наложниц. А тут еще даже неизвестно, какие у Адиллатисса планы на меня. Возьмет, да и забудет уже сегодня. С него станется!
А что? Зацепит его сегодня вечерком другая, пока он будет от скуки призраком по мирам бродить, и всё. Конец моей непочатой сказке! Выбросят куда-нибудь из дворца и не вспомнят. Или и того хлеще, подарит кому-то из приближенных. Как это сделал Алекс.
К слову, есть самый жуткий вариант – меня ведь таким макаром, и Алексу вернуть могут!
Вот уж чего я точно не вынесу! После всего произошедшего по его вине... ну ладно, и по моей чуточку тоже... короче, после всего – возвращаться к Алексу на правах передаваемого друг другу трофея это хуже казни!
- Ваш завтрак, тун... тут, - исправилась вернувшаяся Нанта, очевидно не выбрав, какой из титулов: «тунья» или «туньисса» подходит бесхвостой мне.
- Клади на столик, - указала я ей взмахом руки, одним глазком рассматривая внушительных размеров позолоченный поднос с многочисленными яствами.
Последний раз я ела еще в прошлом мире! А сейчас, наверное, уже за полдень, раз меня так усердно корили за лежебокость.
Однако точно определить время я не могла. В спальне, как и в той зале, где мы вчера имели неудовольствие лицезреть матушку Адиллатисса, не было окон. Хотя опять же по ощутимой циркуляции воздуха, я догадывалась, что скрытая вентиляция тут тоже имеется.
А еще была вторая комната, соединенная с этой аркообразным проходом, дверь в которую заменяли бамбуковые занавески. Вертикальные шторы в виде веревок, на которые нанизаны трубочки бамбука разного цвета и формы.
Но пройти в кабинет и как следует всё обследовать я своему любопытному носику не позволила, как бы он ни чесался!
Ведь отчего-то же придумали смертоубийственное правило не заходить в комнату Повелителя в его отсутствие. А значит, вернись кто-то из прислуги и застукай меня за «шпионством», мою попку уже никакое остроумие не спасет от обвинений.
Хотя, может, я и надумываю...
Однако быть перестраховщицей не так опасно, как шалопайкой. Вот я и просидела на кровати всё время, пока ждала возвращения Нанты и Тотины.
Только в ванную сбегать решилась, к счастью, смежной с "царской" спальней.
- Простите, но найти удалось пока только это, - отрапортовала вернувшаяся Нанта. – Однако тунья Тотина уже послала за белошвейками.
- Отлично, - приняла я из ее рук экстравагантный наряд, связанный из мелких сине-зеленых веревок, переплетающихся в виде косичек. Причем косы были не из шерстяных ниток, а из тончайшей, прохладной материи, призывно блестящей на свету.
- Пригласить мастерицу по прическам? – предложила служанка, и пока я раздумывала, а не оставить ли мои волосы просто распущенными, девушка неожиданно добавила. – Но будет лучше, если я сама помогу. Надо бы покрасить Вас в цвет потемнее, пока кто не увидел такой.
- А что во дворце запрещено жить блондинкам? – удивилась я.
- А как же иначе? Туньисса Аллессена ведь темновласая, - привела Нанта аргумент, который, скорее, поразил меня, чем что-либо разъяснил.
- Остальные девушки должны быть обязательно такими же? Таков закон? – глянула я на девушку через зеркало, в котором поправляла своё новоё эксцентричное платье.
- Так приказала туньисса, - замявшись, всё же призналась Нанта.
- Умно, - похвалила я в очередной раз фаворитку за находчивость. - Она придумала подобное, чтобы никто не выделялся на фоне остального гарема? И не бросался в глаза Повелителю?
- Что Вы! – всплеснула девушка руками. – Никто не станет бросаться под «каменную смерть» только потому, что расстроил будущую мать наследника, - по-своему перевела служанка выражение «бросаться в глаза».
Однако ответ на заданный мною вопрос я все же получила. Эта хитропопая фаворитка перекраивает всех девиц под одну гребенку.
Однако будь она поумнее, наоборот бы, всех превратила в однотипных блондинок или рыжих, а сама бы на контрасте выделилась своим жгучим мраком в волосах.
Или дело в том, что Адиллатисс предпочитает светленьких? А саму Аллессену он уже видел брюнеткой, и ей поздно перекрашиваться. Или вредно.
Минуточку...
- Но я же видела девушек с разным цветом волос в общей зале, - припомнила я, напрягшись:
Меня что за лохушку держат?? Служанка подослана подговорить именно меня изменить внешность, что во вкусе их Повелителя?
- Так они и не наложницы. Гостьи, жены и невесты воинов и чиновников... - повела девушка плечом, продолжая заправлять василискову постель.
А я, к своему опустошенному разочарованию, услышала то самое, во что так не хотела верить:
«Наложница», - прозвенело мерзкой трелью будильника, окончательно разбудив меня от мечтательных грёз.
Это никакая не сказка! Не сон. Не временное помутнение рассудка.
Отныне я живу здесь и сейчас, во дворце и на блондинистый волосок от смерти. Потому что тут за любую ошибку РЕАЛЬНО карают смертью! И принимаю я такую реальность или нет, но с этих пор я часть мира Василисков. Я человечка, угодившая в логово соперничающих дев.
- На-лож-ница!..
Шлепнулась я пятой точкой на ближайший стул, уже без всякого аппетита вперившись взглядом в груду румяных булочек, джемов, сыров, колбасок и ветчин.
- А кофе тут есть? – спросила как утопающая, хватающаяся за соломинку.
- Конечно, - услужливо подлили мне любимой темной жидкости в чашку.
- Мм, - вдохнула я аромат напитка, лишь ради вкуса которого я бывало могла себя уговорить подняться с постели. – А тут все же можно жить! Еще бы при этом выжить...
- Вы ешьте-ешьте, - пододвинула ко мне служанка тарелочку с печеными, - а я пока приберусь. Волосы можно и после завтрака подкрасить.
- А всё таки, - не унималась я, - Аллессена вправе отдавать подобные приказы?
- А-ах, Вы подумали, что это туньисса Аллесена велела? – улыбнулась Нанта. – Нет же. Правило ввела туньисса Ашеселла, матушка Повелителя.
???
"Дзынь-дзынь, - прозвенело в голове. – Информация к размышлению. Сосредоточься!"
Мне нужен собственный свод правил, если придется тут обживаться. Например, фиксировать любую мало-мальски нужную инфу. Быть настороже со всеми. Выглядеть знающей себе цену, но при этом улыбчивой и вежливой. М-даа, сложные задачи, - продумывала я коварную схему попаданки, с удовольствием надкусывая очередную вкуснятину.
Вот же, сколько полезного удалось выведать за одно утро! Василисковой маме, у которой какая-то напряженка в отношениях с сыном, почему-то сильно надо, чтобы ее невесткой стала именно Аллессена. Может, оттого-то у них и не лады с Адиллатиссом? Непослушный сыночек вообще не думает жениться? Или тут кроется что-то по-весомее?..
- Как мило со стороны туньиссы Ашеселлы так беспокоиться о здоровье и настроении будущей жены Повелителя! Она настолько добрая? – вынудила я свой обычно прямой характер полицемерить. Фу! Гадко.
- Эм-м, - наступил знакомый ступор в мыслях Нанты. Очевидно, доброй Ашеселлу тут еще не обзывали.. – Матушка-Туньисса очень... заботится... о туньиссе Аллессене, - выбирая слова, осторожно ответила мне девушка.
- Ясно, - кивнула я, понимающе улыбнувшись.
А вот с чем еще предстоит разобраться - это, что вообще тут подразумевают под страшным понятием «наложница»? Есть ли у меня хоть какие-то права? И вроде отдельной женской половины во дворце нет. По крайней мере, вчера девушек никто не прятал. На повестке дня еще и другой безотлагательный вопрос: где и как мои друзья? А еще мне очень интересно, что вообще прислуге известно о нашем здесь фантастическом появлении.
- У кого я могу узнать, где сейчас мои друзья, с которыми я сюда... прибыла? – спросила у Нанты, прощупывая почву.
- Пришлые из мира человечков? Ой, простите! Я не хотела.
- Ничего, я понимаю. Итак? – прищурилась я в ожидании.
- Вчера весь дворец только о них и говорил! – воодушевленная моей мягкостью, разговорилась девушка. - Раньше такого никогда не случалось, чтобы чужаки выж...
- Выжили? – подсказала я.
- Да, - прикусила она виновато губу, но почти сразу же продолжив. – Насколько я слышала, им даже отдельные комнаты раздали! Но вам пока нельзя будет увидеться.
- Почему?
- Повелитель еще не давал распоряжений касательно Вас, - опустила она глаза.
И всё таки оригинально тут всё устроено. Вроде и распоряжаются мной и запреты есть, но в то же время на Вы и с уважением:
«Не желаете ли быть переподаренной сегодня? Нет? Тогда может чашечку яда? За то, что макияж не того оттенка нанесли», - спрятался мой напряженный мозг за старую-добрую иронию.
- А есть ли тут какие-то книги об устройстве мира Василисков? О традициях, жителях. Свод законов и правил? – поинтересовалась я, отбросив сомнения.
Нечего раскисать!
Попробуем быть во всеоружии на любой случай.
- Что Вы! – возмутилась служанка. – Их еще пару веков назад запретили!
- Книги? – с грохотом упало сердце ниже пяток. Да тут всё еще хуже и темнее, чем я воображала! - А как же узнать, что можно, а что запрещено?
- Из Солнечного артефакта, - ответила она.
- А где достать артефакт?
- Он есть у вельмож, - ничего мне дающий ответ.
- А можешь попросить кого-то из них одолжить мне его для обучения на пару дней? – пришлось самой объяснять суть моей просьбы.
- Нет.
- Мне всё клещами вытягивать?! – разозлилась я.
- Ой! Нет, конечно! – захлопала Нанта расширившимися глазками. - А Вы бы смогли? Они же воины...
- Я не про них. В смысле это выражение такое, из моего мира, - исправилась я, почувствовав, что во мне уже выискивают черты ведьмы.
Только этого клейма для полного счастья не хватало!
- Так как же мне узнать о законах и традициях? – поторопила ее.
- Я Вам всё расскажу, если желаете, - сказала Нанта, несколько успокоившись.
- А ты откуда узнала? – допытывалась я.
- Тунья Тотина рассказывала нам.
- А ей, по-видимому, кто-то из старших? – дошло до меня, что для невельмож единственный способ передачи информации это из уст в уста.
- Да, бывшая Старшая тунья, - кивнула Нанта.
- Ясно, - отстраненно отвернулась я в сторону.
- Может, было бы лучше переодеться пока в халат, чтобы не испачкать краской платье? – аккуратно посоветовала Нанта, вторя моим думам.
- А я не буду краситься, - ответила, выдохнув и продолжив как ни в чем не бывало выбирать джем. Будем жить этой минутой и отталкиваться от того, что имеем.
- Как же? – опешила Нанта. – Это же повеление..
- Матери-Туньиссы, я помню, - ответила не оборачиваясь, чтобы не поддаться ее заразному испугу, а то и сама волновалась, правильно ли поступаю в первый же день, идя на рожон. – Но не Повелителя. А раз он еще не определился, что со мной будет, лучше оставим и цвет моих волос в покое. До самого его решения, как считаешь? – поставила я бедняжку Нанту в неловкое положение своим каверзным вопросом.
- Конечно, - промямлила она. - Желания Повелителя главнее.
Таким образом, меня вновь предоставили самой себе до ожидаемого прихода модисток.
Как я считала. Но вскоре выяснилось, что я вовсе тут не одна...