Глава 21

От слов Амира меня размазывает по кожаному сидению. – Что значит не нужна? – спрашиваю севшим голосом. – Я достаточно ясно выразился. – Что со мной будет дальше? – То, о чем ты мечтала. Ты уедешь домой. После этой фразы с моей души должен был свалиться камень, но этого почему-то не происходит. – Ты женишься на другой? – Тебя не должно это волновать. Ты выбрала свою судьбу. Жёсткий, хмурый, бессердечный. А ведь я почти полюбила этого человека. Обманщик! Хотел развлечься со мной три дня, но вдруг понял, что я подхожу на роль жены, которая позарез ему нужна. А когда проявила непокорность, сбежав, оказалась больше ему неинтересной. Что ж… Пусть так. – Я сожалею о том, что тебе пришлось убить человека из-за меня. На секунду наши взгляды встречаются в зеркале. Затем он досадливо морщится и отводит глаза. Сглатываю голодную горькую слюну и смотрю в окно. Оранжевая пустыня. Тёмная арабская ночь. И мужчина чернее тучи. Да, может быть, я ошиблась в своём выборе. Не зря интуиция кричала мне выйти из машины. Но что я могу теперь сделать? Что?! Во дворец приезжаем достаточно быстро. А я думала, что он сразу меня в Абу-Даби повезёт. – Переночуешь здесь. Утром уедешь, – говорит он коротко. Возле входа в дом сидит Райя. Увидев нас, пума встаёт и идёт навстречу. Эй, красавица, тебе не сильно досталось, что ты меня отпустила? Я думала, что она вышла встречать хозяина, но Райя останавливается возле меня и прижимается влажным носом к моей руке. Амир даже приостановился, наблюдая за ней. – Не может быть, – говорит он потрясённо. – Она тебя приняла. Мне неловко. Что теперь от этого? Завтра меня здесь уже не будет. Приняла меня, примет и другую хозяйку. Аль-Хадид скрывается в доме, и я делаю несколько шагов в сторону входа, но Зейнаб в чёрном хиджабе перекрывает мне путь. – Явилась, – говорит она презрительно. – Будешь ночевать в другом крыле. Ворона ведёт меня в самый настоящий подвал. Где-то здесь сидит несчастная Далила. – Ваш сын – непорядочный человек, – зачем-то высказываю бабке. – Закрой рот, шармута. – Я не шармута. И вы прекрасно это знаете! Ваш хозяин хотел жениться на мне. А вы всячески способствовали тому, чтобы он потерял ко мне интерес. – Раз ты здесь, значит, потерял, – каркает в ответ старуха. Она заталкивает меня в простую тёмную комнатушку с решётками и запирает дверь. В бессилии валюсь на кровать и беззвучно рыдаю. По кускам себя придётся собирать после такого приключения. Но я морально устойчивая и выносливая, я же спортсменка! Справлюсь. Слезы иссякают, и я пытаюсь уснуть. Голодный желудок урчит. Но где я достану сейчас еду? Кое-как дождалась утра. Отключилась ненадолго, и с первыми лучами солнца встала с постели. На ум приходит мысль, что меня не выпустят из этой комнаты никогда. Нет, он отпустит, он пообещал. Дверь открывается без стука. Зейнаб принесла завтрак. Набрасываюсь на еду, сама себя за это ненавидя. Мне просто нужны силы. Бабка наблюдает за мной и брезгливо качает головой. – Поиздеваться пришла? – спрашиваю у неё. – Начинай, пока я ещё тут. Расскажи мне, какая я шармута. – Господин велел тебя переодеть. – Он передумал меня отсылать? – настораживаюсь. – Не знаю! – грубо отвечает старуха. – Велел одеть тебя в другое платье. Пошли. Приходим в ту самую большую гардеробную. – Выбирай, – велит Зейнаб. – Я могу выбрать сама? Бросаю взгляд на закрытое платье. Его нельзя назвать традиционной арабской одеждой. Шито по европейской моде. Зейнаб хватает новенькую сумку и бросает в неё какую-то косметику и несколько флаконов духов. – Бери. Наш хозяин добрый человек, даже с теми, кто этого не заслуживает. – Я хочу поговорить с ним. – Нет. Он занят. А я все-таки попробую с ним встретиться. – Иди во двор и жди Камара, – велит Зейнаб. – Хорошо. Иду совершенно в противоположную сторону. Где мне искать Амира? Я скорее заблужусь, чем отыщу нужную комнату. Может, меня приведёт сердце? Толкаю дверь той самой богатой комнаты, в которой он встретил меня. Там же меня облила чаем Далила. Слышу негромкую музыку и звонкий девичий смех. Амир расслабленно полулежит на диване. А между его ног двигается голова с чёрными волосами. Далила?! Аль-Хадид приоткрывает глаза и смотрит прямо на меня. На его лице застывает маска удовольствия. Вот значит как… От меня избавился и снова её позвал? Амир кладёт руку на затылок Далилы, не позволяя ей отстраниться. Бедняжка давится его членом, по её щекам бегут прозрачные дорожки. Грудь раздирает на части. Из моих глаз брызгают злые слезы. Ненавижу! Он просто сволочь. Забрал у меня девственность, поиграл и отправил домой. К горлу подкатывает тошнота. Накрываю рот ладонью и выбегаю из зала. Вслед мне доносится протяжный стон удовольствия шейха… Бегу, не разбирая дороги. Рано или поздно я найду выход в чёртов двор. Камар увезёт меня отсюда, и я забуду всё как страшный сон. Как же больно, словно меня разорвали на мелкие клочки, но я каким-то чудом ещё жива. Не найдя дверь, сажусь на подоконник и спрыгиваю вниз. Здесь совсем невысоко. Кожу обжигает какая-то колючая трава. Боль приводит меня в чувство. Неожиданно я начинаю трезво мыслить и даже благодарить Бога за то, что сейчас я покину это место, а потом и дикую страну. – Госпожа, я здесь! – машет мне рукой Камар. Вспоминаю про свой старый телефон. Я снова его потеряла. Но теперь уже плевать. И сумка эта с косметикой. Для чего она мне? Чтобы я выглядела солидно, когда появлюсь в гостинице? Аль-Хадид заботится о своей репутации, только и всего. – Увези меня отсюда, Камар. – Будет исполнено, госпожа Алина. После того как Амир отказался от меня, он стал называть меня Алина, и Камар вот тоже. Я радоваться ведь должна, но почему-то не получается. Уезжаю отсюда с чувством, что я виновата во всём. Даже не вышел проводить, развлекается там со своей фавориткой. Что ж, удачи. Не желаю больше знать этого человека! – Можешь не называть меня госпожой, Камар. Я обычная русская девчонка, которая немного пострадала в твоей стране. – Хозяин не сделал бы тебе ничего плохого. Зря сбежала! – Как знать, Камар. Знаешь, у нас говорят: всё, что не делается, то к лучшему? – Нет, я не знаю такой фразы. Едем долго, около трёх часов. Несколько раз останавливаемся, чтобы выпить кофе и перекусить. Я не хочу разговаривать, и Камар не лезет мне в душу. – Ты знаешь название нашей гостиницы? – спрашиваю чернокожего человечка. – Да, знаю. Не переживай, ты улетишь домой. – А ты не будешь угрожать мне, чтобы я никому слова не сказала? Не боитесь, что я обращусь в СМИ и расскажу правду о твоём хозяине? Предам огласке ситуацию с похищением? – Не нужно этого делать, госпожа Алиева, – несвойственным ему грубым голосом отвечает Камар. – Если хотите выжить…