Глава 12

Я не верю в знаки. По-моему, это бабская прерогатива: во всем искать скрытый смысл и подтекст. Но как объяснить, что всякий раз, когда я целую Марину, рядом словно из-под земли появляется кто-то? И ладно еще в фитнес-клубе, все-таки людное место. Но здесь, куда вообще никто не приезжает?

Да, ради этого случая я готов был сделать исключение. Кто-то сверху явно настойчиво пытался до меня донести, что не стоит связываться с Мариной. Я не удивился бы, если бы во время нашего третьего поцелуя разверзлись небеса, и мы бы услышали громогласное божественное «Хватит!»

Строго говоря, я был бы с этим приказом солидарен. Я и не собирался целовать Марину. Боролся с собой до последнего, но устоять было слишком трудно. Она открылась мне с другой стороны. Кто знал, что в ней скрывается такая глубина? Она будто видела меня насквозь, раздевала своими словами, не снимая одежду.

Я понял, что ошибался на ее счет. Беспринципная лживая тварь не испугалась бы при виде обнаженного мужчины. Можно сымитировать все, что угодно, я уже давно научился не верить тому, что говорят женщины, что они делают. Когда-то я считал, что нет ничего искреннее слез, но и тут бывшая быстро разбила мои розовые очки. Таня могла заплакать по щелчку пальцев, если ей было это нужно. С ней узнал, что женщины только хотят казаться хрупкими, на самом же деле они скрывают такой стальной стержень, которому мог бы позавидовать любой мужчина. Они ставят перед собой цели, и идут к ним напролом. Врут, что ищут любви и романтики, хотя по факту им всегда нужны две вещи: деньги и статус. Никаких сантиментов.

Разумеется, я поначалу решил, что Марина слеплена из того же теста, что и остальные. Конечно, я оценил ее профессионализма, но подпускать ее к себе ближе, чтобы она потом использовала меня, — вот уж нет, спасибо.

Я слабо верил во все, что она говорила, ровно до тех пор, пока не увидел, как она безудержно краснеет от смущения. Вот эту реакцию подделать было невозможно. И… Сам не знаю, почему, меня это ужасно тронуло. Она сразу предстала передо мной настоящей, без наигранных фальшивых эмоций. Я дал слабину, позволил ей залезть мне в душу. После этого отступить было физически невозможно.

Какими сладкими были ее губы… Стоило мне коснуться Марины, как мне передалась ее дрожь. Она реагировала на все так остро, что я моментально перестал соображать. Мне хотелось обнять ее крепче, прижать к себе и не отпускать больше. Ласкать, видеть, как темнеют от удовольствия ее глаза, как ее гибкое тело охватывает судорога страсти. Я не припомню, чтобы хоть с кем-то до нее было так приятно целоваться. Может, все дело в искренности? Или в том, что она не пыталась мне понравиться, что не она меня завоевывала, а наоборот?

Каждому мужчине иногда нравится чувствовать себя охотником. Когда я был известным актером, мне оставалось лишь брать то, что само шло мне в руки. С Мариной же кровь наполнялась адреналином, какими-то первобытными инстинктами. Чувства обострялись, а возбуждение становилось болезненно сильным.

И если бы не хлопок двери за окном… Думаю, мы оба бы натворили глупостей. Да, я не хотел отрываться от нее, и когда Марина в панике отскочила от меня, как ужаленная, я поначалу ощутил пустоту и разочарование. Но лишь поначалу: стоило мне прийти в себя, я понял, что готов благодарить незваного гостя за то, что он явился настолько вовремя.

— Кто это?! — Марина прижала дрожащие пальцы к губам. — Ты кого-то ждешь?

Я осознал, что все это время сидел на кровати со спущенными штанами, потому что до поцелуя Марина растирала мое бедро. Спешно натянул их обратно, чтобы снова не вгонять ее в краску.

— Нет. Не жду.

Марина подбежала к окну, отодвинула занавеску.

— Кажется, это твой друг… — протянула она, прищурившись.

— Какой еще друг?

Но отвечать не понадобилось. Потому что снаружи раздался голос, который я моментально узнал.

— Есть кто дома? — крикнул Коля.

Я взъерошил волосы и опустил ноги на пол. Хотел уже сказать Марине, что никакой он мне не друг, и сейчас самое время прикинуться, что дома никого нет, но Марина уже побежала открывать.

— Не вставай только! Тебе надо отлежаться! — бросила она уже из гостиной.

Я было дернулся, чтобы все равно встать, но в памяти всплыл наш разговор о том, что я подсознательно боюсь увидеть сына. И я решил довериться Марине, доказать ей и себе, что могу справиться со своими страхами, поэтому остался на месте.

— Ну, как тут наш чемпион? — Коля ввалился в комнату и будто бы тут же заполнил собой все пространство.

— Смешно, — отозвался я с сарказмом. — Скорее, овощ.

— Что, хуже стало? — он состроил сочувственную мину.

— Временные трудности, — вмешалась Марина. — Которых бы не было, если бы Тимур выполнял мои указания.

— А, вон оно что! — Коля широко заулыбался. — Старый бандит! Вы с ним построже тут. Совсем от рук отбился. Ну ничего, я в вас верю, — и он по-хозяйски закинул руку Марине на плечо.

Мне сразу захотелось двинуть ему чем-нибудь тяжелым.

— А ты чего приехал? — без лишних церемоний поинтересовался я.

— Узнаю твое фирменное гостеприимство, — фыркнул Коля, ничуть не смутившись. — Вообще-то меня совесть заела, что я вот так уехал, а у вас тут стихийное бедствие. Ты, как водится, вне зоны доступа, но я все равно волновался. Веришь или нет.

— Нет, — буркнул я, но Коле это настроение не испортило.

— К тому же, я с хорошими новостями. Встречался с продюсером, сказал, что ты уже возвращаешься в строй потихоньку, и…

— Чего ты сказал?! — опешил я. — В какой строй?! Мы это еще даже не обсуждали.

— Тише-тише, что ты разбушевался, — Коля зачем-то подмигнул Марине. — Вот у него характер, да?

— Ты с темы-то не съезжай!

— Успокойся, Тимыч, все пока предварительно. Но я же должен был потихоньку подготовить инфопочву. Пустил слушок, что ты снова снимаешься, чтобы они между собой соперничали. И ставку поднимем… Пока обсуждалось четыреста тысяч, но я сказал, что это несерьезно. Но у них такой сериал запускается, роль твоя! Я захватил сценарий…

— Я еще не готов.

— А четыреста тысяч — это за месяц? — подала голос Марина.

Я с трудом подавил раздражение. Только решил, что она не такая, как моя бывшая, как она, услышав о деньгах, оживилась.

— За съемочный день, — хором ответили мы с Колей.

— Вот видишь! — тут же оживился он. — Ты еще помнишь, как оно все устроено. Соскучился по работе, а?

— Нет. Так что если ты только ради этого…

— Конечно, не только! — отмахнулся Коля. — Я привез винца, мяса хорошего, устроим шашлыки, выпьем. А завтра ты почитаешь пару реплик для проб — и все!

— Я же сказал, не буду я сейчас сниматься! И пробы записывать! А пить мне все равно нельзя, так что если ты еще не заглушил мотор…

— Тимур, ну ты что! — снова вмешалась Марина. — Николай же так долго ехал!

— У меня все равно больше нет спальных мест.

— Да не парься ты, ляжем вместе, — Коля продемонстрировал все свои тридцать два зуба. — Кровать у тебя вон какая… Тут и на троих хватит!

В воздухе повисла неловкая пауза, потому что предложение Коли прозвучало слегка двусмысленно.

— Вы бы сейчас себя видели, — он расхохотался. — Да пошутил я!

— Не смешно, — мрачно отозвался я, стараясь не смотреть на Марину.

— Тимыч, расслабься. Я могу и на полу переночевать, это вообще дело десятое. Если мы сегодня выпьем все, что я привез, то все уже будет все равно, где спать. Давай, дружище, отметим твое будущее возвращение!

— Тимуру сейчас лучше не пить, — Марина, наконец, встала на мою сторону, и я воспрял духом. — У нас занятия.

Отлично! Если мы сейчас оба дадим понять Коле, что он тут со своими шашлыками и выпивкой не нужен, он сдуется и уедет. Потому что есть одна вещь, которую Коля не выносит совершенно, — скука. А методичное сгибание и разгибание моей больной ноги к веселым мероприятиям явно не относится.

— Но вам-то можно? — игриво обратился Коля к Марине.

Я ни на секунду не сомневался, что она сейчас по своему занудному обыкновению скажет что-то о вреде алкоголя, и уже через пару минут мы будем созерцать из окна задние фары Колиной машины. Но Марина вдруг улыбнулась загадочно, неопределенно повела плечом и чуть-чуть разрумянилась.

— Почему бы и нет, — с ложной скромностью выдала она, а я чуть челюсть не уронил.

— Супер! Тогда я в машину за мясом. Тимур, у тебя есть мангал или что-то такое? Если нет — не парься, я могу из кирпичей сложить, походный, так сказать, вариант.

Не успел я раскрыть рот, чтобы высказать все, что думаю о походных мангалах и шашлыках, как вмешалась Марина.

— Я, кажется, видела в бане…

— Так тут и баня есть?! — Коля радостно всплеснул руками, будто руша все мои невидимые планы.

— Да, Тимур с утра растопил. Хотел попариться, но… — Марина опустила глаза. — Упал, ушибся…

— Вот! — Коля поднял вверх указательный палец. — А все почему? Потому что меня с вами не было! Сейчас мы быстренько все сообразим… Банька, шашлычки. А какое вино я привез! Ты красное или белое предпочитаешь? Ой, прости… Я на «ты»… Ничего, если мы на «ты» перейдем?

— Да ничего, конечно! — Марина так доброжелательно улыбнулась, что я глазам своим не поверил.

Мне она так никогда не улыбалась! И на «ты» они уже перешли, вино с баней обсуждают… Это что вообще такое?! В какой параллельной реальности я оказался? Он привез мне специалиста, чтобы я мог восстановиться после травмы, вернуться к карьере и поговорить с сыном. Разве нет? Так он, по крайней мере, говорил.

И вот он уже вьется вокруг моего инструктора, катит к ней свои шары, а она и рада! Смущенно улыбается, хлопает ресницами, на «ты» вон перешла. И как это понимать?

Я дождался, пока Коля уйдет в машину за своим дурацким мясом, и позвал Марину. Она уже суетилась на кухне с кастрюлями и мисками.

— Ты ничего мне не хочешь объяснить? — спросил я.

— Как думаешь, где лучше шашлык мариновать? — она зашла в комнату с двумя кастрюлями наперевес. — Эта вроде побольше, а туда можно готовый складывать, у нее вроде стенки двойные, — она постучала ногтем по нержавейке. — Ну да, тепло лучше сохраняет…

— Ты что творишь? — я с усилием встал и, оперевшись на трость, доковылял до Марины. — Какие шашлыки?! Какая баня? Ты разве не работать сюда приехала?

— Ляг сейчас же! Слушай, я не виновата, что ты сегодня устроил диверсию. Заниматься все равно нельзя, разве что немного размяться перед сном. Кому будет плохо, если мы немного попаримся и развеемся?

— Я больше в баню не пойду, хватит, — я постарался не думать о том, что значит это ее «развеемся».

— Ну и не ходи, — она пожала плечами. — А я была бы не против!

— Ты же уже мылась сегодня! Бойлер включила!

— Ой, там меня Коля, кажется, зовет… Надо помочь… Ты лежи, лежи. Не волнуйся, — и она исчезла, оставив после себя только едва уловимый запах шампуня.

Я как стоял, так и сел. К счастью, не на пол, а на кровать. Творилось что-то странное, и я никак не мог взять в толк, что же я упустил. Все эти три дня Марина вела себя, как образец целомудрия. Мол, я не такая, ты меня обижаешь своими намеками. Ни за что, никогда и все в таком духе. Стоило на горизонте появиться моему бывшему агенту с мясом и алкоголем, — и Марина размякла, как пьяная выпускница. И это еще после нашего поцелуя! Не то чтобы я рассчитывал на продолжение, наоборот, рад был, что все это прекратилось вовремя. Ни ей не нужен был такой проблемный мужчина, как я, ни мне не уперлась странная девица, которая то как куртизанка себя ведет, то как монашка.

Да, я был рад, что наш поцелуй не перерос в нечто большее. Но почему-то тот факт, что Марина собралась париться в бане с другим, меня совершенно не радовал.