Глава 19

Я не помню, была ли когда-нибудь настолько счастлива, как в те два дня. Мы с Тимуром потеряли счет времени, не знали, утро или вечер. Просто наслаждались друг другом, разговаривали, занимались любовью или лежали в обнимку.

Весь мир принадлежал только нам двоим, не существовало ни прошлого, ни будущего, мы жили одним коротким и прекрасным моментом.

Кто бы знал, что Тимур окажется таким ласковым и нежным, таким щедрым любовником? Если бы кто-нибудь намекнул бы на это раньше, я бы плюнула на занятия по реабилитации, на все свои страхи, и не вылезала бы из его постели с самого своего приезда.

Он был удивительным и чутким, я впервые встретила мужчину, который бы настолько тонко чувствовал меня и мои потребности. А как он смотрел на меня… Я чувствовала себя первой красавицей. Потом видела свое отражение в зеркале и недоумевала, что именно он нашел во мне. По-моему, Тимур не сделал мне ни одного комплимента, но этого и не требовалось: мне хватало его взгляда и того факта, что он хотел меня почти круглосуточно. И, чего уж греха таить, во мне тоже проснулась какая-то первобытная ненасытность, дикий сексуальный голод, который мог утолить только он.

Я уже знала, что ни с кем больше этого не испытаю, предыдущие мои парни и в подметки не годились Тимуру. С ним я горела и искрилась, не знаю, дело ли в какой-то особой химии, или в том, что любовь после ненависти имеет уникальный пикантный привкус.

Порой мне становилось страшно, что все это кончится, и я уже никогда не почувствую ничего подобного, но я гнала прочь эти мысли — или Тимур стирал их своими жаркими поцелуями. Я решила: что бы ни случилось потом, я проживу эти дни так, как подсказывает мне сердце, что буду делать только то, что хочется. И даже если наступит пустое и унылое завтра, в котором со мной не будет Тимура, никто не сможет отнять мои воспоминания, и они будут греть меня до самой старости.

Когда пришло время, Тимур отвез меня в аэропорт. Я просила его полететь со мной, мне казалось, что меня режут по живому, настолько сильно я боялась его потерять. Стоило нам выбраться из нашего убежища, мир со всеми его «но» обрушился на нас, а страхи вернулись сильнее, чем были.

— Ну что ты, милая моя девочка, — успокаивал меня Тимур, привычным жестом заправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо. — Я никуда не денусь. Разберусь с домом, солью воду, чтобы не лопнули трубы, пока меня не будет. Прилечу завтра-послезавтра, и мы сразу же увидимся, обещаю.

Я верила ему, хотя на душе скребли кошки. И когда я садилась на самолет и наблюдала через окно, как уменьшаются внизу дома и машины, мне казалось, что где-то там вместе с Тимуром остается частичка меня. Я не могла объяснить, откуда у меня эти дурные предчувствия, убеждала себя, что это просто паника на пустом месте, но ничего с собой поделать не могла. Мне оставалось только ждать — и верить, ведь там, у Тимура, не было ни Интернета, ни даже мобильной сети.

Лена встретила меня с сияющими глазами и таинственным видом.

— Угадай, что? — пропела она, чуть ли не пританцовывая от нетерпения.

Даже здороваться не стала, видно, речь шла о чем-то действительно важном.

— Тебе одобрили кредит на машину? — я выдавила из себя улыбку, хотя, если честно, мне было не до пустой соседской болтовни, всеми мыслями я была в тот момент с Тимуром.

Лена мотнула головой, пискнула и протянула вперед руку с кольцом на безымянном пальце.

— Дима! — выпалила она. — Он сделал мне предложение!

— Ого, — я оглядела кольцо. — Красивое…

— Ты что, не рада?! — Ленка опустила руку и подозрительно прищурилась. — Погоди-ка… — она сделала шаг назад, словно сканируя меня взглядом. — Что-то не так, я прям чую… Ты как-то изменилась…

— Да ничего такого, — отмахнулась я и разулась, избегая смотреть подруге в глаза. — Просто от перелета устала, и из аэропорта два часа по пробкам тыркалась…

— Нет-нет, даже не смей мне врать, — Лена подбоченилась. — Все ясно! Этот клиент! Ты с ним переспала!

Я ничего не ответила, не зная, как правильно себя вести. С одной стороны, я не планировала разглашать эту информацию, потому что тогда пришлось бы рассказывать и все остальное, как минимум — сообщить Лене, кто именно тот загадочный клиент. А к этому я была еще не готова. С другой стороны, врать я никогда не умела, и Лена бы моментально считала ложь, и уже тогда приступила бы к допросам уровня ФСБ.

— Ну, ты даешь! — Лена сделала выводы, так и не дождавшись от меня ни слова. — Вот это ты, Маринка, отожгла! Такая с виду скромница, а оказывается, не пальцем деланная. Богатый, да?

— Ну… — я неопределенно пожала плечами, лихорадочно придумывая, как бы поскорее сменить тему. — На еду ему хватает… А что Дима, как он предложение сделал? На колено-то вставал?

— О, это было что-то! — Ленка с готовностью проглотила наживку. — Он прям романтик такой оказался… Короче, снял номер шикарный с джакузи. Лепестки роз, шампанское, клубника… Я уж думала, может, я про дату какую забыла, или день рождения у него. А он раз такой, красную коробочку достает, а там — вот! — и она снова протянула мне руку с кольцом.

— Здорово! И что, вы уже дату назначили? — я обрадовалась, что так легко ушла от неприятного разговора, но не тут-то было.

— Погоди-ка, — задумчиво протянула Лена. — Ты что, нарочно меня отвлекаешь? Вот так, значит, да? Скрыть от меня решила свои похождения!

— Да Лен, ну какие похождения! Просто взаимная симпатия, ничего особенного…

— А вот и нет! — она схватила меня за руку и потащила на кухню. — Будь там ничего особенного, ты бы уворачивалась, как пленный партизан. Сядь — и выкладывай мне все сначала.

Она отодвинула табуретку, а потом вытащила из холодильника початую бутылку вина и достала из шкафчика два бокала.

— Хочу подробностей! — предупредила она. — Сколько ему? Дом у него большой, наверное? Хоромы? А заплатил как? Не пожадничал, чаевые накинул?

И в эту самую секунду до меня вдруг дошло, что я так и не взяла с Тимура денег. Как-то не до того было, он не вспомнил, и сама я забыла. А потом странно как-то брать деньги со своего любовника. Вроде бы плата и не за секс, но все равно как-то попахивает проституцией.

— Стой, — замерла Лена. — Он что, не заплатил тебе?

— Ну… Нет пока… Как-то к слову не пришлось.

— То есть отчекрыжить он тебя отчекрыжил, а за работу не заплатил? Или у вас там до ЛФК вообще дело не дошло? — она многозначительно подмигнула.

— Конечно, мы занимались! В смысле, ЛФК, — я почувствовала, что краснею: как-то не привыкла обсуждать такие вещи. — У нас вообще все случилось только в последние два дня, но…

— У, подруга, — протянула Ленка. — У меня для тебя плохие новости.

— Что? — нахмурилась я.

— Сама смотри: он тебя сначала как профессионала попользовал, потом соблазнил. Ты же у нас такая правильная, со своих денег не берешь. Вот и получается: он и рыбку съел, и косточкой не подавился. Нет, план хорош, но тебя жалко. Ты ведь не влюбилась в него, нет?

— Не-е-ет, — поспешно ответила я и схватилась за бокал вина, чтобы пока я пью, Лена не могла разглядеть выражение моего лица.

Конечно, я не верила, что Тимур мог соблазнить меня просто ради того, чтобы потом не заплатить за занятия. И все же деньги мне были нужны, не хотелось снимать со счета, который я отложила на первый взнос по ипотеке. И как теперь мне было ему намекнуть, чтобы не выглядеть меркантильной?

Я не знала пока сама, влюбилась я в Тимура или нет. Я вообще слабо представляла себе, что такое — эта самая любовь. Уверена была лишь в одном: без него мне было плохо, и я понятия не имела, как пережить дни и часы до его приезда.

Ленку посвящать во все детали своих отношений с Тимуром я не стала. И не рассказала, кто он такой, да ей и не до того было: она любовалась моим платьем, сказала, что я просто обязана прийти к ней на свадьбу именно в нем. А что до молнии — так у нее есть одно любимое ателье, и там молнию починят дешево и быстро.

Если честно, я немного приукрасила нашу с Тимуром историю. Мол, он неожиданно отвез меня в город, там купил платье, а потом отвел в роскошный ресторан, после чего у нас все и случилось. Ссоры, слезы, ревность и случай в бане я опустила, и Ленка слушала меня с таким умиленным лицом, будто я ей показывала ролики с котятами.

— Ладно, беру свои слова обратно, — сдалась Лена, когда я закончила. — Не мужик, а мечта просто. Мой вот Дима хороший, конечно, но на такие подарки пока не разорился. И вообще: если он тебе не заплатит, толкнем это платье через интернет, оно все покроет.

Мне бы не хотелось, чтобы дошло до крайностей, и я решила, что дождусь возвращения Тимура. В конце концов, даже Ленка твердила, что он влюблен в меня по уши, а уж она-то в таких вещах разбиралась побольше моего.

Чтобы не сойти с ума, гадая, что творится в голове у Тимура, и когда он прилетит в Москву, я на следующий же день залезла в базу и набрала клиентов. За работой время тянулось не так медленно, к тому же, пока меня не было, у меня накопилось несколько заявок.

Я с головой ушла в работу: сначала старушка после перелома шейки бедра, потом совсем молодая девушка после автокатастрофы и приятный пожилой мужчина, переживший два инсульта, но несмотря на это довольно бодрый. Видно, вселенная решила компенсировать мне трудного заказчика в лице Тимура.

Тамара Васильевна, — так звали мою новенькую старушку, — оказалась болтливой и веселой, без конца рассказывала мне истории из своей бурной молодости. К моему вящему удивлению, Тамара Васильевна неплохо разбиралась в современных гаджетах и следила за новостями и сплетнями активнее, чем мы с Леной вместе взятые. Можете себе представить, у нее был даже собственный аккаунт в инстаграм, куда она исправно выкладывала селфи с наших тренировок.

Собственно, на втором занятии все и произошло. Сначала все было нормально, как говорится, ничто не предвещало. Я приехала к ней домой, она включила музыку, и мы разминали ноги, пробовали упражнения из нового комплекса. Потом Тамара Васильевна начала уставать и попросила пощады. Я дала ей пятнадцать минут на передышку, и моя продвинутая клиентка тут же схватилась за телефон.

— Ой, ну надо же! — воскликнула она, с интересом изучая экран.

Я, если честно, сначала даже значения этому не придала. Так, из вежливости спросила:

— Что пишут?

— Представляете, — охотно начала Тамара Васильевна. — Тот актер-то был, Тимур Бекоев. Да вы его, наверное, не помните, а я вот все сериалы с ним смотрела. Такой мужчина!

— Да нет, почему же. Помню, — я постаралась не показывать излишней заинтересованности, но внутри что-то неприятно екнуло.

Больше всего я боялась услышать страшное, и лишь повторяла про себя: «Только не ДТП, только не ДТП, только не ДТП…»

— А я его как раз пару дней назад вспоминала, — вздохнула Тамара Васильевна. — Снился мне, то ли в четверг, то ли в среду… Ах, да, как раз на пятницу! Вот и не верь после этого в сны! Я, кажется, шла по бульвару… Петровскому… Нет, Покровскому, а потом смотрю — батюшки!..

— Так что с ним случилось? — не выдержала я, и тут же обругала себя за бестактность.

Тамара Васильевна удивленно посмотрела на меня.

— Почему обязательно случилось? — спросила она. — Ничего такого. Просто вернулся, живой и невредимый.

И не успела я с облегчением выдохнуть, как Тамара Васильевна продолжила:

— Я все волновалась, куда он подевался. После такой аварии немудрено и руки на себя наложить, но все обошлось, видите? — она развернула телефон экраном ко мне. — Встретился с женой и сыном. Хорошо бы помирились! Семья — она на то и семья, чтобы прощать друг друга. Мало ли, гульнул с какой-то фифой! Мой Павлик, царствие ему небесное, говаривал, что для иного мужика это как в туалет сходить. Никаких чувств. Пар на стороне выпустил — и домой, к детям.

Она все болтала и болтала, а я уже ничего не слышала. Перед глазами стояла любительская фотография из роскошного ресторана. Кто-то, видно, узнал Бекоева и не удержался, чтобы не выложить его в инстаграм.

На снимке Тимур сидел напротив бывшей жены и сына и улыбался. Радостно так, словно после долгого путешествия вернулся, наконец, домой. Я знала, что у него зуб на Татьяну, и вряд ли он захочет возобновить с ней отношения, да и она собиралась замуж за другого. И все же как больно было смотреть на эту картину счастливой семьи!

Я сразу почувствовала себя лишней, не нужной, чужой. Я поняла, что если поклонники Тимура узнают о том, что он со мной, они опять будут трубить отовсюду, что я разрушила его семью. И сейчас мне казалось, что в этом есть доля правды.

Почему он не позвонил мне? Обещал ведь связаться, как только приедет! Выходит, он прилетел, заехал домой, договорился с женой о встрече, привел их в с сыном в ресторан… Когда это было? Вряд ли Тамара Васильевна нашла фотографию, которую только-только выложили. Может, они сели ужинать час назад, а может, это вообще было вчера. И все это время Тимур был в Москве, и не нашел секунды хотя бы скинуть мне сообщение?..

— Марин, вы в порядке? — забеспокоилась Тамара Васильевна, глядя на меня. — Вы побледнели как-то… Если вам окно надо открыть, так открывайте, ничего страшного, дочка тоже на духоту все время жалуется. Я вот мерзну, но могу и потерпеть, если проветрить хотите…

— Нет-нет, все хорошо, — я через силу улыбнулась. — Если вы не против, давайте вернемся к занятиям.

Мне удалось закончить тренировку на каком-то автопилоте. Я заставила себя отключить эмоции, потому что привыкла доводить дело до конца. К тому же, Тамара Васильевна была не виновата в моем состоянии.

Не помню, как я добралась до дома, очнулась уже в своей комнате с бутылкой белого вина. Заперла дверь, чтобы не пришлось объясняться еще и с Леной, рухнула на диван и накрыла лицо подушкой. Только так я могла выпустить вместе с криком всю боль, разъедающую меня изнутри.

Немного успокоившись и выпив пару бокалов, я взялась за телефон, влезла в инстаграм и стала искать публикации с тегом #тимурбекоев. Самыми недавними были как раз фотографии из ресторана, а до них… Я не поверила своим глазам, когда увидела на снимке себя.

Те продавщицы из бутика в Петрозаводске не прислушались к просьбам Тимура. Они сняли нас тайком: Тимур был, конечно, в центре кадра, но мое лицо было отчетливо видно. Я стояла рядом с ним в своем нарядном платье и смотрела на Тимура бесконечно влюбленными глазами. Позор, Господи, какой позор… И еще до того, как открыть комментарии к этому снимку, я знала: все плохо.