Глава 15 · Что на другой стороне?

В рекордные сроки мы собрались в великий поход. С собой ничего особенного не взяли, кроме заполненных солонок, на случай если фейри не проявят должного гостеприимства. И да, из-за проблем Данна с ходьбой было решено отправиться в путь верхом на лошадях. Для меня это было в новинку, но я была бы последней крысой, если бы бросила подругу в трудную минуту. А Данн, в свою очередь, не пожелал отсиживаться в тылу, потому что джентльмен не имеет права скидывать свои проблемы на плечи хрупких леди. Клио нас не отговаривала, ее даже обрадовало, что собралась команда из трех человек, потому что боуги нападают только на тех, кто бродит по лесу в одиночку или вдвоем. Вот и прекрасно, пусть эти твари сидят в своих норах или дуплах и не высовываются.

Я думала, что Ру, как большой любителей лошадей, потребует себе личного скакуна, но он, видимо, гордый должностью фамильяра, полетел в облике виллиана. Летел, если честно, бестолково, то ускоряясь, то зависая в воздухе. Будто еще не сладил с новыми способностями. Только меня больше волновал мой способ передвижения. Лошади из конюшни поместья были зачарованы на послушание и вели себя образцово, но мне было непривычно восседать на такой высоте и чувствовать, как неторопливая качка отдается во всем теле. Спасибо, вспомнила про одежду Бреннана в своем шкафу, в брюках-то удобней, чем в ворохе юбок.

Хорошая лошадка… Прости, вообще-то ты конь, хотя неважно. Вот так, тихонько… Нет, не тряси головой, мне же страшно! Аккуратненько, ты же знаешь, что я новичок…

– Он что, виллиан?

Вопрос Данна был некстати. Я только-только начала налаживать контакт, как На’ви с лютоконем, а кто-то под руку лезет!

– Да, а что?

– Да так, – неопределенно ответил Данн, наблюдая за полетом моего фамильяра. – Бреннан разве не говорил, что из-за виллианов я лишился ноги?

– Ой, прости, я не знала!

– Шутка.

– Что?

– Шутка, – повторил парень. – Мистер Сэфайр и Бреннан часто шутят, вот и мне иногда хочется.

– С кем поведешься, от того и наберешься, – сказала я примирительно. – А куда же эта парочка уехала? Бедная мадам Джоандра одна за всех отдувается. Или вы поклялись хранить тайну?

– Никакая это не тайна. Мистер Сэфайр периодически уезжает в город по делам ковена. А почему он взял с собой Бреннана, не могу сказать. Они не слишком ладят и не любят проводить время вместе.

– Видишь, он душка, – игриво отозвалась Клио.

Верхом на гнедой лошади с черной гривой, одетая в приталенный жакет и брючки, фея академии выглядела чудесно. Я аж на секунду залюбовалась ею, забыв о том, как должна быть сосредоточена на своей лошади.

– Кто душка? – не понял Данн.

Клио хихикнула дразнящим смехом нимфы.

– Да ты, приятель! – Ру плюхнулся ему на плечо. – Они тебя окучивают, а ты глазами, как дурак, хлопаешь. «Ах, Грег, такая лапочка! Такая пуся! Когда же мы уже, наконец, с ним поцелуемся?»

– Сначала надо одного болтливого фамильяра отшлепать, – пригрозила я.

Наверное, Данн был сильно шокирован, раз не смахнул с себя страшилку с голым черепом и крыльями.

– Мисс Клио и мисс Юнона меня окучивают?

– А ты не догадался? Сейчас заведут тебя в лес, подальше, и вдвоем ка-а-ак…

– Ру, бить буду! – рявкнула я.

Лошадь, на мое счастье, осталась спокойной. Чего не скажешь о сопровождавшем нас Дигби. Песик развернулся в нашу сторону и несколько раз недовольно гавкнул.

– Ему не нравится, что вы ругаетесь, – растолковала Клио.

– Из-за женщин, – не преминул уточнить Ру.

Клио гордо вскинула голову.

– Мы никого не окучиваем. Фу, что за слово такое? Мы – очаровываем.

– Меня? – стало доходить до объекта ее воздыханий.

Я чуть не застонала.

– Может, еще сядем в круг у костра и решим, кто станет парой и поселится в отдельном домике?

– В каком домике? – еще больше обалдел Данн.

О божечки, как Ру со своим характером вообще до зрелых лет дожил? Вон как всех взбаламутил. Нечисть болтливая, недобитая.

– Грег, давай сразу расставим все по местам. Я на тебя не претендую. Не потому, что ты плохой или некрасивый, просто между нами не возникло искры…

– Мисс Юнона, с каких пор мы с вами перешли на фамильярный тон?

– С тех самых пор, как мисс Юнона бросила увлекательный доклад по грибам ради того, чтобы кто-то забыл про костыли.

– Ладно, – протянул он, выходя из роли неприступного секретаря. – Тогда скажите сразу, что вы задумали? Будете обряды проводить? Если да, я разворачиваюсь и еду назад.

– Нет-нет! – Клио всерьез заволновалась. – Мистер Данн, не уезжайте, мы ничего такого не затеваем. Если вы отказываетесь от обрядов, нам стоит уважать ваш выбор. Но вы не бойтесь, мы правда ищем фейри, который может помочь найти вашу пропажу.

А тут уже я запуталась и потерялась. Посчитав, что девушке из другого мира простительно быть почемучкой, я спросила, что же не так в обрядах.

– Магия ведьм может исцелить израненную конечность, но не вернуть ее. Раньше ведьмы совершали обряды, обращаясь за помощью к Другой стороне, а у Другой стороны специфические представления о человеческой жизни и справедливости. Например, такая магия могла бы вернуть ногу, но это была бы нога другого человека.

– Мистер Сэфайр предлагал мне это, а я отказался, – подтвердил Данн. – Мне не нужно счастье, добытое горем другого человека.

– Клио, он у тебя правда душка.

– Вы опять начинаете? – вспыхнул «душка».

– А мы и не заканчивали, – засмеялась я.

Следующие несколько минут мы ехали в красноречивом молчании. Ру наворачивал над нами круги, потом опять опустился на плечо Данну.

– Ну и как там дела в ковене? – развязно спросил он. – Интриги плетут против человечества не покладая рук? Или сидят без дела? А у меня есть пара предложений. Мне кажется, что виллианов надо наделить некоторыми правами. Да и финансовая поддержка от государства не помешала бы.

– Финансовая поддержка? – голос секретаря сочился недоверием. – Зачем виллианам деньги?

– Тем, которые дикарями летают, незачем. Разве что зубки о монеты поточить. А нам, цивилизованным виллианам, нужно на что-то покупать еду, раз человечину есть нельзя. А еще нужно поддерживать свою человеческую ипостась, одеваться на что-то, мыльцем душистым мыться. Может, иногда даже одеколоном брызгаться.

– Скоро ковен соберется в академии на Вечер новоявленных, тогда и спросишь у них.

– Что значит «скоро»? – удивилась Клио. – Это мероприятие всегда проводится после зимы, когда из Школы трех ведьм уже исключили самых слабых и неперспективных учениц.

– Четкой даты нет, поэтому возможны исключения.

– Должна быть веская причина для такой спешки.

– Мисс Клио, больше не могу вам ничего сказать. Не из вредности, я действительно ничего не знаю. Я хоть и секретарь, но не врач и не поверенный, чтобы со мной откровенничали.

Дигби снова залаял. Подбежал к одному из ясеней и, не умолкая, поставил лапы на корявый ствол. Я чуть вытянулась в седле.

– Дигби! Дигби! Что такое, малыш? Там белка?

– Этот пес не стал бы отвлекаться на белок. Он очень ответственный, – возразил Данн. – А если бы нам угрожала опасность, он бы нас от нее отогнал.

Я всмотрелась в крону, но никого там не увидела. Только листочки подозрительно колыхались.

– Дядя Фука!

– Добрый вечер, моя дорогая.

За листьями заклубилось марево, постепенно обретая знакомые черты козлоногого фейри.

– Опять кого-то спасаешь? Беспокойное у тебя сердечко, я давно почуял твое приближение.

Наши лошади остановились почти одновременно. Я, тихо радуясь передышке, похлопала свой транспорт по теплой шее.

– Дядя Фука, как же вы могли, ай-ай-ай. Вы меня так подвели! Мистер Сэфайр жутко разозлился после ваших слов о секрете. Я чуть не померла на месте от страха.

Фейри немножко спустился, и нам открылось его мордообразное лицо. Диковатое, но почему-то располагающее к себе. Желтые глаза сверкнули, как у кошки в темноте.

– Бреннан всегда был пылким, а повзрослев, еще и забыл о манерах. Сплошное удовольствие – щелкнуть по носу зарвавшегося юнца. Он же не сделал тебе ничего плохого?

– Э… – я подвисла, прогоняя в уме последние события. – Вы специально это сделали? Вы его раздразнили, а он в итоге сделал так, что я узнала его секрет, хотя он боялся, что правда всплывет… Ну вы и интриган!

Свесившись с ветки вверх ногами, фука поправил галстук с подковами. Цилиндр с головы не упал. Может, рожки поддерживали его импозантный головной убор?

– Я не вижу будущее, как Белая дама, но малыш Бреннан у меня как на ладони. Сам себя выдал, значит? Поведаешь мне подробности? Но сначала познакомишь меня со своими друзьями.

Когда я представила ему своих спутников и заодно рассказала, что нас привело в лес, его рот растянулся в улыбке с клыками.

– Беде вашей можно помочь, детки. Пройдемте со мной, будем решать вашу проблему по-другому.

– Любезный дядюшка, вы можете нам обещать, что не заиграетесь и выпустите нас, когда нужно? – Несмотря на легкомысленную интонацию Клио, я легко уловила нервозность подруги.

Все-таки она побольше меня разбирается в фейри.

– Не бойся, милая девочка. Не обижу. Каюсь, люблю подурачиться, но зачем зря мучить смертных? У них и так жизнь сложная. Потому что постоянно в чем-то сомневаются, а ошибившись, уже не могут ничего исправить.

– Погодите, – вклинился до сих пор молчавший Данн. – Мы что, сейчас пойдем на Другую сторону?

Клио кивнула, даже не повернувшись к нему.

– Да. Думаю, этому фейри можно доверять. Он славный. И одет со вкусом.

– Это опасно? – спросила я.

Подруга загадочно ухмыльнулась.

– Не угадаешь. Бывало, что фейри заколдовывали или съедали непрошеных гостей, а бывало, что развлекали и всячески баловали, но отпускали домой лишь спустя сто лет. Однако, повторюсь, я склонна верить дядюшке Фуке.

Не самое успокаивающее объяснение, но дезертиров в нашей команде не нашлось. Фука довел нас до круга из камней и пригласил ступать за ним. Как только фейри проник внутрь кольца, то тут же исчез. Сооружение из покрытых мхом и птичьим пометом валунов выглядело странно, как творение пещерных людей, и все же от них не веяло страхом. Зато они дразнили любопытство, и наверняка в их плен когда-то попало немало людей. Все мои сомнения развеялись, когда в круг заскочил Дигби. Этой собаке я доверяла больше, чем самой себе.

И я пошла первой.

Меня окутало мягкой пеленой сгущающихся сумерек, в лицо подул теплый ветерок, наполненный запахами цветов и костра. Я сделала пару шагов вперед и потерла веки, привыкая к полумраку.

Из леса я попала прямиком на холмы с сочной, душистой зеленью. Мое обоняние обострилось и различило в воздухе еще несколько ароматов. Жареного мяса. Печеных яблок. И чего-то еще незнакомого, но сладкого, как мед.

Призывными огоньками вдалеке мелькали костры – и маленькие, почти незаметные, и такие большие, что языки пламени, извиваясь, высоко поднимались ввысь.

И среди этого великолепия веселились группы мужчин и женщин. Они танцевали, смеялись или просто сидели, наблюдая за праздником. Обрывки мелодий и песен сплетались в негромкий убаюкивающий гул.

Я бы так и стояла столбом, пока не появились мои товарищи. Но их как будто подменили! Ру был в своем человеческом обличье, но его глаза светились лиловым светом, а волосы высветлились. Клио сверкала рыжими глазами, а ее прическа переливалась красно-желтыми волнами, словно она несла на голове шапочку из костра. Данн выглядел цивильней всех, только его обычно прилизанная шевелюра лежала естественно изогнутыми прядками. Хотя это было не все…

– Грег! – воскликнула я неприлично громко. – У тебя что, две ноги?!

Все моментально уставились на ботинки секретаря.

– Тогда сам дальше иди, – отцепился от него Ру. – Ого! Принцесса, ты в чернилах, что ли, искупалась?

Что? У меня на голове тоже какое-то безобразие?

Клио показала в улыбке зубы, что недопустимо для воспитанной леди.

– Другая сторона обнажает сущность человека. Если он добрый, из его внешности пропадают уродства и недостатки, отступают болезни. Если злой – может появиться бородавка или даже горб. А если человек отмечен даром, это тоже будет заметно. У меня, наверное, на голове пожар, да?

– Как ты догадалась?

Она раскрыла ладонь, и над ней запрыгали рыжие искорки.

– Я же знаю, какого цвета моя сила.

– У тебя волосы какие-то дурацкие. Фиолетовые. Корни белые, а чем ближе к концам, тем ярче, – счел своим долгом сообщить Ру.

Я взяла одну прядь и пропустила сквозь пальцы. М-да, были невнятного русого оттенка, а стали лиловыми. Ожил кошмар моей мамы, она запрещает краситься в нелепые, по ее мнению, цвета.

– Ну спасибо…

К нам подбежал Дигби и задрал голову. Я почти присела, чтобы погладить корги, но вдруг подскочила, как пружинка.

– Может, вы прекратите болтать о ерунде и мы приступим к более важному делу? – сказал песик взрослым мужским голосом.

Для меня это было покруче превращения человека в тюленя. Люди, смотрите, собака заговорила! Взаправду! Зовите друзей, пусть тоже посмотрят!

Должно быть, я тогда открыла рот от удивления, раз Дигби вздохнул.

– Пошли уже, человеки. Или кого-то надо за пятки покусать?

Мы уверили его, что целые пятки нам еще пригодятся, и корги отвел нас к костерку, у которого сидел напоминающий Авраама Линкольна джентльмен в цилиндре.

– Присаживайтесь, детки.

Я устроилась напротив.

– Дядя Фука, вас не узнать.

– Ох, милая, ты меня еще в молодости не видела. Я раньше и конем длинногривым оборачивался, и волком двуглавым. А сейчас даже не хочется. Скучно стало. Смертные в наши края теперь почти не ходят, пугать некого. А выходить к ним себе дороже. Сейчас у каждого деревенского мужика ружье водится. А пули хуже пчел, жалят, жгутся… Ладненько, дело же вас сюда привело важное.

Он достал из-за пазухи грубо сделанную дудку и подул в нее, извлекая низкий, певучий звук.

Суть непредвиденного концерта проявилась очень скоро. Откуда-то прилетели и закружили над нами светящиеся шарики, внутри которых, как жучки в янтаре, находились фигурки человечков.

– Бродяжки, – почти с любовью прошептал Ру.

Несколько из них завертелись вокруг нас с Клио, как бы выпрашивая внимание заглянувших в гости ведьмочек. Помня об элементарной осторожности, я не спешила знакомиться с бродяжками поближе, а Клио протягивала им руки и хихикала, глядя на то, как они садятся на пальцы и тут же отлетают.

Фука же видел в них не питомцев или дурачков, а равных себе фейри. Он рассказал им историю о краже у Данна, и они, что-то прострекотав, улетели.

– Жабогриб сказал, что видел подобную штуку. Сейчас найдут, не волнуйтесь.

Убрав дудочку обратно, фука прилег на бок, как беспечный турист на природе.

Мне бы тоже хотелось отдохнуть, да как расслабиться, если везде фейри? Напрасно мне казалось, что наши соседи далеко, у нашего костра быстро собралась маленькая, но не в меру активная толпа. Босоногие девушки с длинными волосами и парни в широких рубашках, а то и в одних штанах.

– Пойдемте к нам, у нас вино и сласти!

– Как можно сидеть без музыки?

– На вас слишком много одежды!

– Я знаю, зачем сюда приходят ведьмы. Красавица, я исполню все желания твоей плоти.

За «плоть» Данна пришлось чуть ли не подраться, потому что две девицы в пахучих венках схватили его под руки и попытались утащить. Насладившись этими неловкими минутами, фука наконец велел молодняку убраться подальше.

– Молодые эльфы бывают несносными. Почти не выходят в мир людей, вот и не знают, куда деть свою дурь. Помню, Бреннану здесь нравилось.

Имя хлестнуло меня почти болезненно.

– Бреннан часто здесь был?

– Достаточно. Уж какой плясун он был, загляденье! Но ты, милая моя, не гневайся понапрасну. Танцевать танцевал, а девок местных не трогал. Уж как они хвостами вокруг него крутили, а он – ни-ни! Все говорил, что ищет свою единственную.

Мое сердце сжалось в сладостной надежде.

– И он ее не нашел?

– Он стал мужчиной. Но душа его не стремилась к той девушке.

– Она из фейри? – спросила Клио с придыханием.

Фука многозначительно похмыкал.

– Ведьма. Девочка Джоандра. Но не подходила она ему, нет.

Мое сердце вырвалось из тисков и ухнуло в направлении центра Земли.

Подозрения по поводу Бреннана и мадам Джоандры оправдались, и это, вопреки здравому смыслу, обижало и угнетало. Но нельзя же быть такой наивной! Бреннан на самом деле старше меня в два раза, если не больше. Он же не мог всю жизнь ходить гордым девственником, как герой из слащавого романа.

И все же, если верить фуке, он не любил ее по-настоящему. Это были легкомысленные отношения, а не любовь до гроба. Пусть это не очень красиво, но мстительное чувство меня утешило.

Фейри напомнил о моем маленьком долге, и я, перестав терзаться из-за бывшего романа Бреннана, рассказала, как мы ходили ловить шелки и что из этого вышло. А когда я дошла до главного секрета, Данн и Клио не сдержались и засыпали меня вопросами. Особенно был поражен молодой секретарь, трепетавший перед «отцом» и дружащий с «сыном».

– Натворил мальчик такого, что диву даешься, – подытожил фука.

– Я был еще щенком, когда он совершил злополучный ритуал, – грустно сказал Дигби. – Я мало что понимал и не мог его отговорить. Да и куда ему слушать неразумную собаку, если грымзы из ковена давят. А теперь им еще помыкает и он сам. Заставляет заниматься мерзкими делами, отправляет на охоту за феями и прочей мелочью чуть ли не каждую неделю. Ведьмы из ковена постоянно ставят опыты на фейри. Да и подвальная лаборатория жуткое место.

Несмотря на жар костра, я поежилась от пробежавшегося по коже холодка.

Значит, не только шелки. Вот что за скелетики стоят под стеклянными колпаками. И капалли занесло в академию не ветром…

– Какая подлость, – Клио сжала кулаки. – Другая сторона дала ведьмам и ведьмакам силы, а они так жестоко обходятся с ее обитателями.

Дигби встал на защиту хозяина.

– Бреннану это тоже не нравится. Ему больно от того, что бывшие друзья стали его ненавидеть. Порой он ненавидит сам себя.

Фука немного поменял позу, будто отлежал руку.

– А ненависть уродует людей. Только одно их может спасти.

– Любовь? – спросила я недоверчиво.

– Вот. Вы и сами все знаете. Только предпочитаете сделать все, чтобы избежать ее. Страх, личная выгода, да неважно, что вам мешает. А это огромная сила и большая редкость для Другой стороны. Многие фейри уходили к людям, лишь бы хоть немного испытать это чувство.

– Но Джоандра не смогла его спасти, – пробормотала я.

– Они не созданы друг для друга. Такое бывает. Женят людей, селят в одном доме, заставляют плодиться, а они друг друга на дух не выносят. Нельзя так. А тебе, мальчик, на роду написано быть женатым на ведьме.

Палец фуки был направлен на Данна.

– А я ему уже устал это втолковывать, – Ру даже потянулся, показывая, как сильно его утомило это неблагодарное занятие. – Клио кружит над ним, как пчела над цветком. Не пойму, она получше никого себе не может найти? Вряд ли ее родители обрадуются ухажеру из низов. Он же и так достиг вершины своей карьеры, дальше просто некуда. А сидя за бумажками не в своем заведении, капитал не сколотишь.

– Мой отец в юности работал почтальоном, а до этого, в детстве, чистил ботинки. Сейчас же он руководитель крупнейшего отделения связи в графстве, – с достоинством ответила Клио. – Бабушка погадала и увидела в нем перспективного мужчину, поэтому позволила моей маме выйти за него замуж.

Посмеиваясь, Ру фамильярно приобнял наших Ромео и Джульетту.

– Уж не погадала ли ты на суженого, ведьмина внучка?

– А что, нельзя? – самодовольно улыбнулась Клио. – Ради Грега я и приехала в академию. Сюрприз?

Честное слово, у Данна было такое лицо, словно два каннибала обсуждают, как его лучше приготовить. Я прыснула в ладони.

– Клио, ну ты, подруга, даешь! А я еще думала, почему такая умница учится вместе с дилетантками?

– У бабушки связи. Меня могли принять в академию без предварительного экзамена и сразу на четвертый курс, но я уговорила ее отпустить меня раньше. Мол, за четыре года я сама научусь чему надо, а диплом не получу. К тому же мне нужно с кем-нибудь подружиться, потому что в будущем тоже понадобятся связи в магическом сообществе.

«Суженый» успел только сказать: «Как…» – и мы все, как по команде, вытаращились на вернувшихся бродяжек. Фука встал и в предвкушении потер руки, а Дигби встрепенулся и залез мне на колени.

– Ты чего? – спросила я у песика.

– Проблема улажена. Я заслужил почесушки!

– Заслужил, заслужил.

После слов «проблема улажена» я вообще забыла о том, что нас привело сюда. Как можно о чем-то беспокоиться, когда к тебе ластится такая прелесть? И бока подставляет, и пыхтит, язык высунул… Чудо, а не пес!

Так что за происходящим я следила с рассеянным вниманием.

– Ты уж не держи обиды на них, сынок. Это детишки тебя обокрали, а они еще маленькие, глупые. Не знали, что таких, как ты, трогать нельзя.

Данн и не думал выступать с претензиями. То ли у него были крепкие нервы, то ли он еще не до конца пришел в себя после всех потрясений.

Насыщенная выдалась прогулка, что ни говори.