Глава 31

Мири

Я смотрю на своё запястье, и у меня перехватывает дыхание. Пятно. Оно стало больше. Значительно больше. Оно уже не просто синяк-клякса, а живое, пульсирующее образование, похожее на ветвистую тень или тёмную виноградную лозу, что медленно ползёт вверх по руке. Оно не горячее и не холодное. Оно… живое. И когда я прикасаюсь к нему пальцами, мне кажется, будто дотрагиваюсь самой тьмы. Это должно пугать. Но нет. Это чувствуется… правильно. Словно я наконец-то начинаю соответствовать самой себе.

В дверь тихо стучат. Я натягиваю рукав халата, прикрывая пятно.

— Войдите.

Дверь открывается, и на пороге появляется Эйгар. Старый слуга. Он выглядит ужасно. Бледный, осунувшийся, глаза избегают встречаться с моими. Он держится так, будто каждое движение причиняет ему боль.

— Владыка ожидает вас к ужину, мисс, — его голос звучит измученно хрипло.

— Эйгар… — я делаю шаг к нему. — Как вы? Я… мне так жаль, что так вышло.

Он вздрагивает, словно от удара, и я на секунду улавливаю в нём животный страх.

— Пожалуйста, мисс, — он качает головой, и его руки слегка трясутся. — Не надо. Не говорите со мной об этом. Не смотрите на меня. Просто… пожалуйста, не подставляйте меня больше. Второго раза мне не простят.

Я киваю, сжимая губы. Вина и жалость тяжёлым камнем ложатся мне на сердце.

— Хорошо, Эйгар. Я поняла. Извините.

Он молча кланяется и торопливо удаляется, словно боится, что его уличат в непозволительной беседе.

Я остаюсь одна, и мои мысли снова возвращаются к тому что произошло. К ужину. К нему. Неожиданная волна тёплого, сладкого возбуждения смывает неприятный осадок от разговора со слугой. Скоро я увижу его. Мы будем сидеть за одним столом. Говорить. Возможно, он коснётся моей руки…

Я отгоняю глупую улыбку и бегу к шкафу. Что надеть? Что-то красивое. Что-то, что заставит его смотреть на меня. Я выбираю платье глубокого синего цвета, почти такого же, как его магия. Оно мягко облегает стан, и шёлк приятно холодит кожу. Распускаю волосы и старательно их расчёсываю, пока они не заблестят. Из зеркала на меня смотрит не пленница, а… женщина. Женщина, у которой есть тайна. Женщина, которую ждёт могущественный мужчина.

Пока я наношу на губы лёгкий блеск, в голове рождаются картинки, от которых щемит сердце и кружится голова. А что, если… что, если всё это к чему-то? К чему-то хорошему? Предательство Лины и Анта, боль, одиночество… всё это привело меня сюда. К нему. Мы победим. Мы восстановим справедливость. И потом… потом он посмотрит на меня и поймёт, что я его судьба. Мы будем вместе. Возможно, поженимся. У нас будет малыш… Он будет самым сильным и любимым ребёнком на свете. И мы будем счастливы. Наконец-то. Оба.

Я вся горю от этих мыслей, когда вхожу в столовую. Огромный зал освещён тусклым светом магических сфер. Стол накрыт, но атмосфера далека от романтической.

Астра сидит, отодвинувшись от ужина, её лицо искажено гримасой обиды и злобы. Она смотрит в пустоту, сжимая в руках сверкающий кубок так, будто хочет его раздавить.

Вейн стоит у камина, его пальцы чертят в воздухе сложные магические знаки. Он что-то проверяет, подготавливает. Его взгляд скользит по мне, холодный и оценивающий, и возвращается к работе. Ни тени приветствия.

И он. Нортан. Восседает во главе стола. Величественный и недосягаемый. Он не смотрит на меня, когда я вхожу. Его взор устремлён вдаль, он погружен в свои мысли. Его поза, выражение лица – всё кричит о ледяном, абсолютном отстранении.

Моё радостное возбуждение натыкается на эту стену. Я замираю с недоумением.

— Садись, Мири, — говорит он, наконец поворачивая ко мне голову. Его голос ровный, безжизненный, лишённый тех тёплых, хриплых ноток, что были тогда в спальне. — Ешь. Эти блюда наполнят тебя силой для ритуала.

Я медленно опускаюсь на стул напротив него. В животе неприятно сосёт.

— Что… что с тобой? — Тихо спрашиваю я.

— Со мной всё отлично, — он отламывает кусок хлеба. Его движения резкие, точные, лишние. — Ритуал состоится очень скоро. Тебе нужно набраться сил.

Астра громко фыркает и отпивает из кубка.

— Да, кушай, дорогая. Набирайся сил, чтобы стать идеальной жертвой, — её голос звенит ядовитой ненавистью.

— Астра, — предупреждающе произносит Нортан, даже не глядя на неё.

— Что? Разве не так? — Она вскакивает, её глаза наполняются слезами ярости. — Мы все здесь только для того, чтобы обслуживать твою новую любимицу? Хотя чего это я… Всё ведь и так решится, само собой.

— Ты переходишь черту, — голос Вейна раздаётся от камина. Он не поворачивается, но его спина напряжена.

— Какая черта?! — Истерически кричит Астра. — Каждый из нас давно перешел все границы! Он с ней! Ты со мной! Мы все сошли с ума!

Она больше не может сдерживаться. Со слезами на глазах Астра разворачивается и выбегает из зала, её рыдания ещё долгим эхом разносятся по коридору.

Воцаряется тяжёлая, неловкая тишина. Я не могу есть. Просто смотрю на Нортана, пытаясь поймать его взгляд, найти в нем хоть каплю того человека, что был со мной так близок. Но он недосягаем. Как ледяная статуя.

Вейн, наконец, отрывается от камина и подходит ко мне.

— Хватит пялиться на него. Сосредоточься на своей силе. Покажи, на что ты способна. Пятно. Оно проявилось?

Я молча закатываю рукав. Ветвистая тень на моей коже кажется ещё темнее в тусклом свете.

Вейн хмуро кивает.

— Хорошо. Прогресс есть.

Нортан наконец поднимает на меня глаза. Его взгляд скользит по моей руке, и в его серебряных глубинах на секунду вспыхивает что-то сложное, почти… больное. Но мгновение спустя – гаснет.

— Тень просыпается, — констатирует он холодно. — Скоро она поглотит тебя полностью, и ты будешь готова. Начинаем подготовку.

Он кивает Вейну. Тот подходит ко мне с кубком. Не заметила от куда он появился в его руках. Внутри плещется густая, чёрная жидкость. От неё исходит сладковатый, терпкий аромат.

— Выпей, — приказывает Нортан. — Это поможет твоему телу принять силу ритуала.

Я колеблюсь. Инстинкт кричит об опасности. Но я доверяю ему. Я должна доверять. Я беру кубок. Жидкость обжигает губы. Я залпом выпиваю всё. На вкус это похоже на очень сильно заваренный травяной отвар.

Почти сразу же мир начинает плыть. Голова становится тяжёлой. Звуки приглушаются, очертания предметов расплываются. Я чувствую, как по моим венам разливается приятная, убаюкивающая волна. Страх и недоумение уходят, сменяясь странной, безмятежной покорностью.

— Хорошо, — голос Нортана доносится до меня сквозь вату. — Теперь встань.

Моё тело повинуется само по себе. Я встаю, покачиваясь. Вейн берет меня за локоть, его прикосновение твёрдое и безразличное.

— Концентрация, — говорит Нортан, подходя ко мне. Он поднимает руку, и между его пальцами вспыхивает сфера чистой тьмы. — Ты чувствуешь её? Чувствуешь зов?

Я киваю. Я чувствую. Пятно на руке начинает гореть, но теперь это не больно. Это приятно. Как долгожданное тепло после холода.

— Повтори за мной, — его голос звучит прямо у меня в голове, властно и чётко.

Я повторяю. Мои пальцы выписывают в воздухе те же руны, что и его. Моя магия, обычно робкая и неуправляемая, теперь течёт послушной, мощной рекой. Она тёмная. Совершенно чёрная. И она подчиняется мне. Нет. Она подчиняется ему через меня.

Это длится вечность. Или мгновение. Я потеряла счёт времени. Я просто сосуд. Пустая оболочка, наполняемая его волей, его силой.

Это прекрасно.

Это ужасно.

Я не могу сопротивляться.

Я не хочу сопротивляться.

Вдруг он опускает руку. Магия исчезает. Я почти падаю от внезапной слабости, но Вейн ловит меня.

— Достаточно на сегодня, — говорит Нортан. Его лицо всё так же непроницаемо. — Отведи её в комнату. Пусть отдыхает.

Вейн кивает и, почти неся меня, выводит из столовой. На прощание я вижу, как Нортан поворачивается к окну, и его плечи кажутся такими напряжёнными, будто на них лежит тяжесть всего мира.

Меня укладывают в постель. Сознание уплывает. Последнее, что я вижу перед тем, как провалиться в чёрный, бездонный сон — это пятно на моей руке. Оно становится ещё больше. И мне всё равно. Потому что его голос в моей голове говорит, что это хорошо. А его слово – закон.