Глава 50

Мне казалось, что смерть Йона Ульварн даст ответ хотя бы на часть вопросов. Но они только множатся. Потому что глава второго по силе клана в Норхаделе погиб… во время поединка.

Подобные схватки нередки. Драконы обожают выяснять отношения силой. Обычно все заканчивается объявлением победителя и проигравшего. Но иногда происходят и несчастные случаи.

Как и в тот раз.

Никто так и не понял, что тогда произошло. Только увидели дракона, летящего с огромной высоты на землю. Мать Фьора прилюдно ударилась в истерику над телом мужа. Сам Фьор тут же бросил вызов сопернику Йона — наследнику третьего по силе клана Аскельд.

И победил.

Возможно, это все, конечно, совпадение. Но я давно перестала в них верить. Уж слишком все удачно сложилось для Фьора и его матери. Каждый видел, что они тут ни при чем. Еще и новый глава сразу же защитил честь клана, чем заслужил уважение.

И виновного как такового нет — как удобно. Давая согласие на поединок, участники соглашаются с любым его исходом.

Даже таким.

Но что на самом деле могло убить отца Мирайи? Либо с ним сделали что-то заранее. Наслали проклятье или отравили. Либо клан Аскельд тоже замешан в заговоре. Сейчас уже и не выяснить. Безутешные Фьор с матерью сразу увезли тело, чтобы предать огню.

Выслушиваю Ребекку с непроницаемым лицом. Меня ведь тоже все эти разборки ждут. Честно говоря, даже не знаю, для чего все эти кланы существуют. Чтобы постоянно вариться во взаимной вражде? Лучше бы отправились на границу бороться с Измененными.

Разговор хоть и не самый приятный, однако помогает мне окончательно принять положение вещей. Ту Верайю, которой я приехала в замок Владыки, клан бы не принял. Будь я хоть трижды избранной кольцом. Я постоянно стремилась бежать от проблем.

Сейчас так не получится.

Следующие три дня как один проходят. Напоминают мне затишье перед бурей. Хотя можно ли это затишьем назвать?

Эмоции меня на части разрывают. Холод и жар. Неприятие и нужда. Все так плотно вместе сплетается, что не знаю, где заканчивается одно и начинается другое. Мне бы спокойно выдохнуть, прийти в себя.

Но Айварс не дает.

Его запах на моей одежде, на моих волосах, под моей кожей. В воздухе, которым я дышу. Слышу его голос с раннего утра до позднего вечера. Чувствую прикосновение рук. Он точно знает, что нужно моей второй ипостаси.

Но едва ли — что нужно мне.

Он учит меня обращаться с драконицей. Использовать ледяную магию. Посвящает в нюансы управления, о которых я раньше не знала. А утром четвертого дня поднимаемся с рассветом, чтобы отправиться в сторону Северных земель.

– Собрание будет вечером. Как раз успеем долететь. Никто не будет ждать твоего появления. Ульварн не успеют подготовиться, – говорит Айварс, когда мы идем по длинному коридору замка.

Мы это все уже тысячу раз обсуждали, поэтому я просто киваю. Крепче обнимаю Тайлу. На секунду мелькают сомнения, что зря мы не оставляем ее здесь. Лена предлагала.

Но когда она это сделала, у меня каждая клеточка тела против восстала. Мы с Айварсом даже не посмотрели друг на друга, прежде чем выдать единогласное “нет”. А сейчас меня волнение с новой силой охватывает.

Впереди показывается просторный холл. Рейнар с Леной ждут нас там — вышли проводить. Прощание получается теплым. Владыки даже договариваются в следующий раз не поднимать пошлину, если решат наведаться друг к другу в гости. Лена обнимает меня прямо вместе с Тайлой. Шепчет, что рада была увидеться.

– Возможно, все произошедшее было неспроста, – тихо говорит она, отстраняясь. – Те испытания, что выпали на твою долю. Я желаю тебе найти ответы на все вопросы. И стать счастливой.

– Спасибо. Я тоже этого хочу. Рада видеть, что ты нашла свое счастье, – я тепло ей улыбаюсь. Тайла так активно машет на прощанье рукой, что чуть не попадает мне по лицу. Хотя нет. Пару раз все-таки попадает.

Двор замка встречает нас тишиной и прохладой. Единогласно решаем, что дочь полетит на Айварсе. Боюсь, что не удержу. По пути сюда ее Ребекка держала. Однако сейчас я настояла, чтобы Ребекка поехала по земле. Дней через семь, если все уляжется. Фьор наверняка жаждет мести.

Смена ипостаси происходит легко. Словно она у меня с рождения. Отталкиваюсь сильными ногами от земли. Ощущаю мощь крыльев. Гибкое тело, покрытое чешуей. Ловлю собственное отражение в окнах замка. Рассекаю воздух, чувствуя, как резкие порывы ветра хлещут по бокам.

До сих пор не могу поверить, что это тоже я. Хочу любоваться своей драконицей с восторгом и трепетом. Ощущать ее сильное и гибкое тело. Но время не ждет.

Айварс держится чуть впереди, и первое время я неотрывно наблюдаю за Тайлой. Моя дочь не боится. Сидит, закутавшись в теплый плащ, и с восхищением смотрит по сторонам. Когда-то ей тоже придется покорить небо.

Дорога занимает большую часть дня. А когда впереди показывается замок, из которого я в такой спешке сбегала, внутри что-то обрывается. Совсем недавно стемнело. Похолодало. И окна, источающие мягкий свет, обещают тепло и уют.

Но это ощущение обманчиво.

Мы снижаемся и оборачиваемся в человеческую ипостась. Быстрым шагом идем в сторону двери. Мороз подбирается со всех сторон, но меня он не трогает. Щеки горят от волнения, сердце колотится в горле.

Стоит нам оказаться в замке, как Айварса тут же атакуют с донесениями со всех сторон. Узнаю, что главы кланов собрались уже полчаса назад и негодуют, что Владыки нет. Хотя он сам настаивал на срочности. Начальник охраны, которого я вижу впервые, отчитывается о происшествиях в замке. Айварс его прерывает одним движением руки.

– Есть что-то срочное? Если нет, то жду в кабинете завтра утром. Подготовьте комнату для тейры Ульварн и дочери. В моем крыле.

На меня тут же устремляют любопытные взгляды, но я даже бровью не веду. Смотрю только перед собой. Подозревала, что жить буду не в каморке рядом с крылом слуг. Но… его личные комнаты? Серьезно?

Осталось мне только комнату Фреи выделить. Какая разница, какая истинная там живет, верно?

Драконица глухо порыкивает внутри, разделяя мое негодование. Подбивает обеспечить Владыке более глобальный ремонт, чем стена темницы и пара окон. Приятно, когда мы с ней сходимся во взглядах. Даже без усилий с моей стороны.

Тайлу приходится оставить в личных покоях Владыки под охраной, после чего мы направляемся в зал совещаний. Волнение странным образом смешивается с драконьим предвкушением и азартом. Настолько сильными, что меня потряхивать начинает.

– Все будет хорошо, Верайя, – говорит Айварс едва слышно, когда впереди показывается нужная дверь. – Ты готова?

– Готова, – отвечаю я. Даже почти сама себе верю.

Владыка толкает створку, заходя первым. Взгляды собравшихся как по команде устремляются на него. Меня даже не сразу замечают. Быстрым взглядом окидываю обстановку. Большой продолговатый стол из темного дерева. Окружен массивными креслами. То, что стоит ближе всех к нам — во главе стола, пустует.

– Приветствую вас, главы кланов, – глубокий голос Айварса заполняет собой помещение. Он вообще весь неуловимо меняется. Исчезает та мягкость, с которой он общался со мной в последние дни. От силы его дракона тихо вибрирует окружающее пространство. Внимательный взгляд окидывает каждого, и слабейшие главы даже выдержать его не могут. Опускают глаза.

Сразу замечаю Фьора, что сидит по правую руку от кресла Владыки. Вид у него… неспокойный. Губы искусаны, взгляд беглый. Знаю, что должна стоять за спиной Айварса, ожидая, пока он введет всех в курс дела…

Но просто не могу удержаться.

Подхожу к креслу Фьора и встаю позади. Тихо прочищаю горло. Почему-то звук получается оглушительно громким.

Сводный брат медленно поворачивает голову, устремляя недоуменный взгляд на меня. Его глаза слегка расширяются. Ноздри раздуваются, пытаясь распознать запах незнакомого дракона.

– Это — мое место, – объявляю я, касаясь спинки его кресла рукой. Той самой, на которой едва заметно поблескивает силой родовой перстень клана Ульварн. Лицо Фьора вытягивается. Быстро покрывается алыми пятнами, пока он пытается понять, как артефакт оказался именно у меня.

– Это подделка! – яростно шипит он, пытаясь встать. Кресло громко скрипит по деревянному полу, и я отступаю на шаг. – Как и ты, грязная ведьма. Ты не имеешь права…

– Единственная подделка здесь ты, Фьор, – так громко объявляю я, словно пытаюсь собственный стук сердца в ушах перекричать. – А я единственная дочь Йона Ульварн. И его законная наследница.

Такое чувство, что до этого мир стоял на паузе, а сейчас нажали кнопку воспроизведения. Звуки, голоса… их становится так много, что сливаются в сплошной гул. Не обращаю на них внимания. Смотрю только в глаза человека, что разрушил жизнь Мирайи.

Мою жизнь.

Неверящий взгляд Фьора впивается в мое лицо. Настолько острый, что можно порезаться. Я подаюсь чуть ближе, точно бросая вызов своему страху. Горло стискивает спазмом, но я не обращаю на него внимания.

– Что такое, братишка? – не знаю, откуда во мне силы на эти издевательские нотки. – Неужели я настолько изменилась, что ты меня даже не узнал?