Глава 49

Я варю зелье, возвращающее запах тем же днем. Все одновременно проще и сложнее становится. Драконьи инстинкты снова берут верх, все чувства обостряются до предела. Мы держимся за руки, но мне так отчаянно этого мало.

Все тело звенит, в собственной коже вдруг становится некомфортно.

– Расслабься, Верайя. От этого никуда не деться, – бархатный голос Айварса обволакивает меня. – Я тебя обниму. Мы немного посидим. Я не сделаю ничего… лишнего. Тебе не нужно стыдиться этих эмоций. Не нужно винить себя. Ты просто драконица. У тебя сейчас зрачки вертикальные, кстати. Так красиво. Ты вся само совершенство…

Говорит со мной, как с каким-то диким зверем, которого пытается приручить. Ведет к дивану, и я на деревянных ногах следую за ним. Его слова странным образом успокаивают. Точно гладят меня изнутри.

Садится сам и утягивает к себе на колени. Лицом к себе. Упираюсь одним коленом в диван рядом с его бедром, смотрю в его синие глаза. Зрачок тоже сужен, лихорадочный взгляд скользит по моему лицу, что теперь почти на одном уровне с его.

– Боги, какая же ты красивая, – шепчет он, притягивая меня ближе, и внутри что-то ломается. Горячие ладони скользят на мою спину. Нежно поглаживают. Пальцы одной руки зарываются в волосы.

Мое тело мелко дрожит. Опускаюсь на его колени, замирая в неудобной позе. Не хочу слишком близко быть. Зажмуриваюсь. Упираюсь лбом в его плечо, ощущая, как с каждым вдохом сопротивление тает.

Айварс продолжает шептать нежные слова, к которым я почти не прислушиваюсь. Все, что имеет сейчас значение — звук его голоса. Вдыхаю запах его рубашки, веду носом к шее. Замираю, почувствовав обнаженную кожу. Мороз, горечь, все та же болезненная неотвратимость.

У меня такое чувство, что я пью и никак напиться не могу. Жажда царапает горло, заставляет губы гореть. Сама не понимаю зачем едва ощутимо прикасаюсь ими к его шее. Нестерпимо хочется провести языком. Почувствовать вкус.

Его кадык резко дергается, все тело напрягается. Пальцы почти до боли впиваются в меня.

– Так теперь всегда будет? – сдавленным шепотом спрашиваю я.

– Должно стать легче, когда мы… насытимся друг другом, – хрипло говорит он. – Хочешь… я расслаблю тебя? Пальцами или языком. Я все твое тело хочу на вкус попробовать.

Рвано выдыхаю, ощущая, как низ живота спазмом сводит. И хуже всего то, что на секунду я задумываюсь. А что если… Отчаянно мотаю головой, чтобы не дать сомнениям прорасти внутри.

– Ничего лишнего. Это все — вынужденная мера.

Айварс не отвечает, но его тело остается все таким же напряженным. Прижимает меня к себе. Не знаю, сколько сидим так. Минуту, десять, целый час. Время словно стирается, уступая ощущениям. Вдыхаю его запах и, наверно, впервые не пытаюсь никуда бежать.

Осознание, что это на самом деле работает, приходит не сразу. Я, пожалуй, и не замечала, насколько сильно проник в мою душу корнями этот раздрай. Сердце не на месте было. Да и все органы. А сейчас будто как надо встают. Приспосабливаются.

Драконица блаженно замирает внутри. И если раньше наши чувства схлестывались в противостоянии, пытаясь друг друга сломить, то сейчас… переплетаются. Я так явно чувствую ее силу. Всю ее — от любопытного носа до кончика хвоста.

– Вы обе умницы, – с тихим восхищением комментирует Айварс, тоже ощущая наш прогресс. – Невероятные просто. До сих пор не могу поверить, что с самого начала не учуял в тебе дракона. Особенно такого сильного.

Я пожимаю плечами. Нахожу в себе силы отстраниться, хотя все мое тело протестует.

– Я хочу найти Тайлу.

Я знаю, что с дочерью все в порядке. В последнее время на расстоянии ее чувствую. Но все равно подсознательно испытываю то ли вину, то ли беспокойство, что сейчас не с ней.

– Хорошо. Идем. Кажется, она была с Ребеккой.

– Ребекка шпионит на вас, верно? – вспоминаю их странный диалог.

– Видимо, больше нет, – выдыхает Айварс, переплетая наши пальцы. Мне тут же хочется вырвать руку.

– Вы хоть представляете, на что ей приходилось идти? Фьор бил ее! Принуждал к близости! – возмущенно выпаливаю я.

– А я готов был предоставить ей и ее семье защиту. Как Владыка. Они отказались. Официально Ребекка — невеста Фьора. И стала ей до того, как я связался с ее отцом. Я мог вмешаться, только если бы сам претендовал на нее. Но, как ты понимаешь, это не мой случай. И чего уж таить. Мне это было невыгодно. Ребекка очень умная и наблюдательная. Но иногда чересчур инициативная.

Растерянно замолкаю. Двоякие чувства разрывают.

Выходит, вариант перейти под крыло Владыки у них все же был. Но они им не воспользовались. Почему?

Наверно, получится выяснить, только если мы с ней начистоту поговорим.

Такая возможность у меня появляется уже тем же вечером. Отвожу Ребекку в гостевой кабинет и пытаюсь завязать разговор. Спрашиваю о ее семье, делах клана.

Рассказываю о себе.

– Твоя судьба мне вдвойне небезразлична, потому что мы знакомы уже давно, – произношу я. Хочется поморщиться, когда ловлю себя на мысли, что невольно копирую интонации Айварса. Уж в чем, а в переговорах ему нет равных. Кого угодно уболтает.

– Да? – она прищуривается и цепким взглядом впивается в мое лицо.

– Ты знала меня как Мирайю Ульварн.

– А, – ее рот округляется, в глазах появляется растерянность. – Вы совсем не похожи. Разве что глаза…

Второй раз осознание ей дается явно тяжелее. Но она очень быстро делает те же выводы. Про то, что Тайла дочь Владыки. И про то, как счастлив будет клан обрести законную наследницу. Сейчас я понимаю, что ее рассуждения слегка наивны. Но говорит она все так же от чистого сердца.

Мне хочется ей доверять.

– Владыка сказал, что вы могли получить защиту. Но ваш род не покинул клан. Почему?

Ребекка поджимает губы и переводит взгляд на свои руки.

– Я бы не смогла спать спокойно, пока этот ублюдок жив. Я не искала спасения. Я лишь хотела, чтобы он понес наказание. За все. Если бы я сбежала, то эта участь ждала бы Кейли из рода Морвен. Или любую другую девушку. Он болен, Верайя.

Рвано выдыхаю. Мне так нестерпимо хочется ее обнять. Но поза у нее закрытая, отстраненная. Где та девочка, что сама бежала ко мне с распахнутыми объятиями?

Ее уже не осталось. Как и меня.

– Болен?

– Помешан. На вас. Он таскал волосы. Косу. Нюхал постоянно… Иногда бормотал несвязный бред. Что мамаша хорошо постаралась. И нужно уничтожить дракона. А еще про какой-то дневник. Но я не находила у него личных дневников. Во всем замке ни одного.

– В замке немало тайников, – отвечаю я, старательно игнорируя неприятную дрожь. Задумчиво барабаню пальцами по подлокотнику. Например, клановая сокровищница, доступ в которую открывало кольцо. – Скажи, Ребекка. Ты знаешь, как умер мой отец?