Глава 33

Аркаэль усмехнулся — медленно, холодно, так, что у меня внутри всё сжалось.

— Ты можешь говорить что угодно, Шаар. Можешь строить из себя великодушного. Но факт не изменится: жрица связана со мной. Этот браслет не даст тебе навредить мне. Всё, что ты сделаешь со мной, отразится на ней.

Он медленно провёл взглядом по моему телу, и мне захотелось спрятаться за спину Шаара ещё сильнее.

— Она теперь — моя собственность. Ты же так её любишь? Тогда будь великодушным повелителем, Шаар. Отпусти её. Позволь ей выполнять свой долг перед своим правителем. Рожать наследников. Служить в покоях.

Его губы дрогнули в хищной усмешке.

— Освободи её от своей иллюзии свободы. Ты всё равно ничего не сможешь сделать.

Шаар не успел ответить — земля под ногами вдруг задрожала так сильно, что я едва не потеряла равновесие.

Глухой рокот, будто чей-то рык, прошёлся по пустынным просторам, и прямо из песка, перелившегося волнами, начали подниматься силуэты. Сотни. Тысячи. Воины.

Они были не похожи на стражей Аркаэля — эти были одеты в чёрные и синие боевые одежды, у многих на коже сверкали белёсые татуировки — символы их земли. Глаза под шлемами или капюшонами светились холодным серебром, а в руках поблёскивало зачарованное оружие — длинные копья, изогнутые мечи, даже цепи с острыми наконечниками.

Армия Западных земель. Те самые, кто ждали момента, чтобы вцепиться в эти владения.

Аркаэль рявкнул что-то своему магу — и в следующее мгновение вокруг нас вспыхнули алые и золотые круги печатей. Из них одна за другой вылетали тёмные фигуры в броне, его собственные воины. С глухими выкриками они кидались вперёд, сбивая первые ряды врагов. Песок брызгал во все стороны, поднимался в смерчи, которые тут же превращались в магические барьеры и орудия.

Всё смешалось — рёв, крики, лязг оружия, удары магии о щиты. Хаос накрыл всё вокруг, словно сама пустыня взорвалась.

Аркаэль, тяжело дыша, обернулся к Шаару:

— Если ты и правда претендуешь на неё — защищай эти земли вместе со мной. Иначе увидишь, как твоя жрица умрёт здесь же, в песке, под копьями Запада!

Он ткнул в меня пальцем, его глаза горели лютой яростью.

Шаар не сказал ни слова. Он перевёл взгляд на меня — и я видела в его глазах эту злость, настоящую, ядовитую. Его рука сжалась в кулак так сильно, что я услышала, как хрустнул сустав.

Он не посмотрел на Аркаэля. Только медленно, зло качнул головой — так, что даже ветер стих вокруг нас на миг.

Словно говорил: Ты за всё заплатишь.

Шаар обнимает меня резко, так крепко, что у меня вырывается только судорожный вздох — и всё вокруг размывается, словно песок взвился вихрем и проглотил нас обоих.

Я чувствую, как всё тело рвётся внутрь — мы снова летим сквозь пески, но на этот раз это невыносимо. Горло сдавливает тошнота, мир пляшет перед глазами, и когда мы выныриваем — я едва держусь на ногах. Под ногами снова песок — обычный, сухой, горячий, но я не понимаю где мы.

Меня подташнивает так сильно, что я хватаюсь Шаару за руку, а он поддерживает меня за талию, не давая упасть.

— Что… со мной?.. — хриплю я, едва разлепляя губы.

— Третий переход за короткое время, — выдохнул он, осторожно опуская меня на колени прямо на песок. — Прости, родная. Я должен был увести тебя оттуда.

В этот момент браслет на руке вдруг вспыхивает жаром — как раскалённый металл впивается в кожу. Я вскрикиваю и хватаюсь за запястье, но снять его всё равно не могу.

— Шаар… он жжёт… — всхлипываю я, чувствуя, что ещё чуть-чуть — и сознание уйдёт само.

— Знаю, моя хорошая. Потерпи. Потерпи чуть-чуть…

Он опускается на колени передо мной, берёт моё лицо в ладони — в его глазах тревога и ярость, но голос — мягкий, убаюкивающий:

— Я сейчас заставлю тебя уснуть, слышишь? Ты не бойся. Всё будет хорошо… я рядом.

Я хочу сказать, что не хочу, что мне страшно — но не успеваю. Тёплая волна его магии накатывает на меня, как туман. Я слышу свой сдавленный всхлип и чувствую, как глаза закрываются сами собой. Последнее, что я ощущаю — его ладони на моей коже и тихий шёпот:

— Спи, Вика. Я всё сделаю.

Я очнулась резко — будто кто-то толкнул меня изнутри.

Сначала не поняла где я: вокруг было непривычно просторно и тихо. Комната выглядела так, будто вырезана из другой жизни — дорогие ткани, тяжёлые подушки, низкий резной столик, ковры, что почти утопали в мягком песочном цвете. На окнах висели плотные шёлковые шторы, в углах мерцали медные светильники — всё в восточном стиле, чужое и прекрасное.

Я медленно села, уткнувшись взглядом в пол, потом подняла руку. На запястье всё ещё был тот самый браслет — тёмный, тяжёлый, я уже привыкла к его мерзкому весу. Но поверх него — ещё что-то.

Полупрозрачный, будто из тонкого янтаря, странный ободок, мягко мерцающий. Я провела по нему пальцами — холодный, но не больно. Наоборот. Жжения больше не было.

— Что это?.. — прошептала я, хотя вокруг, кажется, не было никого, кто мог бы ответить.

Я медленно встала — ноги поддались, хоть и дрожали. На мне была та же одежда, в которой я сбежала из того дворца. Не вырванная, не грязная — кто-то, видимо, успел меня хоть немного привести в порядок, пока я лежала без сознания.

Я обошла комнату: потрогала тяжёлую ткань штор, провела рукой по полированному дереву двери, чуть приоткрыла её и посмотрела в коридор — но там было пусто, лишь легкий запах благовоний тянулся откуда-то издалека.

— Шаар?.. — позвала я тихо. Но ответа не было.

Я закрыла дверь и огляделась ещё раз.

Чужое место. Чужие стены. Странный новый браслет поверх старого. И пустота, от которой в горле застрял ком.

Я медленно подошла к двери снова — пальцы дрожали, но я всё-таки решилась. Потянула тяжёлую створку на себя и шагнула в коридор. Тот оказался широким, почти бесшумным — светлый камень под ногами, стены украшены росписями и узорами, а где-то впереди слышалось еле заметное бульканье воды. Может, фонтан?

— Шаар?.. — позвала я ещё раз, но тишина только плотнее легла на плечи.

Я шла медленно, цепляясь взглядом за каждую дверь, каждую арку — пыталась понять, где я, что это за место. Сердце стучало в горле, а в голове всё ещё эхом отдавалась боль от браслета.

«Нужно выбраться. Или хотя бы понять, кто здесь хозяин…»

Я завернула за угол — и почти врезалась в него.

Мужчина стоял у стены, скрестив руки на груди. Он явно меня поджидал — глаза темные, глубокие, губы тронула ленивая, довольная улыбка. Брюнет, высокий, слишком красивый для здешних песков — кожа чуть смуглая, волосы густые, гладко зачесанные назад, подбородок едва тронут короткой бородой. Одет он был просто: лёгкая туника, перехваченная поясом, и браслет на запястье.

Но его взгляд… Он буквально раздевал меня этим взглядом.

— Вот и ты, — протянул он, прищурившись, с явным удовольствием скользнув глазами по моим ногам, бедрам, чуть приоткрытой груди. — Долгожданная гостья в этих землях. Я приветствую тебя, жрица.

Я попятилась назад, не отвечая ему никак на эту речь и попыталась найти выход.

Он сделал шаг ближе — слишком близко.

— Заблудилась, красавица?

Я резко отступила назад — плечами почти врезалась в холодную стену, но взгляд с него не сводила.

— Шаар! — голос сорвался с моих губ почти молитвой. — Шаар, пожалуйста…

Он пришёл.

Почти сразу. Будто всегда был где-то рядом — просто ждал, когда я его позову. Высокий, спокойный, он шагнул из-за поворота, взглядом молнией прошил того мужчину, встав между нами. Его рука скользнула мне за спину — успокаивающе, властно.

— Не пугай её, Раван, — сказал Шаар ровно, но голос был напряжённый. — Она ещё не привыкла к тебе.

— Привыкла? — мужчина-брюнет, теперь уже с именем, усмехнулся и лениво провёл пальцами по браслету на своём запястье. — Я только посмотрел. Такая редкая птичка сама прилетела в мои покои — я всего лишь её оценил.

Он склонил голову, глядя прямо мне в глаза.

— Ты — Вика, да? Маленькая красивая жрица.

— Она не твоя жрица, — оборвал его Шаар, не отводя руки от меня. — И хватит играть словами.

— Ну конечно, конечно, — Раван усмехнулся шире и кивнул мне. — Запомни: я Раван. Правитель западных земель. Тех самых, что смели напасть на Аркаэля. Моё сердце ухнуло куда-то вниз.

— Так это вы? — выдохнула я. — Вы напали на него?

Раван рассмеялся негромко, с ленцой:

— Да это я, девочка. И поверь, всё только начинается.

Я растерянно посмотрела на Шаара, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги от всего этого дурдома — ещё недавно я спала у него на груди, а теперь стою в каких-то чужих покоях с незнакомцем, который оказывается правителем целых земель.

— Шаар… — голос дрогнул. — Я не понимаю, что происходит. Что мы тут вообще делаем?

Шаар не отводил взгляда от Равана, но руку с моей спины не убрал — наоборот, будто крепче прижал, чтобы я не дрогнула.

— Раван… пусть и грубый, неотёсанный, но он сильный маг, — сказал Шаар тихо, но твёрдо. — И такие тёмные побрякушки — вроде твоего браслета — как раз его профиль.

Он перевёл взгляд на меня, чуть мягче:

— Поэтому он смог наложить ограничитель. Чтобы ты не чувствовала боль.

Я машинально коснулась странного прозрачного слоя поверх мерзкого браслета.

— Но… он может его снять? — спросила я почти шёпотом.

Шаар качнул головой:

— Нет. Не сейчас. Это слишком сильное заклинание. Оно держится на магии Аркаэля. Разрушить его может только он сам… или ты, но тебе пока не хватит сил.

Я смотрела на него в упор, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— Значит, мы… застряли?

Раван фыркнул где-то сбоку:

— Не застряли, птичка. Мы тут думаем, как оторвать твоего милого «бывшего» от трона и срезать с тебя этот поводок.

Я перевела взгляд с Шаара на этого хищно улыбающегося брюнета и обратно — между ними будто искры шли.

— Шаар, — тихо сказала я, — но как мы вообще оказались здесь? Почему ты решил не помогать Аркаэлю?

Шаар вздохнул тяжело, чуть сжал мои плечи ладонями, будто боялся, что я снова испугаюсь.

— Потому что я не собираюсь договариваться с таким уродом, — сказал он жёстко, глядя куда-то поверх моей головы, явно представляя Аркаэля в этот момент.

Сбоку раздался довольный смешок, и Раван, лениво опершись о колонну, ухмыльнулся:

— Видишь, птичка? Я — не урод, — он хохотнул, почти довольный собой. — И, в отличие от твоего бывшего, совершенно свободен.

Шаар рыкнул тихо, но у меня мурашки по спине пошли.

— Раван, она моя.

— Ладно тебе, Шаар, — Раван отмахнулся, усмехнувшись. — Я не трогаю женщин против их воли.

И посмотрел на меня как-то уж слишком тепло, отчего я только сильнее вжалась в бок Шаара.