Глава 26

Алевтина

Ошарашенная тем, что узнала от Саны, я на автомате убирала комнаты, которые мне поручили. Расспрашивать служанку дальше было бы подозрительно, и пришлось убраться восвояси. Теперь же одолевали невеселые думы. Куда и зачем уехала Ольга? Что если навсегда? А что если… Вдруг она нашла способ перенестись в наш мир и без моей крови? И это дело просто замяли. Мало ли, правитель не захотел ставить всех в известность, что невеста от него сбежала.

Если так, то я здесь застряла навсегда! При этой мысли все внутри похолодело. Да, я была готова остаться здесь, если того пожелает Тиренд. Но сейчас, когда у нас с ним все непросто, важно было знать, что я в любой момент могу просто уйти. Дома, как говорится, и стены помогают! Тут же, в этом непостижимом мире, кроме Тиренда и Ольги, у меня больше никого нет.

Я едва дождалась обеда, когда смогла забежать в свою комнату и поделиться с моим товарищем по несчастью последними новостями. Но там его не застала.

Кусая губы, поплелась на кухню, где и увидела Тиренда, отпускающего веселые шуточки за столом с другими воинами. Судя по цветущему виду, на нем вчерашняя ночь плохо не отразилась. Интересно, значило ли для него хоть что-нибудь то, что произошло между нами?

При моем появлении Тиренд на несколько секунд умолк, на его лице промелькнуло виноватое выражение. Но он тут же снова нацепил улыбку и отвернулся. Мне же будто ножом по сердцу полоснуло. Я ожидала чего угодно, но только не такой реакции!

Что ж, проявлю гордость и не покажу, насколько это задело. Усевшись рядом с Лайдрой, тепло ей улыбнулась и заговорила о пустяках. Привычную теплую атмосферу, обычно царящую за совместными трапезами, нарушило появление госпожи Урнис. Экономка обычно не ела с нами, а принимала пищу в своей комнате. То ли из-за чрезмерной нелюдимости, то ли еще по какой-то причине. Углубляться в это не хотелось. Думаю, все были только рады — особа слишком неприятная. Один ее вид способен был напрочь отбить аппетит. Вечно недовольное лицо и обвиняющий взгляд, даже если человек ничего плохого не сделал.

Появление госпожи Урнис оказало эффект разорвавшейся бомбы. Все разговоры моментально прекратились. Взгляды обратились на эту внешне хрупкую худую женщину, словно она была огнедышащим драконом.

— Алита! — ее резкий скрипучий голос проскрежетал в голове ржавым гвоздем.

Вздрогнув и едва не опрокинув миску с похлебкой, я вскочила на ноги. Поймала встревоженный взгляд Лайдры и ответила ей таким же.

В чем дело? Неужели Сана или тот порученец не сдержали обещания и поставили экономку в известность о моем недопустимом поведении? Другого повода обращения ко мне я не находила, как ни старалась.

— Я что-то сделала не так? — спросила немного дрожащим голосом.

— Идем со мной! — не вдаваясь в объяснения, бросила женщина.

Тут же развернулась и направилась к двери, даже не сомневаясь, что я последую за ней. Пришлось идти.

Когда я проходила мимо стола Тиренда, он вдруг схватил меня за руку. Ошеломленная, я чуть не упала и воззрилась на него.

— После разговора с экономкой встретимся в нашей комнате, — прошептал он.

Я поспешно кивнула, чувствуя, как несмотря на непростую ситуацию на лицо наползает улыбку. Один лишь знак внимания со стороны Тиренда, и я чуть ли не летаю! Как же сильно этот человек влез ко мне в душу! И все же сейчас нужно, в первую очередь, думать о том, зачем я понадобилась госпоже Урнис.

Едва я вышла из кухни, как она вцепилась длинными тонкими пальцами в мой локоть и повела за собой. Я могла бы и сама идти, но возражать не решилась. Если она зла на меня, не стоит еще больше драконить.

— У тебя будет новое задание, — спустя пять минут нашего спуска по лестнице заявила она. — Все прежние я распределю по другим служанкам.

От сердца немного отлегло, и я осмелилась задать вопрос:

— А почему? Моя работа чем-то не устраивает?

— Скорее, напротив! — с непонятной злостью процедила она и бросила на меня неприятный, цепкий взгляд. — Тебя пожелали сделать личной прислугой. Так что будешь подчиняться только одному хозяину. Делать все, что он пожелает.

— Ладно, — осторожно сказала, совершенно ничего не понимая.

Меня довели до первого этажа, потом до двери каких-то покоев, у которых дежурили два стражника. Надо же, я буду прислуживать важной шишке, судя по всему!

— Нас ждут! — сообщила мужчинам госпожа Урнис, и нас сразу пропустили.

За этими дверями находилось что-то вроде приемной, где за столом сидел мужчина. Это и есть мой новый хозяин? Но судя по тому, что он при нашем появлении лишь скользнул долгим взглядом по моему лицу и указал на дверь, я ошиблась. Происходящее нравилось все меньше, и я уже с опаской подходила к следующей двери.

Только когда в мрачноватой комнате, похожей одновременно на кабинет и гостиную, увидела за столом того самого темноволосого субъекта из библиотеки, до меня, наконец, дошло. Так вот кому я обязана новым назначением! Похоже, кто-то не желает слышать слова «нет». Но если думает, что я собираюсь выполнять все его прихоти, ошибается! Помимо служебных обязанностей, я ничего делать не собираюсь. Экономка открыла рот, но прежде чем что-то сказала, мужчина опередил:

— Спасибо, госпожа Урнис. Дальше я сам.

Она почтительно поклонилась и удалилась, оставляя меня наедине с хозяином.

Некоторое время мы оба молчали, буравя друг друга испытующими взглядами. Потом я не выдержала и заговорила первая:

— И зачем вам это понадобилось, лорд Стейнис? Прежние слуги вас чем-то не устраивали?

По его лицу скользнула улыбка, а затем он неожиданно произнес:

— Мне нравится твоя смелость! И откровенность. Ценю эти качества.

— Тогда ответьте на вопрос. Зачем я вам?

— Ты меня забавляешь, — откинувшись на спинку стула, заявил он. Глаза неспешно обводили меня всю: с ног до головы.

— Странное достоинство для служанки, не находите? — ежась под этим пронизывающим взглядом, заметила я. — А что если я отвратительно убираю или стираю?

Он расхохотался и поднялся из-за стола. Медленно обошел его и приблизился ко мне, заставляя невольно отступить на шаг.

— Боишься меня? — вкрадчиво спросил мужчина, приблизив лицо почти вплотную к моему.

— Нет, — сиплым голосом солгала я.

— Врешь, — тихо произнес он, скользя губами вдоль моего уха. — Боишься…

Я резко дернулась и отпрянула в сторону.

— Послушайте, хочу сразу все прояснить! — кипя от негодования, выпалила. — Если я нужна вам для определенных целей, то…

— Определенных — это каких? — издевательски поинтересовался порученец, словно ненароком перегородив мне путь к двери.

Я почувствовала, как щеки заливает краска.

— Вы меня прекрасно поняли!

— Не знаю, о чем ты подумала, милая девушка, — продолжал издеваться он, — но с теми целями, о которых ты говоришь, у меня проблем нет. Нет нужды принуждать к этому кого бы то ни было.

— Тогда зачем я вам?! — возмутилась я.

— Надоело видеть вокруг одни подобострастные физиономии, — усмехнулся он. — Ты как глоток свежего воздуха.

— Ну раз так, — с облегчением выдохнула, — тогда хорошо. Только сразу предупреждаю: служанка из меня не очень хорошая. Я только начала работать и еще многого не знаю.

— Вот и еще одно твое отличие от остальных! — заметил порученец. — Никто бы из других слуг в этом не признался сходу. Но ты девушка смышленая, всему быстро научишься.

К моему облегчению, Гейн Стейнис вернулся за стол и заговорил уже деловым тоном, записывая что-то на листе бумаги. Поразительно, может делать несколько дел одновременно! Еще и на меня успевает поглядывать.

— Поднимаюсь я рано. В пять занимаюсь физическими упражнениями. Ты должна меня разбудить, если я вдруг не поднимусь сам. Когда в шесть вернусь сюда, ты должна будешь приготовить мне ванную. — Я тут же покраснела, подумав о том: может, ему еще и спинку потереть придется. — Потом обычно провожу время или здесь, или в библиотеке до восьми. Дальше занимаюсь делами.

— То есть после восьми мне нужно будет у вас здесь убрать? — уточнила, вспомнив, что говорила госпожа Урнис — убирать только в отсутствие хозяев.

— Напротив, — прекратив на несколько секунд писать, заявил Гейн Стейнис, загадочно улыбаясь. — Ты будешь делать это в моем присутствии. До восьми утра. Если что-то не успеешь, останешься и доделаешь.

— Но я ведь буду вас отвлекать! — возразила я.

Что-то мне такая перспектива не особо нравилась! Работать под неусыпным контролем. Даже мой босс на Земле не доходил до такого тиранства.

— Если мне что-то будет мешать, я тебе скажу, — обезоружил порученец, сверкая белозубой улыбкой. — И с дальнейшим распорядком дня познакомлю уже в процессе.

Странный он какой-то… Представить себе аристократа, просыпающегося в пять утра по доброй воле, было нелегко. Да еще и его желание непосредственно наблюдать за уборкой! Я бы, пожалуй, предпочла прибираться в десяти комнатах, чем прислуживать ему. Как-то он меня напрягает. Сама не знаю, почему. Может, из-за постоянно бросаемых на меня взглядов. Оценивающих, пристальных. Будто в душу залезть пытается.

— Итак, тебе все понятно? — уточнил он.

— Вполне, — отозвалась я, желая побыстрее убраться. — А сейчас мне что делать?

— Можешь считать, что сегодня у тебя выходной. Приступишь к своим обязанностям завтра.

— Хорошо, — с облегчением сказала. — Можно идти?

Порученец кивнул, и я пулей вылетела из покоев.

Парень в приемной проводил меня чуть недоуменным взглядом, но ничего не сказал. Я же уже забыла и о нем, и о новом хозяине. Об этом будет время попереживать потом. Думала о том, что в нашей комнатке меня ждет Тиренд. О чем, интересно, он хотел со мной поговорить?

Вбежала в нашу каморку взбудораженная и запыхавшаяся. Увидела, как Тиренд разворачивается от окна и окидывает меня напряженным взглядом.

— Что-то случилось?

— Нет, — беспечно отмахнулась. — Экономка просто мне новое задание дала. О чем ты поговорить хотел?

— Не знаю, в курсе ли ты, — сразу перешел к делу он, — твоя сестра уехала.

Я ощутила укол разочарования. Все же надеялась, что он захочет обсудить вчерашнее. Но тут же устыдилась своего порыва. Отъезд Ольги не менее важен. И то, что Тиренд помогает мне, должно, наоборот, радовать. Только почему-то вызывает совершенно другие чувства. Возникает ощещение, будто он хочет поскорее сплавить меня в мой мир.

— Да, я в курсе. Только не знаю, куда.

— Я узнал.

— Интересно, откуда? — я приподняла бровь. — Сана сказала? — прикусила язык, кляня себя за несдержанность.

Тиренд поморщился и сухо бросил:

— Да, Сана. Подружиться со служанкой нужного объекта — хороший ход. Тебя что-то не устраивает?

— Значит, ты только из-за этого с ней общаешься? — едва скрывая радость, догадалась я.

— Послушай, какое это имеет значение?! — уже злясь, откликнулся он. — Не строй из себя обманутую в лучших чувствах! Не хочу ворошить прошлое, но ты меньше, чем кто-либо, имеешь право меня в чем-то упрекать.

— Если я так тебе безразлична, — переходя от радости к горечи, выпалила я, — то что было вчера ночью?

Тиренд отвернулся, его плечи напряглись.

— Я прошу прощения за это, — не глядя на меня, процедил он. — Слишком много выпил. Больше не повторится.

— А если я не против повторения? — глухо спросила, утратив остатки гордости.

— Я против! — отрубил бывший шаранд, продолжая смотреть в окно.

— А можешь мне это в лицо сказать? — с трудом сдерживая накатывающие слезы, потребовала.

Некоторое время между нами царило звенящее молчание. Потом он резко сказал:

— Ольга уехала в паломничество в Тирнис. Пробудет там несколько недель. Больше Сане ничего неизвестно.

Значит, предпочел просто тему перевести! Посмотреть на меня так и не смог. Что ж, это уже говорит о многом. Настроение хоть немного, но улучшилось. И я переняла его манеру разговора:

— Уже хорошо, что отъезд временный. Рано или поздно Ольга вернется. У нас есть два варианта: остаться здесь и ждать ее возвращения или ехать в Тирнис и пытаться найти.

— Это будет как искать иголку в стоге сена, — заметил Тиренд, разворачиваясь. Сейчас он казался совершенно спокойным. — Тирнис — большой город, а у меня там нет знакомых, которые могли бы помочь в поисках. Придется обращаться к Крайну Далену.

— Нет! — тут же отреагировала я. — Уж лучше подождем здесь!

— Я тоже считаю, что так лучше, — одобрил Тиренд. — Так что продолжим играть роль брата и сестры.

— Пока у нас это не очень хорошо получалось, — заметила я.

— Будем стараться лучше, — поморщился он. — Кстати, я сегодня в ночную смену. Сейчас хотел бы поспать, если не возражаешь.

— Я тебе помешаю? — грустно спросила.

— У тебя что работы больше нет? — проворчал он.

— Мне сегодня дали выходной в честь нового назначения.

— Тогда иди прогуляйся по дворцу или по городу.

Видно было, что мое присутствие его напрягает, и я со вздохом вышла из комнаты. Лишь захватила с собой плащ и сняла передник. Тиренд прав. Можно воспользоваться случаем и прогуляться по городу.

Выходя за ворота, я, по закону подлости, наткнулась на Ирайса. Недовольно поморщилась, но все же остановилась, когда он крикнул:

— Далеко собралась, красавица?

— У меня полдня свободные. Вот решила по городу прогуляться.

— Жаль, что я не могу тебе компанию составить, — сказал он, поравнявшись со мной и игнорируя многозначительные ухмылки товарищей, дежурящих у ворот.

Мне жаль вовсе не было, но я вежливо улыбнулась.

— Что поделаешь…

— Но насчет вечера мое предложение остается в силе. Хочешь, тоже в город выберемся? Я тут одно заведение знаю!..

— Спасибо, но я не хочу никуда уходить вечером, — обрубила я. — Завтра вставать рано. А у меня новое назначение. Боюсь, как бы не опоздать.

— Слышал уже! — подмигнул мне Ирайс. — Честно, удивлен!.. — Он почему-то осекся и отвел взгляд, словно не желая развивать тему.

Наверное, этот Гейн Стейнис и впрямь очень важная шишка, но я все равно предпочла бы менее почетное задание.

— Ладно, мне пора. И тебе тоже… Служба ведь не ждет, — я, как могла, постаралась скрыть издевательский тон и двинулась прочь.

— Хорошо тебе погулять! — услышала в спину, но не ответила. Сделала вид, что не услышала.

Вряд ли то настроение, в каком сейчас пребывала, сделает мою прогулку приятной! Предпочла бы сейчас тихонечко, чтобы не разбудить Тиренда, лежать на своей кровати и смотреть на него спящего. Любоваться беззащитными во сне чертами, грубоватым, привлекательным лицом и золотистыми кудрями, в которые постоянно хотелось зарыться пальцами. Все внутри тоскливо отозвалось в ответ на воспоминания о тех днях, когда он радовался каждой моей ласке. Теперь же отталкивает и унижает. Пусть даже я понимала, как сильно он обижен, но от этого легче не становилось.

Свежий воздух и царящая вокруг оживленная атмосфера постепенно уносили плохие мысли. Я и правда начала наслаждаться прогулкой. Без всякой цели шагала по шумным проспектам среди множества людей. Вдыхала запахи большого города, чувствовала тепло солнечных лучей. На голову накинула капюшон, чтобы не привлекать к себе внимания. Было нечто будоражащее в том, чтобы чувствовать себя почти невидимой и одновременно оставаться неотъемлемой частью множества людей.

А потом ноги как-то незаметно привели к Храму Изначальных. Поколебавшись, я решила зайти туда, испытывая жгучее любопытство. Хотелось посмотреть, как здесь почитают тех, кого считают богами. Тех, чья кровь течет и в моих жилах. Это странным образом волновало.

Вслед за группкой людей я тоже вошла под сумрачные своды. То, что здесь окажется скромная обстановка, не стало неожиданностью. К этому меня подготовили и вид Храма снаружи, и артефакты Изначальных. Их владельцы во внешней атрибутике не нуждались.

Обычные каменные стены, ряды мраморных скамей перед чем-то наподобие алтаря. Множество свечей горело в серебряных канделябрах на стенах. Наверное, эти канделябры — самое дорогое, что тут было. Посетители Храма сидели на скамьях и безмолвно молились, устремив глаза на алтарь, испещренный различными символами. Странно, но расшифровать их я не могла, несмотря на то, что артефакт влил в мою голову знания всем местных языков. Еще одна загадка этого мира!

У подножия алтаря заметила распростертую ниц фигуру, судя по виду — женскую. Она совершенно не двигалась. Похоже, здесь тоже есть религиозные фанатики! На женщину смотрели с благоговейным почтением.

Я решила пройти к одной из скамей и посидеть здесь немного. Атмосфера в Храме и правда была какая-то умиротворяющая, торжественная. Да и ноги устали, хотелось немного передохнуть перед тем, как пойти дальше. Я медленно шла по проходу, как и несколько других, вошедших в Храм одновременно со мной. Наши шаги гулко отдавались под высокими сводами, но никто не обращал на это внимания.

А потом вдруг произошло нечто странное! Я всего лишь ступила на отличающуюся от прежней часть прохода — не из камня, а будто из металлических плит, и проход засветился серебристо-голубым. Может, так и задумано?!

Обескуражено остановилась, все же потрясенная происходящим. Как красиво! Будто сияющая змейка устремилась вперед, с того места, где я стояла, и охватила весь алтарь. Символы на нем засверкали тоже, от них даже искры пошли.

Одновременный гул, разнесшийся по залу, заставил вздрогнуть. Фигура, распростертая у алтаря, шевельнулась, а затем села на коленях. Обернулась, окидывая вошедших полубезумным взглядом темно-фиолетовых глаз. Тут же вспомнились глаза Гейна Стейниса. У него точно такие же. Наверное, в Лиарнии это привычный цвет. Впрочем, сейчас больше взволновало их выражение. Меня даже в пот бросило.

— Изначальные! — раздавалось со всех сторон. — Потомок Изначальных!

Неужели это на меня так Храм отреагировал?! В горле пересохло. Единственное, чего хотелось — убраться отсюда. Женщина у алтаря обводила всех вокруг пронизывающим взглядом, будто кого-то искала. Потом взгляд ее остановился на мне. Глаза потрясенно расширились. Дрожащая рука с указующим перстом вытянулась в мою сторону.

В этот момент проход перестал светиться, и я поняла, что странный эффект временный. Наверное, реагирует на человека с кровью Изначальных. Но меня уже заметили. Каким-то непостижимым образом эта женщина знала, что это на меня так отреагировала местная магия.

Накатила паника, и я понеслась прочь, поглубже натягивая капюшон на лоб и радуясь, что она не могла толком меня рассмотреть. Вслед донесся повелительный, срывающийся от волнения голос:

— Остановите ее!

Но я уже неслась так, что сделать это было не так просто. Пока ошеломленные от происходящего люди приходили в себя, уже покинула Храм и теперь неслась обратно ко дворцу.

Все, больше меня и на аркане не затащишь на прогулку по городу!