Глава 14

Следующая неделя была спокойной и разложенной по полочкам. Так как Глеб разрешил мне творить любые бесчинства по отношению к его бывшей ведьме, то я делегировала эту задачу Янке, а сама занялась покупкой квартиры. В понедельник же сбегала и осмотрела ее вместе с риелтором. Что ж… Планировка мне понравилась, площадь позволяла обустроить большую кухню и столовую. А также был задел под кабинет. Два санузла тоже говорили в пользу квартиры. Место под будущую детскую… А самое главное – это огромная угловая лоджия, опоясывающая почти всю квартиру. Уррр, как же тут можно развернуться.

Глеб вечером выслушал мои восторги и рискнул согласиться на довольно внушительную стоимость объекта. Вот только он еще не знал, что к этому времени я прилично сбила цену, придираясь к каждому уголку, и там еще на ремонт останется, если я свои вложу. А ремонт там предстоял масштабный. Если честно, то бетонные стены и такой же пол навевали тоску и внушали все ужасы ремонта. Но это для кого-то другого. Мне было, наоборот, интересно, так что я с воодушевлением взялась за проект.

Для начала вызвонила Пятеро и Троицу, чтобы они взялись за черновые работы и превратили их в чистовые. Пробежалась по всем строительным магазинам города и подобрала материалы. Навестила все мебельные компании, где хоть что-то красивое заказать можно было. Ближе к выходным организовала вылазку с еще одной подругой Зои Михайловны за гардеробом. Эта оказалась попроще, а потому не чуралась и более дешевых магазинов. Было весело. Заодно для Маринки вещичек прикупила.

В выходные я утащила Нелю в парк аттракционов, уже вытаявший из-под снега, который с города сдуло буквально за неделю. Ребенок съел килограмм мороженного, поорал на аттракционах, покатался на колесе обозрения и довольный уснул в автобусе, прислонившись к моему плечу.

Глеб с нами не поехал, ссылаясь на работу, но мы и без него хорошо провели время. Зато теперь «шикарный мужик» ночевал дома каждую ночь, что мне определенно нравилось. Даже Янка, к которой мне пришлось заехать за новой информацией, заявила, что я похожа на удовлетворенную кошку.

А вот с мамашей Нели все было не так гладко. Нет, эта дура уже кучу всего о себе рассказала, вытрепываясь перед своим Рязановым, что проблем с их посадкой уже не возникало. Но прибить данных персонажей хотелось все больше и больше. И обойтись совсем без участия Нели пока не получалось. То есть, нужно будет приехать с девочкой в Москву на первое слушанье и подтвердить некоторые факты, о которых мог знать лишь ребенок, живущий в этой семье. Так что Нелю я издалека, но готовила к этому. Расспрашивала понемногу то о том, то о сем. За это время удалось узнать, что к Анфиске приходил страшный дядя, перед которым та заискивала и откровенно боялась. Он зачем-то долго разговаривал с Нелей, спрашивал, что та любит, чем интересуется, а потом сказал ее матери, что согласен. А на что согласен, девочка не поняла. Зато у меня в мозгах теперь пазл полностью сложился. Найти бы еще этого страшного дядю и отбить ему все места, которыми он думать изволил.

– Ир, мы закончили. – Застал меня звонок Троицы в понедельник утром.

– Отлично. – На самом деле я хотела к Маринке съездить, но теперь нужно художников тащить в свеженькую квартиру. А самое главное, мне не терпелось донести до этих работников палитры и кисти, что именно я хочу. И донести это нужно было до самого маленького нюанса. Задумка была гениальной, на мой взгляд.

– Отелло, бери команду и дуй по адресу, который я тебе выслала. – Протараторила я в трубку, пока бежала до квартиры.

– Виолова, ты в своем уме? Я только проснулся. – Проворчал этот недохудожник. – Хотя, когда тебя это волновало…

– Давай быстрее. И краски побольше возьмите. – Напутствовала я его.

Квартиру парни отделали знатно. Все беленькое, чистенькое… Идеальный холст. Испортят, прибью. Через пару часов в квартиру ввалилась ватага художников. Я лишь порадовалась тому, что Пятеро закрыли пол пленкой, потому что банки-бутылечки-распылители тут же были брошены на пол в неимоверном количестве.

– Говори, чего тебе здесь сделать надо. – Потребовал Отелло.

– Вот смотри. Я все по комнатам расписала. И эскиз набросала на все. – Я протянула папку со своими наработками.

Парень почесал затылок и вздохнул.

– Ну ты, блин, вообще… – Он отдал листы парням и пошел осматривать стены.

Я пожала плечиками и ретировалась куда подальше. Нечего творческому люду мешать. Однако, стоило мне выйти за пределы квартиры, как у меня зазвонил телефон. Янка.

– Ир, ты где? – Спросила она таким голосом, что у меня дрожь по позвоночнику пробежала.

– В новой квартире. А что? – Спросила не своим голосом.

– Через пять минут за тобой заедет водитель. Появилась новая информация. – Стальным голосом поведала подруга.

Ну, если Янку, обычно оптимистично настроенную так прошибло, то страшно подумать, что она там вообще накопала. Я вышла из подъезда и уже увидела знакомую машину с Янкиным водителем, который ее везде развозил.

Я села в машину и написала сообщение Глебу о том, что уехала к Яне, и чтобы он не волновался. Хотя, он все равно увидит, куда меня унесет. Маячок же в телефоне.

К моему удивлению, водитель привез меня не в поместье к Зое Михайловне, а к дому, где находилась квартира Баранова. До дверей меня так же сопроводили.

– Ты здесь от Степаниды спряталась что ли? – Улыбнулась я, наблюдая за тем, как Яна ловко управляется с сыном.

– Здесь ушей меньше. – Пожала она плечами и кивнула в сторону кухни. – Проходи. Я сейчас вручу сына Саше и вернусь.

Я прошла на кухню и села на стул, осматривая обстановку. Я и раньше здесь бывала, но обычно мне было не до интерьеров.

– Чай будешь? – Спросила Янка, вернувшись через минуту.

– Наливай. – Согласилась я и принялась терпеливо ждать, когда она перестанет метаться по кухне. – А теперь рассказывай, что случилось. – Я схватилась за кружку, чтобы была хоть какая-то точка опоры для моего сознания.

– Меня начинает удивлять, что господа Исаевы весьма безалаберно подошли к вопросу выбора первых жен. Только Тимка умудрился сломать эту традицию и нашел адекватную Эльку. – Начала Яна издалека.

– Та-ак… И что эта криминальная парочка снова натворила? – Нахмурилась я.

Подруга отбросила рыжие волосы за плечо и поморщилась.

– Пять лет назад в их городе пропал очень крупный бизнесмен и по совместительству приятель этого Рязанова – Кисеев. Вместе с бизнесменом пропали несколько десятков миллионов, хранившихся в доме, и пистолет, который так и не был найден. – Начала она издалека. – И все бы ничего, но эти двое вскользь упомянули, что если бы можно было грохнуть Харона, как Кисеева, то все было бы проще.

– То есть они фактически сознались в убийстве? – Торговли детьми им было мало.

– Эту звукозапись к делу не пришили бы, если бы не всплыл пистолет. В городе прорвало теплотрассу, и рабочие выкопали пакет. Заглянули, увидели пистолет в крови (видимо, впопыхах закопан был) и вызвали кого надо. К оружию никто не прикасался, так как детективы все смотрели. Так вот, на пистолете обнаружена кровь этого самого Кисеева. И теперь под них можно копать еще и с этой стороны. – Закончила Яна.

– Неля жила в одном доме с убийцами? – Приложила я ладонь к губам.

– Очень похоже на то. Девочку не трогали только потому, что боялись Глеба, да и товарный возраст еще не подошел. – Поделилась она своими соображениями.

– Если они боялись Глеба, то как они собрались Нелю отдавать этому Харону? – Нахмурилась я.

– Ну, Глеб не особо лез к девочке с родительским надзором. Пока ему бы стало известно, что его дочь живет у какого-то мужика, прошло бы время. Более того, всегда можно было сказать, что девочка неблагополучная и сбежала сама. Или попытаться убрать Глеба. – Принялась перечислять она.

– В каком смысле убрать Глеба? – Ужаснулась я. – Убить? – Поняла по многозначительному взгляду Яны. – Они это обсуждали? – Попыталась взять себя в руки.

– Вскользь. – Кивнула подруга и выложила передо мной пять фотографий. – Пусть Неля посмотрит на этих людей и скажет, кого знает.

Я кивнула. Девочку впутывать не хотелось. Но это убийцы. Они обсуждали убийство ее отца. Да и ей бы досталось. Придется сегодня все ребенку объяснить. Или не стоит так сразу?

– Ян, а Славка точно справится? Они не сбегут? – Спросила я, сгребая фотографии.

– Для Кожевина это тоже стало личным делом. Сколько Глеб за Динкой приглядывал, чтобы она не убилась на ровном месте? Вот, то-то же. – Янка улыбнулась. – Да и вообще, ваше семейство так помогло всем остальным по жизни, что за вас горой половина области встанет. Славка вылетает через два дня. Прихватит с собой Степаниду.

– Что-о? – Я махнула рукой так, что кружка с чаем улетела в сторону окна и с грохотом разбилась. Из соседней комнаты тут же послышался детский плач и причитания Баранова. – Ой, прости. – Засуетилась я, схватила полотенце и принялась собирать осколки. – Почему Степа едет?

– Потому что она уж точно их не выпустит из своего поля зрения. Охотиться на людей она умеет очень хорошо. – Хмыкнула Яна, помогая мне убрать безобразие.

– А нас не взяли. – Вздохнула я.

От Яны меня забрал Глеб.

– У нас еще что-то случилось? – Уточнил он, едва я оказалась в машине.

– Степанида поедет на открытие выставки. – Поморщилась я.

Глеб пару минут переваривал эту новость, потом вдруг улыбнулся и сообщил.

– Сами виноваты.

Ну да, действительно.

По пути мы забрали Нелю из школы и отправились домой, в пока еще старую и тесную квартиру. По пути я описывала все, что в новой жилплощади наворотил Троица. Неля на это только грустнела и вздыхала.

– Ты не хочешь переезжать? – Спросила я ее уже дома.

– У меня в комнате сейчас так красиво. Я туда как зашла, то сразу поняла, что это моя комната. Она вся музыкальная, светлая и запирается изнутри. – Она шмыгнула носом. До такой степени ей не хотелось расставаться со своим новым и безопасным домом.

– А в новой квартире у тебя будет возможность закрывать свою комнату не только изнутри, но и снаружи. – Поделилась я с ней.

Неля вдруг вздрогнула и испуганно зашептала.

– Не надо снаружи. Так меня можно будет запереть в комнате… – Она обхватила себя за плечи.

– В комнате тебя будет не запереть, потому что ключ от комнаты будет только у тебя. А еще у тебя всегда будет выход на теплую лоджию, через которую ты сможешь выйти на кухню. – Совершенно серьезно сказала я ей.

– Да? – Неуверенно, но с надеждой переспросила девочка. Я кивнула, нацепив на себя доброжелательную улыбку. – Тогда, наверное, можно переехать.

На фотографиях ребенок, кстати, узнал неприятного дядю. Мда, рожа у него действительно, так себе.

Вся последующая неделя запомнилась мне в основном ожиданием неизбежного. Ну и подготовкой расписанной квартиры к переезду. Мебель привозили каждый день, сборщики собирать замучились. Я только один раз вырвалась, чтобы съездить в детский дом и к Геле Палне. Еще проследила за доставкой корма собакам и попросила Верку организовать их выгул. Девочка не подвела.

В общем, вместо того, чтобы сидеть и мандражировать, я крутилась, как лопасти в турбине самолета. Наверное, это и не дало мне сойти с ума, зная, что в пятницу вечером произойдет задержание. Кстати, в среду Янке доставили вещи Нели, среди которых обнаружился даже любимый плюшевый медведь, отправленный ребенку на какой-то день рождения Глебом. Ребенок вцепился в потрепанного зверька так, что тот по швам затрещал. Ужас, как же мало этому конкретному детенышу надо для счастья.

Чтобы уж совсем не до мелочей было, я организовала переезд в новую квартиру как раз таки в пятницу. Мы тщательно собрали личные вещи (которых оказалось совсем немного), загрузили все в того монстра, которого Глеб по неопытности называл машиной, и перевезли в новую квартиру. Ну как перевезли. Тут ехать-то было всего ничего. Больше несли, чем везли.

– У-а-а-а! – Завизжала Неля, увидев свою комнату.

Я заглянула, чтобы удостовериться в том, что она там от счастья кричит, а не потому, что паука увидела. Все нормально, одна стена расписана портретами известных музыкантов, другая закошена под лофт, на котором тушью были нарисованы инструменты из ее старой комнаты. А в углу на подставке стояла моя старая акустическая гитара. И теперь у ребенка была нормальная кровать, отдельный стол для ноутбука и второй для учебы. И стеллаж с книгами (их я тоже притащила из своей старой квартиры).

– Спасибо! – Неля бросилась ко мне и от переизбытка чувств повисла на моей шее. – Это так… Это просто… Вау! – Она разжала объятия, стоило мне захрипеть, и отошла на шаг. – А можно ко мне одноклассница придет на следующей неделе? Она фотографии моей комнаты увидела и ей так понравилось. А здесь она просто умрет от зависти. Можно?

– Да, пожалуйста! – Махнула я рукой и прокашлялась, стараясь согнать с глаз непрошенные слезы.

Глеб обхватил меня за плечи и увел в нашу спальню. Действительно. Мне еще вещи в гардеробную сложить нужно. Впервые в жизни буду жить в комнате с настоящей гардеробной. Хотела повизжать, как Неля, но решила, что это будет не солидно для моего преклонного возраста.

Глеб повесил свои полторы рубашки, положил на полку пять футболок и ушел инспектировать лоджию. А что? Там теперь столик стоит. А окна панорамные. Можно утром кофе пить и на город смотреть. Красота.

Когда в кармане запиликал телефон, я как раз принимала решение: вешать блузку на пластиковую вешалку, или металлическую обернутую силиконом.

– Ты чего трубку долго не берешь! – Рыкнула в трубку Яна.

– Блузку вешала на плечики. – Ответила я ей честно.

– Так, собирайтесь. Завтра всем семейством вы летите в Москву. Там допрос будет. Ты ребенка подготовила? – Потребовала она ответа.

– Подожди! – Остановила я ее. – Как в Москву? И вообще, как там все прошло?

– Там все прошло громко и… если бы не Степанида, сбежали бы эти кот Базилио и лиса Алиса. – Хихикнула Янка, но тут же посерьезнела. – Завтра все узнаете. Билеты я вам купила, вылет в шесть утра. Там вас встретит Кожевин и отвезет, куда надо. Обратный рейс вечером. Очень рекомендую забрать Степу из столицы и вернуть обратно в лес. А-то как бы чего не случилось… – Протараторила подруга и прервала звонок.

– Приплыли! – Я села на удобный пуфик и уставилась невидящим взглядом на висящую одежду.

– Ты чего здесь? – Заглянул ко мне Глеб через пятнадцать минут.

– Мы завтра летим в столицу садить твою бывшую ведьму. – Скривилась я.

– Это я знаю. Мне Александр Баранов только что звонил. – Он, видя мой ступор, принялся вытаскивать мои оставшиеся вещи из сумки и развешивать их.

– Но я не успела поговорить с Нелей по поводу того, что ее мать вообще находится… под подозрением. – Возмутилась я.

– Но сказать ей правду все равно придется. – Вздохнул он. – Ты хочешь, чтобы я это сделал?

– Нет! Я сама! – Тут же вскочила я на ноги и отправилась к Неле.

Та нашлась у себя в комнате, где, сидя на стуле, любовно гладила гитару. Это она еще не знает, что у нее в комнате стоит звукоизоляция и можно бренчать сколько влезет. Соседи с воплями не прибегут.

– Ой, – вскочила она при моем появлении. – Я сейчас уроками займусь.

– Отдыхай сегодня. – Разрешила я ей. Все равно мы завтра уже вернемся обратно и у нее на уроки целое воскресенье будет. Я села на край ее кровати и попыталась сформулировать в голове то, что нужно было сказать.

– Что-то случилось? – Неля смотрела на меня совершенно взрослым взглядом.

Рассказать все равно придется.

– Нель, тут такая ситуация… Твоя мать попалась на… правонарушении. – Я с трудом проталкивала слова через рот. – И ее за это будут судить вместе с ее мужем. – Девочка все так же внимательно меня слушала. – И нам нужно будет завтра слетать в другой город, где ты расскажешь людям в погонах обо всем, что происходило в вашем доме.

Вот! Сказала. Только мне от этого было не легче. С другой стороны, Неля скажет то, из-за чего ее мать удастся лишить родительских прав. А это уже шаг вперед. Это уже не мало.

– Ее посадят? – Совершенно безэмоционально спросила она.

– Да. – Пришлось кивнуть мне.

– И мне не придется уезжать от вас с папой? – Выцепила она главное.

– Не придется. – Подтвердила я.

– Тогда пускай ее посадят! – Вдруг со всей экспрессией заявил ребенок. – Она меня все равно не любит.

Ну и что на это ответить? Врать я точно не буду.