Глава 21

Давид. Сворачиваю за угол и лишь тогда выдыхаю… Алине и в голову не пришло позвать меня в гости… Напоить чаем, показать дом. Даже думать о таком смешно… Почему меня тянет к неприятностям, ума не приложу? Я мечтал о спокойной, беспроблемной жене с минимумом интересов. Сосредоточенной на доме и детях, палисаднике и кухне… Но ни черта не вышло… Ольга только казалась такой. Я, дурак неопытный, думал, что проблемы у людей случаются от безденежья. Оказалось, что нет… В ней зрел невидимый глазу горький корень. И он изредка прорывался наружу… Открывал все самое плохое, что в ней было… И речь не только об изменах… Иногда она выпивала. Немного, но часто… Спала подолгу, просыпаясь лишь для того, чтобы выпить и забыться… У нас было все. Есть все, чтобы жить той самой жизнью, которую я вообразил… И ни черта не получается. С деньгами, связями, машинами, особняками и поездками к морю… Не выходит… И снова «беспроблемная» барышня… Я знаю, что она изменит мою жизнь… И все ее фырканья когда-то кончатся. Она придет в мою постель, станет моей… И вернется привычная боль от того, что все снова неправильно. Не так… Я не знаю, куда иду. Просто… бреду по выложенной брусчаткой дорожке. Останавливаюсь возле автобусной остановки, спрашиваю у уставшей, сидящей на лавке старушке, как доехать до гостиницы. Она оживает, советуя мне вызвать такси. До города, мол почти полчаса ехать, да еще и с пересадками… Благодарю ее и перехожу на другую сторону улицы, завидев табачный ларек. Покупаю пачку сигарет. Глубоко затягиваюсь, стремясь изгнать ощущение гадости, поселившееся в горле… Алина – куда большая проблема, чем Ольга… Однако, я не могу перестать о ней думать… Просыпаюсь с мыслями о ней, засыпаю… Привыкаю видеть ее каждый день, чувствовать запах. Мы пока чужие друг другу, но я знаю ее. Понимаете, знаю? Я никогда не понимал, как можно увязнуть в человеке? Отец менял любовниц как перчатки… От одной из них – кареглазой красотки-стриптизерши – у него родилась Лия, моя сводная сестра. Конечно, он нашел способ отобрать ребенка у матери. Ту девку быстро признали недееспособной. Оказалось, что она и наркотики принимала (хотя это было не так), и домой водила кого попало… Я отчетливо помню день, когда отец принес ее домой. Вручил матери, приказав заботиться о малышке… Она отказалась. Собрала вещи и уехала к родителям, в деревеньку в Алтайском крае. Отец вернул ее. Не знаю, что он сказал ей, но после того случая мама больше не перечила… Но и не жила. Улыбалась она реже. Стала отстраненной, бледной… В последние годы она напоминала робота. Что-то делала, куда-то ходила… Шевелила губами, двигалась, оставаясь мыслями где-то далеко… Отношения с Лией у нее были хорошими, ровными. Сестра звала ее мамой и долго не знала, что она неродная дочь… Оживляю экран смартфона, выбрасывая окурок в урну. – Привет, сестренка. Как ты? – Хорошо, Давочка. Соскучилась по тебе. На твою мегеру это не распространяется. Когда ты ее бросишь? – протягивает она. – Нам обязательно говорить о ней? Я сегодня в таком месте был… С такими людьми познакомился… Они счастливы, понимаешь? Просто потому, что они есть друг у друга. Ладно, сестренка, говори, что у тебя нового? Никому не надо открутить голову? – Всем! Мне проходу не дают. А тебя рядом нет. – Ты серьезно? – Да нет, шучу… Я и сама могу заступиться за себя. Папуля звонил, рассказывал о какой-то конюшне… В общем, складывается ощущение, что вы поехали в отпуск, а не покупать завод. – Ты у меня еще слишком маленькая, малыш. Потом все поймешь… Куда решила ехать отдыхать? – Море, Дава. Я хочу с тобой поехать. Можно? – Наверное, да. Думаю, мы сможем выбраться в конце лета. – Только без… – Она и не поедет, не волнуйся. Мы спешно прощаемся. Лия спохватывается, вспомнив о подруге Дашке из параллельной группы. А я… Окунаюсь в пучину прошлого, вспоминая день, лишивший меня надежды стать отцом… Ольга силком заставила меня пройти обследование. Мы не предохранялись. Поначалу она не обращала внимание на отсутствие беременности… А потом потащила меня в клинику. Диагноз прозвучал, как приговор… Бесплодие. Причем, у меня… Последствие перенесенного в пятнадцать лет паротита… «В вашем случае единственный выход – донорская сперма», – пробормотал тогда врач… Я тогда ржал часа два… Не мог поверить в эту чушь. А потом поймал снисходительный взгляд жены, ощутив себя уродом, не способным ни на что… Так смотрят на кусок дерьма, прилипший к ботинку… Или урну, до верха забитую мусором. После этого мы перестали трахаться… Правда, терпению Ольги пришел конец через месяц воздержания… Она напилась и ползала на коленях, умоляя меня простить ее за грубые и опрометчивые слова. Кем я только ни был для нее… Импотент, неудачник, фрик… Я не отвечал. Не оскорблял ее в ответ, не бил, как это частенько делал в отношении ее матери Филатов… Наша жизнь скатывалась в пропасть, напоминая не маленький рай на земле, а… Всеобъемлющий ад… Спохватываюсь, замечая сообщение Алины, всплывающее на экране: «Я помогу тебе найти хорошую квартиру». «Я только за. Когда твой муж придет в себя, напомни ему о договоре. Он должен все изучить». «Хорошо. Увидимся завтра. Мне разрешили отдохнуть несколько дней. Познакомлю тебя с Василисой». «До завтра, буду рад встрече».