Глава 4

Алина. Воздух дурманит. Ноздри щекочут ароматы лаванды и сигаретного дыма… Егор и Руслан Адамович курят, стоя возле увитой зеленью арки… Егор что-то оживленно рассказывает, смеется. Странное дело, я ведь считала его призом. Великим приобретением… Ходила, вздернув нос, и хвасталась парнем, которого мне удалось отхватить. Его ведь все хотели… Красивый, высокий, умный, в Егоре был лишь один недостаток – бедность… Отец его давно умер, оставив семье неподъемные долги, мать все время болела… – Любите его? – спрашивает Давид, а я вздрагиваю, удивившись собственной глупости. Егор приказал развлекать гостя, а я… Снова предаюсь воспоминаниям, окунаясь в черный колодец боли… – Что? Давид, зачем вам завод? Вы не похожи на человека, увлеченного переработкой вторичного сырья. Нужно срочно поменять тему, иначе он все поймет… Люблю ли я мужа? Скорее, презираю. И себя заодно… – Почему? – растягивает он губы в улыбке. – А на кого я похож? Я бы не сказала, что Давид красив. Красота – это что-то женственное, смазливое, юношеское… Его привлекательность другая. Он чертовски мужественный, широкоплечий, тренированный. Шея у него, как… Отчего-то, в мыслях против воли всплывает картинка, как он нависает надо мной, присваивает. Большой и сильный. Способный защитить, закрыть тело от невзгод и пули… – На мажора. На… Простите, я говорю чушь, – качаю головой. – Вы давно выросли из этого возраста. Но… Не могу представить, чтобы вы копались в грязи, расхаживая по закоулкам в каске. Там грязно, правда… Пыльно. И там воняет. – Это так вы убеждаете меня купить завод? – улыбается Давид, выбивая сигарету из пачки. – Курите? – Нет. Плохой из меня менеджер. Поэтому я и не пошла по стопам отца. Он был хорошим управленцем с двумя профильными образованиями, знанием английского и немецкого… Я никогда не умела торговаться. Ага, а мужа купила… Пожалуй, это самая дрянная инвестиция. Меня можно представить к премии "Самое глупое вложение денег" или внести в книгу рекордов Гиннеса в этой же номинации. Давид поджигает сигарету. Огонек на миг освещает его лицо – неожиданно длинные ресницы, аккуратную щетину. Я даже тонкий шрамик на его виске замечаю… Господи… Нужно поскорее продать ему этот чертов завод и заняться своей жизнью. Поеду на Байкал, к дедушке… Он – мой единственный близкий человек… Тот, кто давно просит бросить все и начать с начала. – Вы удивитесь, кто по образованию я, – усмехается Давид. – И мнение свое предвзятое измените… Про каски и грязь, и все такое. – Расскажите. Меня знобит от вечерней прохлады и его близости… Давид откладывает сигарету, снимает пиджак и аккуратно накрывает им мои плечи… – Вы совсем замерзли в этом платье. Красивое, кстати, вам идет. – Спасибо, – бормочу я, кутаясь в его тепло и запах туалетной воды… И упрямо пробивающийся запах его тела. – Вы расскажите? – У нас сложные отношения с отцом, – напрягается он. – Много противоречий. Он уговаривал… Вернее, он заставлял меня поступать на юридический, но я ослушался. Это было детским протестом, дурацким способом доказать, что мое мнение чего-то стоит. В общем, я поступил в технический ВУЗ и стал инженером-конструктором. Ну, какой юридический, если я всегда любил физику? – Понятно, – моргаю я, устремляя взгляд куда-то вдаль. – Уверена, вы назло папе успели поработать где-то? Непременно за копейки. – Как вы догадались? Так и было. И через пять лет ему стало меня жалко. Он инвестировал в мой бизнес проект, я построил завод автозапчастей. Он курит, изредка поглядывая на меня. Не могу пока понять его… Мотивов, планов. Что он планирует сделать на месте моего завода? И как я сразу не догадалась? Скорее всего, здание снесут, оставив лишь часть оборудования… – А… А как давно вы в браке? – решаюсь спросить я. – Пять лет, – раздается неподалеку голос Ольги. – Вы слишком громко и увлеченно беседуете. Все и всё слышат. Так забавно. Дорогой, ты не устал? Хочешь, поедем в гостиницу? Я наберу ванну и… И сделаю тебе хорошо. Она воркует, не стесняясь меня. Поглаживает мужа по плечу, демонстрируя власть… Указывая мне на место. – Оля, прекрати, пожалуйста. Мы не одни. – Да разве я что-то такое делаю? Алина, разве я сказала что-то неприличное? Вы же тоже замужем, понимаете меня? – Да, все в порядке. Давид Русланович, созвонимся завтра, ладно? Спокойной ночи. Хорошо, что сейчас ночь, и никто не видит моих пунцовых щек… Скажите, как можно заставить себя не любить? Или любить? Или просто симпатизировать человеку? Со мной это происходит против воли… Всегда…