106. Лукас

Я выматерился сквозь зубы.

— Не издевайся надо мной. Я не умею красиво и пышно говорить. Я признался в любви. Хочу быть с тобой. И… Я даже отремонтировал кабинет в доме. Из окон открывается отличный вид на лес и озеро. Если ты, конечно, любишь природу, а не шумный мегаполис.

— Оу… Звучит многообещающе! — тихо рассмеялась Мария. — Долго же ты думал, Клаус.

— Долго? Значит, я опоздал? — спросил я и сердце рухнуло вниз.

Но я тут же рассердился и подхватил Марию на руки.

— Ну, уж нет, малышка. Я припёрся из глуши в этот сраный мегаполис не для того, чтобы узнать, что меня обскакал какой-нибудь модно одетый хлыщ! — возмутился я.

— Куда ты меня несёшь?

— В отель. Ты, может быть, и не снимала номер. Но я снял.

— Подготовился?

— Конечно!

— И зачем ты несёшь меня туда?

— Буду делать тебя счастливой и сытой. Мокрой. Моей.

Отель, в котором я снял номер, был расположен неподалёку.

Мария не сопротивлялась, но и не говорила да. Словно выжидала и наблюдала за моими действиями.

Это подстёгивало, но в то же время сводило с ума.

Я опустил красотку на пол в номере и избавил нас от верхней одежды, бросив её небрежной кучей.

Потом притянул к себе девушку за тонкую талию и замер, держа в объятиях.

Возбуждение рвалось наружу. Стояк едва не разрывал мои боксеры и джинсы в районе ширинки.

Я отстранил её от себя и повторил:

— Я тебя люблю. Понял это ещё тогда, когда ты была рядом. Но не стал говорить вслух. Я боялся, что ты откажешься. Потому что я ни хрена невидный жених. Немодный и не продвинутый. Я живу в глуши и владею баром, у меня мастерская по ремонту байков. Это не то сверкающее будущее, в которое принято приглашать красоток вроде тебя.

— Ага. То есть у тебя целый табун таких, как я? — съехидничала Мария.

— Нет. Ты у меня одна. И то неуверен, что ты — моя. Но я очень этого хочу. Несмотря на то что мне тридцать восемь, у меня скверный характер и ещё я в любой момент могу превратиться в развалину… — рассмеялся. — Да я, блядь, жених года! Первый с конца. Поэтому, если ты скажешь мне «нет»…

— Уйдёшь в сторону?

— Нет. Возьму винтовку и буду отстреливать всех конкурентов, — мрачно заявил я.

— Это очень громкое и необычное признание в любви, Клаус Ольсен.

— Ты отшучиваешься… Но моя судьба в твоих руках. Я прошу тебя дать мне шанс, — вздохнул. — Может быть, я его не заслуживаю. Потому что обидел тебя молчанием. Но…

Я вытащил из кармана открытку, до сих пор упакованную в бумагу.

— Я даже не открыл её, видишь? Боялся, что там будет написано, какой я мудак в самых цветистых выражениях.

Мария рассмеялась и забрала открытку у меня из рук, развернула её и отошла от меня. Забралась в мягкое кресло.

— Так и быть, я прочитаю тебе вслух, что здесь написано.