107. Лукас

Я замер. Сколько раз мои пальцы жгло желанием распаковать и узнать, что там написано!

Мария улыбнулась и начала читать:

— «Дорогой Клаус-Лукас Ольсен. Или Санта. Позволь называть тебя Плохим Сантой. По крайней мере я запомню тебя именно так. Обещаю вспоминать о тебе только самое хорошее. Надеюсь, что однажды мои внуки спросят, верю ли я в Санту. А я хитро усмехнусь и вспомню наше горячее Рождество, самое лучшее в моей жизни. Но ещё больше я надеюсь на то, что мне не придётся напрягать свою дряхлую память, потому что ты будешь рядом со мной. Так что все неудобные вопросы я переадресую тебе, Клаус. Если ты не понял, к чему я клоню, то заявляю прямо. Ты неидеальный мужчина, но для меня определённо, самый лучший. Я хотела бы провести с тобой каникулы длиною в жизнь. Не знаю, хочется ли тебе того же самого или для тебя это было просто пикантным развлечением. Надеюсь, ты разберёшься с тараканами в своей голове, и поставишь меня в известность. Твоя М.»

Мария протянула мне открытку.

— Снизу написан мой адрес в Фарго и номер телефона.

Я проглотил ком в горле и подошёл к креслу, поднял Марию на ноги и поменял нас местами, расположив у себя на коленях.

— Не верится. Хочу прочитать своими глазами…

Я пробежался по строчкам. В груди бушевало торнадо желания и страсти.

— Тут ещё есть постскриптум.

— Да, — улыбнулась Мария, укладываясь головой на моё плечо. — Прочти вслух.

— «P.S. Допускаю мысль, что ты не понял туманных намёков или сделал вид, что не понял. Так вот, заявляю прямым текстом. Клаус, я влюбилась в тебя без памяти. Живи с этим!»

Я отложил открытку и расхохотался.

— Чёрт побери, коварная ты девица. Живи с этим! Звучит, как угроза!

Я обхватил лицо Марии ладонями.

— А теперь хочу услышать вслух то же самое.

— Я тебя люблю? — спросила Мария.

— Да-да. Именно это. Только без вопросительной интонации! — потребовал я.

— Суровый Клаус!

Мария поцеловала мои губы.

— Люблю тебя, Клаус Ольсен.

— Кстати. Я не люблю терять время зря. Так что я прилетел в Нью-Йорк только для того, чтобы вернуться домой. Но я не хочу возвращаться один. Я планирую вернуться домой в сопровождении малышки, которую вскоре будут звать Мария Ольсен.

— Это норвежская шутка? — смущённо улыбнулась Мария.

— У меня отвратительное чувство юмора. Так что предлагаю, не шутя, — признался я. — Выйдешь за меня?

— Я же отвратительно готовлю! — усмехнулась Мария.

— Ты преувеличиваешь и увиливаешь от ответа. Позволь помочь тебе определиться? — спросил я, просовывая руку под платье.

Мария немного развела ножки в стороны, предоставляя доступ к желанному. Мои пальцы скользнули по кружеву чулок, понежили чувствительную кожу у линии трусиков.

Потом я нажал на клитор и услышал глубокий вдох. Ухмыльнулся и потрогал ткань у самой дырочки.

— Твою мать. Твои трусики насквозь мокрые! — возмутился я. — Давно?

— Догадайся сам, Лукас, — кокетливо посмотрела на меня Мария и двинула бёдрами, задевая мой стояк. — Кажется, не только моя киска считает, что душевные разговоры можно отложить на потом, да?