Глава 35

Обычно люди пытаются изгнать призраков. Сейчас была очень странная ситуация, когда призраки пытались изгнать людей. И при этом, попутно, о них грелись.

То есть, о нас!

Естественно, чем здорово осложнили нашу миссию. Даже профессор Мунк нет-нет, а дотягивался жадной прозрачной ручонкой до чьей-нибудь лодыжки, обжигая потусторонним холодом. Замучились лягаться, если честно, пока шли по извилистой лестнице на жилые этажи.

Тёмочка, вырвавшись вперёд, широкими прыжками, топорща иглы на спине, мчался в сторону нужной нам комнаты. Он единственный из нас чувствовал себя, как дома.

Было сложно изображать из себя викторианскую леди, которая неторопливо идёт по древнему особняку, изящно приподнимая длинные юбки, когда то и дело приходилось, ругаясь вовсе не как леди, пинать очередную призрачную руку.

— Не призраки, а сволочи какие-то, — пожаловалась Лилька, выгребаясь из цепкой призрачной хватки привидения, которое нам до этого не представили, — так и напрашиваются на обряд экзорцизма.

— А ты это умеешь делать? — поразился призрак, высовывая не только руку, но и прозрачную лохматую башку из лестницы, — пацаны, высасывайте ведьм, они нас изгнать хотят. Коти, Жоти, Лоти, Троти, все на месте?

Услышав перекличку, мы, подхватив длиннющие подолы, рванули вперёд с утроенной энергией. Так. Взяли доску-вышли в наши кажущиеся такими родными джунгли! Знакомиться с вереницей агрессивных призраков в наши планы точно не входило.

Спальня Геральта была окутана паутиной так, будто пауки начали трудиться именно отсюда, и перерывов на обед у них не было. Очертания доски были заметны, но только очертания. Сам инструмент напоминал пухлую подушку из паучьего шёлка.

— Роза, иди, мы тебя тут покараулим, — сказала я, подтолкнув подругу.

А что? У неё сковородка. Которая, кстати, в процессе подъёма по лестнице решила порадовать нас вкусными блинчиками.

Пришлось нервно зажевать их по дороге, чтобы не тратить продукты. И вот сейчас Роза стоит с пустой горячей сковородой наперевес.

— У меня арахнофобия, — мрачно сказала подруга, не торопясь идти за доской, на которую кто-то неприятный уже водрузил длиннющие мохнатые лапы. Даже гадать не буду, всего этих лап было восемь. И у существа был точно такой же неприятный комплект красных глазок, как у мелких особей на первом этаже, оккупировавших тапки.

Но они же не были размером со среднюю собаку! Почему же в комнате у Геральта эволюция расщедрилась и подкинула нам это чудище?

Как оказалось, сложно быть ведьмой-арахнофобом, у которой нет ни капли магии, когда нужно встретиться лицом к жвалам с гигантским пауком.

Я нервно дёрнула ногой, которая заледенела от призрачного прикосновения. И от души треснула по прозрачной лохматой макушке, очень удобно подставившейся под ладонь.

Сама удивилась, что попала. Так как до этого рука проваливалась по самый локоть в мерзкую холодную слизь, из которой состояли призраки.

Зато теперь удар вышел отличный. Лохматое привидение с воем пролетело в комнату, упав прямо на доску Уиджи, закованную в паутину.

Существо засучило лохматыми лапами и, перевернувшись на спину, замерло. Призрак, отплёвываясь, откатился в сторону.

— Воти, ты обалдел, зачем убил паука профессора Мунка?

Голос за нашей спиной заставил нервно вздрогнуть и отпрянуть в комнату. В коридоре в ряд выстроились небольшого размера призраки — сплошная протоплазма, на которой огнём горели круглые глаза. Очень напоминали классических привидений из фильмов ужасов.

— Коти, Жоти, Лоти, Троти, - скороговоркой пробормотал призрак-убийца, - валите всё на ведьм, по-любому они виноваты. Сами швырнули меня на паука, коварные. Я ничего не успел сделать. Ведьма ты бессердечная, агрессивная! У арахнидов жизненной энергии на донышке, хватает одного прикосновения, чтобы высосать до конца.

Переглянувшись, мы с облегчением выдохнули. Призраков мы боялись меньше, чем пауков. И теперь у нас было универсальное оружие против лохматолапых! Один пинок привидением в нужном направлении — и питомцев-пауков у профессора Мунка будет всё меньше и меньше.

Ведьмы мы агрессивные, или кто? Будем подтверждать зверскую репутацию, раз по-хорошему никак не получается.

Времени хватило только на то, чтобы забрать доску Уиджи, брезгливо отпихнув в сторону длинные паучьи лапы.

— Тёмочка! — воскликнула Лилька, отдышавшись после короткого забега за своей вещью, — ты где лазил? Посмотри только на себя.

А посмотреть было на что. Пугача будто располовинило, потом собрало заново. Очень небрежно, с полным пренебрежением к деталям собрало. Корон, собственно, было уже две. Как он разместил их на одной, пусть и широкой, голове, вопрос особый.

Однако уже было понятно, что за фетиш у зверька. Осталось только сообразить, где он всех этих коронованных находит, у которых короны отбирает.

— Клара, пишем новую научную работу, — проскрипел за нами голос профессора Мунка, — ловушки пятого измерения и пугачи — чудеса магии и оборзения в одном флаконе.

Хотя бы стало понятно, куда успел метнуться Тёмочка. И почему вернулся в таком оригинальном виде.

А вот нам резко расхотелось идти в подвал. Даже если там раздают короны, усыпанные драгоценностями, это не стоит того, чтобы глаза переместились на уровень груди.