Глава 12

— Завьялов снова нервно подмигнул мне одним глазом, явно чувствуя звенящее напряжение, повисшее в кондиционированном воздухе, и мне его стало жалко. Бедный мужик, с такой то невестой и до бутылки недалеко. Я бы точно начала прикладываться.

— Конечно не ужинаете. Это то мне как раз понятно, — зашипела змеюка Марта, и с превосходством окинула меня взглядом с ног до головы. Я аж поежилась. — Вожди туземных племен не ходят по ресторанам. Их удел забегаловка в жопе мира. Да и при таком теле, я бы себе рот зашила.

Чего это она? Бредит бедолага, — подумала я, пропустив мимо ушей прелестную издевку над моим весом. Ну правду же сказала. А на правду грех обижаться.

— Марта. Прекарати. В конце концов ты переходишь все границы дозволенного, — выплюнул Захар. Опа, надо же, каким он может быть. Аж меня гордость взяла, а в низу живота сжалась предательская пружина возбуждения. Главное не покраснеть, хотя, с моим ли везеньем? А Марта то в лице переменилась и замолчала. Да уж, повезло курице. Такой мужчина.

— А вы, Юлия, — продолжил начальник, совсем на меня не глядя, — просто примите, как данность, что мои приказы не обсуждаются. Я ясно выразился сейчас?

— А вот фиг вам, — закусила я удила. Черт, ну нет бы просто кивнуть и все. Как будто черт за язык дергает. Завьялов ошеломленно уставился на меня, приподняв бровь. Явно не ожидал такой глупости, а меня все несло по кочкам,= шалаш такой у индейцев, фигвам называется, знаете? А у меня сегодня свидание, между прочим. И о встрече нужно предупреждать заранее, а не вот так, с бухты барахты перед фактом ставить. Вы то уж должны это знать, господин бизнесмен. Спутнице вашей простительно, у ней мозг меньше ореха, а о вас я была более высокого мнения.

Тадам! Мой месседж произвел на начальство ошеломительное впечатление. Захар снова подмигнул мне, а Марта раскрыла рот, и задвигала губами, как рыбка выброшенная на берег. «Ну все, начались в колхозе танцы» — радостно решила я, ипродолжила издевательство.

— Я не пойму, Захар Геннадьевич, вы со мной флиртуете? — спросила, захлопав ресничками, — целый вечер подмигиваете. За это между прочим наказывают.

— За что? — сдавленно спросил Завьялов, расслабляя трясущимися пальцами галстучный узел.

— За домогательства, — рявкнула я, видимо слишком громко, чем привела в чувства онемевшую Барбятину.

— Да кому ты нужна, корова? — взвизгнула она, но надо отдать должное, быстро себя в руки взяла. Корову я ей не прощу, естественно. — И про вигвамы, тебе лучше знать, — сверкнула Марта белоснежными зубами, которыми можно перегрызть поволоку. — Ты же, совсем недавно из него выползла.

Да, черт возьми, чего она привязалась? Намеки какие то тупые. Я стояла и раздумывала, сразу ей патлы повыдирать, облегчить бабе Дусе миссию, или все же погодить. А она, дрянь такая, стоит и смотрит на меня с превосходством, и на холеном лице играет змейская улыбочка. И Захар, предатель такой, приобнял ее за талию, нежно так держит, сволочь.

— Хорошо. Завтра, и считайте, что я предупредил. Или вам нужно письменное уведомление? — зло выплюнул начальник, и твердым шагон направилс к выходу, увлекая за собой наглую счастливицу, нежно придерживая ее за крутое бедро. Она и не сопротивляется особо, семенит рядом, вопреки всем законам гравитации переставляя ноги обутые в туфли на таком каблуке, что у меня голова закружилась от одного вида.

— И бога ради, умойтесь, — не поворачивая головы выплюнул Захар, прежде чем дверь за ним с грохотом захлопнулась. Ну вот, еще одну вражину нажила, и что — то мне подсказывает, что с этой мстительной фурией я еще хлебну беды полной ложкой. Размышляя над своими горестями, я достала свое любимое зеркальце — золотистое, украшенное кристалами сваровски и выпуклыми медвежатами, привезенное мне отцом из какой то очередной поездки, и заорала от страха увидев отразившуюся в нем ярко — синюю. Физиономию, которую обрамляли вздыбившиеся кудряшки. Твою мать, да Турук Макто бы удавился от зависти, увидь такую красоту неземную. Теперь ясно, что вызвало у босса нервный тик. Я и сама наверное сегодня спать не смогу, кошмары мцчать будут. Видимо, когда я вытирала слезы, салфетки как всегда перепутала, и схватила ту, которой промокала чернила с блузки. Ну, это же я. Ничего удивительного, что теперь похожа на мордатого аватара из фильма Кемерона. Надо этим америкашкам письмо написать. А то они гримом там своим гордились, бзумные, что на одного аватара у них черте сколько времени уходило. Дураки. Надо то было актерам просто морды чернилами намазать, и Вася в пинжачке.

Хорошенько умывшись, я села за стол и задумалась. Значит ужин у нас завтра? Ну-ну, готовьтесь, я так просто обид не прощаю. Как говорится. Все пропью, но флот не опозорю. Поглядев на часы, заспешила. Сегодня у меня первое занятие в «Жиру бой», ну и с Севой свидание, я же обещала.

Уже выходя из кбинета, я глянула на себя в зеркало. Результат меня удовлетворил, правда чернила не до конца отмылись, придавая мне вид больного оспой синего кита, а в целом — красотка. Интересно, что там Завьялов бредил про мое начальство. И почему, твою мать, я все время мыслямивозвращаюсь к этому нестерпимому нахалу.

— Далеко собралась? До конца рабочего дня еще полчаса, между прочим, — вредный Катькин голосок въелся мне в мозг, как сверло.

— В общество аномнимных жирух, — честно ответила я, — ты ж мне дала рекламку.

— А, молодец. Я тебе тут туфлишки принесла, как обещала. — залебезила Катька, протягивая мне фирменный пакет. Ага, чует кошка, чье мясо съела.

— А папа не будет против? — навесив на лицо самую свою змеиную гримассу.

— Чей? Мой? — удивилась Катерина. — С чего бы ему подарками моих любовников интересоваться? а потом, ты же знаешь, его кроме ханки давно ничего не волнует. Только и думает, как бы бельма залить.

— Да нет, дорогуша. Мой, — елейно пропела я, наблюдая за реакцией подружки. Про папаню то ее я конечно знала, и сочувствовала, и никогда ей не отказывали мы, чтоб она у нас ночевала, когда ее отец ав пике уходил. А она вон, как мать мою отблагодарила, Иуда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты себя нормально чувствуешь? — с тревогой посмотрела она в мое лицо. Ох, артистка, ни один мускул не дрогнул. Ладно, потом разберусь с прелюбодеями, а то опоздаю. А в первый раз это совсем неправильно.

Гордо подняв голову, я молча обошла ошалевшую Катьку, и припустила по коридору, в надежде, что никто больше не заметит, что я сваливаю раньше времени.