Часть 8

Знакомый двор увидели только когда такси уже остановилось, и водитель, повернувшись к нам, покашлял.

Все тот же темный колодец, освещенный тусклыми кляксами желтых фонарей, потрескавшиеся тротуары с запаркованными на них же автомобилями. Детская площадка, с поскрипывающими на морозе качелями. Сколько вечеров мы провели здесь, не в силах расстаться на те несколько часов, что требовал от нас организм.

Пока я предавалась воспоминаниям, Влад расплатился, одной рукой стиснул мою ладонь, другой – сгреб наши пальто, так и пролежавшие всю дорогу без дела, я схватила медведя, и мы вывалились на улицу.

По прежнему неодетые и не замечая холода, мы добежали до подъезда. Писк домофона, и мы уже целуемся, дожидаясь, пока, лязгая и скрипя, откроются двери лифта.

Дребезжание расходящихся створок, и я прижата к стене покачнувшейся кабины. Не знаю, чем смотрел Влад, нажимая кнопку этажа, но через мгновение он уже забрался под юбку и сжимал ягодицы.

– Не обманула, – я наконец-то смогла вздохнуть, а горячее дыхание коснулось уха, шеи, где позволял высокий ворот водолазки.

Кажется будет синяк. Да и черт с ним! Откинув голову на подрагивающую стенку, я выпустила медведя и запустила руки под джемпер. Зараза, еще что-то тонкое. Майка? Футболка? На ощупь Влад стал шире, тверже и рельефней. Но запах! Запах остался моим, тем самым, что сводил с ума без шанса на выздоровление.

Долго, очень долго после отъезда Влада я не могла начать полноценных отношений, потому что все было не то и не так. Кирилл, наверное, первый, с кем я смогла быть достаточно долго и планировать будущее. Но и он не смог принять меня такой, какая я есть, и хотел, чтобы соответствовала его представлениям обо мне.

Кабина дернулась и остановилась. С тяжелым вздохом разъехались двери. Сердце, бившееся с безумной скоростью замерло, когда я увидела знакомую черную дверь. Прошлое возрождалось на глазах, обступало со всех сторон и стирало настоящее, как лижущие песок волны стирают детские рисунки.

Влад сунул мне одежду и, продолжая держать за руку, пытался открыть дверь. Получилось не сразу – ключ лязгал, не попадая в скважину, но наконец замок щелкнул, и мы ввалились в квартиру.

Пальто и медведь полетели в стороны, а мы пританцовывали, избавляясь от обуви. С глухим перестуком мои сапожки и ботинки Влада ударились, кажется, о стены, и я снова притиснута к двери.

Водолазка давно выбилась из-под юбки, и Влад уже ласкал спину через кружево полуграции. Он прижимал меня к себе и целовал так, будто пытался наверстать все потерянные годы. Пары алкоголя в нашем дыхании смешивались и пьянили в два раза сильнее. Пол ходил ходуном, дверь ударялась в спину, вдавливая меня во Влада.

Я воспользовалась секундой мнимой свободы и стащила с него джемпер вместе с… что там у него было? Да и какая разница? Главное, теперь я могу гладить его, целовать и вдыхать терпкий запах кожи.

Ненужная, одежда упала на пол, а я, прокрутившись, прижала Влада к стене. Вынужденный прервать поцелуй, он снова набросился на меня. Напористый, его язык проникал все глубже и, ритмично двигаясь, будил шквал желания. Такого же необузданного, как в последнюю нашу встречу.

Я возилась с ремнем, а Влад стягивал с меня водолазку. Пришлось оторваться, чтобы освободить руки. Но едва свитер улетел, я снова принялась терзать пряжку. Молнии брюк и юбки вжикнули одновременно. Мы перешагнули через свалившуюся к ногам ткань, и Влад снова завладел мои ртом. Он наступал, я под его давлением отступала, пока за спиной не оказался стол. Отходить больше некуда, и я отклонилась. А Влад принялся за колготки. Нет, он снимал их совсем не так, как в сообщениях. Сдирал с таким азартом, что от них должны были остаться одни ошметки, но эластичные нитки выдержали, и колготки повисли на люстре прозрачным привидением, частично прикрытым мужскими носками.

Не сговариваясь, мы подняли головы и расхохотались.

– Как и обещал, – все еще смеясь, Влад отстранился, и, пока рассматривал меня, его смех становился тише, пока совсем не погас. – Я ошибся, – едва касаясь, он осторожно очертил контур кружева, и я вздрогнула от случайного или нет, прикосновения к напряженному соску.

– Почти, – поддразнивая, заметила я и спрыгнула со стола. При этом грудь соблазнительно подскочила.

Дело в том, что чашечки полуграции лишь поддерживали и совсем не скрывали загорелую грудь. А взгляд Влада тем временем сместился ниже, к крохотному треугольнику кружева.

– Красиво, но непрактично, – после недолго молчания заключил он и, подцепив тонкие резинки, быстрыми движениями, сдернул их к щиколоткам. – А вот остальное я должен видеть. Пойдем, – он взял меня за руку и повел в спальню, как я помнила, родителей. Там мы тоже успели побывать и пружинистый матрац меня очень веселил, а еще там был шкаф с зеркальными дверями. – Вот так.

Влад поставил меня лицом к зеркалу а сам встал у меня за спиной.

– Ты невероятно красива, – прохрипел он.

В отражении я видела, как он рассматривает меня. Стянутую косточками талию, золотистую на контрасте с розовым кружевом грудь. Свои пальцы, сжимающие более темный ореол.

От удовольствия, наполнившего каждую частичку тела, я застонала и прогнулась, ягодицами чувствуя, что он уже тоже на пределе. Потерлась, но Влад прижался теснее и одной рукой продолжая ласкать грудь, другой провел по гладкому лобку и, оказавшись между бедер, надавил, побуждая встать шире. Что я с готовностью и сделала.