Глава 24

Конференция проходила в Выставочном центре Куала-Лумпура.

Здание было огромным и соседствовало с Океанариумом, торговым центром «Сурия» и знаменитыми башнями Петронас. Собственно, все это было единым комплексом, включающим деловой центр, магазины и отели, построенным около Центрального парка.

Еще в самолете Плетнев рассказал, что жить мы будем в отеле, расположенном в этом же комплексе. Разумеется, я ни секунды не сомневалась, что отель будет самого высокого уровня, но увидев вид из окна собственного номера, замерла от восторга.

Это было так завораживающе красиво — смотреть с высоты на просыпающийся город, на озеро, окруженное деревьями, золотящимися в лучах утреннего солнца, на небоскребы, на неожиданно голубое небо.

Резкий стук в дверь вернул меня в действительность.

Я открыла дверь, на пороге стоял Валентин.

— Я могу войти?

Он шагнул мне навстречу, не дожидаясь ответа, а я неожиданно для самой себя преградила ему дорогу.

— Что тебе надо? — спросила не слишком дружелюбно.

— Мы будем говорить в коридоре? А вдруг нас увидят вместе?

— И что? — я сделала вид, что не поняла всей подоплеки вопроса. — Я что, мусульманская жена, не имеющая права беседовать с мужчиной?

— Доложат Плетневу, что мы знакомы.

— Разумеется, мы знакомы. Ты забирал ключи от моей машины, а потом нас представили друг другу перед вылетом. Что особенного в том, что мы разговариваем в коридоре?

— Значит, в номер ты меня не пустишь?

— Извини, у меня не прибрано.

— Ладно, — вынужден был согласиться Валентин, — как знаешь. Хочешь все сделать сама, делай. Помогать не буду.

— Ты, главное, не мешай, — попросила и вернулась в номер, плотно закрыв за собой дверь.

Развесила вещи, мысленно хваля себе за предусмотрительность — не зря перед отъездом сходила по магазинам. Купленные наряды пришлись, как нельзя кстати. Я бы тут растаяла в своих офисных костюмах.

Конференция должна была начаться после обеда, у меня оставалось достаточно времени, чтобы отдохнуть и собраться. Очень хотелось выйти в парк, купить сладкую булочку, чего-нибудь холодненького попить и посидеть на одной из скамеек, но я решила, что сейчас не самое подходящее время. Вдруг начальнику что-то понадобится, а я в парке гуляю. Полюбовалась еще немного видом из окна и пошла в душ, освежиться.

Но попасть туда мне не удалось, опять постучали в дверь.

На этот раз на пороге стоял один из сотрудников службы безопасности.

— Виктор Алексеевич просил вас зайти к нему через полчаса, — сообщил он мне. — Он не смог вам дозвониться, ваш телефон вне зоны доступа.

— Да? — удивилась я и похлопала себя по карманам — телефона там не было. — Кажется, я забыла его включить после полета.

— Тогда рекомендую вам это сделать незамедлительно, — сказал мужчина. — Шеф не любит, когда его подчиненные не отвечают на звонки.

— Спасибо. Если это все, то я пойду собираться.

— Да.

Он развернулся и ушел, а я прикинула время и побежала в ванную. Сначала приму душ, а потом найду свой мобильный. За десять минут ничего страшного не произойдет.

В темпе вымылась, оделась и подкрасила ресницы, решив не делать полный макияж. Волосы просто хорошенько отжала полотенцем и собрала в хвост, облачилась в легкие свободные брюки и шелковый топ, взяла сумку и пошла к Плетневу.

Его номер был несколькими этажами выше. Я поднялась на лифте, пересекла светлый коридор и постучалась в дверь с нужным номером.

Плетнев открыл мне сам.

— Проходи, — посторонился, пропуская меня.

А я уставилась на начальника во все глаза.

До этого дня я могла наблюдать его только в костюмах, кажется еще в неформальных брюках и рубашках. А вот в джинсовых шортах, судя по виду самолично им обрезанных, и футболке Плетнев предстал передо мной впервые. Эффектное, надо сказать, оказалось зрелище. Я с некоторым трудом оторвалась от разглядывания начальника, вошла в номер и огляделась.

Следует признать, его номер был классом повыше, но это и понятно, я не в претензии. Глупо было ожидать, что Славик, или кто там бронировал отель, поселит председателя совета директоров и простую помощницу в апартаментах одинаковой ценовой категории. В конце концов, не в халупе живу. А вот вид из окна у Плетнева был еще ошеломительнее — напротив виднелись башни Петронас.

— Обязательно туда сходим, — пообещал Плетнев, проследив за моим взглядом.

— А что там внутри?

— Просто красивый вид. Город, как на ладони.

— Уже хочу посмотреть.

— Составлю тебе компанию, — заверил меня Плетнев и тут же заметил: — Мне кажется, у тебе не очень удобная обувь.

Я с недоумением перевела взгляд на свои туфли. Обувь, как обувь.

— А что с ней не так?

— У нас есть несколько свободных часов, предлагаю позавтракать и немного погулять. Здесь красивый парк и интересный Океанариум.

— Я, признаться, думала, что мы будем работать.

Тут уже удивился Плетнев.

— В смысле?

— До начала конференции всего несколько часов, надо же подготовиться.

— У нас все давно готово. Так что предлагаю спуститься вниз и, для начала, хорошо поесть.

— А конференция?

— Никуда не денется, начнется в положенное ей время. Не спорь, я твой начальник — самодур и требую завтрак и прогулку.

— Ну, если самодур, то я вынуждена подчиниться, — развела руками и улыбнулась.

— Отлично. Тогда зайдем к тебе в номер, ты переобуешься, и вперед, навстречу еде и приключениям, — скомандовал Плетнев.

Самое забавное, что, после того, как я переобулась в удобные сандалии, и Плетнев повел меня завтракать, он напрочь проигнорировал как ресторан отеля, так и многочисленные кафе в здании.

— А где мы будет завтракать? — поинтересовалась я у него, провожая голодными глазами очередное кафе, аппетитный запах из которого заставил мой желудок предательски заурчать.

Все правильно, последний раз мы ели еще в Стамбуле, потом была ночь, а после было не до еды.

— Погоди, сейчас все узнаешь, — ответил Плетнев, ведя меня куда-то вглубь торгового центра «Сурия».

И я узнала! Он привел меня в супермаркет! Подошел к витринам с готовыми наборами суши и роллов и со знанием дела стал выбирать еду.

— Мы будем это есть? — спросила я с сомнением.

— Обязательно будем, — не отрываясь от прилавка ответил Плетнев.

— Ты уверен, что это безопасно?

— Безопасно и очень вкусно. Я всегда беру здесь роллы.

— Они хоть свежие?

— Ядвига, — он посмотрел на меня чуть насмешливо, — если я говорю, что тебе нечего опасаться, значит, так и есть.

Мой желудок тотчас же согласился с Плетневым. Я решила тоже принять участие в выборе завтрака и с интересом стала изучать предложенные продукты.

— Тогда мне вот этот, — я ткнула пальцем в набор.

— Хорошо, — согласился Плетнев.

Взял один набор, а после второй, почти в два раза больше.

— Ну, у тебя и аппетит, — хмыкнула я. — А по тебе не скажешь.

— Разглядывала меня? — развеселился Плетнев. — И как, понравился?

— Конечно, разглядывала, — не стала смущаться и скрывать я. — Выглядишь отлично.

И не слукавила. Плетнев не производил впечатление накачанного красавчика. Высокий, не худой, а, скорее, жилистый, наверное поэтому на нем прекрасно сидели офисные костюмы. Сейчас же, гладя на Плетнева в шортах и футболке, я видела и широкую грудь, и впечатляющие руки, и литые мышцы ног. Вот что, оказывается, сорвалось под деловой личиной бизнесмена Плетнева.

— Это же комплимент? — подозрительно уточнил обладатель весьма привлекательного тела.

— Несомненно, — подтветрила я.

— Остается только надеяться, что комплимент содержал хоть чуть-чуть правды, — пробормотал начальник и двинулся дальше по залу.

— Я бы кофе выпила, — сказала ему в спину.

Плетнев остановился и повернулся ко мне.

— Ядвига, поверь мне, никакого кофе тебе не надо.

— Тогда чай?

— Я предлагаю смузи, — сказал Плетнев. — Ананас, клубника, что-нибудь экзотическое.

— Умеешь ты уговорить, — сдалась я.

Сидя в парке под каким-то огромным, раскидистым деревом и поглощая удивительно вкусные роллы, я подумала о том, что Плетневу удалось воплотить в жизнь мое идеальное утро.

— Спасибо тебе, — от души поблагодарила его.

— Ты сказала это таким тоном, будто я совершил двенадцать подвигов Геракла, а не просто купил готовую еду, — заметил Плетнев.

— Да я не за еду. Я за все это, — я обвела рукой парк. — Знаешь, я смотрела в окно и думала о том, как было бы прекрасно посидеть в парке, съесть что-нибудь вкусненькое. Ты прямо прочитал мои мысли.

— Просто я тоже смотрел в окно и тоже думал о завтраке на свежем воздухе. А еще о том, что хочу разделить это солнечное утро с тобой.

— Это все, как из другой жизни, — сказала Плетневу, не надеясь, что он поймет.

Но он понял.

— Да, я сам об этом думаю: вчера была Москва, а сегодня уже Малайзия, небоскребы, этот парк. Но я рад, что тебе нравится.

Мы еще посидели немного, а потом Плетнев сказал:

— У нас есть время погулять или сходить в Океанариум, а после нужно возвращаться в отель, готовиться в конференции. Так что выбирай, куда направимся.

— Давай останемся в парке, — предложила я.

— Океанариум тебя не заинтересовал?

— В следующий раз.

— Желание дамы закон. Пойдем, я покажу тебе парк.

Мы обошли парк, остановились у фонтанов.

— Вечером, здесь устраивают световое шоу с музыкой, — пояснил Плетнев. — Давай сходим?

— Давай.

Время поджимало, нужно было возвращаться в отель. Мы попрощались и разошлись по номерам, пора было собираться.

На открытие конференции мы с Плетневым пришли вместе, остальные держались поодаль. Пока организаторы конференции говорили приветственные речи, я ловила на себе взгляд Валентина. Поначалу было неприятно, а потом я махнула рукой и перестала обращать на это внимание. Нравится ему на меня смотреть, пусть смотрит.

Взгляды Валентина не укрылись от Плетнева.

— Кажется, ты произвела неизгладимое впечатление на заместителя начальника моей службы безопасности, — заметил он вполголоса.

— Бывает, — я равнодушно пожала плечами.

— Он тебе не понравился, — сделал вывод Плетнев.

— А должен был?

— Знаешь, я до сих пор не понял твоих вкусовых предпочтений, — ответил Плетнев. — И я не о еде, о мужчинах. Вот я тебе нравлюсь?

Я оторвалась от созерцания небольшого подиума, на котором организаторы конференции вещали что-то жизнеутверждающее, и посмотрела на Плетнева.

— Дорогой начальник, мы вроде как на работе, — напомнила ему.

— Так кто тебе больше по душе, — улыбнулся начальник, — я или он?

И скосил глаза на Валентина.

— Ну, если ты так ставишь вопрос, — ответила ему, — то определенно, ты.

— Меня ты знаешь, а этого кота впервые видишь? — процитировал Плетнев известный мультик.

Я промолчала, врать не хотелось, а говорить правду не собиралась в любом случае.

Плетнев расценил мое молчание по-своему, его рука обвила мою талию.

— Это что? — спросила я.

— Это я демонстрирую своему подчинённому и прочим особям мужского пола, что место занято, — невозмутимо ответил Плетнев. — Мечу, так сказать, территорию.

— Ох уж, эти ваши неандертальские замашки, — покачала головой, но руку убирать не стала.

На следующий день я с удивлением поняла, что конференция меня захватила. Даже не подозревала, что увлекусь царящей тут деловой атмосферой и общению с незнакомыми людьми. Но я решила не анализировать, а просто наслаждаться.

Днем мы работали, по вечерам я сопровождала Плетнева на мероприятия, организованные устроителями конференции. А они, надо сказать, старались проявить выдумку.

Мы успели ознакомится с городом, попробовать малайскую кухню, которая совершенно не произвела на меня никакого впечатления, побывать на концерте национальной малазийской музыки. Последняя, кстати, мне понравилась.

Плетнев, которого я сопровождала, внимательно отслеживал любую мою эмоцию и делал какие-то свои выводы.

На людях по отношению ко мне он был сдержан и обращался исключительно на «вы», наедине становился абсолютно другим человеком — внимательным, веселым и самую малость безбашенным.

Это он, вопреки моему сопротивлению, уволок меня из зала, и в буквальном смысле вынудил отправиться с ним на экскурсию в Ботанический сад, а после — в парк бабочек. Это под его чутким руководством я дегустировала уличную еду. Это с ним я смеялась над проделками панд в местном зоопарке. В общем, Плетнев не давал мне заскучать. При этом никаких попыток перевести наше общение в горизонтальную плоскость он не предпринимал, за что я была ему очень благодарна. Одно дело мишек смотреть, другое — в койке кувыркаться.

В последний день конференции организаторы решили устроить банкет.

Плетнев предлагал, чтобы я сходила в местный салон красоты, где мне сделают достойную вечернюю прическу. Я выразила сомнение в компетентности местных мастериц сферы услуг, Плетнев продолжил настаивать на своем. Мы с ним немного поспорили на повышенных тонах, благо дело было вечером, и мы находились в номере начальника вдвоем, без свидетелей.

В какой-то момент я представила себе, как мы оба выглядим со стороны. Он, убеждая меня пойти в салон и сделать прическу, и я, упорно отказывающаяся от подобной чести. Картинка получилась ужасно уморительной, и я громко рассмеялась, положив этим конец спору.

— И что такого смешного я сказал? — вопросил Плетнев.

— Обычно это женщины убеждают мужчин в острой необходимости посещения салона красоты, а мужчины бурчат что-то недовольное, — отсмеявшись, пояснила я.

— Я просто хочу, чтобы ты хорошо выглядела, — раздраженно пожал плечами начальник.

— Получается, обычно я выгляжу не очень? — продолжила веселиться я. — Тогда ты, безусловно, прав — надо привести меня в порядок, чтобы соответствовала высокому собранию.

— Не передергивай, — Плетнев недовольно скривился. — Сама знаешь, что всегда выглядишь просто шикарно. Но на приеме будет куча расфуфыренный баб, в дорогих нарядах, увешанных драгоценностями, я просто хочу, чтобы тебе было комфортно рядом с ними.

Я лишь покачала головой.

— Слушай, — оживился Плетнев, — а давай сходим в магазин, купим тебе какую-нибудь безделушку с камушками?

— Замечательное предложение, — подхватила я излишне восторженно. — У меня имеется встречное. Давай ты купишь какую-нибудь безделушку с камушками своему заместителю и всем остальным своим сопровождающим. А заодно сводишь их в местную парикмахерскую, пусть им сделают вечернюю укладку, чтобы они себя комфортно чувствовали.

— Ядвига! — Плетнев в досаде хлопнул себя руками по бедрам. — Ну что ты, как маленькая? Я же хочу, как лучше.

— Лучше тебе или мне? — поинтересовалась невинно.

— Так, — рассердился Плетенев, — все, достаточно, я понял. Снимаю предложения о салоне красоты. Иди, как сочтешь нужным. Хоть в мешке из-под картошки.

— Вот спасибо, барин, — я демонстративно поклонилась. — Разрешил. А с чего ты решил, что я имею обыкновение обряжаться в мешок? Тебе в голову не приходило, что у меня есть подобающее случаю платье, а к нему и украшения найдутся, и аксессуары? И прическу я, уж поверь мне, сумею сделать достойную.

— Все, уела. Прости, погорячился, — пошел он на попятную. — Хотел, как лучше, получись, как всегда. Хочешь, на колени встану?

— Хочу уже пойти к себе в номер, лечь спать пораньше. Все-таки, никак не могу привыкнуть к смене часового пояса.

— Обиделась? — спросил Плетнев.

— Нет, просто устала.

— Точно не обиделась?

— Господи, конечно, нет. Извини, что не оценила твою заботу. Но доверять свои волосы здешним мастерицам я пока не готова. Сама справлюсь.

На следущий вечер, в условленное время я спустилась в банкетный зал.

Плетнев поначалу настаивал, чтобы мы пришли вместе, но я заметила ему, что приехала сюда не в качестве его второй половины, а в качестве финансового аналитика и его помощника, и, как взрослый человек, вполне способна передвигаться самостоятельно.

В общем, я вошла в банкетный зал и огляделась. Народу — не продохнуть, все-таки международная конференция. Но Плетнева было видать издали.

Во-первых, надо отдать ему должное, выглядел он превосходно. А во-вторых, его окружала стайка ослепительно сверкающих дам. В прямом смысле сверкающих. Такие наряды я встречала только в коллекциях известных дизайнеров и, рассматривая их, всегда задавалась вопросом: неужели кто-то решиться такое надеть? Красиво, бесспорно, но от обилия камней, переливающихся в свете люстр, буквально слепит глаза. А если учитывать, что таких дам тут собралось большинство, очень хотелось зажмуриться и отступить. Ну, или свалить по-тихому, тут кому что ближе. Но русские не сдаются. Не могу я оставить начальника на растерзание азиатским красоткам.

Пока я любовалась Плетневым в окружении драгоценных камней и решала, как лучше поступить — броситься отбивать его у неприятеля или сделать вид, что меня это совершенно не касается, начальник заметил меня и очень выразительно посмотрел. Выразительно и умоляюще. Кажется, кому-то срочно нужна помощь.

Я сделала вид, что не поняла его пылких взоров и вопросительно подняла брови. Плетнев нахмурился, в буквальном смысле выкрутился из захвата какой-то особо настырной дамы и быстро двинулся мне навстречу. Ладно, мы своих в беде не бросаем.

Я шагнула в его сторону.

— Господи, ты просто отрада для моего утомленного взора, — выдал Плетнев заковыристый комплимент и привычным жестом взял меня под локоть.

— В смысле, не сверкаю, как безумная новогодняя елка? — насмешливо уточнила я.

— В смысле, что выглядишь превосходно.

Я опустила глаза на свое новое платье. Права оказалась Мири, когда настояла на том, чтобы я его купила. Блеска на этом банкете хватало, а вот с изысканностью чувствовались серьезные проблемы.

— Сегодня ты не отойдешь от меня ни на шаг, — решительно сообщил мне Плетнев.

— Опасаешься нападения здешний красоток?

— Опасаюсь ослепнуть от здешнего блеска. И вообще, знаешь, какие они настырные? Прилипли, будто пиявки.

— Значит, все-таки боишься нападения.

— Ядвига, я не могу драться с женщинами, — огорченно ответил Плетнев.

— Ладно, сегодня буду тебя охранять, хоть это и несправедливо — у тебя тут где-то бродит собственная служба безопастности, это их хлеб.

— Убедила, — подхватил мою иронию начальник. — Прилетим в Москву, добавим тебе служебных обязанностей.

— Даже так?

— Не переживай, зарплату тоже увеличим.

— Вот спасибо, благодетель.

— Всегда пожалуйста.

А потом мы вынуждены были прервать столь увлекательную беседу. Все-таки в зале мы были не одни, многие из присутствующих выразили желание пообщаться с Плетневым. Он с удовольствием поддерживал беседу, но моего локтя не отпускал.

Спустя пару часов, когда я ощутила, как сводит судорогой губы, постоянно растянутые в приветливой улыбке, Плетнев вывел меня на балкон и, ткнув пальцем в башни Петронас, предложил:

— Пошли туда?

— На башни? Они еще открыты?

— Успеем.

— Но туда же нужны билеты.

Плетнев похлопал себя по нагрудному карману.

— Билеты есть.

— А как же банкет?

— Мы свое дело сделали, теперь пусть развлекаются без нас. Пошли скорее, пока нас еще кто-нибудь не поймал. Ядвига, ну будь человеком, — взмолился Плетнев.

Я посмотрела в зал, народа стало еще больше. Толкаться в этой толпе, как минимум, до полуночи желания не возникло.

— Только быстро, — решила я. — И если нам кто-то встретиться, сделаем вид, что оглохли.

— И ослепли, — закивал Плетенев. — Побежали?

— Побежали.

Нам удалось беспрепятственно покинуть банкетный зал. Кажется, кто-то окликал моего начальника, но он сдержал слово — мастерски изображал и глухого, и слепого.

Вход на башни Петронас располагался в торговом центре «Сурия». Идти от отеля до торгового центра было минут пять, мы не стали переодеваться. Так и пошли — я в вечернем платье, Плетнев в смокинге. Поднялись на нужный этаж, смешались с группой туристов. На нас смотрели с недоумением, уж очень колоритно мы выглядели на фоне шорт и шлепанцев остальных желающих полюбоваться видом вечернего города с высоты птичьего полета.

Наконец, наши билеты проверили, и мы зашли в лифт, чтобы подняться на сорок второй этаж. Именно там располагался стеклянный мост, связывающих обе башни.